We're not going to heaven.

      В дом Дилана мы ввалились дружной, чумовой компанией под ошалевший взгляд хозяина. Очнувшийся Мэтт с гематомой вместо лица, болтавшийся на шее помятого Эрика, и не менее помятая я. — Эрик, ты гребаный псих, какого хера ты с ними сделал? — встревоженный Дилан подскочил ко мне, вертя меня в руках, как куклу, видимо пытаясь найти на мне следы насилия. Стыдно, ведь он еще не знает всех подробностей этой борьбы без правил.  — У тебя, че, насморк осложнение на мозг дал? Ты бы держал свою телку поближе к себе, может проблем бы меньше было, а не «ох, Лиз, мы не можем быть вместе, ведь я такой плохой, а ты такая хорошая», тащи аптечку, мать твою, а ты, — Эрик со злостью повернулся ко мне, тыча пальцем. — В следующий раз, как надумаешь бить по черепушкам, ПОМНИ О КОПАХ. Проходить снова эту чертову исправительную программу для даунов я не собираюсь из-за маленькой, невменяемой сучки, — Эрик, наконец, успокоившись, резко выдохнул. — Я невменяемая? А кто грозился повскрывать всем глотки и искупаться в их крови? Я вообще-то спасла тебя от этого быка, — ор Эрика разозлил меня и заставил придти в себя. — Если бы не мое чертово благородство, быть тебе сейчас размазанной по асфальту, Джексон, а от братца твоего остались бы только рожки? да ножки. — Если бы не моя бутылка, валяться тебе сейчас с Мэттом? умирающим на диване. — Да если бы не твой паршивый братец…… — ЗАТКНИТЕСЬ ОБА, — нашу ожесточенную баталию прервал появившийся с кухни Дилан с аптечкой в руках, — Эрик? бесчувственный ты пень, обязательно надо было доводить ее до слез?       Дилан обнял меня, отдавая аптечку в руки Эрика, который в свою очередь отбросил ее на живот Мэтта. — Это ты и без меня отлично делаешь, Дил, да катитесь вы, — Эрик обиженно уселся на диван, скрестив руки на груди, как маленький ребенок.       Кажется, у меня сдали нервы со всей этой херотой, потому что меня пробило на ржач. Уткнувшись в Дилана, я пыталась подавить в себе слезы, икоту и смех одновременно, заставив три пары глаз в недоумении уставиться на меня. — Ууууу, Лиз, с такими нервами только в психушке лечиться, чего стоишь? Звони санитарам, Дил, — не выдержав, Эрик присоединился к моему маленькому безумию, смеясь и, видимо, вспоминая все моменты драки. — Святая табуретка, вы поможете мне или нет? — с дивана донеслись стоны Мэтта, который переваливался с бока на бок, пытаясь подняться. — Заткнись, Мэтт, я не хочу слышать тебя ближайшие лет десять, — с неохотой оторвавшись от Дилана, я подсела к Мэтту обрабатывать его раны. — Черт вас подери, кто-нибудь объясните мне, что за пиздец у вас произошел? — Дилан присел рядом с Эриком, пытаясь выудить из нас заинтересовавшую его информацию. — Ничего особенного, отца Лиз чуть не замочили из-за того, что этот птенчик долбанутый задолжал до хуя денег. Потом ввязался в драку из-за той потаскушки, с который ты мутил два года назад, а Лиз, рискуя нашими задницами, ввязалась в драку и разбила бутылку МОЕГО пиваса об башку Алекса. Конец! — Эрик хлопнул в ладоши, изображая счастливый конец истории. — Мораль сей басни такова: держи свою телку на цепи, иначе быть нам с вами ребята в полной жо. — Я не его/она не моя телка, — одновременно мы выпалили с Диланом на смутившую нас вещь, хотя это немного огорчило меня. — Да мне по хрен, кто чей, сути не меняет. Я бы на твоем месте, Лиз, съехал из места, в котором должны носить смирительные рубашки, в нормальный отдельный дом, — Эрик откинулся на диван, принимая у меня из рук ватку со спиртом обработать разбитую губу. — Ты бы не лез в нашу семейку, Харрис, не хуже тебя будем. Ай полегче, мне же больно, — Мэтт заскулил от того, что я специально надавила ваткой на рану над верхней губой, дабы заткнуть его. — Залей ему водорода в глотку, Лиз, — посоветовал Эрик, усмехнувшись над тем. как скрючился Мэтт. — Как бы это странно не звучало, но я согласен с Эриком, Лиз. Извини, Мэтт, но ты-дятел от Бога. Ты доставляешь ей хуеву тучу проблем, лучше жить одиночкой, чем