Ты мой

Не зная, что сказать младшему брату, Дио так и стоял пялясь в стену над столом. Проведя взглядом по потолку, парень мельком глянул на Кая, который как и прежде не сводил с него пристального взгляда и жевал шоколадные палочки. — Ну и чего ты тут забыл? — спросил наконец Кёнсу, уже зная ответ. Хоть он и ощущал витавшее в воздухе напряжение, но старательно делал вид, что всё нормально, всё как всегда и, спокойно пройдя мимо пышущего брата, выключил свет, после чего спокойненько улегся в свою мягкую постельку нагло отодвигая младшего. Наблюдая за всем этим, Чонин уже сомневался в своём решении прийти сюда. Откусив ещё один кусочек палочки, парень положил коробку с вкусняшками на прикроватную тумбу и уставился на старшего брата, который повернулся к нему спиной. — Зачем ты запер дверь? — с ноткой обиды спросил Чонин, подваливая вплотную к Кёнсу. — Чтобы я не зашёл, да? Ты от меня её запер? — Ты так думаешь? — улыбнулся в темноте Дио, зная, что младший быстро расколет его. — Ты что, играешь со мной сейчас? — возмутился Чонин. Кёнсу хмыкнул. — А тебя разве может остановить запертая дверь? — вопросом на вопрос ответил парень. Он рассчитывал, что Чонин поймёт его намёк без объяснений, ведь честно признаться, он и надеялся, что Чонин телепортируется к нему, и отец, слышавший хлопки дверей, не догадается о том, что они находятся вместе. Чонин вздохнул и, потирая переносицу, спросил: — Ты ничего не хочешь мне сказать? Всё-таки ему казалось что-то, что произошло между ними совсем недавно, должно иметь какое-то продолжение, что это было не напрасно, что должно быть этому объяснение. — Хочу, — начал старший, заставляя брата, у которого казалось даже сердце остановилось, застыть. Вот, сейчас он что-то скажет, что-то скажет… — Ну так, и что ты забыл в моей комнате? Сдавив переносицу сильнее, Чонин усмехнулся. Это поведение так в стиле Дио, чего ещё он ожидал? Что братец бросится к нему на шею с воплями: «Я люблю тебя, давай трахаться?!» «Дурак ты, Чонин. Дурак. Однако, раз Дио та ещё штучка, то и я не лыком шит. Хочешь братишка поиграть? Давай поиграем.» — подумал Кай, не стирая с лица усмешку. — Хён, я не могу уснуть… — выдал младший, с хитрющим взглядом смотря на брата. И если бы не темнота, тот сразу бы понял, что тут что-то не так. Но ведь было темно. — Ну и при чём тут я? Пойди водички попей, — Продолжал своё напущенное безразличие Дио. И тут он почувствовал, как кровать рядом прогибается и приподнимается одеяло. — Эй, мелкий, что по-твоему ты сейчас делаешь? — Ну, хён, можно я просто тихонечко полежу с тобой? «Просто тихонечко полежит?» — усмехнулся про себя Дио. Но ответа не последовало, Кёнсу лишь тяжело вздохнул, но прогонять не стал, нежась в присутствии любимого человека, ведь он так давно мечтал об открытости, о свободе. — Чонин… — М? — вопросительно промычал младший, перекидывая руку через талию и утыкаясь носом в плечо брата. И то ли эффект ночи, то ли сонное состояние сыграло роль, но от этого жеста Кёнсу совсем разомлел. Ведь его никто и никогда вот так просто не обнимал. — Ты сказал что… ну… это правда, что ты не можешь больше никого полюбить? — А что, если да? — после минутного молчания и с нотками печали в голосе выдал Чонин, после чего более игриво добавил: — Ты должен взять на себя ответственность, хён. Повисло молчание, и Чонин чувствовал, как напрягся под его рукой, успевший перевернуться на спину и уже смотрящий в потолок Дио. — А что, если я хочу взять эту ответственность? — смущенно