Волчонок

Саске не любил опаздывать. Он всегда старался приходить вовремя, прекрасно зная о всяком отсутствии пунктуальности у собственного сенсея и излишней активности Наруто. Он ведь почти привык, научился не обращать внимание на глупые разговоры, старался не поддаваться на ненужные провокации, зная, в какой конфликт они обещали перерасти. К счастью, с появлением в жизни неугомонного Узумаки наследницы клана Хьюга, характер его друга изменился в лучшую сторону, по крайней мере бред в её присутствии Наруто нести переставал. Саске нахмурился, совсем недавно он приставал с глупейшими вопросами к своему брату, полагая, будто он знал всё на свете. Не знал, иначе бы убил и своего младшего брата, стоило ему закончить с кланом. Итачи будто специально усмехался над ним, показывая насколько Саске беспомощен, насколько он слаб в сравнении с одним из опаснейших преступников Конохи. От этого брюнет только сильнее стискивал зубы, обвиняя учителя в халатности и слишком несерьёзном отношении к своим ученикам. Он посмел их оставить на миссии в Скрытом Водопаде, будто не знал, что за испытание на самом деле выпадет на их долю! Наруто чуть не потерял контроль над Девятихвостым Лисом, а часть деревни вообще находилась не только на грани разрушения, но и гибели. У знакомого здания Саске остановился, взглядом выискивая знакомое окно. Его подруга уже неделю отдыхала, отлынивая от миссий, знала ли она об общей тренировке, назначенной Какаши? Он слышал, что ей удалось уговорить их сенсея на индивидуальные занятия, надеясь лучше контролировать силу своего биджу, но Учиха знал правду: Мори просто искала себе оправдание, надеясь больше времени провести с предметом её обожания. Даже Сакура не шла на подобное ради него! При мыслях о розоволосой куноичи кончики его ушей покраснели. Ему казалось, будто он вёл себя непозволительно вольно во время их миссии в стране Волн и в той гостинице. Он боялся давать ей надежду, будучи неуверенным в том, сможет ли он её оправдать? И что станет с целью всей его жизни? Он не хотел рисковать понапрасну, но, глядя на свою глупую подругу, ему хотелось поступить так же, ведь Сакура была ему симпатична и интересна. Учиха частенько забывал о существовании двери, вновь появившись в квартире Рей через окно. Вид, представший перед ним, заставил парня крепко закрыть глаза и чуть не упасть от потери равновесия: Мори предстала перед ним в одних трусах. — Стучаться в следующий раз будешь, — пепельноволосая поборола в себе желание щёлкнуть Учиху по носу, плотнее закутываясь в полотенце. — Что-то случилось? — Сенсей назначил тренировку в десять, — осторожно ответил Саске, убедившись, что в его сторону не полетят горы подушек, приоткрывая один глаз, разведывая ситуацию. — Ты ещё не готова? Рей знала о привычке сенсея вечно опаздывать, совершенно не чувствуя себя виноватой за столь сильное желание принять душ, хотя ещё вчера ей хотелось никогда не мыть места, до которых дотрагивался её сенсей. Домой после тренировки она вернулась слишком уставшей, чтобы делать хоть что-то, отложив любые водные процедуры на утро следующего дня. Все её мысли занимал только один мужчина, отказываясь оставлять их хоть на минуту в покое, даже помощь Оками не помогала. — Мне в душ надо. — При этих словах Учиха только хмыкнул, поудобнее устраиваясь на подоконнике. — Слишком тяжёлая тренировка вчера выдалась, поэтому я сразу же легла спать. — Ты опоздаешь на тренировку, — скрестил руки на груди брюнет, выискивая в глазах своей подруги ложь. Он слишком хорошо её знал — она бы никогда не опоздала на тренировку без веской на то причины. Что могло произойти между его сенсеем и подругой? — Какаши-сенсей каждый день на несколько часов опаздывает и ничего, живём же как-то, — Рей поспешно отвернулась, стремясь скрыть лёгкий румянец на щеках, непроизвольно скрещивая ноги при воспоминаниях о прошлой ночи. Пускай дело и закончилось простым поцелуем, но как многое