тащить за собой ношу, — Дилан решительно уставился на Мэтта, готовясь отразить любые попытки брата выплеснуть желчь, но тот, на удивление, согласно мотнул головой. — Извини, Лиз, мне очень жаль, что тебе пришлось участвовать во всем этом, — Мэтт, низко склонив повинную голову, одной рукой обнял меня, прижимая к себе. От удивления я открыла рот, пытаясь что-то сказать, но слова почему-то встали поперек горла, наверное со стороны, я была похожа на пэкмена. — Как приторно, я такую лабуду только по телеку видел. А у меня прощения попросить не хочешь? Из-за тебя, между прочим, я снова сижу с разбитой рожей, — Эрик с наигранным оскорбленным видом пытался разглядеть свое отражение в настольной вазе. — Обязательно, с удовольствием, — Мэтт показал фак Эрику, но тут же хлопнув его по плечу, пожал руку. Остолбеневший Эрик со стороны выглядел еще глупее меня. — Мои родители сегодня в отъезде, Лиз, вы можете переночевать у меня, — Дилан мотнул головой в сторону Эрика, который уже успел выудить из моего рюкзака бутылку пива и присосаться к ней, — Сегодня я немного не в состоянии сесть за руль. — Что? — Эрик с возмущением уставился на Дилана, — У меня стресс, я только что пережил массовку и вышел оттуда победителем. — Идем, Лиз, я постелю тебе в гостевой, — Дилан поднялся на ноги, протягивая мне руку, за которую я незамедлительно уцепилась.       Поднявшись на верх в комнату, я восхищением осматривала предоставленную мне берлогу, которая была в три раза больше моей. Пока я осматривала убранство, Дилан легонько взял меня за руку, поднося ее к губам. — Лиз, я хочу попросить тебя кое о чем. Тот факт, что мы находимся с тобой не в отношениях, совсем не значит того, что ты не важна для меня, я прошу тебя впредь быть осторожнее, я не хочу потерять тебя, — Дилан легонько погладил меня по щеке, смотря на меня взглядом, в котором я заметила нежность вперемешку с болью. Казалось, в нем боролись два противоречия, мешая друг другу вынести на свет правду. Его пальцы аккуратно перебирали локоны моих волос, а глаза внимательно всматривались в мои. Все настоящее, прошлое, будущее оказалось за пределами реальности, я видела только его прекрасные голубые глаза. Обняв его за шею, я, как запуганный ребенок, придвинулась к нему ближе, вставая на носочки. Наши лица были в каких-то жалких сантиметрах друг от друга. Я ждала, что вот-вот случиться чудо, маленький шаг на встречу маленькой, но интересной истории, нашей истории. Закрыв глаза, я поддалась вперед, мои губы накрыли губы Дилана, из которых вырвался резкий вдох. Мягко отстранив меня от себя, Дилан зарылся лицом в копну моих волос. — Нам не нужно, так далеко заходить, Лиз. — Почему? Мне все равно на то, что ты не любишь меня, и то, что ты скоро уедешь, я буду любить тебя, пока еще есть время, как бы ты этого не хотел, — оттолкнув его от себя, я поплелась к кровати, желая мгновенно заснуть, слишком много разочарований для такого маленького дня.  — Глупая, ты сама не понимаешь, что этим только увеличишь количество своих проблем, я сделаю тебе еще хуже, — присев на колени возле кровати, Дилан аккуратно взял мою ладонь, поднося ее к своей щеке. — Может я мазохистка? Может быть мне нравится таким образом делать себе больно, Дилан? Если даже любовь к тебе будет полна боли, я готова ее принять, не было еще на свете человека, которого я любила, так же, как тебя, — вглядываясь в его глаза, я заметила пару слезинок, скатившихся по небритым щекам. Личность Дилана была окутана ореолом загадочности и притягательности, его меланхоличность делала его образ похожим на персонажа, поэта античной мифологии. Он был Богом грусти. — Ты плачешь, потому что тебе жаль меня, так? — аккуратно взяв его за кончик подбородка, я смахнула слезинку. — Я плачу, потому что нашел свою любовь под конец истории. Где ты была раньше, Лиз, где ты была, когда я так сильно нуждался в тебе? — Дилан опустил свою голову мне на колени, судорожно сжимая мои ладони. Я гладила его шелковистые волосы, пропуская