Рукописи не горят

      Минерва рвано выдыхает, нервно откидываясь на спинку стула. Она понимает, что все это не то, не то, что она хочет сказать. Девушка ухмыляется и пробегает быстрым взглядом по строчкам, что неровно лежали на пергаменте. Каждое слово, словно вытаскивали из нее клещами, пытаясь написать что-то нужное, она не раз задумывалась о том, а нужно ли это кому-то вообще?       Снова пробегает по строчкам, только в этот раз не так быстро, она готова перечитывать это письмо раз за разом, лишь бы что-то не натолкнуло на мысль, что Минерва до сих пор скучает. Дорогой Том.       Нет. Не правильно. Он уже давно не дорогой. Поджала губы в тонкую линию и с силой зачеркнула верхнюю строку, да так, что там, кажется, образовалась дыра. Выдохнула воздух и снова начала писать.       Том.       Начиная письмо, следовало бы поздороваться, узнать как твои дела и как ты поживаешь. Это было бы правильным, по этикету. Да вот беда, я так не хочу его соблюдать. Наверное, я должна написать, как сильно скучаю и жду твоего возращения из Албании, но проблема в том, что я не могу лгать тебе, а правда порой режет куда больней, чем нож.       Сжала перо до боли в пальцах, кажется, оно даже хрустнуло. Мотнула головой, отгоняя эти мысли, думая, что следует сказать о самом главном, как можно деликатней. Долго думала, как начать да и пришла к выводу, что стоит лишь начать и строчки сами лягут на пергамент.       Я выхожу замуж! Резко? Да. Просто я устала от всего этого, ты так и не сообщил для чего поехал в Албанию. Я каждый раз узнаю тебя нового, но вот беда, настоящий это ты или очередная маска, мне пока не удалось узнать. Я не хочу так больше жить, Том.       Ты должен сам понять, где тебе комфортней. Здесь со мной или же где-то там со своими бредовыми идеями, другими взглядами и стайкой пугливых идиотов.       Мысленный поток, что крутился в голове исчез с легким скрипом открывшейся двери. Так и недосказанное предложение повисло в воздухе. Девушка закусила кончик пера, нервно пожевывая губами. Что же написать в конце? Стоило бы попрощаться, сказать, что между ними давно все кончено. А что осталось, так это колдографии, спрятанные в ящики стола.       Но нет же, нужно было сделать именно так. Написать не о том, что запланировала заранее, повестись на полет мыслей, заставить перо летать над пергаментом, довериться ему. Это было так неправильно.       Это, пожалуй, последнее письмо, которое я пишу тебе. Ты говорил, что чувства это бред и им поддастся только слабый человек. Так вот, я слабый человек. Пусть это прозвучит банально, но… Я люблю своего жениха и искренне рада тому, что выхожу замуж.       Ты многому меня научил, заставил мыслить по другому, научил видеть мир в других тонах. Я говорю тебе спасибо, надеясь, что вскоре ты изменишь свои планы, поменяешь свои взгляды и поймешь, что и сильные могут что-то чувствовать. Не забывай меня, пожалуйста.       Искренне твоя Минерва.       Выдохнула, снова откинувшись на спинку стула. Сжала перо, намереваясь зачеркнуть последнюю строку. Сова, что сидела на жердочке недовольно ухнула, перебирая лапками по древесине. Последние строки, казалось, так и сквозят тоской, будто бы насквозь пропитаны этим чувством. Однако, девушка строго просмотрела письмо и закусив губу, мысленно собралась, так как знала, что дальше просто не сможет его отправить, отложит на потом как и делала это раньше, поэтому она быстро сложила в конверт бумагу. С каждым действием все будто бы кричало перестань, остановись, не делай этого, но все же наплевав на мысли, девушка привязала письмо к лапке совы и отправила ту, с надеждой, что в этот раз ответ она все же получит.