он для неё значит! — А теперь ещё раз повторю: мне пора в душ или ты хочешь, чтобы я пришла позже сенсея? Скривив губы в неком подобии усмешки, Саске кивнул: на тренировку он вновь отправится в гордом одиночестве, как и полагается наследнику клана Учиха. А чего ещё он ожидал? Мори ещё не до конца пришла в себя от произошедшего в стране Волн, у Наруто наконец-то появилась личная жизнь с новыми обязанностями, а с Харуно он старался не пересекаться больше положенного. Спрыгнув вниз, Учиха показательно отряхнулся, осматриваясь по сторонам. Ближайшие шиноби старались его игнорировать, старательно отводя взгляд в сторону, слыша их разговор. Отсутствие пунктуальности у Хатаке Какаши давно стало темой шуток и сплетен, и лишь только наиболее опытные джонины знали об истинной причине этих опозданий: Копирующий скорбил. Долго, затяжно, болезненно — так, как умеют только лучшие друзья, потерявшие близкого им человека из-за глупой войны, унёсшей сотни жизней ниндзя самых разных возрастов. И многие боялись её повторения, ведь некоторые моменты остались свежи в памяти, изредка навещая в самых страшных кошмарах. — Саске! — брюнет не сразу распознал своё имя, будучи слишком погружённым в свои мысли. Знакомые нотки женского голоса казалось вновь возвращали его к жизни, пробираясь в самые потаённые закоулки его души. Только вот его обладательнице знать об этом совершенно необязательно. — Да, Сакура? — он перевёл взгляд уставших глаз на розоволосую куноичи, находившуюся в слишком хорошем расположении духа. Чуткий нюх улавливал нотки лёгкого аромата, присущего только Сакуре: весенний, едва уловимый, с лёгкой горчинкой. Остановившись рядом с предметом своего обожания, до которого оставалось только рукой подать, куноичи вдруг потеряла дар речи. Ну зачем она решила его окликнуть?! О чём с ним говорить? Харуно не хотелось вспоминать произошедшее в отеле, вспоминая, как быстро билось тогда её сердце. И что ей говорить? Напомнить о произошедшем? И как она это сделает? Саске её тогда точно за дуру примет, вновь отгородившись! — Что-то случилось? — обеспокоенно поинтересовалась куноичи, мысленно давая себе пощёчину, даже две. Конечно у Учихи что-то случилось — например весь его клан вырезал его собственный брат, которого её товарищ грезит убить, отомстив. Собственный сенсей непозволительно часто опаздывает на тренировки, в лучшем случае на час, а в худшем — на целый день, да и с Рей творится что-то неладное. Сакура уже несколько дней проклинала себя за участие в той глупой затеи с сенсеем и странной девушкой из Ключа, чувствуя вину перед пепельноволосой, будто это она свалилась на них с ветки, а не Наруто! Несмотря на возраст, куноичи могла понять чувства, испытываемые Мори — всего каких-то несколько месяцев назад Харуно сама очутилась в подобной ситуации. — На тебе лица нет. Брюнет с хрустом расправил плечи, приподнимая голову, возвращая себе типичную для Учих королевскую осанку. Отец частенько бил его по спине, стоило Саске сгорбиться за очередным свитком домашнего задания или ночного чтения. Даже в этом Итачи оказался лучше — старший брат никогда не позволял себе упасть вниз лицом, хоть как-то опозорив свой столь древний клан. Из-за разницы в возрасте, брата Саске всю жизнь готовили к роли будущего главы клана, вынуждая принимать собственные решения и нести ответственность не только за свои поступки и действия, но и за судьбу всей многочисленной семьи. Может поэтому он решил всех вырезать, оставив в живых только наивного маленького Саске? — Всё в порядке, — он врал, но из-за усталости у него это получалось довольно плохо. Сакура сумела увидеть правду, стоило ему ослабить барьеры, позволив слишком сильному отголоску боли промелькнуть в его чёрных, словно ониксы, глазах. Ей хотелось бы забрать часть его боли себе, но она не могла. Кизаши Харуно частенько говорил, что каждый должен справиться со своей болью самостоятельно и никто не сможет