Идеально убитые чувства

      Эрик Харрис буравил задумчивым взглядом потолок одиночной больничной палаты. В его вене торчала иголка, на конце которой находилась прозрачная пластиковая трубочка, бравшая свое начало из мягкого мешочка, висевшего на железной подставке с загнутым кольцом. Диагностировав у молодого человека сотрясение средней тяжести, доктор прописал ноотропные препараты через капельницы, чтобы разгрузить сосуды головного мозга и улучшить кровообращение.       Несмотря на весьма серьезную травму, полученную от вероломных Чеда и Виктории, Эрик пребывал в ясном уме, здравой памяти и весьма воинственном настроении. В его голове во всю рисовались мстительные картины публичного унижения Виктории Дэвис, которая поплатится за все, на что обрекла его и Эмму из-за своей непомерной жажды обладания человеком, оказавшемуся ей не по зубам. Больше никаких поблажек. Что касается Чеда Мастерса, то с этим выродком, претворяющимся хорошим и замусорившим Эмме мозги, Эрик непременно разберется позднее. Сначала одно дело, затем другое. Эрик терпелив, Эрик умеет ждать. Все будет так, как хочет он.       Единственное, что резко омрачало боевой настрой Харриса — было ревнивое осознание факта слишком близкого нахождения Мастерса рядом с Эммой. Обладая живым и богатым воображением, Эрик легко живописал себе крайне непристойные и доводящие его до зубовного скрежета картины. Стараясь не думать о том, как проклятый червяк Чед трогает и целует Эмму, тем не менее Эрик по прежнему возвращался к этому вопросу. Неужели она действительно забыла его? Пытаясь поговорить с Эммой, Эрик последнее время то и дело набирал ее номер, но на том конце неживой равнодушный голос постоянно отвечал, что абонент недоступен. Гадая, чтобы это значило и начиная подозревать, что девушка банально сменила номер, Эрик бессильно сжимал и разжимал кулаки, будучи прикованным к мерзкой кровати постоянными капельницами и надзором чрезвычайно ответственной пожилой медсестры.       Мобильник, до этого тихо лежавший на маленькой тумбочке, неожиданно громко пискнул, заставив Эрика вздрогнуть. Недоуменно нахмурив лоб, парень кое-как нащупал пальцами трубку. На дисплее красовалась инфа о том, что поступило сообщение от «Сучки Дэвис», как Харрис окрестил абонента. — Так, так, — буркнул он, нажимая на команду «Прочитать»: «Где карта памяти, блядский выродок?! Клянусь, я прикончу тебя, если только ты сольешь видео в сеть, я тебе отвечаю. Лучше по хорошему верни мне карту!» — Ах ты, тварь, — усмехнулся парень, быстро нажимая на кнопку ответа. Печатать текст одним пальцем было сложно, но бурлившая в Эрике злость ощутимо помогала ему справиться с этим нелегким делом. «Скоро, совсем скоро ты станешь звездой интернета, мерзкая сука. Не захотела по хорошему, будет иначе. Никто тебя не спасет!»       Логичнее было бы проигнорировать истеричное послание Вик, но Эрик все же не отказал себе в удовольствии потроллить потаскуху Дэвис, ответ от которой не заставил себя долго ждать: «Будь ты проклят, Харрис! Чтобы у тебя член отвалился! Ненавижу тебя!!!!!!»       Хмыкнув, парень собрался было положить телефон обратно, как тот вновь завибрировал в его ладони. На этот раз Виктория звонила сама, видимо, чтобы поорать прямо в ухо. Ладно, решил Эрик, все равно делать нечего, можно и послушать, как на голову сыпятся проклятия. — Эрик?! Эрик, пожалуйста, не делай этого! — разрыдалась в трубку девушка. — Ты победил, я признаю. Прости меня! Пожалуйста, пожалей меня, если это увидят родители, мне не жить. Эрик? Ты слышишь меня?       Харрис медленно отнял мобилу от уха и нажал на сброс звонка. Никакой жалости. Никому и никогда. Он обязан дожать Викторию, только тогда парень ощутит себя отмщенным. Нужно было действовать и немедленно. Нет смысла ждать, когда его выпишут из проклятой больницы: доведенная до отчаяния девушка может выкинуть какой-нибудь неожиданный фортель. Несмотря на то, что карта памяти из поломанной и украденной камеры Дилана надежно покоилась в столе Харриса под грудой разной макулатуры, их жилище было вовсе не застраховано от очередного взлома с обыском. Нажав кнопку быстрого набора, Эрик принялся ждать, когда ему ответит друг.

