Еще увидимся
7 марта 2019 г., 09:35
— Это ужасно. Просто в голове не укладывается, — тихо сетовала Флор, коротая перерыв между парами в библиотеке, где девушка искала подходящую книгу для заданного реферата. События сегодняшнего утра никак не хотели покидать ее разум, против воли проецируя в памяти неприличные картинки оральных ласк, заставлявшие ее то и дело покрываться стыдливым румянцем. — Как так выходит, Дил, что опозорилась Виктория, а стыдно мне?!
— Забудь об этом, она получила по заслугам. Разве нет? — сидящий за столом Дилан внимательно наблюдал за напряженной подругой. Взгляд девушки был сосредоточен на книге, но голубые глаза не двигались, давая понять, что ее думы были далеки от чтения.
— Спору нет, Виктория Дэвис — сущая стерва, но, по-моему, это было жестоко, — тихо произнесла Флоранс, захлопнув тяжеленную книгу и присаживаясь напротив парня. — И уж ни в коем разе не смешно.
— Разве кто-то смеялся, Лягушонок? — Дилан приблизил ладонь к лицу девушки, заправляя светлую прядь ей за ухо.
— Будто бы ты не слышал, как ржали те придурки, которые стояли ближе всех к экрану. Думаю, это нанесло ей сильнейший удар. Я бы после такого повесилась.
Взгляд Клиболда стал серьезнее, убрав руку с ее волос, он устало провел ладонью по своему лицу:
— Не говори глупости, Флор, с тобой такого никогда не будет. Виктория Дэвис — дьявол в человеческой плоти, она получила по заслугам, думаю, то, что произошло, здорово вправит ей мозги.
— Как думаешь, кто мог это сделать? — тихо прошептала Флор, обернувшись, будто боялась, что их услышат.
— Понятия не имею. Здесь учится почти четыре тысячи человек, Дэвис могла отсосать кому угодно, — небрежно бросил Дилан, не обращая внимания на шиканье Флор.
— Не завидую ему. Сноу не успокоится, пока не вышвырнет виновника из колледжа, — Флор тряхнула головой, снова открывая книгу на нужной ей странице.
— У этого маразматика нет ни улик, ни даже догадок, этот пень только языком трепать горазд. Вот увидишь, пройдет несколько недель, и все стадо найдет другое громкое обсуждение взамен сегодняшнему происшествию, — Дилан выпрямил спину, задрав руки за шею, сладко потягиваясь до хруста в суставах. Библиотекарша, сидящая недалеко от парочки, недовольно посмотрела в их сторону, явно раздосадованная громкими разговорами.
— Дилан, послушай… — протянув тонкие пальцы к молодому человеку, Флоранс пытливо вперила взор в его безмятежное лицо. — Вы с Эриком точно не имеете к этому никакого отношения?
Дилан чуть заметно вздрогнул. Именно этих расспросов он и боялся больше всего. Придав взгляду налет оскорбительности, он устало поинтересовался:
— Каким образом мы могли бы быть к этому причастны, Флоранс? Может быть, ты думаешь, что это я держал камеру, пока Дэвис ублажала меня ртом?
Флор вспыхнула, заливаясь густейшей краской. Она не думала об этом в таком ключе, но внезапная нападка Дилана заставила ее посмотреть на ситуацию с другого бока. Собравшись с силами, она выдавила:
— А ты мог бы?..
— Лягушонок… — Клиболд переплел их пальцы и мягко сжал ладонь. — Никогда в жизни я бы не пошел на подобную низость ни по отношению к тебе, ни по отношению к себе. Какая бы Виктория не была популярная и красивая, я ни за что бы не стал получать с ней подобный сомнительный опыт. Ведь у меня есть ты, и только ты безраздельно царишь в моем сердце, ну и, что уж говорить, во всех остальных частях тела, — парень игриво ей подмигнул, мягко улыбаясь, искренне надеясь, что сумел хоть немного разубедить девушку в том, что он причастен к похабнейшей выходке. Но что-то подсказывало ему, что это только начало в нескончаемой череде начинающихся разборок.
