Один час

Грелл Сатклифф, задыхаясь, бежал по узкому, длинному коридору. Но, несмотря на всю затруднительность ситуации, он умудрялся успевать ругать себя на чем свет стоит, проклиная чертовы высокие сапоги и бензопилу, что откровенно мешала, цепляясь за стены. Позади жнеца довольно-таки быстро бежали еще несколько сущностей, чем-то походивших на людей, но с одним отличием: убить их косой не получалось. И поэтому Грелл принял решение спасаться. Покинуть помещение так быстро как только можно, но тут как назло ни одна заранее припасенная на такие случаи магическая штучка не работала и жнец как идиот бежал из подвала куда-то выше по ступенькам. Откуда-то сверху слышались человеческие голоса, вмешивать смертных не особо хотелось, но что поделать, сейчас было не до размышлений. Грелл толкнул тяжелую дверь и оказался в небольшом подсобном помещении, где повсюду сновала прислуга. Осматриваться времени не было, Грелл выскочил в первую попавшуюся дверь и застыл от изумления. В дальнем углу сидели несколько мужчин напоминающих мафиози, а за ними связанный, даже с кляпом во рту Фантомхайв. Сиэль смотрел на жнеца с переходящим в шок удивлением. Мужчины вокруг него ошарашенно уставились на нечто красноволосое с бензопилой в руках, покрытое копотью и какой-то черной слизью. — Фантомхааайв, — обреченно простонал жнец. Юноша осторожно кивнул, не зная, стоит ли соглашаться с тем, что кричит Грелл. Один из мужчин отвесил Сиэлю оплеуху и потянулся за оружием. — Да чтоб я опять с Легендарным работал, как, вот как ты находишь себе приключения на пятую точку? В голове быстро защелкали идеи. Точно, Фантомхайв. Значит неподалеку Михаэлис, а последний за своего коротышку любого снесет. Бинго! Спасение! — Мужчинки, двигаемся, а то пришибу. Грелл занес косу над ближайшим мужчиной, но ударить не успел, так как в зал ворвались эти недо-демоны. Мафиози впали в ступор еще раз. Мало им было красноволосой закопченной проблемы, так вот еще и добрый десяток чудиков. Грелл от волнения бросил косу и, расталкивая мужчин, начал в ручную развязывать графа. Фантомхайв протестующе замычал и попытался отпрыгнуть со стулом куда-то в сторону. Сатклифф поправил съехавшие очки и, наконец, смог собраться и развязать чертовы узлы. — Ты что здесь делаешь? — сиплым от долгого молчания голосом спросил граф. Нелепо попытался встать, но от тугого связывания веревками ноги буквально его не слушались. — Тебя спасаю, а теперь, Фантомхайв, ты меня спасай, — торопливо пробормотал аловолосый, прячась за графа. Разумеется, длинному, как шпала, жнецу это не удалось, да и в целом смотрелось комично, но других идей у него не было. Мафиози тщетно пытались отстреливаться от новых «гостей», но удавалось это, откровенно говоря, плохо. Даже никак. Сущности спокойно пропускали сквозь себя пули, что не наносили им никакого урона. — Не надо меня спасать, я сам почти спасся! — Потом будешь чушь городить, тебя тут чуть не прикончили. А еще на щеке такая ссадина, что я прямо видел как хорошо тут с тобой обращаются. Милая дружеская перепалка синхронно закончилась, когда последнего мафиози буквально таки на части разодрали несколько сущностей. Граф попятился, попутно вертя на пальце темное кольцо, кажется, он спешно продумывал план действий. — Ну позови же уже Себастьяна! — Не могу! В этом месте магия совсем не работает! Причем никакая! Ты думаешь, если бы я