Прятки от одиночества

Всю свою жизнь Никлаус Майклсон считал, что испытывать абсолютное счастье невозможно. Но, проснувшись на следующий день и увидев спящую Энджи, он понял, как сильно ошибался. Счастье... Оно проникло и наполнило каждую клеточку светом и теплом. Нику казалось, что у него выросли крылья, и он парит где-то в облаках, поглядывая свысока на этот мелочный мир с какими-то мифическими проблемами. Это чудесное состояние заполонило его до такой степени, что он не обращал внимания ни на подгоревшие тосты за завтраком, ни на чудовищные утренние пробки, ни на присутствие Форбс на съемочной площадке. - Ник! С такой улыбающейся рожей не принято находиться на кладбище. Особенно, если ты пришел на могилу своих родителей, - воскликнул режиссер, мягко намекая на пять испорченных дублей. - Я буду отцом! - вскричал радостный актер, проигнорировав данное замечание. В павильоне повисла оглушительная тишина, которая вскоре прервалась оглушительным визгом, криками и аплодисментами. Через пару минут Ник оказался в кольце своих коллег, которые наперебой спешили поздравить актера, кольце настолько плотном, что отсутствие одной дерзкой блондинки попросту никто не заметил. Кэролайн брела, не разбирая дороги. Ей хотелось исчезнуть, испариться, выкинуть из головы эту унизительную картинку, это счастливое, улыбающиеся лицо Ника... Хотелось рвать, метать; хотелось швырнуть Майклсона на кровать и доказать ему, что его ненаглядная женушка никто по сравнению с ней.... Хотелось стать сильной, независимой... Хотелось обрести кого-то, кто будет любить ее так же преданно и бескорыстно. Поняв, что скоро она расплачется, Кэр остановилась и крепко зажмурила глаза. Она понимала, что ей нужно взять себя в руки, скорректировать план, нужно собраться и показать всем, на что она способна. Распахнув глаза, девушка огляделась. В нескольких метрах от нее находилось большое зеленое огороженное поле, на котором паслись лошади. Она остановилась у загона и стала восхищенно разглядывать трех лошадей разных мастей, вдыхая острый аромат эвкалипта и наслаждаясь тихим стрекотанием насекомых, к которым, однако, вскоре добавились чьи-то мягкие шаги. Кэролайн нахмурилась и обернулась: к ней спешил молодой человек в клетчатой рубашке, джинсах и поношенных ковбойских сапогах. Из-под шляпы выглядывали еще влажные после душа темные волосы. Он остановился и протянул ей одну из двух принесенных с собой кружек кофе. Кэролайн приняла кружку, а он, поставив ногу на перекладину изгороди, уставился на лошадей и отхлебнул напиток. - Прошу прощения, - наконец сказала Кэр. - Я просто любовалась лошадьми. Извините, если потревожила. Незнакомец сделал еще один глоток и негромко сказал: - Не думал, что Кэролайн Форбс умеет извиняться. - Не думала, что являюсь настолько популярной натурой? - Но вы же ради этого сюда пришли? Популярность, деньги, признание, поклонники... Что еще должно войти в ваш прейскурант? - Разбитые сердца, - ухмыльнувшись, сказала она. - А вы дерзкая! - то ли с восхищением, то ли с презрением заметил ее собеседник. - А вы Стефан? - заметила Кэролайн. - Да, - отрезал он. И все. Без подробностей. Вместо этого Сальваторе показал на животных в загоне: - Те две только на четверть породистые, а этот - чистокровный арабский скакун. Ты должна будешь работать с ним. Не хочешь попробовать? Кэролайн восхищенно ахнула, и Стефан воспринял это, как согласие. Первое знакомство он решил начать с одной из полукровок, покладистой кобылы по кличке Алкея, а себе же взял норовистого араба. Проверив крепление и проведя небольшой инструктаж, пара коллег отправилась в путь. Они поехали между холмов, солнце грело им голову, и Кэролайн почувствовала себя на вершине счастья. она с любопытством смотрела по сторонам, замечая, что Стефан сидит в седле чуть ссутулившись, как человек, привычный передвигаться верхом, нежели шагать по земле. Некоторое время они скакали в доверительном молчании, но потребность девушки высказать свои эмоции взяла вверх. - Как здесь красиво! - произнесла она, указывая на полевые цветы, покрывавшие полянку. - Вы выросли на ранчо? - Где я только не рос! - Стефан пожал плечами, не желая вдаваться в подробности. - Но почему лошади? - Они умны. И преданы, - ответил он, смотря на девушку. Он бросил взгляд на часы и произнес: - Нам пора возвращаться, лошади нуждаются в уходе. Обратный путь прошел в молчании, и показался Кэролайн невероятным коротким, но она была рада, что познакомилась с этим довольно странным и замкнутым человеком. Человеком, который не выказывал ей явного презрения, не старался от нее избавиться и не лебезил перед ней. - Стефан, - сказала она, передавая поводья и прощаясь. - Спасибо тебе. Ты - мое первое приятное знакомство.