Омск: закон и беспорядок

— Слушай, Михалыч, я все понимаю, но вот сейчас прям нихуя из нихуя! За тонкой стенкой, которая не была помехой для аудиального модуля андроида, вот уже двадцать минут ругались на чистейшем русском. Ругались самозабвенно, заставляя протоколы раз за разом выдавать противоречивые результаты анализа. За "вы там ебанулись все?!" нижестоящего по званию должен был ждать выговор. За "я тебе, Тим, припер эту херню — вот, значит, ты и работай с ним! И ни слова, что вот это такое, ты понял меня?!" должно было следовать внутреннее расследование о возможном хищении в особо крупном размере. По крайней мере, сидящий на стуле RK900 считал себя дорогостоящим имуществом, а значит, имел право написать запрос на проверку в отдел внутренних расследований. И не мог. Связи не было, выйти в облачное хранилище было невозможно, понять по GPS-меткам, где он, — тоже. Точнее, координаты считывались, но каждый раз с разной поправкой. И отослать их он все равно не мог. — Так, — в кабинет зашел мужчина, к которому его приписали. Капитан Астафьев Тимур Леонидович, записей в реестре нет, связи нет, самый молодой капитан по данным, которые были у RK900. — Слушай... Мужчина закрыл дверь и задумался, глядя на андроида. Анализ мимики говорил о сложных эмоциях, но лидировали удивление, потрясение и страх. — Слушаю вас, — андроид встал и заложил руки за спину, внимательно глядя на Астафьева и ожидая приказов. Внутри системы никаких приоритетных приказов не было. — Не, они совсем ебу дали, — мужчина встрепал полуседые волосы и, огибая андроида по широкой дуге, прошел к своему столу. — У тебя имя есть хоть? Или как мне тебя звать? — Серия RK900 имеет предустановленное имя Коннор. Но вы можете изменить его по вашему желанию. — Коннор, ага, — Тимур сузил глаза и хмуро посмотрел в глаза андроида, явно переходя от удивления к раздражению. — А тут у нас прям каждый третий с таким имечком ходит. Вот, блядь, ебаный случай... — Если вам не нравится предустановленное имя, укажите то, на которое мне следует отзываться. — RK900 смерил человека непонимающим взглядом. Протоколы социального взаимодействия работали, но причину недовольства определить не удавалось. — Я введу это имя в память и буду реагировать исключительно на него. — Ага, — капитан вновь встрепал волосы и уселся за стол. — Ну, тебе с этим жить. Властью, данной мне Уголовным Кодексом Российской Федерации и волей случая, нарекаю тебя Олегом. — Принято, — андроид кивнул, визуально подтверждая, что услышал и записал имя. — Меня зовут Олег. — Ну что, добро пожаловать в пиздец, Олег.