Немного успокоившись, Флор начала записывать в бежевый блокнот нужную информацию, изредка кидая взгляды на любующегося ею Дилана. Теплую идиллию прервал телефонный звонок на сотовом Клиболда, прозвучавший в тихой атмосфере библиотеки, словно грохот рок-концерта.
— Молодой человек, сейчас же выключите телефон или покиньте библиотеку, — тучная дама в очках чуть ли не подпрыгнула на своем стуле, шикая на парня. Проигнорировав замечание рассерженной миссис Рамон, Дилан неспешно достал из кармана черных штанов мобильный под заинтересованным взглядом Флоранс.
— Блядь. Какого ему от меня надо? — спрашивая больше себя, чем Флор, парень показал дисплей телефона девушке, которая любопытно тянула шею. Устало вдохнув, Дилан нажал кнопку ответа, тут же морщась от плохо скрываемого вопля со стороны собеседника.
— Мистер Клиболд, будьте добры зайти ко мне в кабинет по очень важному вопросу, касающемуся репутации колледжа! — голос Сноу железобетонно дал понять, что никакие отговорки не помогут избежать встречи с ним. По телу Клиболда тут же пробежал неприятный холодок: вопрос касался ролика, тут и думать нечего, а главное, его тут же вызывают на ковер. На том конце послышались оборванные короткие гудки, давая понять что бешенство декана никоим образом не утихло.
— Что там? Что ему нужно? Он думает, что это ты? — соскочив с места, Флор обеспокоено заваливала парня вопросами.
— Не знаю, но это было очевидно. Обвинения старого пня должны были упасть на нас вне очереди. Не волнуйся, — склонившись над Флор, Дилан мягко поцеловал ее в уголок рта, слегка щелкнув пальцами по кончику носа. Это немного успокоило девушку, хоть и не полностью убрало развившееся волнение. Забросив рюкзак на плечо, Дилан вышел из библиотеки с тревожной нотой на душе. Конечно, все то, что он сказал Флор про не состояние Сноу найти виновников, было лишь блефом, чтобы успокоить ее.
На самом же деле декан не успокоится, пока не вышвырнет его и Эрика, как щенят за шиворот. Чем ближе Дилан подходил к кабинету главного цербера этого места, тем больше тревога на душе усиливалась. Похоже, Сноу догадался. Старикашка оказался не таким уж и тупым. Вся та помощь, которая была оказана колледжу теми знаниями компьютера, которыми владели он и Эрик, дала понять Сноу, что именно им двоим не составило труда слить видео на всеобщее обозрение, проникнув в сервера колледжа. До его ушей все еще доносились отголоски ярко обсуждаемой темы, яростные предположения о том, кто мог быть таинственным героем ролика, скрывшим свое лицо. Дилан поймал себе на мысли, что теперь ему эта идея уже не казалось такой гениальной. Как он позволил Эрику втянуть себя в это? Если он вылетит из колледжа вслед за своим идейным вдохновителем, родители точно прикончат его. Четыре ёбаных года уйдут коту под хвост. Черт бы побрал Рэба с его вечной жаждой мести!
Дойдя до кабинета Сноу, Дилан вздохнул поглубже, стараясь придать себе невозмутимый вид. Постучав костяшками пальцев по косяку двери, дождавшись приглашения, парень вошел в кабинет, сильно мандражируя.
— Звали, мистер Сноу? — слова прозвучали будничным тоном, однако сердце от волнения колотилось так, что готово было выскочить наружу. В кабинете был только сам декан. Подняв раскрасневшуюся физиономию на вошедшего, мужчина тут же вцепился в визитера хищным взглядом, будто стараясь прожечь его насквозь.
— Вы присутствовали сегодня в центральном холле? Полагаю, вы видели ужасную демонстрацию ролика, в котором участвовала одна из наших студенток? — встав из-за массивного стола, заваленного бумагами, мужчина принялся измерять шагами комнату, изредка кидая на вошедшего злой взор.
— Да, сэр, это был очень бессовестный поступок, — стараясь не встречаться с деканом глазами, тихо пробубнил Дилан.
