Рукописи не горят

      Слышу, что кто-то остановился рядом с моей дверью. Выдохнул, присаживаясь и ожидая, когда в дверь постучат. Взъерошил волосы, опустил голову, думая о том, что будет завтра. Снова выдохнул, разгладил лицо ладонями, сложив их лодочкой, приложил к носу, вдыхая воздух.       Чужая. Она чужая, стоит забыть обо всем, но я все продолжаю думать. Продолжаю прислушиваться к тому, что происходит за дверью, ноги касаются прохладного пола, и я вздрагиваю, когда слышу тихий стук в дверь.       Задерживаю дыхание и поднимаю голову на дверь в ожидание незваного гостя. Знаю, прекрасно знаю, что сейчас появится обладатель карих глаз и буйных каштановых волос. - Можно? – Гермиона аккуратно выглядывает из-за двери, переминаясь с ноги на ногу, словно маленькая провинившаяся девочка. - Да, - в знак подтверждения своих слов киваю головой и поднимаюсь с кровати.       Мой внешний вид оставляет желать лучшего. Я нахожусь в спальных штанах в одной комнате с почти женатой девушкой. Чтобы сказал Рон, когда бы увидел сие великолепие? - Ты не мог бы… кхм… одеться? – девушка смущенно отводит глаза, краснея.       Усмехаюсь от смущенного вида подруги и медленно, словно растягивая удовольствие, подхожу к шкафу, специально поигрывая мышцами и еще больше вгоняя подругу в краску. Однако понятия о приличие все же не позволяют долго разгуливать с голым торсом, и я выуживаю футболку и быстро натягиваю на себя. - Гермиона, ты пришла, чтобы полюбоваться моими ночными штанишками или еще раз пожелать приятных сновидений? – приподнимаю бровь, ощущая себя Малфоем, но к Грейнджер все не поворачиваюсь, так как знаю, зачем она пришла.       Девушка выдыхает, и я поворачиваюсь к ведьме. Непослушные волосы стали еще больше путаться из-за долгих скитаний по лесам и купаний в реке. Карие глаза блестят в свете полной луны, и я прикусываю губу, думая обо всем этом, словно все это ложь. Чужая. Она чужая.       Стоит напоминать об этом себе как можно чаще, но… Мне буквально сносит крышу от осознания того, что уже завтра я потеряю ее. Сдавливаю руки в кулаки и быстро, в один прыжок, преодолеваю расстояние между нами. Она довольно близко, зубы сводит до скрежета, и я обнимаю ладошками миниатюрное личико подруги. Подруги ли? Не думаю ни о чем, здесь есть только сейчас. Прерывая все попытки Грейнджер что-то сказать, впиваюсь в ее губы поцелуем. Она отвечает, поддаваясь на мои ласки, и обвивает ладонями шею, медленно опускаю руки на ее талию, поглаживая. Руки забираются под блузку, и я ощущаю судорожный вдох девушки. - Гарри, - Гермиона прерывает поцелуй, отталкивая меня, - завтра я выхожу замуж. - Гермиона, - выдыхаю, снова запуская руку в волосы.       Черт. Зачем, зачем ты это сделала? Осознание того, что уже завтра я потеряю тебя. Это чертовски больно. Мерлин, пожалуйста, перестань. Я прошу тебя, не смотри на меня так. Подхожу к окну, крепко сжимая твердую поверхность подоконника. Выдыхаю. Черт. - Послушай, - тихо просит девушка, поправляет волосы и продолжает, - тот поцелуй и все наши встречи, все это было ошибкой. Гарри, ты любишь Джинни, я Рона. - Гермиона, - натягиваю улыбку и поворачиваюсь лицом к шатенке, - я хотел сказать… - замечаю ее молящий взгляд и тихо выдыхаю, - то же самое. Ты любишь Рона, не зря же ты завтра выходишь замуж.       Намеренно молчу за Джинни и за то, что уже как два дня расстался с ней. Ни я, ни она особо сильно не переживали по этому поводу, поняли, что не имеем к друг другу никаких чувств.       Грейнджер облегченно выдыхает и кивает, она понимает, что я вовсе не это хотел сказать, просто кивает за то, что не позволил себе наговорить большего. Она подходит ближе, проводит по моим волосам, чмокает в щеку и уходит. Уходит навсегда. Чужая. Она чужая. Чужая Невеста.       Крепче сжимаю подоконник, чтобы не броситься за ней вдогонку, не прижать крепко к стене, целуя так неистово, словно доказывая ее принадлежность мне. Покрывать поцелуями ее кожу сантиметр за сантиметром, заявляя свои права на нее. Черт. Запускаю руки в волосы и громко выдыхаю, собираясь выплюнуть наружу все внутренности. Черт. Ненавижу. Пальцы ужасно ноют, хочется разнести здесь все в пух и прах, разгромить комнату на щепки. Разнести к чертовой матери. Гребанная Грейнджер. Ненавижу себя. Она чужая. Чужая.