***
Апейрон вернулся в свой мир. Привычные огненные облака, переливаясь всеми цветами, возвышались над головой, а под ногами был привычный ковёр, с зеленой травы и сухой земли. Он стоял посреди сада, который когда-то давно сгорел, и таким образом оказался в его мире. Чем-то этот сад напоминал ему тот, в котором он находился всего несколько минут назад. Именно это заставило Владыку оглянуться. Убедившись, что за спиной нет Элизы, он вздохнул. Ведь на секунду ему показалось, что он все ещё находится в мире людей, а девушка сжимает его плащ в ладони. Кстати, разве она не обожгла руку? Эта мысль пришла к нему только сейчас, когда он уже был далеко. Апейрон убедил себя, что его это интересовать не должно, и направился прочь с места, которое уж слишком напоминало ему обо всем, что произошло за два дня. Выйдя из сада, он тут же оказался возле своего замка. Странно, он никогда не был в этом саду ранее, хотя тот был тут всегда. Его дворец был куда меньше, чем у короля из мира смертных, но ему и этого было вполне достаточно. К тому же, весь он был из обычного белого мрамора, который местами был украшен золотыми огненными узорами. Окна тоже были золотыми, а само стекло из чистого хрусталя. Верхушки башен, как и подножье стен покрывал огонь, переливаясь от яркого жёлтого, к темному синему. Именно здесь и приходилось жить Апейрону. Хотя он считал, что золото и серебро не являются признаком богатства, но Владыка абсолютно ничего не мог поделать с этим, ведь замок был здесь всегда, так же как и он сам. Не успел Апейрон подняться по мраморной лестнице, что вела к большим покрытым золотом дверям, как из них тут же выбежал его помощник, один из духов огня высшего класса - Ведан. Он был будто другой стороной Луны. Загорелая кожа, чёрные глаза и как дымка волосы, что медленно превращались в такой же тёмный огонь, который окутывал его тело. Одет Ведан был более скромно, чем Апейрон, но все же золотые наручи и наплечи соответствовали статусу, приближенному к Владыке Огня. Он всегда держался его, давал советы, и был лучшим другом, когда это было необходимо. Апейрон уже и не помнил, насколько давно они знакомы, но точно знал, что Ведан был одним из первых, кто попал в Мир Огня. Он был первым, кому Владыка подарил силы и сделал своим подданным, с его согласия, конечно же. Одаренных мощью огня, было около тридцати духов, которые повиновались приказам Апейрона. Но и этих казалось не достаточно, ведь с каждым днём люди ожесточались и сжигали все, что им просто могло не нравится. И это "все" попадало сюда. Владыка тут же раздавал каждому из своих духов некоторые участки земель, чтобы те наблюдали за всем, что происходит, и не допускали бесконтрольного перерождения. Ведь когда душе приходило время возродиться, именно Апейрон решал, достоин ли тот вернуться в мир людей. И для этого ему было достаточно лишь прикоснуться к человеку. Если тот чувствовал боль от языков пламени, значит, его время пришло, и он готов вернуться в мир людей. Все было довольно просто. Каждому из своих духов он доверял, и это было главным, ведь нельзя править без доверия. - Повелитель!- Ведан подошел ближе и склонил голову перед Владыкой.- Рад, что вы вернулись. Неужто нашёлся смертный способный вызвать Вас?- его тонкие губы искривились в улыбке. - Можно и так сказать.- Апейрон похлопал друга по плечу,- Рад тебя видеть, Ведан. Ты немного взволнован, что-то случилось? - Рутинные заботы,- хмыкнул он.- У Вас новые владения, после пожара в лесной чаще, где была деревня. Думаю, стоит туда наведаться, и еще к Вам уже очередь с трёх человек, на перерождение души... - Не завидую им,- задумчиво произнёс Владыка, прервав помощника. - Почему?- поинтересовался Ведан. - Я был в мире людей, и все что могу сказать, так это то, что мир прогнил,- они вошли в огромные двери и направлялись в тронный зал.- Теперь на улицах свой пир устраивает ненависть, эгоизм, жадность. Люди больше не верят ни во что, кроме денег. Золото - вот, что для них важно. Им абсолютно безразлично на всех и вся кроме себя,- он тяжело вздохнул.- Раньше все было иначе, но сейчас, это просто стадо, готовое пойти за кем угодно, лишь бы им дали денег за это. Необразованные, не способные мыслить самостоятельно... - Все настолько плохо?- удивился Ведан.- И что, в мире исчезло все добро? - Нет,- тихо проговорил Апейрон, когда они вошли в тронный зал, стены которого были объяты огнём.- Есть те, кто верят, надеяться на лучшее,- он вспомнил по Элизу,- но они слабы перед стадом, для которого золото - дороже любых эмоций и сожаления...,- Апейрон умолк на секунду, и вновь вздохнул.- Ладно, нужно возвращаться в свой мир,- он легко улыбнулся и, наконец, сел на трон, весь из мрамора, который повторял языки пламени, которым был объят сам Владыка.***