прикусил губу старший, радуясь ночной темноте, благодаря которой никто и никогда не увидит, как сильно он покраснел от собственных слов. Чонин вскочил опираясь на локоть, осматривая лицо брата беглым взглядом. Он пытался понять, ослышался ли он или это просто очередной сон. А может старший просто хочет так подшутить над ним, а сам еле сдерживает смех? — Ты… — Начал было он, но не смог и слова сказать, его будто парализовало, а сердце казалось вот-вот переломает все ребра, стремясь выскочить наружу. И виновником всего этого был Кёнсу, который повернул на него голову и, встречая потерянный взгляд и нежно прикасаясь рукой к теплой щеке самого дорогого человека на свете, прошептал: — Поцелуй меня, Чонин. И Чонин целует. Нежно, чувственно, но с напором, словно голодный ребёнок, которому всё мало. Нежась в объятиях друг друга и наслаждаясь поцелуями, Дио заметил, как что-то упирается ему в бедро. Разрывая поцелуй, парень опустил глаза вниз, но, не увидев ничего толком в темноте, он посмотрел в глаза брату, который переводил дыхание. Прикрыв веки, Чонин выдохнул, стараясь выровнять сбившееся дыхание. Почувствовав, как напрягся его маленький друг, парень отпустил Кёнсу и отстранился, чтобы не наделать глупостей, о которых они могут завтра пожалеть. — Прости… — прошептал Кай, подрываясь с кровати. Нахмурившись, Дио проворно обнял его за шею и притянул к себе, увлекая страстным поцелуем в запретную рощу. Приподняв футболку, Чонин подушечками пальцев начал выводить узоры на нежной коже брата. Усыпая его шею мелкими поцелуями, младший стянул ненужную тряпку через голову при помощи Кёнсу. Запустив пальцы в непослушные волосы Кая, Дио осторожно потянул их, заставляя младшего застонать. Оседлав Дио, Чонин схватил его за руки, переплетая пальцы. — Кёнсу… — тихо позвал его парень. — Что? — так же тихо отозвался Кёнсу. — Ты уверен? — Хватит болтать, — нахмурился старший, зная, что младший видит его выражение лица. Коротко хохотнув, Кай прошептал в губы брата: — Слушаюсь и повинуюсь, мой господин. С каждым новым поцелуем в спальне становилось ещё жарче, словно они находились не в Сеуле, а в жерле вулкана. Разгорячённые тела были покрыты испариной, доводя друг друга до изнеможения, заставляя стонать и выгибаться от каждого прикосновения. Языки танцевали известный только им танец. Холодные ладони Чонина блуждали по горячему телу Дио, задевая соски. Маленькие бугорки с каждым касанием становились всё твёрже. Накрыв один из них губами, Кай слегка прикусил его, вызывая у брата судорожный стон. Не забывая про его близнеца, парень накрыл его ладонью и играл с ним большим пальцем, заставляя подняться. Отпустив руку Кёнсу, Чонин плавными движениями опустил ладонь на вставший член брата. Запуская длинные пальцы под резинку спортивных штанов, Кай резким движением потянул их вниз, попутно захватывая и боксеры. Тяжело дыша, Чонин полными желания глазами заглянул в глаза Дио. В них плескалось та же жажда, готовность, и парень не выдержал. Целуя и без того истерзанные губы брата, он накрыл ладонью сочащуюся соками головку, размазывая смазку по всему стволу. Заглушая поцелуями стоны, Кай, словно издеваясь за всё что было, сжимал член в кулаке и водил оным по всей длине. Почувствовав на ладони, что-то горячее он остановился и разжал кулак. Жадно глотая воздух, Кёнсу во все глаза смотрел на младшего. Увидев это, Чонин пошло улыбнулся и под офигевшим взглядом старшего, поднёс ладонь ко рту. «Он же не?!» — не успев закончить