— Несомненно, мистер Клиболд. У меня к вам просьба, — остановившись, Сноу оперся руками на стол, впериваясь налитым кровью взглядом в побледневшее лицо парня. Сцепив руки за спиной, Дилан нервно выкручивал пальцы. — Инцидент, произошедший сегодня в холле, не должен остаться безнаказанным. Виктория Дэвис была публично унижена на глазах у всего колледжа, что, по моему мнению, не могло не отразиться на ее психическом состоянии. Виновники должны быть пойманы, и я хочу попросить помощи у вас, мистер Клиболд, не возражаете?
— Нет, сэр! — Отчеканил Дилан, по спине которого тонкой струйкой стекала дорожка пота. Ситуация обрела неожиданный поворот: то, что, казалось, могло сыграть против него самого, внезапно обернулось видимым спасением. Облегченно выдохнув про себя, парень мгновенно расслабился, предавая лицу более уверенный вид.
— Чем я могу помочь?
— Кто, по вашему мнению, смог это сделать? — декан остановился возле широкого подоконника, пристраивая на него массивный тыл и скрещивая руки на выпуклой груди.
— Без понятия, сэр, в колледже полно студентов, которые отлично знают программу, и… — начал было Дилан, но его прервали самым бесцеремонным образом:
— Но недостаточно таких, которые могли бы взломать ее и выставить данное видео на обозрение всему колледжу! — Обойдя стол, мужчина, сцепив руки за спиной, приблизился к Дилану, так же внимательно всматриваясь в его лицо. Шумно сглотнув, парень попытался улыбнуться, прекрасно осознавая, что день, когда все это раскроется, будет самым ужасным днем в его жизни. Черт бы побрал эту Дэвис! Черт бы побрал Эрика! И черт бы побрал свою мягкотелость, когда он согласился участвовать во всем этом!
— Мистер Клиболд, все учреждение уже занимается поиском виновных, ну, а пока я бы хотел попросить вас кое о чем. Вы должны помочь найти того, кто мог опубликовать это видео. Как вы это делаете — коды, операции, комбинации, символы, в общем, все, что может помочь найти виновника! Вы меня понимаете?
— Да, мистер Сноу, сделаю все, что в моих силах, — Дилан согласно кивнул, мысленно отмечая, что придется приложить все усилия, чтобы не спалить себя и Эрика.
— Чудно, вы можете быть свободны, мы с вами еще вернемся к этой теме Ну, а пока придется запретить студентам приближаться к компьютерам колледжа, до тех пор, пока шутник не будет найден. Будьте добры, из приемной пригласите следующего, — присев в кресло за письменным столом, мужчина устало потер глаза за стеклами очков и добавил: — Мистер Клиболд, я искренне надеюсь, что ни вы, ни Харрис не имеете к произошедшему никакого отношения. Надеюсь, вы понимаете, что рано или поздно всё тайное становится явным?
Плотно сомкнув челюсть, парень молча мотнул головой, поворачиваясь к выходу. Черт бы их всех драл. Ебанутая идея, где были мозги Эрика, когда он планировал этот бред?! Теперь придется работать в поте лица, чтобы прикрыть их задницы, пока Эрик будет тонуть в розовых соплях с Эммой. Выйдя из кабинета, моментально провалившись в собственные невеселые мысли, Дилан и думать забыл о просьбе декана. Преодолев большими шагами комнату приемной, он почти коснулся ручки двери, когда за его спиной раздался знакомый голос.
— Привет, Дилан, — мелодичный девичий тембр заставил парня тут же остановиться. Резко повернув голову так, что послышался хруст шейных позвонков, он увидел девушку, сидевшую на черном диване возле окна. Силуэт показался ему знакомым: светло-голубые глаза, хитрая улыбка, красивая фигура, вот только… вместо рыжего парика из коротких волос, который Дилан помнил, сейчас девушка имела свои природные волосы насыщенного пшеничного оттенка, прямыми прядями спадавшими на тонкие плечи. Вместо откровенного наряда Лилу в данный момент на ней был не менее откровенный белый топ и короткая джинсовая юбка, которая могла бы сгодиться для тусовок у бассейна, но никак не для посещения учебного заведения. Логан Гринн. Хэллоуин. Наглая девка, из-за которой он и Флор чуть было не расстались. Вспыхнув под напором неприятных воспоминаний, Дилан тут же окрысился.