***

      Флор лежала на кровати, смотря в потолок ничего не выражающим взглядом. Весь оставшийся день девушка провела в комнате, завернувшись в одеяло и не желая ни с кем разговаривать. Лежа на постели лицом к стенке, было безумно удобно размышлять о своей никчемной жизни.       Сбежав от Брендона, который растерянно остался стоять на улице один, Флор ринулась в сторону Дилана, который по прежнему маячил где-то на горизонте. Разрываясь от внутренних противоречий, девушка нерешительно остановилась, не зная, что ей предпринять: догонять и кидаться на шею Клиболду, по которому она ужасно скучала и тосковала, или вернуться домой в свою комнату, запереться там и предаться черному отчаянию?       Наблюдая за уходящим Диланом, девушка вдруг увидела, как к его силуэту присоединился еще один — неожиданно тонкий и изящный. В наступающих сумерках, в неверном свете фонарей Флоранс с ужасом узрела, как непонятная девушка словно бы гладит Дилана по щеке, затем как-будто бы тот обнимает ее за плечи и привлекает к себе.       Флор пискнула от шока, осознав, что Дилан без нее не особенно-то скучает, раз позволяет всяким шаболдам вешаться себе на шею, и все его странные-престранные слова и поступки, которых было хоть отбавляй за последние пару дней, ничто иное — как издевательство и ложь. Закрыв глаза руками, Флоранс отвернулась от исчезнувшей в сумраке пары, и сгорбившись, словно старуха, потащилась к женскому общежитию, надеясь, что Эммы в комнате нет. Отвечать сейчас ни на какие вопросы Флор просто не могла и не хотела.       Вот так в полнейшем эмоциональном изнеможении, искреннем желании изоляции и одиночества, проходили все выходные Флоранс, и именно они заслужили звание самых худших в истории ее студенческой жизни. Иногда в голову прокрадывались мысли о словах Дилана: стоит ли продолжать эту дешевую постановку с Брендоном, если каждый раз снова и снова она дает понять Клиболду что ее игра потерпела поражение? Каждому должно вести поровну, однако к ней судьба всегда поворачивается задницей. Может этот год просто несчастливый для нее? Или Бог нашел себе мишень, чтобы постоянно на ком-то отыгрываться?       Постепенно приближался День Благодарения. Дилан больше не делал попыток связаться с Флор, и та страшно мучилась ревнивыми думами о том, какую шлюху Клиболд повезет теперь в Литтлтон на семейный праздник. — Флор? Слушай, ты почти не выходила из комнаты за эти дни. Так нельзя, понимаешь? Брендон несколько раз спрашивал про тебя, — сидевшая на соседней кровати Эмма, складывавшая в дорожную сумку вещи, с жалостью смотрела на фигуру подруги, скрючившуюся под одеялом. — Что между вами произошло? Он обидел тебя? — Я сама себя обижаю, давай не будем об этом, — ответила девушка тихим голосом, выныривая из-под одеяла. — В чем проблема, Флор, скажи? Уверена, тебе станет легче, — продолжала допытываться Эмма, уверенная, что рвущимся потоком своих вопросов ей удастся вывести подругу из депрессии. — Проблема в том, Эмс, что меня обманули! Снова! А я вместо того, чтобы класть на Клиболда, тону в розовых соплях по нему, — прохныкала девушка, натягивая себе на лицо край одеяла. Внутри царила буря, состоявшая из противоречий: хотелось кричать, визжать, высказать все, что накопилось за эти дни и недели, но вместо этого, со стороны, она представляла собой абсолютную апатию. Слез не было. Плакать вовсе не хотелось, кажется, все нутро девушки окаменело и начнет оживать лишь тогда, когда рядом будет находится он. Хотелось лежать и думать о ком-то неимоверно хорошем и приятном, например о… нем, о Дилане, который оказался вовсе не хорошим и не прекрасным, но треклятое женское сердце совершенно не было согласно с рациональным мозгом. — Ты куда-то собираешься? — казалось, апатичная Флор только сейчас заметила все манипуляции соседки, которая упаковывала зубные щетку и нить в небольшой несессер. — Чед пригласил меня на праздники к его родителям, я же рассказывала тебе, — мягко отозвалась Эмма с сочувствием взирая на бледную подругу, скукожившуюся под одеялом. — Мы уезжаем завтра утром. — Не помню, может быть, — в душе Флор порадовалась, что остается на День Благодарения одна. Лететь домой она отказалась, сославшись на то, что слишком занята по учебе, но на самом деле, конечно, у девушки не было ни малейшего желания видеть вечно похмельного отца, который никак не мог выбраться из очередного запоя. По словам встревоженной матери, мужчина почти перестал самостоятельно ходить в туалет — начинали отказывать почки. Объятая собственными переживаниями, Флоранс совершенно не хотела взваливать на себя тревоги и заботы замученной мамы, поэтому эгоистично прикрылась ложью, пообещав, что непременно навестит семью на Рождество. — Ты точно будешь в порядке, уверена, что стоит остаться в Юме и хандрить? — допытывалась Эмма, искренне желая подруге помочь выбраться из депрессии.       