свою мысль, Дио покраснел до кончиков волос из-за того, что Кай слизал всё. Закрыв ладонями лицо, Кёнсу не мог посмотреть ему в глаза. — И чего ты спрятался от меня? Думаешь это тебя спасёт? — горячим шёпотом на ушко уточнил Кай. — Придурок… — сквозь зубы буркнул Дио, всё ещё не отнимая ладоней от горящего лица. — Но ты меня всё равно любишь, — с едва слышимой надеждой в голосе сказал Чонин. Разведя пальцы в сторону, чтобы зло зыркнуть на брата, Кёнсу ничего не ответил, вызывая беспокойство у младшего. — Кёнсу? — Да, — еле слышно подтвердил старший, наконец отлепив руки от лица. Сейчас Каю не хватало лишь ушек и хвоста, который бы радостно вилял. Усмехнувшись, Дио нежно коснулся мягких губ братишки своими, увлекая в новый водоворот чувств. Осторожно надавив на анус, разрабатывая его пока одним пальцем. моментально разрывая поцелуй, Кёнсу издал громкий стон, который заполнил всю комнату и отозвался эхом от стен. «Чёрт возьми… Как же это…» — пронеслось у него в мыслях. — Больно? — забеспокоился Чонин, прекращая движение. «Не останавливайся…» — Нет… Продолжай, — простонал Дио. Возобновив движение, Кай добавил ещё один палец, вызывая всё новые порции громких стонов. Кёнсу почувствовал, как младший вытащил пальцы, и хотел было уже возмутиться, как к его входу пристроилась головка. Осторожно надавливая на колечко, член медленно проскальзывал во внутрь. Войдя на всю длину, Чонин не остановился и сразу же начал двигаться и, в который раз, переплел свои пальцы с чужими. — Ах… Чонин… — стонал под ним Дио, обнимая за спину. — Хён, сдерживай голос… — хрипло попросил Кай, боясь, что отец услышит. — Мн… Прикусив губу, чтобы хоть как-то сдержать себя, Дио зажмурился. Темп толчков становился быстрее, не давая времени на передышку. Впиваясь поцелуем в губы-сердечко, Чонин кончил в брата, заставляя его сжаться и впасть в экстаз вместе с ним. Сердца обоих отбивали бешеный ритм. Не в силах пошевелиться, Кёнсу мелко дрожал и вдыхал такой знакомый и любимый запах своей первой любви. Неторопливо выйдя из брата, Кай завалился на бок, обнимая его и прижимая к себе. Уткнувшись в макушку и вдыхая запах шампуня с яблоками, Чонин улыбался. Выжав из старшего все соки, младший был более чем доволен. Заглянув в лицо напротив, Кай отметил, что нужно почаще так делать. Мирно посапывая, Дио нежно прижимался к брату. Накрыв обоих одеялом, Чонин ни на секунду не размыкал объятий, и он тоже позже последовал за старшим в царство Морфея. А в спальне, которая была ближе всех к кухне лежал отец и с вытаращенными глазами пялился в потолок, нервно теребя кончик одеяла. Слушая игрища в соседней спальне, мужчина раздумывал, что делать дальше. Не заметив, как всё стихло, он уже был поглощён своими размышлениями. «И что мне бл*ть делать-то?!» — вопило его подсознание. Так и пролежав до рассвета с открытыми глазами, отец, словно робот, глянул на часы и, вздохнув, прошаркал на кухню. Заварив себе очень крепкого кофе, он сел за стол с дымящейся, ароматной кружкой. Ему нужно поговорить с сыновьями, но как именно это сделать - он не знал. Решив, что с Кёнсу ему будет проще начать разговор, отец поднялся и налил ещё одну кружку кофе, зная, что это привлечёт старшего сына, как бы крепко он не спал. Подперев щёку рукой, мужчина гипнотизировал противоположную стену и ждал. Дио почувствовал запах свежесваренного кофе и несмотря на то, что было ещё довольно рано, парень выбрался из теплых объятий и с полузакрытыми глазами вылез из комнаты, принюхиваясь.