Save me / I'm fine

У Намджуна под сердцем третий год красуется до жути красивая и печальная, выведенная каллиграфически «Save me». Он отчетливо помнит, как загорелась кожа на месте букв, как в школьном туалете он пытался не умереть от жгучей боли. Его восемнадцатый день рождения он справил тогда в одиночестве. Сегодня ему 21, и Киму до сих пор страшно узнать, при каких обстоятельствах его предназначенный скажет эти слова. А что произойдет, если тому действительно будет нужна помощь, а он не сможет помочь своей судьбе? С такими мыслями всегда следом приходят слезы, потому что в душе Джун всегда верен одному и единственному, он верит во вселенское предназначение, даже не зная его в лицо. -Эй, Намджуна, ты чего опять завис? – Хосок тычет друга в бок. – Сегодня твой день, оторвись на полную и не думай о плохом! – Он пьян, но все также весел и жизнерадостен. -Я просто задумался. – Ким потирает место с меткой и почти убедительно улыбается. – Давай еще закажем виски, я недостаточно опьянен этой жизнью. – Как аргумент и спасение от мыслей. -Сейчас все будет, дружище! – Чон молниеносно метается к барной и обратно Напиваться в день рождения – не лучшая идея, как и напиваться каждый день, что Намджун и делает. Он не очень-то тянется к жизни и в свои годы разочаровался, потому что «этот блядский соул дорогу что ли потерял?». Он прекрасно понимает, что тот младше его, но мог бы и поторопиться. Иногда, конечно, проскальзывают мысли, что младшему, может быть, вообще лет 10, но не будет же судьба так шутить? Или будет? -Боже, Ким Намджун, что ты сегодня такой вялый? Хочешь девочек подцепим каких? -Ага, и букет болезней вместе с ними. – Не зло, но раздраженно. -Да что ты какой? -Ты никогда не думал, что твой «налейте мне виски» это не одобрит? -Я думаю, это будет она, и я предохраняюсь, дубовая башка! – Брюнет гордо достает презерватив, и на него лицезреют чуть ли не все посетители заведения, ибо громкий. – И, кстати, - уже шепотом, - у тебя вообще иностранишка какой-то. -Помолчи.

***

-Ох, Хосок-а, я так пьян. -Последняя бутылка на двоих была лишней. – Старший икает, но держится в разы лучше. -Можно мне поныть? -Что? Да, конечно. – Для него непривычно слышать такое от друга, но совершенно точно приятно узнать, что ему доверяют. -Господи, боже, спасибо, Хосок-а. – Ким падает головой на чужое плечо. – Ты знаешь, мне так одиноко. Люди говорят такие слова слишком часто, чтобы в них верить, но ты поверь мне. Я просто жду ЕГО, не связывая себя ни с кем отношениями, хоть и предлагали уже не раз, но я остаюсь верным, пожирая сам себя изнутри, ведь он будет нуждаться во мне, просить помощи, и я должен буду помочь, даже если мне тоже надо помочь. Понимаешь? И эти мысли угнетают меня уже три года. Три года, Хосок. За что? Я похож на железного? -Нет, Намджун-а. – Чон гладит по волосам. – Ты сильный за вас двоих. -Спасибо, хен.

***

На улице отчего-то жарко, и это заставляет сильнее пьянеть парней. Ким безвольной тряпкой примостился на спине друга, идти не может, но два квартала не очень долго, Чон выдержит. За очередным поворотом в подворотню послышались едва различимые звуки чьего-то голоса. Человек будто захлебывался водой и кашлял в перерывах. Что за черт? Ноги Хосока тут же поворачивают на звуки. -Намджун, аккуратно. – Он ставит его около стены, поворачиваясь в сторону парня, что лежал на земле. Страшное зрелище: опухшее лицо, видно, били; волосы слиплись от крови, что стекала на лицо; руки тщетно пытались цепляться за стену, а ноги скользили по натекшей луже. -Save me. – Рука незнакомца тянется в сторону Намджуна, что столбенеет от услышанного. Киму не становится лучше, только осознание его бесполезности бьет по голове чугунным молотом. Он оседает на землю, ловя ртом воздух, пытается удержать свое сознание, сказать хоть слово, но реальность плывет, покрываясь белым туманом. Ему не следовало напиваться.