К счастью для Флор раздался телефонный звонок. Лениво привстав и потянувшись к своему мобильнику, девушка увидела на дисплее имя своего изрядно поднадоевшего обожателя. Но отвечать на настойчивые расспросы Эммы хотелось еще меньше, поэтому Марсо, решительно нажав кнопку ответа, поморщила нос, услышав Брендона. — Флор? Привет, хотел поинтересоваться, как у тебя дела? — взволнованный голос парня противно резал слух, однако собрав все свое самообладание в кулак, девушка старалась отвечать, как можно вежливее, без нажима. В конце концов, он не виноват во всем этом дерьме, в которое ее окунули с головой. — Терпимо. Извини, что так получилось с нашей прогулкой, я была не в настроении, — закатив глаза, Флор старалась придумать более-менее подходящий ответ, загладив все причины ее паршивого поведения. — Я понимаю, этот козел снова что-то хотел от тебя? — опрометчиво спросил парень про Дилана, подогревая желание девушки не только бросить трубку, но и выбросить собеседника в окно, желательно с сотого этажа. — Неважно! Брендон? Я, кажется, просила не упоминать его имени, так?! — Флор резко повысила голос, что сидевшая на соседней постели Эмма неожиданно подпрыгнула. — Извини, просто… я не совсем доволен тем, что он не желает оставлять тебя в покое, — пробубнил молодой Ирвинс потухшим голосом. — Ты что-то хотел? — внезапная вспышка гнева слегка смутила Флоранс. Такого в планах не было. — Ты так редко появляешься на людях, редко посещаешь репетиции, я догадываюсь, что такое поведение непременно связано с… ним, поэтому я решил пригласить тебя на день рождения своего друга Тейлора, помнишь его? Он ставил нам звук в предыдущей сценке, — будничным тоном протараторил Брендон, быстро замолкнув, будто ожидая от Флор следующего наплыва агрессии. Девушка упорно смотрела в одну точку, обдумывая его слова. В голове стоял шум, как в телевизоре, из которого внезапно выдрали антенну для приема каналов. Может стоит вылезти из своей берлоги? Последнее время Флор настолько тихо лежала погруженная в свои мысли, что Эмме наверняка порой казалось, будто подруги и вовсе нет в комнате. В трубке послышалось неловкое покашливание, Брендон начал слегка волноваться, ожидая резкий отрицательный ответ. — Ну так что скажешь, Флор? Ты согласна? — Да. Во сколько? Где? — ответила та равнодушным голосом под удивленным взглядом подруги. — Я заеду за тобой к семи, очень рад, что ты согласилась. До вечера, — плохо скрывая веселость, парень тут же нажал сброс, боясь, что девушка вдруг передумает.       Небрежно швырнув телефон на тумбочку, который снова неудачно приземлился, оказавшись под кроватью, Флор без сил опустилась обратно, накрываясь одеялом. — Как видишь, все в порядке, Эмма! Можешь смело ехать отдыхать, я не останусь одна при всем желании! — раздраженно прорычала блондинка. — Что он сказал? Ты куда-то идешь сегодня? — поинтересовалась Эмма, услышав некоторые обрывки фраз из телефонного разговора. — С Брендоном на какую-то тусу. Мне все равно, — промычала Флор. Ей осточертел этот навязчивый паренек, но лежать, изображая труп, было хуже всего на свете. — Тебе должно быть легче хотя бы в общих чертах, Флор, развеешься, повеселишься, — старалась поддержать подругу Эмма, но все было бессмысленно.       Подняв на нее черные от засохшей туши глаза, Флоранс недобро уставилась на подругу. — Тебе легче с Чедом? Видимо да, раз ты едешь с ним черти куда. Это здорово, что ты двигаешься дальше, не все так могут, окей?       Потупив взгляд в пол, Эмма собиралась было сказать, то все не так, но тут же осеклась, прикусывая язык. — Вот и заткнись, — сквозь зубы процедила Флор, вскакивая с кровати и направляясь в ванную.