облегчить её, кроме самого источника этой боли. Только тогда он имел в виду пиво, закончившееся в холодильнике, а не разборки внутри клана, но маленькая Сакура восприняла всё по-своему. — А ты рано. — Дома не сиделось, — розоволосая решила не упоминать, как сильно ей хотелось вновь увидеть Саске, убедиться, что он всё ещё в деревне, а не ушёл, последовав зову мстительного сердца. Как-то раз она осталась в квартире Рей, выпроводив намусоривших мальчишек. Тогда, по большому секрету, Мори поведала ей о своих мыслях насчёт Учихи: рано или поздно он покинет деревню, надеясь найти способ отомстить. Сакура поспешила списать эти слова в шутку, сославшись на слишком малый возраст и неопытность, но Рей не была настроена так оптимистично; слишком хорошо она знала своего лучшего друга. — А где Рей? — Решила заняться собственным внешним видом, принимая водные процедуры, — его подруга действительно практически не следила за собой. Она не могла позволить себе ходить в слишком грязной или вонючей одежде, старалась регулярно мыться, но она практически не пользовалась косметикой, в её квартире была только одна склянка с парфюмом, растения он поливал сам, а про существование парикмахера Рей и вовсе забыла. — Давно пора, даже от Оками лучше пахнет. Сакуре вспомнился первый раз, когда она увидела эту волчицу — во время Испытания Какаши-сенсея, они надеялись заполучить победу воспользовавшись элементом неожиданности, и это у них вышло отменно! Даже столь опытный джонин не сразу понял весь замысел, бросившись защищать розоволосую куноичи. А Оками… Биджу Рей была действительно достойна восхищения: белоснежный мех с мягким подшёрстком, странные горящие отметины на теле и голове, мощные плечи и лапы и пушистый хвост. Какое-то время Харуно пыталась найти больше информации о ней в библиотеке, но упоминаний волчицы не находилось ни в одной книге о демонах. Тем не менее ей удалось найти подробности о самом клане Мори. Сакура не верила в легенды, считая некоторые из них глупыми, пока не встретилась с присутствием не одного, а целых двух джинчуурике в собственной команде. В книгах говорилось, что клан Мори являлся одним из древнейших, существовавших ещё до основания Скрытых Деревень. Легенда гласила, будто первые представители клана произошли от бога водной стихии — Рюдзина, так же известного как Ватацуми-но ками. Все его потомки были знамениты своей чёрной шевелюрой и пронзительными зелёными глазами. Обладательницей зелёных глаз Рей действительно была, только вот волосы у неё были практически белыми, а основной стихией являлся Воздух, пока Оками справлялась с Землей и Огнём. Была ли эта легенда правдой или вымыслом Сакура не знала — клан Мори вполне мог придумать её, чтобы получить преимущество в бою и испугать нежеланных врагов, ведь так поступали многие семьи в Конохе. Те же Учихи, например. Их клан всегда считался проклятым; многие даже поговаривали, будто они и вовсе не умеют любить. Девушка вздрогнула. А вдруг легенды не врали и Саске действительно не был способен на такое чувство? Куноичи невольно оглядела своего товарища по команде с головы до ног, случайно встречаясь с ним взглядом, отчаянно краснея. Розоволосой казалось, будто она вновь выставила себя полной идиоткой. Саске же всё чаще начинало казаться, будто Сакура ведёт себя по-другому. Они всё ещё работали в команде, но девушка стала куда больше времени уделять развитию собственных способностей, вместо молчаливых наблюдений за ним или Наруто, как это было раньше. Она практически превратилась в Рей, проводя много времени в библиотеке, и, как казалось самому Саске, иногда совершенно его не замечая, а ведь он сидел за соседним столом! Во многом парень винил себя и свои принципы: это он сделал шаг вперёд, чтобы потом сбежать и делать вид, будто того момента в отеле и вовсе не было. Даже Мори, зачастую принимающая его сторону, назвала Учиху полным идиотом и вручила книжку о женской психологии. Саске