мог, я бы не разобрался с этим? — посетовал граф. Грелл взвыл. Да что же это за наказание! Опять он по собственной глупости ввязался непонятно куда. — А, вспомнил! — хлопнул себя по лбу юноша и протянул руку жнецу, — Ну, рань меня, немедленно! — с горящими глазами истинного мазохиста попросил граф. И в который раз Сатклифф осознал, что Фантомхайв порой выглядит безумнее любого Алоиса, да и его самого вместе взятых. Ранить? Демона? Косой? Да это же почти смертельно! Но граф закатил глаза и сам провел по бензопиле валяющейся на полу сбоку рукой. Острая, как бритва, она тут же рассекла ладонь и потекла кровь. — Придурок? О, воды Леты, меня прикончат с придурком! Не думал я, что ты, Фантомхайв, свихнешься. Сиэль высокомерно фыркнул и, отвернувшись к стене, начал что-то бормотать. Не прошло и минуты, как в помещении стало так темно, хоть глаз выколи. Грелл стал прислушиваться к словам графа, вдруг тот использует какую-то древнюю магию, но нет. «Ты же понимаешь, что я совершенно взрослый и к тому же все пошло не так из-за Грелла, он разрушил все мои планы… Нет, не так… Я тихо-мирно шел по улице, а эти остолопы на меня напали и связали…» — доносилось из угла комнаты. Грелл удивленно моргнул, Сиэль что, отговорку репетирует? Из темноты был слышен только звуки ломающихся костей и невнятное мычание — говорить или кричать походу сущности не умели. Несколько минут и все кончилось. Зажегся свет. Прямо перед лицом жнеца стоял хмурый и злой Себастьян Михаэлис собственной персоной. Сиэль, предчувствуя проблемы, все так же не поворачивался от стены. Демон фактически не изменился за прошедшие годы. Разве что одежда стала современнее и в пылу схватки кто-то срезал его прядь волос да пару раз ударил ножом в руку. Михаэлис брезгливо поднял с пола бензопилу. Сиэль все так же стоял у стены. — Твое? — ядовито спросил демон. — Да-да, Себастьянчик. Спасибо за помощь, — промурлыкал жнец, разворачивая Фантомхайва к демону. Только потом он осторожно протянул руку за своей косой. — Ну, а это чудо точно твое, — мило хихикнул жнец, погладив юношу по голове, — Я тут шел-шел да вот связанного его нашел. В компании мужланов каких-то, представляешь, они побили твоего пупсика, связали еще и кляп в рот засунули, — под конец тирада жнеца стала произноситься буквально таки жалостливым тоном. Фантомхайв уныло молчал, то и дело бросая на жнеца злые взгляды. Сволочь. — Мое, мое, — покачивая головой, не сводя глаз с юноши, признал дворецкий. Демон вздохнул и подошел к графу, тот сразу же спрятал окровавленную руку за спину. — Я знаю, что ты ранен, иначе не смог бы тебя найти, покажи, глубоко или нет. Оставим разбирательства на потом, — бесконечно терпеливым тоном заботливого отца, который втайне мечтает всыпать своему подопечному ремня, попросил демон. Сиэль молча протянул окровавленную руку вперед. — А что это были за гады? Их коса не берет. Ох, кстати, мальчики, мне что-то полагается за спасение нашего милашки? Чайку бы и в душ, а то мне до моей квартирки добираться несколько часов. А, и у меня новости есть, я все хотел вам рассказать, да времени не было. Насчет висельничков ваших, кстати. Михаэлис легко поднял Сиэля на руки. Граф вздохнул. Он уже привык к такому методу перемещения. Откровенно говоря, даже полюбил. Ведь можно было обнять мужчину за шею и блаженно закрыть глаза. Пока ему разбор полетов за проступок не грозил.

