Шавка.

Самое отвратительное чувство - это жалость. Та самая жалость, с которой мы смотрим на тех забитых бедолаг. На тех, кого ежедневно унижают. В любом обществе есть человек, не просто не умеющий постоять за себя, а который просто не может ничего сделать. Такие люди замкнуты и необщительны. Они стараются ни чем не выделяться. Тихие и не приметные. Словно тени... В нашем классе был такой паренек. В младшей школе он хорошо учился, со многими общался. Кажется, он был счастлив. Затем все перешли в пятый класс и начали понемногу разбиваться на кучки, со своими интересами. Я же хорошо общался со всеми. Везде мне были рады. А он... А он стал отдаляться от нашего класса. Перестал здороваться с нами. Все чаще сидел один. Он становился чужим нам. А я все смотрел на него и не понимал, что происходит. Где-то в классе шестом я все же решил с ним поболтать по старой дружбе. - Здоров. - Я улыбался ему как последний идиот, жуя жвачку, что бы отбить запах сигарет, купленных в ларьке по рублю за штуку. Это сейчас модно стало. Типо мы все такие крутые и взрослые, раз курим и пьем. Он посмотрел на меня. Честно, я ожидал увидеть удивление в его светло-серых глазах. Но ни как не безразличие. Ни как. Он бегло прошелся по мне взглядом, тихо поздоровался и уткнулся в какую-то книженцию. Почему-то меня охватило ощущение, что со мной не желают иметь ничего общего. Но я решил настоять на своем. - Что читаешь? - Я попытался выхватить из его рук книгу, но он резко ее захлопнул и, кинув в портфель, сказал, что я его раздражаю. Такого мне никто не говорил. Я всегда мог найти общий язык со всеми. Мне всегда рады. Всегда. Все. Только... не он. В его безжизненных глазах была злость и ненависть. Это был наш последний разговор. Больше мы не общались. Как только я всем растрезвонил об этом случае, весь класс отвернулся от него. Он остался совершенно один. Прошло года два где-то, мы уже почти совсем взрослые. Большинство уже получили паспорт. Все уже не просто выпивают, а конкретно так пьют. И я был не исключением. Я уже стал самой настоящей душой всех компаний. Спал с девушками, гулял не только в сводное от учебы время, но и во время уроков. Вообщем был я самым настоящим раздолбаем и, признаться, мне это все нравилось. Я был такой же как и все. Наш класс ни чем не отличался. Хотя... Все-такие одно отличие было. И это был самый тихий парень во всей нашей параллели. Я слышал от ребят, что над ним иногда прикалываются, но сам пока в этом не участвовал. Не видел в этом смысла. А может быть просто не хотел еще раз услышать, что я кому-то не нравлюсь? Сам уже не знаю о чем я тогда думал. И уж тем более не знаю о чем думал, когда мы собрались с пацанами и избили его. Я даже толком не знаю за что они его решили проучить. Мы вытащили его вовремя перемены на улицу и завели за школу. Сначала парни требовали что бы он извинился, но он отказывался, говоря, что они сами виноваты. Затем кто-то сказал: "Да, что мы тут возимся с ним? Пора вмазать ему!" Вот тут-то все и началось. Мы били его кулаками, пинали в живот и под ребра. Смеялись, когда он всхлипывал. Обсирали его как только могли. Потом всем это надоело и мы ушли. А он остался лежать там, свернувшись в клубок и тихо плакать. Его не было около месяца. Когда учителя называли его фамилию и спрашивали где он, класс молчал. Молчал, потому что все знали о случившимся. Но ни кто не говорил об этом в школе. И я тоже молчал. Ведь участвовал во всем этом. Через какое-то время классный объявил нам, что он перевелся. Я думал, что больше никогда его не увижу. Но судьба просто так все это не оставила. Мы вновь встретились. В колледже. Я увидел его на линейке. Красивого, высокого и уверенного в себе парня. Он стоял в компании каких-то ребят и девчонок, кажется, это был курс художников. Я рассматривал его и не мог поверить своим глазам. Это не он. Или все же... Я никак не мог понять кто передо мною. Но тут я встретился с этими светло-серыми глазами и понял. Да. Я не ошибся. Он смотрел на меня и как-то печально улыбался. И тут до меня дошло, что меня... жалеют? Нет, не так. Мне сочувствуют. Но почему? - Потому, что ты меня на столько раздражаешь своей пустотой, что остается тебя только жалеть. Но я ненавижу жалость. Я ни когда не смогу смотреть на человека с жалостью в глазах. Я хочу только сочувствовать им, а не жалеть. Прости, но ты настолько пуст, что должно быть ты жалеешь сам себя. В его словах не было и доли насмешки. Но его слова задели меня. Я и правда жалок. Я - пустышка. Я противен сам себе. Я ненавижу жалость. Потому что мне сказали правду. Я ненавижу это чувство. Обычно шавками принято называть маленьких комнатных собачек. Но в последнее время так называют дворовых псин или жалких и слабых людей. Думаю, что я один из таких. У меня нет ничего кроме жалости к самому себе. Абсолютно ничего. Я могу только завидовать тому, как он смог обрести и сохранить себя настоящего в этом гнилом обществе, где мы только и делаем, что либо жалеем себя, либо давим на жалость. Мы совсем забыли о сочувствии. Мы потеряли ту самую разницу между жалостью и сочувствием. Я хочу научиться сочувствовать окружающим. Попытаться спасти то, что осталось от меня настоящего...