прочитал лишь самое начало, запутавшись в сотнях непонятных ему терминах. И неужели все девушки через подобное проходят? — Сакура, — начал парень, стоило тишине стать практически невыносимой. Сакура, казалось, лишь наслаждалась ей, погружаясь в собственные мысли. — Я хотел бы извиниться. — За что? — он видел расширяющиеся зрачки куноичи, прекрасно понимая, что думают они об одном и том же. — Ты же ничего плохого не сделал… — За произошедшее в отеле, — объяснил он, останавливаясь. Они пришли на тренировочный полигон, встретив пустоту. Наруто, как и его сенсей и Рей опаздывали. — Моё поведение было несколько… неправильным. Сакура с трудом подавила желание зажмуриться, надеясь, что происходящее — не более, чем плохой сон. Она ведь жила этими воспоминаниями, лелеяла призрачную надежду, а теперь Саске решил, будто повёл себя неправильно! Куноичи вспоминала все разговоры с Рей, все её упрёки в сторону крайней недогадливости мужчин, приготовившись вновь сделать первый шаг, но голос Учихи вновь нарушил её планы. — Ты не хотела бы пойти со мной на прогулку вечером? *************** Саске действительно надо было многое рассказать Сакуре. Рей было невыносимо видеть его сомнения насчёт розоволосой куноичи — она видела, как Харуно постепенно занимает свою дольку места в этом холодном сердце, только вот Учиха до последнего отказывался признаваться себе в этом. Страх потери свежим рубцом жил в памяти брюнета, даже Оками сомневалась, что ему когда-нибудь удастся от него избавиться. Саму же Рей сейчас мало волновала романтика и отношения. Джинчуурике никогда бы не назвала себя слишком неуклюжей, со скрежетом зубов признавая, что подобные ситуации с ней иногда тоже случаются, но не до такой же степени! Потянувшись за склянкой любимого масла для волос, наследница клана Мори слишком поспешно разогнулась, больно ударившись о регулятор температуры. Голова пульсировала болью, смотреть на что-нибудь, особенно на яркий свет, было слишком больно, а мир вообще шёл кругом и не думал останавливаться. Девушка с огромным трудом сполоснула голову холодной водой, надеясь, что это поможет, но нет. Даже регенерация оказалась бессильной, срабатывая только на более «явных» повреждениях. Натянув задом наперёд длинную футболку и кое-как просунув ноги в нижнее бельё, Рей поспешила прилечь, держась при передвижении за стену, чтобы не упасть. Стоило ей добраться до дивана в гостиной, как девушка зажмурилась от новой вспышки боли, почувствовав подступающую к горлу рвоту. И где твои хвалённые способности, когда они так нужны? Разговоры с Оками утяжеляли ситуацию, но общаться в собственной голове было определённо легче, чем вживую. Мори чувствовала, как у неё заплетается язык при попытках сказать хоть пару связанных меж собой слов. А ещё шиноби называешься. Шиноби не получают сотрясения мозга, так как помнят, где находятся все краны в ванной! — Оками эта ситуация забавляла. Волчица знала, что через пару дней всё с её подопечной будет нормально. Если нет — она сама найдёт либо Саске, либо этого странного извращенца Какаши. В том, что сенсей Рей являлся извращенцем биджу не сомневалась, вспомнив его поведение на последней тренировке. Нормальный бы мужик оттолкнул Рей, но не Хатаке — тот практически сам целоваться полез! Чья бы корова мычала, помогла бы, вместо того, чтобы комментировать,  — проворчала Рей, стараясь привести собственное дыхание в норму. Почему её так трясёт? Не могу, прости. Открытая рана, повреждения внутренних органов или каналы чакры — это ко мне, как и всё опасное для жизни, — огорчила девушку волчица. — Попроси Учиху этого тебе таблетку принести, когда снова зайдёт. Издав непонятный звук, Мори подняла с пола упавшее одеяло, поплотнее закутавшись в тёплую и мягкую ткань. Коноха славилась своим «вечным» летом, особенно ближе к июню, когда дни становились длиннее, а ночи — короче. В это время года девушки редко сушили голову феном, ведь на