***

Все-таки есть то, что переменилось в отношениях Фантомхайва и Михаэлиса. Жнец, как сторона третья и незаинтересованная, заметил это почти сразу, когда попал в дом демонов. Фантомхайв сильно изменился. Нет, одно осталось прежним, он как был твердолобым упрямым ослом таковым и остался, но вот то, что Сиэль научился заботиться не от случая к случаю, а постоянно, это повергало в шок. Да-да, граф Фантомхайв, криворукий, неловкий юноша уже с уверенностью мог заварить кофе, качественно перевязать раны и больше того, он уже не замирал, спешно пытаясь сообразить, что происходит, когда его обнимал или проявлял какие-то другие знаки внимания Себастьян. Больше того, он пусть порой и неловко, но очень искренне пытался показать, что Михаэлис ему нужен. Да, это было крайне редко, странными способами, но было же. Граф закончил перевязку ран дворецкого и, удовлетворенно оглядев плод своих трудов, сложил оставшиеся бинты в аптечку. — Ты зачем его перевязываешь? У него же раны затянутся через пару часов, зачем волноваться? — некстати спросил Грелл — Во-первых, так не будет боли при движениях. Во-вторых, скоро пора спать, если он испачкает кровью постельное, мне придется все сменить, а ты когда-нибудь запихивал одеяло в пододеяльник? Мне кажется, это придумал какой-то демон из ада, — горестно сказал Сиэль. Жнец хихикнул. Ну да, с ростом Сиэля и учетом того, какой большой пододеяльник, интересно, как он вообще не терялся где-то в нем. — А с чего это ты начал что-то по дому делать? И как дом целым после этого остался? Граф, надувшись, вышел из комнаты. Сатклифф в банном халате с удовольствием развалился на мягком кресле напротив Себастьяна, рассматривая повязку на плече мужчины. Да, действительно, Михаэлис почти не изменился. Все так же в прекрасной форме, сразу видно, за годы, что они не виделись, демон не стал ленивым домашним сибаритом. — Карточный долг — дело чести, — туманно произнес брюнет, стараясь не улыбаться. Ему вспомнилось то самое шокированное выражение лица Сиэля, когда тот проиграл в покер шесть раз подряд. У него прямо-таки немного губы дрогнули, едва ли не выдав убитое настроение юноши. — Правда нам все-таки пришлось несколько раз переезжать, но уверяю, года через три все устаканилось. Сиэль внес в комнату поднос с напитками. На его любимом кресле уже восседал Сатклифф, умудрившийся намочить спинку насквозь мокрыми волосами. Тащить другое кресло из соседней комнаты, показывая физическую слабость, откровенно не хотелось, а другой мебели не было. Граф хмыкнул, поставил поднос на стол и сел на колени Себастьяна. И казалось бы, это должно было смотреться как-то не так, пошло или странно, но нет. Наоборот, это выглядело так естественно и спокойно. Михаэлис потянулся за чашкой, приобняв юношу за талию, и оба демона вопросительно посмотрели на Грелла. — А кофе хорош, — вскользь прокомментировал жнец, — Ох, выдрессировал тебя Себастьянчик, ты без команды, как песик, ему все приносишь и делаешь, — провокационно сказал жнец. Сиэль облокотился о мужчину, что обнял его крепче. Ох уж этот Сатклифф, он постоянно пытался кого-то на что-то спровоцировать и если в любой другой момент он бы может и поддался слабости и бросил в жнеца чем-то тяжелым, то сейчас было откровенно лень двигаться. Грелл отпил кофе, довольно закатил глаза и продолжил: — Я ведь забирал пленки Финни и Барда. И если с поваром все понятно было, отправили его душу так сказать по месту назначения, — жнец подмигнул, — то с Финниганом все было сложнее. Ну я простой диспетчер, отчет написал, начальству все отдал, — Грелл томно сделал вид, что начальство для недосягаемый авторитет, а не сожитель, каждое утро распивающий кофе на кухне. — А на днях к нам в академию новенького привели, я веду у них некоторые лекции, в основном по