***

      18:45. Флор, одетая в черное платье-карандаш, критично осматривала себя в зеркале. Потухшие голубые глаза, утратившие свою яркость и живость, выглядели серыми и унылыми. Не было сил даже натянуть фальшивую улыбку на лицо. — Флор, милая, ты сногшибательна! — встретил ее Брендон, приглашая сесть в машину. Флор не слишком искренне улыбнулась ему и заняла переднее место рядом с водительским. — Спасибо. Поехали? — Брендон слишком долго пялился на нее, пришлось напомнить, зачем они вообще здесь собрались. Парень смотрел на нее все с тем же обожанием, будто взирал на свою самую заветную мечту.       Припарковавшись, Брендон пулей выбежал из тачки, обежал ее, галантно приоткрыв девушке дверь. Огромный двухэтажный дом, куда парень привез спутницу, больше походил на клуб. Музыка безжалостно врезалась в уши оглушительными басами. Подцепив девушку за руку, Брендон провел ее внутрь дома, предлагая стаканчик с чем-то алкогольным. Все, находившиеся в этом месте, которое до отказа было заполнено людьми, странно посматривали на девушку, видимо, впервые появившуюся в компании Брендона. Подрагивая в такт музыке и в пол уха слушая Ирвинса, который представил ее имениннику, Флор сделала пару глотков спиртного. Никогда бы не подумала, что придется пробовать эту дрянь, однако состояние было такое, что волей-неволей пришлось вливать в себя жгучую гадость. — Как тебе? Нравится? — спустя какое-то время поинтересовался Брендон, слегка приобнимая чуть пошатывавшуюся девушку за талию. Было около десяти вечера, люди, находившиеся в доме, уже давно были всецело отданы в руки зеленому змию. Пьяные танцы, беспричинный смех, доносившийся отовсюду. Допивая третий стакан, Флоранс с удовольствием заметила, что-то, о чем она так старательно пыталась забыть, за весь вечер едва ли промелькнуло в памяти. Однако в неокрепшем юном организме выпитый чрез меру алкоголь начал оказывать свое пагубное воздействие. Противное головокружение и мутные волны поднимающейся тошноты принялись преследовать Флор. Цепко ухватившись за руку Брендона, услужливо маячившего поблизости, она слегка пошатнулась, возвращая недопитый стакан обратно на стол. — Что с тобой? — обеспокоенно поинтересовался парень, вглядываясь в помутневшие глаза девушки. — Кажется, я перепила, — пробормотала Флор, надавливая подушечками пальцев рук на виски, стараясь сконцентрировать зрение. — Проводить тебя в комнату? Прости, я сам выпил, не смогу отвезти тебя в общежитие. Идем? — слегка приобнимая спутницу за тонкую талию, Брендон повел ее через сгрудившуюся толпу, увлеченно наблюдавшую за двумя парнями, который на спор выпивали бутылку виски. — Вот, это комната для гостей, как я помню, особенно для таких прекрасных, как ты, — светя телефоном и входя в темную комнату, Брендон нащупал выключатель, вмиг озаривший незнакомое помещение ярким электрическим светом. Флор зажмурилась и вновь пошатнулась. — Спасибо, Брендон, я…лягу спать, — едва передвигая ноги, она с трудом скинула с себя шпильки, с наслаждением присев на кровать. — Хорошо, зови если что-то понадобится, я буду рядом, — вынув из шкафа плед и протянув его в руки девушки, Брендон еще какое-то время постоял в комнате, словно не зная, что ему делать дальше. Прилечь рядом с этой недоступной, но такой прекрасной нимфой, или продолжить празднование дня рождения друга в одиночестве? Природный такт победил. С сожалением вздохнув про себя, парень кинул прощальный взор на сонную Флоранс и покинул комнату.       