улице даже самые длинные локоны высыхали за полчаса, а окна в каждом доме растворялись настежь, надеясь поймать последние крупицы прохлады, приглашая жаркий летний воздух в дом. Рей слабо застонала в попытке перевернуться на бок — голову вновь пронзила слишком сильная вспышка боли, из-за которой девушка почти потеряла счёт времени. Сколько прошло с прихода Саске? Началась ли тренировка? И беспокоился ли о ней Какаши? Она снова вспомнила о его длинных пальцах, аккуратно проводящих по её обнажённым плечам, о его сухих, обветренных губах, что так манили её все эти недели, о поджаром теле, до которого ей удалось дотронуться. Он наверняка бы приснился ей, если бы куноичи не уснула ближе к утру, вновь и вновь прокручивая события прошлого вечера в своей голове. А как она волновалась перед тренировкой! Если бы не внезапно сдавшие нервы, она бы заметила этот дурацкий кран и сейчас вовсю бы разговаривала со своими друзьями! Послышался слабый скрип половицы. Дом, квартиру в котором снимала Мори, был старым, некоторые жилища давно требовали ремонта, большинство же находилось на «грани». И Рей эта грань нравилась, показавшийся до безобразия уютной, в собственную квартирку куноичи хотелось возвращаться вновь и вновь, покупая очередной плед или подушку после миссий. Послышался повторный скрип. Если бы не поганое состояние, джинчуурике бы уже давно вытащила свой кинжал, опрометчиво бросившись на врага, или же выпрыгнула бы из окна — незнакомец мог оказаться слишком силён, понапрасну рисковать ей же не хотелось. Конечно куноичи могла закричать, сторожи АНБУ определённо услышали бы её крик, но, при мыслях о слишком громком звуке, Рей поморщилась. В нос ударил знакомый аромат мяты, летней листвы и книг. Куноичи не могла поверить, что он действительно пришёл за ней! Мори действительно ожидала кого-угодно, но не сенсея. — Ты вновь не пришла на тренировку, — в его голосе не было осуждения, только разочарование. Что ещё он мог ожидать, после произошедшего? Видимо ему действительно придётся идти к Хокаге и просить поменять команду, сознавшись в произошедшем, словно провинившийся студент. — Ты должна понимать, что… — Сенсей, — простонала девушка, ведь звуки его голоса не приносили ничего, кроме очередной порции головной боли. — Промолчите, прошу! Хатаке напрягся: у его ученицы заплетался язык, говорила она односложно, а симптомы напоминали сильнейшее похмелье. Неужели снова достала бутылку алкоголя? Но ведь Саске говорил, что Рей вела себя абсолютно нормально во время их утренней встречи, неужели соврал? Преодолев расстояние за несколько шагов, мужчина принюхался. Запаха алкоголя он не чувствовал, но свежий и пряный аромат кардамона он уловил. Мокрые волосы куноичи дополняли картину происходящего — несмотря на тёплую погоду, они оставались влажными, особенно на кончиках. — Что произошло? — джонин опустился на колени, чтобы его лицо находилось на уровне с лицом Рей, внимательно вглядываясь в знакомые черты, подмечая чуть покрасневшие губы после их вчерашнего поцелуя. Куноичи была непривычно бледной, даже зелёной, будто её свалила какая-то лихорадка. Мужчина позволил себе дотронуться до её лба, взмокшего от пота. Она горела. — Рей? — Ударилась, — слабым голосом протянула куноичи, перехватывая его руку и поднося поближе к голове. Его холодные пальцы снимали жар, расслабляя. В обычной ситуации она бы не позволила себе подобного. Хатаке не был глупым, сумев сложить симптомы вместе, ставя правильный диагноз. Каким-то чудом Рей заработала себе сотрясение мозга. Обычным людям требуется от нескольких дней до нескольких недель чтобы прийти в себя, шиноби же достаточно пары часов в обществе квалифицированного медика. Мужчина представлял долговременные последствия для девушки, если её вовремя не доставить к врачу — они проходили это ещё в Академии, но на практике применять свои знания ему приходилось нечасто. — Тебе надо в больницу, — хоть Рей и чувствовала