Прятки от одиночества

Уставший Клаус с видимым облегчением открыл дверь своей квартиры. Переодеваясь, он почувствовал аппетитный аромат рыбного пирога - своего любимого блюда - и, улыбаясь, прошел на кухню. - Привет! - он подошел сзади и поцеловал свою жену в шею. Высокая темноволосая девушка с длинными волосами, убранными в хвост, обернулась и с готовностью ответила на поцелуй. - Как прошел день? - спросила она, отрезая большой кусок пирога и наливая чай. - Не очень, - Майклсон нахмурился, но складка, образовавшаяся на его лбу, исчезла, когда он попробовал свое любимое кушанье. - Как вкусно... Энджи - ты чудо, - девушка скромно улыбнулась и поспешила вернуться к разговору. - Так что случилось? Ник тяжело вздохнул. - Помнишь, как Кол уговорил меня посетить ночной клуб? - дождавшись кивка, он продолжил. - В клубе я отшил одну девчонку, которая станцевала стриптиз для меня, а через два дня появилась на студии и сказала, что будет сниматься вместе со мной. Стерва!! - в сердцах выкрикнул он. - Стервами так просто не становятся, - рассудительно заметила Анджелина. - И как ее зовут? - Кэролайн Форбс... Ее отец один из продюсеров канала. Анджела вздохнула. - Жалко ее... Бедная девочка, - Клаус вспыхнул. - Жалко?? Ты же, к счастью, не знаешь ее. - Конечно, жалко: у нее никогда не будет такого мужа, как ты. Брюнетка поцеловала Ника, садясь к нему на колени. - И знаешь, я хочу с нею познакомиться. Ты заинтриговал меня. - Не думаю, что это хорошая идея, - попытался сказать Ник, осыпая тело своей жены поцелуями. - Правильно, не думай, - задыхаясь от страсти, произнесла Энджи, расстегивая верхние пуговицы рубашки мужа. Ник понял молчаливую просьбу и, взяв свою любимую на руки, поспешил в супружескую комнату. Он на секунду замер, скидывая рубашку на пол и опуская свою руку к поясу брюк. Анджелина же вытащила зажим из волос и бросила его Нику под ноги, ее волосы волнами упали на плечи. Он перешагнул через заколку, схватил женщину за плечи и прижался к ее губам. Она чувствовала, как его руки расстегивают молнию на платье, раздался легкий треск, розовое облако упало к ногам в знак капитуляции своей хозяйки. Энджи вышла из розового круга и скинула туфли. Ник оторвался от ее губ и скользнул жадным взглядом по стройной фигурке в изящном кружевном белье. Девушка прижала ладони к его груди, продлевая поцелуй. Она сама расстегнула ремень и молнию на его брюках, и Майклсон чуть не задохнулся от настойчивости и властности этой маленькой своей любимой женщины. - Милая, - прохрипел он. Никлаус не мог больше ждать. Он оторвал девушку от себя и властно толкнул на кровать. Он желал ее, желал прямо сейчас. А она чувствовала его страсть в движении губ и языка. В том, как он прижимал ее к полу. В том, как срывал кружевное белье. Она цеплялась за могучие плечи мужа, ее ногти впивались в его мускулы - мир вертелся в вихре безумных ритмов. Она была так отзывчива, так доступна в своем ответе. Глубокие воды всевластия и безвременья затягивали ее разум, логику, мысли, они просто переставали существовать. Напряжение в его теле, а затем неистовая сила разряжения вводили ее в состояние транса, невероятного, ни с чем не сравнимого удовольствия, которое поглотило их обоих. Нику понадобилось время, чтобы прийти в себя. Анджелина положила свою голову ему на грудь и лежала, доверчиво прижимаясь к нему и слушая его сердцебиение. - Ник, я забыла тебе сказать, - нарушая тишину, произнесла она. - Что? - Я люблю тебя, - Майклсон улыбнулся и поцеловал жену в макушку. - Я знаю, милая. Я тоже тебя люблю. Они помолчали немного, точно зная, что эти слова чистая правда. - Ник, - снова начала разговор Анджелина. - Что? - У нас будет ребенок.