Расправив плед, Флор с удовольствием растянулась на постели. Усталые ноги ныли от дурацких каблуков, а голова кружилась от слишком большого количества алкоголя. Переворачиваясь с боку на бок, девушка никак не могла привыкнуть к новой кровати, к совершенно незнакомому запаху. Слишком жесткий матрас, слишком колючий плед. Боже, как же хочется в свою постель или, может, оказаться в объятиях Дилана? Преодолевая калейдоскоп в голове, Марсо кое-как устроилась, скатившись на самый край постели, искренне надеясь, что ее не вырвет. Спустя миг пьяный мозг отключился.       Скрип двери. Тихие шаги — будто кто-то крадется, пытается быть незаметным. Флор резко распахнула глаза. Который час? Стараясь не делать лишних движений, девушка слегка приподнялась на локтях, посматривая на настольные часы, подсвеченные мягким светом тусклой лампы. 1:30. Вечеринка, должно быть, уже закончилась? Вокруг стояла тишина, которую снова нарушил чей-то шорох шагов. — Кто здесь? — прикрыв себя пледом, Флор старалась разглядеть в тусклом свете хоть что-то. — Не волнуйся, это я, — знакомый голос Брендона немного успокоил девушку. Откинувшись обратно на подушку, она почувствовала, как край кровати просел под тяжестью его тела. Парень приземлился рядом с ней, взяв ее ладонь в свою. Резкий запах алкоголя, от которого Флор тут же замутило, давал понять, что Брендон был весьма нетрезв. — Чего не спишь? — Несколько натянуто поинтересовалась Флор, чтобы хоть как-то разбавить странную паузу, повисшую в в воздухе. — Не хочется, — молодой человек улыбнулся. — Я думал о тебе, Флор. Вечеринка не в радость, когда рядом с мужчиной нет его женщины. — Рукой парень дотронулся до щеки Флор, вспыхнувшей румянцем после таких слов. Холодные пальцы Брендона приятно остужали разгоряченную кожу, так что Флор тут же забыла оттолкнуть его от себя. — Не наглей, Брендон, я все еще пьяна и с дуру могу позволить тебе многое, — внезапно хихикнув, девушка все же убрала его руку от своего лица. — Я думал, моя лекция на счет влюбленности не должна была пройти даром, и ты хоть как-то воспримешь меня, — тихо проговорил Брен, заметно придвигаясь ближе. — Влюбленность — дрянная штука, лично мне она вышла боком. — А как же тот, которого ты любишь? — Я думаю, ему бы не зашли твои признания, Брендон, — распахнув глаза, Флор неожиданно заметила, что парень находится слишком близко. Нависнув над ней, Брендон робко прикоснулся к ее коралловым губам. В комнате становилось жарче, поскольку почуяв, что девушка не собирается его оттолкнуть, Брендон начал действовать настойчивее: жадно впиваться в рот, проникая языком глубже. Притягивая его ближе к себе, Флор старалась отключить мозг и действовать, только полагаясь на зов тела. Прикоснувшись губами к шее девушки, парень продолжал шептать, как она прекрасна. Слегка расстегнув ее платье, он сдвинул ткань вниз, обнажая ключицы и грудь. Провел рукой по нежному шейному изгибу, останавливаясь на атласной коже девичьей груди, с трепетом чуть поглаживая ее.       Брендон вновь настиг губы Флоранс, даря нежный поцелуй, слегка прикусывая нежную кожу. Флор выгибалась под ним, словно кошка, прижимая его тело ближе, будто пытаясь согреться. Проведя рукой по внутренней стороне бедер, парень слегка раздвинул ее ноги, устраиваясь поудобнее. Задрав платье выше, коснулся губами живота, и Флор не смогла сдержать приглушенный стон. Его поцелуи медленно двигались вверх, пробуя на вкус девичье тело. Сдвинув вниз кружевной кремовый лифчик, Брендон обнажил грудь Флор, восхищенно рассматривая, как бледно-розовый сосок становится ярче под нажимом его пальцев. Трепетно коснувшись губами груди, Брендон провел языком по затвердевшему соску, отчего по телу Флор пробежали мурашки, и она сильнее обвила торс