боевым искусствам. Ну новенький и новенький, я не обращал внимания. Пока этот милый юноша не поднял одной рукой гипсовую колонну весом ну кило так сто точно. Причем он этого даже не заметил, колонну он поднял потому, что за ней была милая птичка, с которой он хотел поздороваться. Сиэль закатил глаза. Финни. В своем репертуаре. Вот уж удивительный поворот судьбы, кто знал, что сама судьба даст ему второй шанс да еще в такой ипостаси. Забавно, каким жнецом он станет… — Я уже готовлю прошение, чтобы после обучения его отправили к нам. Ох, надеюсь, что все получится. — Ты Уильяма совсем хочешь седым сделать? — спросил Михаэлис, прервав мечтания жнеца. Сиэль изо всех сил постарался сделать серьезное выражение лица, он уже представлял себе, что будет твориться в отделе Ти Спирса и искренне ему сочувствовал. — Кстати, ты стал волосы в хвост высокий убирать? Очень хорошо, тебе идет. Ты стал похож на почти нормального жнеца. Грелл подскочил, как ужаленный. Кажется, Себастьян ненароком сказал что-то, что задело того до глубины души. — Вот видишь. Фантомхайв, как тебе повезло, я не могу. Я неделю ходил с новой прической перед этим гадом канцелярским и он ничего не заметил! Ни единого словечка не сказал. Ничего, вот переведут ему новенького, он как миленький все замечать начнет, — мстительно пообещал Грелл, патетично рухнув в кресло. Из угла донеслось громкое мяуканье и на середину комнаты величаво, пусть и прихрамывая, вышел огромный черный кот. Оценив обстановку, кот поднял хвост трубой и подошел к Сиэлю. — Прыгай, Оливер. Кот проигнорировал слова графа, не шелохнувшись с места. — Оливер! — Сиэль сощурился и добавил в тон командных ноток. Кот подошел ближе и лапами уперся в ногу графа, всем своим жалобным одноглазым видом давая понять, что помогите мне, обнимите и возьмите на ручки. Сатклифф смотрел с интересом за тем, как ведут себя демоны. Михаэлис обычно любящий всех котов, держался прохладно, даже закатил глаза, дескать опять эта хитрая шерстяная сволочь все внимание Сиэля на себя перетягивает. Граф же напускал на себя строгость изо всех сил, но в итоге сдался и осторожно усадил его на колени. Михаэлис фыркнул. Мошенник добился своего. Кот же громко замурлыкал. — Это в последний раз, Оливер. Только из уважения к твоему возрасту! — словно оправдывая свой поступок, вслух сказал граф. — Ты так всегда говоришь! А потом этот наглый тип приходит и творит все, что душе угодно! — О, да ты прямо охарактеризовал свое поведение, — ядовито подметил граф. Сатклифф звонко расхохотался. Картина была действительно уморительная, от кого-кого, но от Фантомхайва и Михаэлиса он не ожидал чего-то такого домашнего и теплого. Вот ведь, действительно сердцу не прикажешь. — Если хочешь — оставайся, там есть гостевая спальня. Твою одежду горничная постирает, она утром придет. Только… — Я понял, одеяло в пододеяльник я как-то сам запихну, — весело сказал жнец. Сиэль улыбнулся и отрицательно кивнул головой. — Нет, я знаю, что не могу просить тебя, но присмотри там за Финни. Он хороший, но бестолковый иногда. Сатклифф обернулся на пороге, Себастьян осторожно гладил юношу по голове, сам граф положил голову мужчине на плечо. — Ужас, — посетовал жнец. Откровенно говоря, эта идиллия ему нравилась настолько, что он даже немного завидовал. Но так, совсем чуть-чуть и белой завистью. — Ты это о чем? — Демон просит меня позаботиться о жнеце. Мы же природные враги! Мир с ума сошел, определенно! — пробубнил аловолосый, выходя из комнаты. — А, кстати, спасибо за подарок на день рождения. И отдельное мерси за открытку «от тайного поклонника». Уилли так ревновал. Всю ночь ревновал, я утром пошел на работу такой помятый, но довольный. Жнец засунул голову в комнату, но тут же быстро вышел. Мешать целующимся ему не хотелось.