их через пальцы. Снова парадокс в наших странных отношениях. Момент, запоминавшийся своей прекрасной грустью. Момент, когда мой любимый был со мной. — О каком конце ты говоришь? Я понимаю, что тебе возможно тяжело вступать в новые отношения, полагаясь на плохой пример прошлых, но ведь и у меня было не все…. — Лиз, ты не понимаешь, я не могу тебе сказать все, что разрывает меня изнутри, но ты-единственная, кто может оставаться со мной до конца. Тебе нужно отдохнуть, ты многое испытала сегодня, сладких снов, милая, — поднявшись, Дилан снова чмокнул меня в лоб и собирался выйти из комнаты. — Дилан, останься со мной… пожалуйста, — я остановила его, ухватившись за руку. На его лице отразилось сомнение, но захлопнув дверь, он достал из шкафа еще одну подушку. — Мне надоедает сражаться с тобой, Лиз, — Дилан растянулся на постели, притягивая меня к себе и укрывая одеялом, — Кажется, еще немного и я сдамся в твой маленький, но восхитительный плен. Ты-первая девушка, с которой я лег в постель, в любых смыслах, — Дилан поглаживал мне спину через одеяло, но даже оно не смогло согреть меня так, как тепло, исходившее от его тела. — У тебя же была девушка, трудно поверить, что с Кэт у тебя дальше обнимашек не заходило. Меня ты даже поцеловать боишься, — предложение вышло с долей ревностных ноток. Дабы не смущаться, я уткнулась лицом в грудь Дилана, но моя речь его рассмешила. — Лиз, милая, я не боюсь поцеловать тебя, — Дилан вытащил меня наружу, смотря мне в лицо, — Я боюсь обрушить на тебя, такую маленькую и беззащитную, свой гребаный поступок. С Кэтрин я действительно встречался две недели, и если тебе так интересно, у нас ничего не было. Эта девушка является еще одной монетой в копилке моих ошибок.  — Ты являешься еще одной монетой в копилке моих несбывшихся мечтаний. Я люблю тебя, Дилан, — я приняла безболезненно ответное молчание, учащенный стук его сердца ответил сам за себя. Путаясь в сетях сна сквозь пелену забытья, я заснула с улыбкой на лице, чувствуя присутствие родного человека.       Пробуждение в доме Клиболдов было похоже на рекламу йогуртов или мюслей, где слишком жизнерадостная телочка радуется ложке молочной массы.       Сладко потянувшись и с улыбкой на сонной физиономии, я пошарила по кровати рукой, разочарованно хмыкнула, так как Дилана рядом не оказалось. Похрустев всем скелетом, я хотела выйти в коридор и найти ванную, как услышала голоса, которые яро перебивали друг друга.  — Ты слишком расточительно относишься к людям, Дил, в нашем положении не стоит бросаться такими людьми, как Лиз, — голос явно принадлежал Эрику. — Я знаю, Реб, ты предлагаешь мне воссоздать иллюзию счастливой жизни, когда до дела остается каких-то пару месяцев? «Ох прости меня Лиз, можешь потом соскрести мои останки и оставить их себе, если, конечно, тебя раньше не разнесет «Атлантой». — Только, блядь, не говори мне, что ты не собираешься ее предупреждать? — Я скажу ей за день, она не заслуживает, она… — Она любит тебя. Если бы кто-нибудь любил меня так же, как она тебя, может… я может и передумал бы, Дил.       Открыв рот и напрягая весь свой слух, я облокотилась о дверь, которая предательски скрипнула. С коридора донеслось тихое « тшшш, заткнись». Проклиная свою грацию беременного бегемота, я отчаянно зевая, продефилировала в коридор. Как и следовало ожидать, парни стояли возле соседней комнаты, отчаянно делая вид заинтересованной беседы на счет какой-то компьютерной игры.  — Доброе утро, что происходит? — пытаясь спрятать опухшую от сна физиономию в капюшоне толстовки, я сделала вид, что не слышала их странного разговора. — Буги-вуги будем снимать, ты с нами? — Эрик демонстративно начал разминаться. Увидев мое вытянувшееся лицо, парни засмеялись. — Ты сама проснулась? Ну или мы тебя….