молодого человека ногами. Она чувствовала его тепло, чувствовала его горячие поцелуи, нежные руки…       Но тут Флор поняла, что совершает большую ошибку. Закрыв глаза, девушка увидела перед внутренним взором их первый поцелуй с Диланом, его светлые голубые глаза, добрую улыбку, любящие губы. Она не чувствовала той любви и нежности к парню, который сейчас так ласково и трепетно целовал и гладил ее. Не с ним и не здесь жаждала оказаться внезапно прозревшая девушка. Ахнув, она выставила ладонь вперед, останавливая руки Брендона, уже почти стянувшие с нее платье. — Брендон? Нет… извини… я не смогу..... я не предам его, — прошептала Флор, натягивая на обнаженное тело черную ткань. Вскочив с кровати, схватив туфли в руку, отодвинув разочарованного парня, который и не стремился ее удержать, Флор тенью выскользнула за дерь, оставив Брендона в самый неподходящий момент в полном одиночестве и разобранных чувствах.       Пробираясь между то тут, то там погруженными в мертвецки пьяный сон телами, Флоранс искала кухню. Где-то в глубине дома раздавалась еле слышная лайтовая мелодия, которой вторил чей-то богатырский звучный храп. — Господи, как меня сюда занесло? — тихо причитала Флоранс, в ужасе оглядываясь по сторонам. — Это же не моё, это не я. Зачем я тут?       Наконец, доковыляв в незнакомом доме до кухни, Флор уронила на грязный, истоптанный кучей ног кафельный пол свои лодочки и приникла к крану с холодной водой. Потушив в горле пожар и хоть немного избавившись от мерзкого ощущения во рту, Флор без зазрения совести влезла в чужой холодильник. Страшно хотелось есть.       Лихорадочно намазывая хлеб арахисовым маслом, Флор ощутила невероятное желание услышать голос Дилана сию же секунду. Осознав, что ее сумочка и мобильник в ней остались наверху в гостевой комнате, где сейчас наверняка спал Брендон, девушка увидела телефонный аппарат на кухонной стене. Номер Дилана она помнила наизусть. Нерешительно сняв трубку, Флор дрожащими пальцами набрала заветные цифры, умоляя про себя, чтобы парень ответил и…был один. Господи, если он окажется в постели с девушкой, Флор просто не вынесет этого…       Гудки шли один за другим, все больше погружая Флоранс в пучину отчаяния. Она понимала, что возможно Дилан пьян, поэтому не отвечает. Что мешает ему надраться по случаю жизни точно так же, как и ей? Или может быть дело в другом? Может быть Дилан видит незнакомый номер, звонящий ночью, поэтому не отвечает? Боже, сними трубку, Клиболд!       Сонный голос Дилана хрипло прозвучал в телефоне уже тогда, когда Флоранс была готова разбить аппарат чем-нибудь тяжелым. — Дилан! Дилан! — закричала девушка так, что сама же вздрогнула от звука собственного голоса. — Это Флор!       На том конце встревоженный бас осведомился, что случилось. Чуть не рыдая, блондинка принялась трандычать, проглатывая окончания: — Господи, забери меня отсюда, пожалуйста, Дил! Ты можешь меня забрать? Скажи, что можешь, умоляю! Я нахожусь в доме Тейлора Хэнсона, адрес… — быстро протрещав улицу и номер дома, Флор замолчала, с бешено бьющимся сердцем ожидая ответа от Клиболда. — Десять минут и я там,  — серьезно отозвался тот и отключился.       Повесив телефон на место, Флор медленно осела по стене вниз, уже не сдерживая слезы облегчения и радости. Неожиданно на нее сверху упала тень. Раскрыв красные глаза, девушка увидела стоявшего в арочном проеме Брендона Ирвинса, который смотрел на нее с такой жуткой смесью отчаяния и боли, что Флор не смогла выдержать этот взор. Молодой человек аккуратно положил на кухонную стойку черную изящную сумочку и, не говоря ни слова, ушел.