себя плохо, она смогла уловить нотки беспокойства в голосе своего сенсея и это ей льстило. Может даже он что-то к ней чувствовал? Подросток не могла отказать себе в столь глупых мечтах. — Я тебя донесу. Мори хотела возразить, напомнить, что в последнее время она действительно слишком часто оказывается на его руках, но не смогла из-за слабости во всём теле и головной боли, усиливающейся при каждом движении головы. Ей нравилось чувствовать его тепло, пускай и через слои одежды, но куноичи чувствовала себя нужной. Что ещё требовалось девушке для счастья? Джонин был осторожен; наученный предыдущим опытом, Рей не всегда заботилась подбором одежды, а одного неловкого момента ему хватило. Ему не хотелось повторять свои ошибки, зная о существующей симпатии со стороны своей ученицы. Осторожно закутав девушку в одеяло, он взял её на руки, стараясь совершать как можно меньше движений, боясь причинить ещё больше боли. Он представлял, как нелегко ей сейчас приходится — сам страдал от постоянных мигреней после использования Шарингана, не предназначенного простому шиноби не из клана Учих. Какаши помнил ночи, проведённые в отсеке поликлиники после слишком частого использования этих глаз, как врачи выписывали ему десятки предупреждений, но он не слушал, ведь он — шиноби, а шиноби должны защищать свою деревню. Рей была горячей, он едва дотрагивался до оголённой кожи на её руках, как уже хотел отдёрнуть руку. Почему температура поднялась на несколько градусов и как он мог не заметить этого раньше? Почему простая травма, столь типичная для шиноби, так влияет на джинчуурике? Хатаке бы поговорил с Хокаге об этом, если бы последний не был так занят подготовкой документов к экзамену на чуунина, а Мори не страдала от сотрясения. Способности биджу наделяли куноичи повышенной регенерацией, которая, по неизвестной Какаши причине, не распространялась на травмы головы. А что если с ней произойдёт что-то во время миссии, а медика не будет рядом? Как он объяснит происходящее остальным? Как ему, опытному джонину, добыть нужное лекарство и не позволить мозгу девушке свариться заживо? — Сенсей, — пролепетала пепельноволосая, открывая свои пронзительные зелёные глаза, которые, как порой казалось Какаши, иногда заглядывали в самую душу, надеясь найти нужный ответ. — Вы можете меня так не трясти, а то в глазах темнеет? Какаши усмехнулся, лишь крепче прижимая девушку к себе. Потеря сознания не заканчивалась ничем хорошим, но, может, Рей станет легче, если позволить ей провалиться в небытие? Но что скажут на это врачи? Громко выругавшись, мужчина прибавил ходу. Он не знал, как ему поступить в этой ситуации, даже его коллеги, Асума и Гай, знали больше приёмов первой помощи чем знаменитый Копирующий Ниндзя, а про Куренай он вообще старался не вспоминать — Юхи когда-то хотела стать ниндзя-медиком, но жизнь повернулась иначе, правда знания остались, иначе Хиаши не отдал бы свою старшую дочь в Академию и не позволил бы Хинате получить звание генина. Стоило ему добраться до больницы, как оттуда вышли обеспокоенные ребята из его команды. Только этого ему не хватало — объясняться перед кучкой подростков! — Какаши-сенсей! — Первой к джонину подбежала Сакура, бросая беглый взгляд на Учиху, словно ожидая от него чего-то. Что успело произойти во время его отсутствия? Он кажется ясно дал им понять, чтобы дожидались его на тренировочной площадке! — Что с Рей? На неё напали? — Думаете, это была та преступная организация, про которую недавно писали в газетах? — вставил своё слово Узумаки, стараясь не замечать напряжённого Саске, словно это и не его брат состоит в Акацуки. — Но зачем им охотиться на Рей? Хатаке чувствовал, как начинает злиться без причины, проходя мимо своих учеников в сторону больницы, в этом, как ни странно, ему помогал наследник Шарингана, отвлекая Наруто разговорами. Розоволосая куноичи же поняла происходящее без слов, удостоив джинчуурике