***

«Эдвард, мой милый брат, прости меня. За ложь, за то, что в последние минуты ты был со мной и я предала тебя, подставила и ты умер вместо меня. Хотя я знаю, что права не имею молить о прощении. Я уничтожила все, опозорила семью. Говорят, отец не пережил это, так что его смерть на моей совести тоже. Эдвард. Эдвард…» Блондинка подняла голову вверх, пытаясь сглотнуть тяжелый ком в горле. Поразительно красивый, безоблачный день, прекрасный для того, чтобы навестить брата в годовщину его смерти. Мидлфорт вздохнула, сжала руки в кулаки, собираясь с мыслями. Нельзя было плакать. Не здесь. — Мама, — девочка дернула ее за подол платья и женщина улыбнулась малышке. Муж обнял ее сзади. Он не знал, зачем они приезжают сюда каждый год и почему его жена так корила себя за смерть брата, но пытался хоть как-то помочь ее горю. — Элизабет! — пораженный голос откуда-то сзади заставил блондинку обернуться, не веря своим ушам. В паре шагов от нее стоял Сиэль. В синем теплом плаще, правда без повязки, а сзади хмурой тенью маячил Себастьян. В груди все сжалось от невыплаканных слез, от воспоминаний. Женщина дрожа шагнула вперед и совсем по-детски шмыгнула носом. — Лиззи, Сиэль, я же Лиззи! — по старой привычке поправила блондинка. А потом сорвалась и подбежала к графу, обнимая его изо всех сил. — Задушишь, честное слово, задушишь! Ну не ведут себя так леди, — весело отбивался Сиэль. Муж удивленно посмотрел на высокого брюнета, что подошел к нему, пока его жена тискала то-ли девушку, то-ли юношу с миловидным лицом. Шатен, сжал руку дочки и хотел было вмешаться, но брюнет положил руку ему на плечо и неодобрительно цокнул языком. — Не стоит. Они очень долго не виделись. Дайте им эти минуты, им есть о чем поговорить. — Меня зовут Гарри Адамс, я владелец табачной компании в новой Англии, — шатен подал визитку Себастьяну, — какая красивая девушка, удивительной красоты глаза, правда одета так странно, — провожая взглядом Сиэля, сказал мужчина. Демон хмыкнул. — Девушка? Шатен недоуменно посмотрел на демона. — Да, это моя супруга. Экстравагантная персона. Меня зовут Себастьян Михаэлис, я занимаюсь сделками с особо ценными вещами. Правда я без визитки, но не волнуйтесь, память у меня феноменальная. Если придется увидеться еще, я думаю вы меня тоже не забудете. Последняя фраза демона прозвучала угрожающе. Да и сам брюнет хоть и выглядел просто симпатичным молодым мужчиной, но было в нем что-то опасное. Адамс машинально сжал руку дочери крепче. Элизабет сжимала юношу в объятиях так крепко, словно боялась, что он исчезнет. Но, собравшись, она смогла отступить на шаг и взглянуть на Фантомхайва, давая и ему ее рассмотреть. Но было то, из-за чего ей было стыдно встретиться взглядом с Сиэлем и сейчас она старалась не поднимать глаз. Граф осторожно приподнял подбородок женщины. Да, Элизабет стала совсем взрослой. Лицо немного изменилось, она стала еще немного выше, появились тревожные морщинки на лбу и крохотная родинка у виска. Но глаза, звонкий голос… Это была его подруга детства, очень дорогой и близкий человек, пусть и натворивший столько бед. — Мне стыдно, я принесла столько зла. — Тише-тише. Все мы делаем ошибки. Порой ошибки ужасные и непоправимые. Главное, что ты все поняла, а я… Я не держу зла. Думаю, Эдвард тоже. Все эти ошибки натворила маленькая глупая Лиззи, а сейчас передо мной моя дорогая Элизабет, которую я любил и буду любить как сестру вечно. Мидлфорт шмыгнула носом. Спокойный, понимающий тон, теплый взгляд. Сиэль выглядел так же молодо, едва ли ему можно было дать пятнадцать лет. Такой же невысокий, хрупкий. Но до безумия родной. Как же хорошо, что Себастьян тогда спас его! — Наверное, стоило натворить столько ужаса, чтобы услышать от тебя не невнятное бурчание, а настоящее признание! — проворчала женщина, — когда ты только о чувствах научился говорить? Хотя я всегда знала, что под выражением лица буки, такой добрый и хороший… — Можешь называть меня как угодно, даже человеком, я не обижусь, — поняв смущение