— Какого хера тебе здесь надо? — грубо поинтересовался парень, не желая смотреть в миловидное лицо девушки, которая, несмотря на не слишком теплый ответ, продолжила улыбаться.
— Сама не в восторге от этого. Видишь ли, многим преподавателям не по вкусу то, как я выгляжу, пришлось придти выслушивать лекции от старпёра. А ты как считаешь, неужели все так плохо? — соскочив с дивана, Логан легкой походкой подошла к Дилану, взгляд которого инстинктивно скользнул в открытое декольте.
— Мне похер, как ты выглядишь, отвали, — взяв себя в руки, Дилан дернул на себя ручку двери, но решительная ладошка Логан уверенно легла на деревянную поверхность и тут же вернула дверь в исходное положение.
— Как грубо, Дилан! Мне казалось, на вечеринке мы расстались с тобой на дружеской ноте, жаль только, что твоя француженка заставила тебя быстро слиться с тусы, — промурлыкала Логан, очерчивая пальцем на его футболке узоры.
— Из-за тебя и твоих сучьих танцев я чуть не расстался с любимой девушкой, держись от меня подальше! — Дилан буквально прорычал эти слова в лицо Логан, стараясь хоть как-то отогнать от себя наглую особу, которая без зазрения совести нарушала все границы его личного пространства.
— Из-за меня? Мне показалось, ты был совсем не против расслабиться тогда, Дилан. Я тебя за собой на аркане не тащила, ты пошел сам, добровольно, или ты не помнишь, так как был слишком сильно пьян? В чем дело, дорогой? Мамочка Флор запрещает тебя оттянуться, как следует? — улыбка на лице Логан стала еще шире, когда ответа не прозвучало. Все было очевидно. Дилан окончательно рассердился, потому что понимал, что в ее словах был смысл. Но все, что он смог сделать, так это выдавить:
— Заткнись и дуй в кабинет к Сноу, надеюсь, тебе знатно влетит за твое блядское поведение. — С силой дернув дверь на себя так, что Логан пришлось освободить ему путь, парень бегом выскочил из приемной, услышав в спину брошенную мурлыкающую фразу:
— Еще увидимся, Дилан!
***
Чед Мастерс мерил широкими шагами светлый больничный коридор и нервно грыз ногти на пальцах. Вот уже около часа прошло, как врачи увезли бессознательную Викторию Дэвис в реанимацию, и он не знал, как обстоят ее дела. Судя по тому, насколько девушка была бледна, и как посинели ее губы, прогнозы врачей звучали не слишком обнадеживающе. Еще в карете скорой помощи Виктории заново наложили жгуты, констатировав, что все-таки повреждены были не артерии, а вены, и это, несомненно, добавляло проблем к сложившейся ситуации. Мастерс увязался следом за носилками, ввинчиваясь в недра машины, убеждая врачей, что он — близкий друг и именно он нашел девушку на полу в луже крови. Медикам было все равно, кем парень является пострадавшей, для них сейчас была важна каждая минута, поэтому автомобиль с ревом несся по городку в ближайшую больницу. Оперативно и споро, благодаря уверенным и слаженным действиям врачей, Виктория в скором времени оказалась на операционном столе. Из краткого экскурса в медицину, Чед узнал, что сначала ей должны сшить все поврежденные сосуды, если, конечно, не будет слишком поздно. Затем, попутно выяснив резус-фактор пациента, планируется делать переливание донорской крови и плазмы. Двери реанимации распахнулись, мимо Чеда пронесся медицинский ассистент. Парень ломанулся за ним в надежде узнать, как Виктория, но не успел и слова молвить, как медик громко крикнул кому-то за стойкой: — Четвертая отрицательная! Срочно открывай хранилище! За стойкой встрепенулась чернокожая регистраторша, нажимая невидимую Чеду кнопку. В конце коридора раздвинулись металлические двери, поглощая в недрах помещения спешившего работника больницы. Мастерс мало что соображал, обводя беспомощным взглядом больничный холл. Его сердце стучало так сильно, что гул крови в ушах начинал активно напрягать. Чед подумал, как бы и ему не понадобилась медицинская