Девятихвостого чести вновь познакомиться с её фирменным ударом. — Ты чего?! Больно же, Сакура-чан! — завопил блондин. Хатаке начал опасаться, как бы и у него не случилось сотрясения. — Нечего глупые вопросы задавать! — повысила на него голос куноичи, осматривая Рей на предмет видимых повреждений. — Если бы её действительно атаковали вражеские шиноби, то Рей была бы в крови или от неё вообще ничего бы не осталось! — Она сильно ударилась головой, — решил всё-таки прояснить ситуацию Какаши, передавая пепельноволосую куноичи в руки врачей. Мори находилась на грани потери сознания благодаря постоянной подпитке со стороны Хатаке. Девушка оказалась на удивление прожорливой, требуя всё больше и больше чакры на поддержание своего состояния. Стоило ей скрыться в одной из палат, как джонин почувствовал лёгкую слабость, растекающуюся по всему телу. Это ли было причиной отсутствия какой-либо помощи со стороны её биджу или же Оками старалась сохранить их запасы чакры, перекрыв к ним какой-либо доступ? — На сегодня тренировка отменяется, но завтра — двойная нагрузка! Не дождавшись реакции своих учеников, мужчина сложил ладони в знакомой печати, исчезая в облаке дыма. Он сам не знал толком, что именно произошло с Рей, оставив эту задачу ирьёнинам — они долгое время учились этому делу, знают куда больше него, а его чересчур примитивные описания их только позабавят. Саске нахмурился, повернувшись к куноичи, сидевшей на стойке регистрации в поисках ответов. Молодая девушка же вовсю разглядывала неугомонного блондина, боясь, что он вновь загремит в больницу. Во время последнего такого происшествия Узумаки Наруто под шумок решил сбежать, а ей, как дежурной, выставили крупный штраф. А ведь она так хотела потратить эти деньги на новое кимоно! — Простите, — привлёк к себе внимание Учиха, замечая зародившуюся заинтересованность во взгляде ирьёнина. Несмотря на разницу в пять лет, девушка не могла не попытать счастья заполучить красавчика брюнета, последнего из Учих. Интересовало ли её приданое, оставленное его родителями, внешность или же репутация, сказать никто не мог, но сам факт играл на руку молодому генину. — Вы не могли бы подсказать, что случилось с Рей? Она — часть нашей команды, и мы очень беспокоимся за неё. Эта глупая Мори была дорога Саске настолько, что он был готов на многое ради неё. Именно поэтому он пытается придать своему лицу самое жалостливое выражение, надеясь, что с фотоаппаратом на него никто выпрыгивать не станет — репутацию потом отчищать придётся долго. Сакура и, давящийся от смеха, Наруто поспешили подыграть своему другу, закивав головами, подходя ближе. Узумаки даже придумал план атаки: не выстоит же такая молодая девушка против столь талантливой команды генинов? Блондин даже Хинату приплёл, хотя Хьюга оказалась в больнице совершенно случайно — её просто попросили принести цветы одному из соклановцев, пострадавшему на последней миссии. Именно поэтому брюнетка отчаянно краснела, опускала глаза в пол, делая вид, будто её сильно заинтересовал рисунок, стараясь спрятать воспоминания о своём робком поцелуе в щёку куда подальше. — Да жива ваша Рей, — фыркнула ирьёнин. Какаши Хатаке, один из самых завидных женихов Конохи, носился с этой девкой, выпучив глаза, так теперь ещё и наследники кланов Учиха и Узумаки! По мнению медика, Рей Мори не представляла из себя ничего стоящего: блеклые светло-серые волосы, худое телосложение, слишком высокий рост. Разве что эти глаза мистическо-зелёного цвета выделялись на фоне, но подобного эффекта можно легко достигнуть с помощью линз! — Сотрясение мозга, четвёртая палата на первом этаже, минут через пятнадцать должны выписать. Сейчас её осматривают и лечат. Синхронно кивнув, команда номер семь вернулась в зал ожидания. Оставлять Рей в одиночестве не хотелось, несмотря на имеющиеся планы. Наруто вообще не находил себе места, встретившись с Хинатой, борясь с желанием вновь пригласить девушку