девушки, великодушно сказал граф. — Он… не обижает тебя? — блондинка кивнула в сторону Михаэлиса. Брюнет, словно понял, что говорят о нем, повернулся в сторону Мидлфорт. Фантомхайв улыбнулся. Элизабет действительно за него переживала, это было видно. — Он любит меня так сильно, что порой это переходит все немыслимые границы. На руках носит, как будто бы я инвалид, — в тоне графа слышалось легкое недовольство, — кстати, кто это с тобой? Блондинка покраснела и виновато посмотрела на юношу. Ей внезапно стало стыдно. Причем она сама не знала почему. — Это мой муж, Гарри, и дочка Лили. Я хотела назвать ее твоим именем, но крошка напрочь не отзывалась на него и поэтому Лили. — Муж? — Да. Смешная история вышла. Я его спасла от грабителей, а он в меня влюбился. Фантомхайв расхохотался. Да, с Элизабет иначе и быть не должно. Муж вроде бы очень даже громила, но спасла его именно она. Хотя с ее способностями и не удивительно. — Ты неисправима… — Но потом, когда я чуть не попала к работорговцам, он двум морякам буквально шею скрутил голыми руками, — словно оправдывая мужа в глазах графа, добавила блондинка. — Мы очень друг друга любим. Я не заслужила такого счастья, — наконец, тихо признала женщина. Дочь отпустила руку отца и уверенно подошла к маме. Кажется, малышке было чуть больше пяти лет. — Знакомься, Лили, это Сиэль! Юноша склонился перед маленькой блондинкой, у нее на удивление были темные глаза «в отца» — пронеслось в голове юноши. — Очень приятно, леди Лилиан, — официальное обращение звучало так забавно. Граф улыбнулся и подал руку девчушке. Малышка внимательно посмотрела на юношу перед ней и нерешительно подала руку. — Ты тренируешь ее? — Нет-нет, только если захочет сама. Пусть на мне закончатся покалеченные женские судьбы нашей фамилии. Граф выпрямился, вздохнул. Снег валил такой же как и в ту ночь, когда он умер. Только сейчас он был словно чище и красивее. — Я больше тебя никогда не увижу? Юноша пожал плечами. Взял руку маркизы и повернул ладонью вверх. — Смотри, если когда-нибудь, так случится, что тебе будет необходима моя помощь — только позови. Но только, если ситуация будет ужасная, хорошо? Я хочу, чтобы ты знала, что даже Себастьян пусть и злится, но простил тебя. Он… отходчивый. Да и к тому же в нашем споре я победил не без твоего участия, так что все хорошо. Девушка рассматривала маленький медальон с сапфиром посередине. — Чтобы позвать, просто капни кровью на камень. — Кровью? — Ну я же все-таки демон, — Девушки, вы слишком долго там стоите. Обе замерзли, Боже, Лили, да у тебя руки синие. Гарри, широко улыбаясь, подошел к жене. Михаэлис с самым умиротворенным выражением лица так же подошел к ним. — Д-девушки? — бровь графа удивленно поднялась вверх. Шатен подал жене теплую шаль. — Ах, да. Вы же теперь замужняя дама. Супруга господина Михаэлиса, рад с вами познакомиться, вы очаровательно выглядите, — хлопнув себя по лбу и тут же протянув руку Сиэлю, сказал Гарри. Элизабет прикусила изнутри щеку, чтобы не расхохотаться. Фантомхайв с красным от злости лицом повернулся к Михаэлису, что мило улыбался присутствующим. Только граф открыл рот, как Себастьян ловко поднял его на руки. — Прошу прощения друзья, но нам пора. Ох, уж эти молодые леди, с ними совершенно сладу нет, реагируют на все так непосредственно, — прощебетал Михаэлис, быстро унося свою ценную ношу в сторону. — Странные они какие-то, — пробормотал Гарри. — Удачи, леди Михаэлис, — крикнула Элизабет. — Я тебя прикончу, — донесся отчаянный крик откуда-то издалека. Мидлфорт, откинув голову назад, счастливо рассмеялась. Вот теперь все наконец встало на свои места. Ну, кроме леди Михаэлис. Сжимая маленький медальон, женщина поцеловала в щеку недоумевающего мужа и впервые за пятнадцать лет отошла от могилы брата со спокойным сердцем. Малышка Лилиан проводила взглядом странную парочку и побежала за мамой. Ей было непонятно, что происходит, но одно она уяснила верно. Эту красивую синюю штучку у мамы в руке нужно беречь, потому что держа ее, мама улыбается.