помощь, и, вытерев испарину с гладкого лба, прислонился к холодной стене. Двери хранилища крови вновь разъехались, выпуская наружу того же ассистента с двумя пакетами в руках, наполненных темно-алой жидкостью. Он вихрем промчался мимо бледного парня, не удостоив того и взглядом, и скрылся в реанимационном отделении, куда посторонним вход был закрыт. — Господи… Вики… — Чед в изнеможении опустился на бежевую кушетку рядом с дежурной стойкой и уронил лицо в ладони. Случившееся с девушкой так сильно его подкосило и впечатлило, что он готов был разрыдаться от отчаяния и неопределенности. Совершенно неожиданно судьба несчастной Виктории стала волновать Мастерса едва ли не больше, чем его собственная. Эмма бросила его, кинулась к Харрису — теперь это событие стало таким бледным по сравнению с тем, что происходило в настоящий момент, что Чед даже как-то отстраненно удивился собственным равнодушным мыслям. Главное, чтобы Викторию спасли. Потому что, если девушка умрет, Чед никогда не простит себя за то, что так цинично отказался ей помочь, когда она просила. Всхлипнувший молодой человек на кушетке привлек внимание регистраторши. Покопавшись у себя в столе, женщина достала пачку медикаментов и негромко привлекла внимание Чеда деликатным покашливанием. Тот вскинул воспаленное лицо, размазывая по нему текущие слезы. — Успокоительное, прими, — доброжелательно посоветовала дама, положив таблетку в блестящем блистере на стойку. — Тебе станет гораздо легче. Поднявшись на негнущиеся ноги, Чед с пилюлей в руке доковылял до кулера с водой. Еле проглотив таблетку, парень вернулся на кушетку, сцепив дрожащие руки перед собой. — Спасибо, — хрипло поблагодарил он наблюдавшую за ним женщину. — Там твоя подруга? — участливо осведомилась та, и Чед молча кивнул. Откинувшись на спинку небольшого диванчика, он прикрыл глаза. Очевидно, успокоительное было с подвохом, потому что парень понял, что его тело словно становится ватным, руки и ноги будто наливаются тяжестью, а голова начинает клониться на грудь. Он хотел было спросить, что за препарат ему всучили, но поймал себя на мысли, что ему совершенно на это плевать. Возбуждение, граничащее с паникой, медленно, но верно покидало мозг Мастерса, и блаженное равнодушие ко всему вокруг опутывало сознание паутиной пустоты. Незаметно для себя Чед тихо заснул под одобрительный взгляд регистратора за дежурной стойкой. Мастерс проснулся от толчка. Кто-то тряс его за плечо. Распахнув мутные глаза, парень увидел перед собой человека в белом колпаке и медицинской маске, спущенной со рта на подбородок. Чед резко выпрямился и похлопал себя по щекам, пытаясь придти в норму, а затем уставился на осунувшееся лицо доктора. Задать важный вопрос первым для Чеда оказалось не по силам, он только и мог смотреть с затаенным страхом в глазах на врача перед собой и гадать, что же сейчас тот ему скажет. — Пациент вне опасности, — выдохнул мужчина. — Мы сшили все сосуды и рассеченную кожу. С переливанием проблем также не возникло. Девушка в стабильно-тяжелом состоянии. В сознание пока не пришла, и это может занять много времени, вам незачем изводить себя здесь. Поезжайте домой, а то свалитесь от истощения. — Она будет жить? — тупо переспросил Чед, до которого с трудом доходил смысл сказанных слов. Врач терпеливо кивнул: — Она вне опасности. Жить будет. Хочу предупредить, что мы оповестили полицию об инциденте, поэтому вас могут побеспокоить в самое ближайшее время. — Я могу увидеть девушку? — пропустив мимо ушей фразу о полиции, с замиранием спросил Чед. — В реанимацию вход воспрещен, но в качестве исключения могу разрешить посмотреть на мисс Дэвис в смотровое окно, — мужчина искренне сочувствовал этому молодому человеку, который и сам не особенно сильно отличался от его пациентки очень бледным лицом и темными кругами под запавшими глазами. — Я буду вам очень