в Ичираку. В отличие от его друзей, за исключением Ируки-сенсея и Рей, только наследница клана Хьюга могла по достоинству оценить талант Теучи и его дочери, несмотря на изобилие самых роскошных блюд, подаваемых членам главной ветви клана. Хината скучала по простой пище, которой их кормили на перерывах в Академии. Отец тогда сильно злился, даже к Хокаге ходил, благо Хирузен оказался куда благоразумнее. Хиаши редко покидал Коноху, предпочитая оставаться в рядах внутренней обороны деревни, забывая, что порой шиноби приходится питаться чем попало. — Что-то случилось с Рей-сан? — поинтересовалась брюнетка, присаживаясь рядом с Наруто. Соклановец всё ещё находился в бессознательном состоянии, отчего визит получился куда короче, чем планировала девушка изначально. — По сторонам смотреть надо, а не мечтать о глупостях, — пыхтел Учиха, которому подруга вновь сорвала тренировку. Завтра он на ней обязательно оторвётся! — Может серого вещества после этого в голове прибавится. — Саске-кун…? — Хината не могла понять столь бурную реакцию Учихи. Её отец рассказывал о произошедшем в клане Учиха, но никогда не вдавался в подробности, а общались они только в присутствии Наруто, ещё реже — во время экзаменов в Академии. Наруто же терпеть не мог, хмурясь. Саске и Рей были куда ближе друг другу, чем к нему, понимая друг друга с полуслова, не упуская шанса «подколоть» другого, но это уже слишком! — — Даттебайо! Ты совсем крышей поехал со своей местью? — заступился за пепельноволосую куноичи блондин, вставая с неудобной скамьи. — Наруто, не лезь, — тихий голос Рей раздался словно гром среди ясного неба, обращая к себе внимание со стороны подростков. — Саске прав. Узумаки хотелось возразить, накричать на слишком глупую куноичи, привести её в чувства, если бы не взгляды, которыми обменивались Мори и Учиха. Джинчуурике Девятихвостого хотелось найти в них ответы, но шифр знали только эти двое. Неужели Рей действительно сделала глупость? — Как хорошо, что тебя так рано выписали! — решила разрядить обстановку Сакура, обнимая свою подругу. — Как самочувствие? Ничего уже не болит? Тебя проводить до дома? — Всё в порядке, — кивнула Мори, мысленно благодаря Харуно за проницательность. — Мне бы хотелось какое-то время побыть одной — слишком много всего произошло за последние несколько дней. Саске бросил на свою подругу предупреждающий взгляд. Она не хотела его компании? Что такого эта куноичи успела натворить в последние несколько дней? — Тебе точно не нужна помощь? — переспросил он, делая несколько шагов вперёд, внимательно осматривая Рей на предмет вменяемости, пытаясь найти ответ. — Вдруг тебе вновь станет плохо? — Всё в порядке, ирьёнины дали мне порцию лечебных пилюль, — пристальный взгляд Мори, от которого Учихе становилось неловко, был направлен куда-то мимо, будто Саске был пустым местом. — Вы можете идти, встретимся на тренировке. Обойдя своего друга, джинчуурике покинула госпиталь, направляясь к себе. Она знала: её друзья не станут следовать за ней, она ведь ясно дала им понять, что не нуждается в чьей-либо помощи. Ей просто нужно расставить происходящее по полочкам в своей голове, найти нужный выход из ситуации, и хорошенько обдумать ту странную крупицу воспоминаний Оками, случайно увиденную во сне. Она будет в порядке, когда-нибудь, а сейчас ей стоит сосредоточиться на более важных вещах. Оставшаяся команда номер семь переглянулась. Даже Хината, знакомая с Рей лишь по Академии, поняла кое-что важное. Мори врала не только им, но и самой себе, отказываясь принимать правду. Она обтекала правду, надеясь через какое-то время избавиться от неё полностью, заглушив воспоминания чем-то другим, продолжая мило улыбаться своим друзьям. Саске догадывался о происходящем, запрещая себе верить в это, но сложить одно с другим оказалось не так уж и трудно. Он не знал, чем закончится всё это, но кое-что было известно ему наверняка. Рей Мори не была в порядке.