***

      Дрожа от пронизывающего ночного ветра, кутаясь в тонкий плащик, Флоранс ожидала Дилана снаружи, стоя на чужом крыльце. Находиться больше внутри дома — там, где она едва не стала жертвой собственной слабости и глупости — было выше ее сил. Нетерпеливо поглядывая на дисплей мобильника, девушка уже было собралась позвонить Клиболду, как вдруг увидела пляшущий в конце улицы свет фар.       Черный БМВ стремительно, почти с визгом, тормознул на дороге, даже не делая попыток заехать на забитую другими авто подъездную аллею. Из машины быстро вырвался высокий силуэт, в два гигантских шага подскакивая к тоненькой одинокой фигурке. — Что случилось, милая? Все хорошо, ты в порядке? Кто тебя обидел? — зачастил Дилан, вглядываясь в родное заплаканное личико. — Почему ты здесь? — Я замерзла, — прошептала Флор, по щекам которой вновь потекли счастливые слезы. — Пойдем скорее в тепло, — Дилан крепко обнял девушку за плечи и проводил до машины. Затем, уже медленно и осторожно, двинул тачку с места, направив ту в обратную сторону. — Расскажешь, что случилось? — Дилан глядел на темную дорогу, иногда бросая косые взгляды на сидящую рядом девушку. Он с ходу учуял алкогольные пары, из-за которых моментально запотели все стекла, но тактично решил об этом умолчать. Флор не сводила взгляда с его профиля, кусая губы и горя желанием признаться ему во всех своих страхах, сомнениях и глупых поступках. А что, если он не поймет? А что, если он не простит? Ведь она же не простила ему пьяные танцы с Логан Грин, хотя сама только что практически занялась пьяным сексом с Брендоном Ирвинсом. — Останови машину, — попросила девушка.       Дилан послушно съехал на обочину, ожидая дальнейшего развития событий, затем включил тусклый свет встроенной лампочки над приборной панелью и устремил светлые глаза на сжавшуюся на сидении девушку. — Я чуть было не натворила дел, — прошептала Флор, комкая в руках полу плаща. — Я так запуталась в своих чувствах и обидах, что просто потеряла голову.       Дилан молча ждал продолжения. Его сердце тревожно сжималось, кровь начинала закипать. Первая фраза слишком сильно напрягла и напугала его, но он постарался сохранить рассудок холодным, лишь одним движением длинных пальцев нащупав в кармане пачку сигарет. — Брендон, как ты знаешь, назойливо ухаживал за мной, — не глядя на него, продолжила Флор. — Несмотря на мое пренебрежение, он был терпелив и мил, и я… Мне показалось, что я смогу попытаться заменить тебя им… Звучит ужасно, прости, — Флор шумно вздохнула и несмело подняла на Дилана глаза. Тот сжал зубы, изо всех сил заставляя себя сидеть спокойно. Его руки невольно начинали подрагивать от нараставшего напряжения. Флоранс ничего не замечала. Расценивая его молчание и застывшую позу, как призыв исповедаться дальше, она проговорила: — Сегодня он позвал меня на день рождения Тейлора. Я решила, почему бы и нет. И там я, к своему стыду, напилась. Дилан, мне было так больно! Затем мне стало плохо, Брендон отвел меня в комнату, где я уснула… — Что же случилось дальше? — ровно поинтересовался Клиболд, рассматривая немигающим взглядом склоненную голову Флор. — Он вернулся и разбудил меня, — тихо ответила та. — Зачем? — прозвучал напряженный вопрос. — Я не знаю, — прошептала девушка. — Мы начали разговаривать, а потом… — Он приставал к тебе?! — гнев, вырвавшийся изо рта Дилана, заставил Флор вздрогнуть. Девушка отрицательно покачала головой и призналась: — Я сама позволила ему начать… Но в свое оправдание могу сказать, что и ты не был паинькой, когда трогал Логан!       