признателен, — Мастерс поймал себя на мысли, что увидеть Викторию живой для него сейчас было равносильно сильнейшему стимулятору придти в себя и заняться собственными проблемами, вновь активно замаячившими на горизонте. Доктор молча сопроводил его за раздвижные створки реанимационного отделения, подвел к белой двери, в которой было вырезано забранное пластиком окно, и напомнил: — У вас пара минут. Чед застывшим взглядом уставился в окошко, рассматривая лежащую на больничной койке девушку, лицо которой было покрыто нездоровой синеватой бледностью с кое-где проглядывающими желтоватыми пятнами. Глаза Виктории были закрыты, ресницы даже не подрагивали, а крылья изящного носа не шевелились. Казалось, девушка даже не дышала, весь ее вид говорил о том, что она одной ногой уже была в могиле, и если бы не аппарат, к которому была подключена, показывавший бегущий стабильный ритм сердечной мышцы на электронном табло, Чед решил бы, что она умерла. Ее руки от запястий до локтей были замотаны бинтами, а в вене правого локтя торчал внушительный катетер. Парень почувствовал, как болезненно сжалось его собственное сердце, и ему будто бы перекрыли кислород. Он поднес сжатый кулак к левому боку, словно пытаясь сдержать болезненную пульсацию, и крепко зажмурил веки, из-под которых скатилась пара жгучих слез. Чед не понимал, что ощущал. Сейчас ему было так больно, словно это его располосовали, а потом сшивали по частям. Несмотря на то, что Виктория по жизни была стервозной интриганкой, шедшей по головам за желаемым результатам, она, безусловно, не заслужила того, что с ней произошло. Ни до, ни после. Тяжелый гнет вновь проснувшейся вины словно бы придавил Мастерса к земле, сделав его плечи окончательно поникшими. Молодой человек приложил пальцы к стеклу палаты, где лежала Виктория, и чуть слышно проговорил: — Еще увидимся, Вики… Сердечно отблагодарив врача, Чед быстрым шагом направился к выходу из отделения. Теперь, когда напряжение, державшее его в жесточайшем плену, отступило, парень снова мог думать о предшествующем поступку Виктории инциденте с последующим подлейшим предательством Эммы Найт. Злоба разливалась по всему телу Мастерса, пока он на всех парах бежал к автобусной остановке, чтобы вернуться в студенческий городок. Эмма обязана знать, кто приложил руку к утреннему происшествию, и что случилось после него. Эрик Харрис безжалостно довел Викторию Дэвис до попытки суицида, чудом не увенчавшейся успехом только благодаря вмешательству Высшего вселенского разума. Эмма должна знать, каким чудовищем на самом деле был Эрик Харрис.***
Ничего не подозревающие Эрик и Эмма нежились на заправленной постели. После пламенного исполнения их горячего танца страсти прошло несколько часов, но Эрик упорно не желал отпускать девушку к себе в комнату. Он лежал головой на ее коленях, чувствуя, как ласковые пальцы Эммы перебегают по его лицу, обрисовывая четкие черты, то и дело погружаясь в темные короткие волосы. Прикосновения убаюкивали, Харрис откровенно проваливался в сон, то и дело распахивая смежающиеся веки. Поймав ладонь Эммы в свою, Эрик прижался к ней губами, обдавая горячим влажным дыханием мягкую кожу. Разговаривать почему-то совсем не хотелось. Они просто были рядом друг с другом, слушали тишину, перемежающуюся только размеренным стуком их сердец, да чуть слышным дыханием. Рассматривая безупречные черты Эрика, Эмма поняла, что ради него она бы вновь прошла огонь и воду, лишь бы только быть с ним рядом. Всегда рядом. Чуть закусив полную губу, девушка нежно провела рукой по щеке парня, ощутив кожей чуть заметную небритость. Ее занимал один щекотливый вопрос относительно произошедшего утром в центральном холле, но она сильно боялась нарушить их идиллию. Эрик был восхитительно спокоен, казалось, его не тревожило ничто, он не парился ни о чем, не ждал никаких последствий, словно