***

-How are u? – Первое, что слышит Намджун, когда с трудом разлепляет глаза. Состояние не лучшее, но осознание, что перед ним ОН, заставляет соврать. -I’m fine. – Говорит едва шепотом. Старший внимательно смотрит на человека перед ним. Невероятно красивого и… корейца. Ему не очень понятно, почему тот говорит на английском. – Are you American? – Надо бы прояснить ситуацию. -No! I’m Korean. – Парень удивленно вскидывает брови. -Я тоже. – Медленно проговаривает. – Черт возьми, какого хуя ты тогда на английском заговорил? – Намджун подскочил на кровати, но тут же был осажен назад болью в голове. -У меня под сердцем метка «I’m fine», и я подумал, что ты, должно быть, иностранец. Когда вы с другом появились в переходе, я сквозь едва открытые глаза увидел тебя, ты так похож на иностранца, что мне подумалось, на корейском ты не понимаешь, потому пришлось задействовать скудные запасы английского, несмотря на все, что я тогда ощущал. Я точно знал, что все время искал тебя и не мог отпустить даже в такой ситуации. – Парень печально улыбнулся. – Но мы нашлись, и я бесконечно рад. -Прости. – Джун не может смотреть в чужие глаза, когда в своих наворачиваются слезы. – Я обещал себе, что спасу тебя в любой ситуации, во всех Вселенных, даже если сам буду умирать, но… - соленая влага попадает в рот, мешая говорить, - я был настолько неспособен стоять на ногах, что меня самого в пору было спасать. И это так стыдно. – Он шмыгает носом, вытирая щеки ладонями. – Прости, пожалуйста. -Все в порядке, Намджун. – Чужие родные руки тянутся к голове старшего, прижимая к груди обладателя. Туда, где слышен равномерный стук сердца. -Боже, какой же я даун. – Старший продолжает себя корить. – Ты даже узнал мое имя, в то время как я пропиздел обо всем подряд, не спросив даже твое. -Ким Тэхен, солнышко. – На самое ухо. Шепотом. – И я безмерно счастлив держать Счастье в своих руках, потому что я верю судьбе. -И я, Тэхен. – Рука сама находит ЕГО руку, чтобы сцепиться пальцами.

***

-Happy birthday to u! – Конфетти летят на только вошедшего в квартиру парня, оседая в волосах и на одежде. – Я люблю тебя, Ким Тэ! – Радостный старший прыгает на своего парня, тиская в объятиях и целуя, куда придется. -Боже, спасибо, конечно, но что ж ты прям с порога? – Юношу заносят в дом. - Потому что ты должен незамедлительно получать поздравления! И вообще-то у меня есть подарок небольшой. Я уверен, тебе понравится, только не задуши меня обнимашками, пожалуйста. -Хм, я подумаю, Ким Намджун. В их спальне, где должен быть подарок, его не видно, и младший не очень понимает, что он должен был увидеть. -Погоди, должно быть, я его оставил не на видном месте. – Джун лезет под кровать, но ничего не находит, как и на балконе. – Блин. -Что у тебя с памятью? -Это просто с подарком кое-что. – Он неоднозначно смеется и лезет в коробки, что Тэхен притащил переезжая. – Я нашел! Вот паршивец! -Ты разговариваешь с подарком? -Да. Держи. – В руках маленький белый пушистый комок с глазками-пуговками, что игриво смотрит на своего будущего обладателя. -Боже! Это же песик, Намджун. Это же…! – Тэ обвивает шею старшего, нежно целуя в губы. – Как же давно я хотел такого. Господибоже, ты самый лучший на свете!