ну разбудили, — Дилан уставился на меня, пытаясь понять, слышала я их или нет. В такие моменты мой мозг дает отсылочку, естественно и сейчас он не изменил своим традициям. — Я не слышала, о чем вы говорили только что, меня разбудил будильник, — прикусив губу и мысленно дав себе по башке, я заметила, как парни переглянулись. — Гитлера мне в дяди, Дил, твои родаки должны приехать через полтора часа, нужно срочно пожрать и валить в эту чертову школу. Ты готовь нам жрать, — Эрик указал на Дилана, — А ты буди своего братца-перевертыша, вчера он втирал мне какую-то дичь и несколько раз проигнорировал мой вопрос по поводу своей адекватности.       Умывшись и кое-как пригладив волосы, я потопала вниз будить Мэтта. Тот на удивление не спал, а уже с кем-то трепался по телефону. Половина его лица была темно-бордового цвета. Интересно, кому сейчас хуже, разбитой башке Алекса или лицу Мэтта? Увидев меня, он тут же окончил свою дискуссию. — С кем разговаривал? — я присела на диван, проверяя звонки на своем мобильном. — С Кэтрин, она вчера так испугалась, бедная, — Мэтт пожал плечами и начал осматривать свое неутешительное отражение в вазе. — Значит она твоя девушка. На страшненькое потянуло? — Заткнись, Лиз, она хорошая, просто… — Просто чрезмерно общительная со всей мужской половиной школы, идемте, мамка Дилан приготовил завтрак, — в гостиную ввалился Эрик, а за ним в комнату начал просачиваться аппетитный запах еды.       Я уже забыла, когда последний раз завтракала за столом в присутствии людей. Даже Мэтт, удивить которого было невозможно, пребывал в крайне бодром расположении духа. — Я думаю вчерашний пиздец не пройдет для нас двоих даром. Директор отымеет нас во все щели, клянусь тачкой, этот мудак уже слил, кто ему башку пробил, — Эрик уминал тосты и активно жестикулировал, предсказывая сегодняшнюю кару. — Мэтт может показать свое лицо, на него же без слез не взглянешь, — Дилан указал на Мэтта, лицо которого было похоже на мордочку мопса. — Ерунда, выкручусь как-нибудь, даже если отстранят от занятий, будет время найти работу и снять какую-нибудь комнату, — я пожала плечами, это действительно не пугало меня. Ну поорут на меня лишний раз, и похуже было. — Ты можешь переехать после своего дня рождения, — Мэтт как-то извиняюще посмотрел на меня, видимо, осознавая, что в мое отсутствие опять будет питаться полуфабрикатами. — Что? У тебя будет день рождения? — Эрик уставился на меня так, будто его удивил сам факт моего рождения. — Мэтт, тупица, когда твой мозг начнет реагировать быстрее языка? — я больно пнула брата под столом в ногу. Я надеялась не распространяться об этом, слишком много дел и времени, чтобы уделять внимание на такой пустяк. — Я думаю, что твой праздник должен развеять все твои проблемы. Ты редко улыбаешься, Лиз, — Дилан мягко погладил меня по щеке, убирая выбившуюся кудряшку волос в сторону. — А говоря человеческим языком, мы просто ужремся на твоей днюхе, Лиз, и лыбиться ты будешь не одна. Думаю, нам уже пора ехать. Дил, ты все еще поддерживаешь перспективу таксиста? Мне нужно заехать домой, встретимся в школе. Лиз, если тебя вызовут к директору без меня, все отрицай и ничего не подписывай, — подмигнув мне, Эрик попрощался с ребятами и сиганул за дверь.       Я помогла Дилану убрать со стола, наши руки будто специально проявляли инициативу соприкасаться друг с другом, что вызывало у меня легкий румянец на щеках, легкую усмешку Дилана и недовольное цоканье Мэтта.       Как и предсказывал пророк Эрик, не успели мы пройти в свой класс, как ко мне подошла какая-то девушка и передала, что меня ждут в кабинете директора. Даже учитывая, что это была самооборона, я очковала, как самый оторванный грешник на исповеди. Дилан вызвался идти со мной и ждать возле кабинета, ободряюще сжимая мою руку. Нас нагнал Эрик, там же стояла кучка вчерашних уродов и Алекс с перемотанным кочаном. — Харрис, червяк, надеюсь тебя снова упекут в класс для неуравновешанных, а тебя, сучку, выбросят отсюда, как пакет с мусором, — имбицил подал голос из круга своих друзей, но подойти ближе, видимо, боялся. — А вы что здесь делаете? Мы цирк уродов не заказывали, — я улыбнулась своей фирменной акульей улыбкой, лучшее оружие