действительно был не при чем, но… — Эрик, — шепнула девушка, и парень вновь распахнул карие глаза. — Это ведь ты слил видео в сеть? Эрик замер. Лихорадочно прокручивая в голове моменты их утреннего диалога, он понял, что не придумал никакого убедительного объяснения тому, чтобы как-то отмазать себя. Напротив, он выполнил всё, чтобы Эмма сделала именно эти выводы. Черт. Эмма ощутила, как окаменело все его тело и тут же поспешно выдала: — Я никому не скажу и никогда не выдам тебя, ты же знаешь, ты можешь мне доверять. — Ты понимаешь, что на кону стоит мое обучение здесь? — напряженно спросил Харрис, резко садясь на постели и устремляя пытливый взгляд на смущенное лицо девушки. Та молча кивнула. — Значит не надо объяснять, что говорить об этом нежелательно нигде? — против воли тон был резок, но Эмма прекрасно понимала степень его волнения. — Но ты ведь должен понимать, что виновника будут искать? — еле слышно уточнила она, опуская зеленые глаза под слишком тяжелым напором темных прожекторов напротив. — Мы с Ви обо всем позаботимся, — успокаивающе буркнул Харрис, вновь устраивая голову на девичьих коленях. — Не поднимай больше эту тему, пожалуйста, если не хочешь, чтобы мы поссорились. Недовольно поджав губы, девушка решила на время смириться с его наставлениями, но назойливый червячок сомнений, который противно грыз ее изнутри, пищал, что все совсем не просто и не так, как кажется. В этот момент дверь распахнулась, впуская в комнату взмыленного Дилана. Он бросил быстрый взгляд на лежащего Харриса и сидевшую Эмму и буркнул: — Рэб, у нас проблемы. Надо бы поговорить. Наедине. Эрик снова вынужденно встал и устремил на друга подозрительный взгляд: — Дело срочное или подождет более благоприятного момента? — Сноу заставляет меня по программистским каналам искать шутников, устроивших утреннее шоу. Решай сам, срочно это или нет! — огрызнулся Клиболд, понимая, что нервы уже не выдерживают и сильно хочется сорваться. Эмма перевела встревоженный взгляд с Дилана на Эрика. Последний не успел ничего сказать, как дверь в комнату вновь открылась. На пороге стоял Чед Мастерс и на его лице была написана самая суровая решительность. Без приглашения, под удивленными взглядами всех троих присутствующих, парень прошел в помещение и наставил на Харриса указательный палец: — Ты! На этот раз ты зашел слишком далеко! Теперь у тебя будут охрененные неприятности, ну или у вас обоих, смотря кто из вас причастен к сливу видео в сеть! Виктория Дэвис вскрыла себе вены, сейчас она в больнице между жизнью и смертью, а все из-за тебя! Эмма вскрикнула, зажав рот ладонью, во все глаза взирая на разъяренного Мастерса. Эрик и Дилан синхронно потемнели лицами, наконец, Харрис выдавил: — Ты под кайфом, что ли? Хули ты несешь?! Чед бесстрашно подошел к Эрику и схватил того за грудки. Харрис даже попытки не сделал вырваться, лишь буравил злым взглядом лицо Мастерса, ощущая, как внутри начинает зарождаться буря. — Ты слил видео, где Виктория делает тебе минет, в сеть. После этого она попыталась покончить с собой. Что тебе еще неясно? — прошипел Чед, едва ли не касаясь кончиком носа носа Эрика. И вновь за спиной Харриса раздался вскрик Эммы. На этот раз возмущенный: — О чем ты, Чед?! Разве на видео минет делают не тебе?! Отлично прикрываться тем, что камера не поймала прямой фокус, а потом перекладывать свою низость на других! Отпустив Эрика, Чед устремился к Эмме: — Тебе уже промыли мозги?! Смирись, дорогая, отсасывают как раз твоему любвеобильному дружку! Если ты выкинешь из головы потрахушки с ним, то увидишь, что я прав, а он тебе врет! Ну спроси у него сама, чего ты ждешь? Мгновенно побледневшая Эмма уставилась расширенными зрачками на напрягшегося Эрика. Медленно подошла к нему, не спуская с его лица взгляда, затем сглотнула и прошептала: — Это правда, Эрик? На видео действительно ты?..