Голова вдруг стала тяжёлой, и Элиза положила её на сложенные, на столе руки. Взгляд тут же остановился на свече, огонёк которой танцевал во тьме. Кто-то постучал в входную дверь, к которую тут же открыла Джулия. Кого могло принести в столь поздний час? За дверью послышались громкие голоса мужчин, лязг метала и разговоры матери. Элиза уже поднялась со своего места, чтобы пойти и узнать, что случилось, когда дверь в её комнату была буквально выбита. В неё вошли двое стражников короля, в панцирях с вылитым гербом - лиса застывшая в прыжке над кроликом. Стража была во все оружии, и направлялись в сторону девушки. Они быстро схватили её и потащили за собой. - Что? Что вы делаете?- кричала Элиза.- В чем я виновна? - Молчать!- крикнул на неё один из них.- Будто сама не знаешь, что в нашем королевстве запрещено колдовать, ведьма! - Что?! - прокричала Элиза, не понимая, как они узнали об Апейроне, и почему именно сейчас.- У вас нет права! Нет свидетелей! - Как же нет!? Есть,- проговорил второй. Они вытащили её на улицу и с силой бросили на выложенную чёрным камнем дорогу. Девушка попыталась подняться. - Это она?- спросил стражник, переводя взгляд к дверям. - Да. Это ведьма,- проговорил знакомый голос. Во тьме улицы возле самых дверей она заметила соседку, ту самую Джинни, которая любила совать нос не в свои дела. На её лице была лёгкая ухмылка, что была заметна даже во тьме ночи. - Вот же крыса,- вырвалось вдруг в Джулии, которая вышла следом за стражниками. Женщина тут же накинулась на соседку, и одному из охранников пришлось вмешаться. Второй же быстрым движением защелкнул тяжелые металлические оковы на руках Элизы, и резко поднял её на ноги. - Довольно,- почти покричала Элиза, в сторону Джулии и Дженни. Те тут же остановились. - Мы что-нибудь придумаем, слышишь,- мать подбежала к девушке и обняла ее. - Прости, я не хотела, чтобы все так вышло,- только и успела проговорить Элиза, прежде чем стражник оттолкнул ее от Джулии. - Иди, ведьма, - грубо выговорил он сплюнув через плече. Элиза покорно зашагала в сторону замка. Ей ничего больше не оставалось, нежели идти в указанном направлении. И абсолютно никого не волновало, что она была не обута, и от этого камни, которыми были выложены улицы, больно впивались в кожу, оставляя порезы. Несколько раз стражники толкнули ее, и она почувствовала остроту камней ещё и руками, даже как-то умудрилась расцарапать щеку до крови. Но Элизе уже все было все равно. Лишь бы её родных не приплели в эту историю, и они не расплачивались за её оплошность. Что касается Джинни, такой подставы с её стороны можно было ожидать, но зачем выдавать чужие секреты? Ах да, ведь король может вознаградить её преданность золотом, хотя на это надеяться не стоило, ведь король был жаден до придела. И вообще было интересно, как у такого эгоистичного и самовлюбленного, могла родиться дочь, и вырасти довольно доброй и честной девушкой. Совсем скоро они оказались возле крутого подъема, который вел в замок, именно здесь и был вход в замковую темницу. Второй вход проходил от самого замка, но король считал виновных недостойными, чтобы подниматься на дворцовую площадь, да и обычных людей туда не пускали. Элиза медленно спускалась по холодным, немного влажным, каменным ступенькам. Этот узкий проход освещался лишь факелами, которые держала стража, отгородив ей путь отступления. Они спустились вниз, где за столом сидел один охранник, он не был очень уж старым, но волосы и борода с усами уже покрывались серебристой сединой. Стража не уходя далеко вглубь темницы, тут же завели Элизу в одну из камер, огороженных металлическими решётками. Один из них снял с неё оковы, и тут же с силой толкнул, от чего девушка упала, вновь в полной мере прочувствовать каменный пол собственным телом. - Надеюсь завтра тебя казнят,- с отвращением проговорил стражник,- но прежде я бы попросил с тобой поразвлечься,- его голос не изменился, лишь после этих слов он залился хохотом вместе со своим другом, уходя прочь. Элиза промолчала. Лишь поднялась, стряхнула с платья пыль (но это не особо помогло), села у стены, там, где была насыпана солома. Сидеть было не удобно, но лучше уж так, нежели на холодном каменном полу. Она согнула ноги в коленях и охватила их руками, когда услышала рядом голос седого охранника. - Не похожа ты на ведьму,- проговорил он, поднося подсвечник ближе к ней, пытаясь разглядеть лицо. - Вы, кажется, добрый человек,- тихо произнесла она, поднимая на него свои серые глаза.- Можно вас попросить о единой услуге?- с опаской спросила Элиза. - Смотря, что это за услуга,- он немного отдалился, ожидая чего-то за гранью его полномочий. - Можете, оставить мне...,- она закусила губу,- свечу. - Что?- его лицо выгнулось от удивления.- Всего лишь свечу? Зачем? - Она напоминает мне об одном дорогом для меня человеке,- почти прошептала она. - Да и здесь довольно темно. Прошу, единственный огонёк,- охранник заметил, как блестят её глаза, глядя на танцующее пламя его свечи. - Ладно, только утром я его заберу,- согласился он,- не хватало мне еще проблем. - Хорошо. Он протянул ей одну свечу, вытянутую из подсвечника. Элиза с легкой улыбкой приняла её. Охранник, торопясь, вышел, и закрыл за собой замок. Провернутый ключ характерно щелкнул. Девушка же кое-как поставила свечу, прямо на пол, воткнув её между двух камней, чтобы та не упала. Огонь ровно поднимался столбом, будто застывший в воздухе. Но это успокаивало Элизу, даже не смотря на то, что он напоминал о словах Апейрона. Ни смотря на то, что она сидела в темнице, на холодном полу покрытым соломой, из стен, которой порой скапывала влага, а по полу то и дело пробегали крысы. Ей было абсолютно все равно, лишь бы этот маленький лучик света неустанно горел, и нес с собой тепло и свет, которого ей так сейчас не хватало.