против врага — это смех. Что и следовало доказать, горящий пукан Алекса ответил сам за себя. — Мистер Харрис и мисс Джексон, проходите, вы тоже, мистер Адамс, будьте любезны, — из кабинета выглянула какая-то тетка в очках. Набрав в легкие побольше воздуха, я смело шагнула вперед, растолкав стайку горилл возле входа. — Будьте добры, объяснить мне, мисс Джексон, о чем вы думали, разбивая бутылку об голову мистера Адамса? — мужик в представительном костюме смотрел на меня испытывающим взглядом. От всей этой нервозности я, к херам, забыла его фамилию. — Мистер Дэвис я … — Джонс. — Простите, Джонс. Алекс и его друзья избивали моего брата, а потом набросились на нас с Эриком, я была напугана и… — И не придумали ничего умнее, как разбить человеку череп? — Он и его компания нанесли нам побольше ущерба, директор, — Эрик поморщился, дотрагиваясь до своей губы. — С вами, Харрис, будет отдельный разговор. Этот поступок надолго останется в моей памяти даже после моего увольнения, — мужик начинал нервничать, косясь на Эрика, как бык на красную тряпку. — Вы, Джексон, отстранены от занятий на пять дней, а вы, Харрис, на три. Можете быть свободны.       Нас тупо подложили под плинтус, пропустив все, что касается на счет провокации Алекса в нашу сторону. — А как же Адамс? Вы видели, что он сделал с лицом моего брата? — непроизвольно, мой голос начал повышаться в тонах, Эрик предостерегающе сжал мою руку. — Вы не видите всех тех пакостей, что творит этот человек со своими друзьями? Вы так слепы, что не замечаете того, что творится у вас под носом. Они унижают не в чем неповинных людей, поливая их грязью, человек может терпеть долго, пока в нем не зародиться ярость. Поверьте, пока вы не примете меры насчет их, — я ткнула пальцем в рожу Алекса, который выпучив глаза, был шокирован мои напором, — в скором времени, пожалеют все.       Взяв Эрика за руку, я пулей вылетела из кабинета, боясь получить дополнительные наказания. На выходе нас ждал Дилан. — Ну как? Я слышал твои крики, Лиз, тебя отстранили? — Черт, Лиз, твоя речь, заслуживает гребаного Оскара. Это просто бомба, мать вашу, Алекс до сих пор торчит в кабинете старика. Лиз красочно, в деталях рассказала о том, как эти опарыши нас достают. Поцелуйте меня в задницу, ублюдки, — ухмыляясь во все 32, Эрик показал фак кучке подлипал Алекса. — Меня отстранили на пять дней, наверное, поеду домой или заеду к отцу, — я закинула рюкзак на плечо и накинула капюшон на голову. Легко отделалась, за исключение отец бы меня по головке не погладил. —  Лиз, ты не должна была так рисковать из-за нас. Это продолжалось уже давно и вошло в порядок вещей, — Дилан, неловко пожал широкими плечами, косясь на кучку возле двери. — Да ни хера это не вошло, Дил, я чертовски рад, что в этой чертовой школе нашелся хоть один умный человек, который смог доказать это маразматику Джонсу. Идем, я подвезу тебя до дома, — Эрик ткнул меня локтем в бок и прошел к выходу.       Дилан проводил его взглядом и повернулся ко мне. — И что мне теперь делать здесь одному, Лиз? Два моих близких человека оставили меня одного на поле боя и будут тусоваться вдвоем, — Дилан невесело усмехнулся, опираясь спиной об стену. — Если тусовка состоит в уборке дома и готовки жрачки для Мэтта, то, конечно, можешь мне завидовать, — я закатила глаза и, сделав несколько неуверенных шагов, обняла его. — Знаешь, Лиз, когда тебя нет рядом со мной, я чую то, как мне сильно не хватает частичек тебя. Я начинаю скучать по твоим непослушным кудряшкам, которые ты так отчаянно прячешь под капюшон, по маленьким холодным рукам, которые так неловко обнимают меня, по румянцу на твоих щеках, когда ты злишься или когда смущаешься. Все это стало мне таким родным, что мне кажется я могу сказать… — Ну ты едешь или нет? — Эрик, как всегда, «во время», выпрыгнул из-за угла, как черт из табакерки. Мысль Дилана угасла так же быстро, как и началась. Он немного разочарованно глянул на бесившегося Эрика и отпустил мою руку. — До встречи, Лиз.