Дилан достал сигарету и судорожно прикурил ее. Его обуревали самые разные чувства: он хотел вернуться в дом Хэнсона и разбить ебало Брендону Ирвинсу. Он хотел схватить эту глупую девчонку, сидящую перед ним сейчас и поскуливающую от жалости к себе, и как следует дать ей по лбу, чтобы научилась думать прежде, чем что-либо делать! Он хотел…но не стал. Вместо этого парень вышел из машины под холодный осенний ветер и подставил ему разгоряченное лицо. Флоранс хватило ума остаться сидеть в машине и тихо сглатывать слезы отчаяния. Она поняла, что своим признанием в попытке облегчить себе жизнь и добиться понимания и прощения от человека, которого она так любила, зашла слишком далеко. И теперь все зависело лишь от того, как Дилан отреагирует.       Докурив сигарету практически до фильтра, немного успокоив нервы, Клиболд вернулся в машину. Мысли крутились в голове, норовя преобразоваться в слова, но огромным усилием воли парень подавил в себе порывы резко высказаться насчет поведения Флор. Лишь ровно сказал: — Хотела наказать меня, а наказала себя? — Да, — сдавленно прошептала девушка. — Мне так жаль, Дил. — Жаль… — Дилан повторил слово, словно смакуя его на кончике языка. — Ладно, уже поздно, Флор, а мне утром уезжать в Литтлтон на семейный праздник. Я должен перед дорогой поспать еще хотя бы пару часов, — парень завел машину и сорвался с места. Оставшуюся часть пути до студенческого городка пара не перекинулась ни словом. Флоранс изнывала от тревоги и отчаяния, понимая, что Дилана сильно задело ее поведение, но на удивление, гордая девушка понимала его и нисколько не винила. Давно ли она вела себя точно так же? Конечно, ему нужно время… Но когда молодой человеку привез ее к общежитию, Флоранс не удержалась от вопроса: — Ты едешь один или…с кем-то? — Что? — словно вырвавшись из тяжелых дум, Дилан недоуменно посмотрел на нее. — Один, конечно, Флор! Я же не ты, я никогда не стремился тебя кем-то заменить! — вырвавшиеся ядовитые слова тут же заставили его пожалеть о них, но зато показали всю степень обиды на безрассудное поведение Флоранс. Та проглотила упрек и тихо кивнула, затем пояснила: — Я просто в прошлый раз, когда мы пообщались на лавке, пошла за тобой, ты не видел. Зато увидела кое-что я. Ты встретился с девушкой, мне показалось, что вы обнялись, и я…сделала выводы. — Девушкой? А-а-а-а, ты наверное, про Викторию Дэвис, напавшую на меня в темной аллее? — Дилан хмыкнул и придвинулся к Флор ближе, показывая пальцем на три отметины от ногтей на своей левой щеке. Только сейчас Флор с удивлением узрела, что лицо Клиболда было расцарапано. — Какая же это девушка? Это бешеная сука, так что ты все неверно поняла и представила. Мне пришлось сделать ей больно, иначе я рисковал остаться без глаз. — Зачем, почему?.. Я ничего не понимаю, — призналась Флоранс, испытывая неимоверное облегчение от услышанных объяснений. Столько времени провести в жутких сердечных муках, сгорая от собственной горечи, а нужно было всего-то просто поговорить с Диланом. Насколько бы легче жилось людям, если бы они больше умели прощать и идти друг другу на встречу! — Не бери в голову. Эрик попросил меня кое-что сделать, а Виктория попыталась решить этот вопрос в свою пользу. Нас это не касается, — поморщился Клиболд, переключаясь с неприятных воспоминаний на реальную жизнь. — Слушай, я не хочу сейчас ничего решать, это горячка. Ты поступила…не очень, ну да и я накосячил. Мне не нравится то, что между нами слишком много непонимания, и я очень хотел бы знать, что в будущем, если оно у нас будет, мы смогли бы исправиться, а не мстить друг другу той же монетой.       Флор согласно кивнула. Напряжение понемногу отпускало ее, она расслабилась, поняв, что Дилан не собирается прямо сейчас рвать с ней все отношения. — Я не зову тебя с собой в Литтлтон, извини, — честно признался парень. — Тебе, как и мне, сейчас лучше побыть в одиночестве. Подумать. А когда я вернусь, мы поговорим и решим, что нам делать дальше. — Я люблю тебя, — всхлипнула Флоранс, прижимаясь лбом к плечу Дилана. Тот запустил ладонь в растрепанную светлую шевелюру и погладил девушку по голове. — Счастливого Дня Благодарения, Лягушонок.