Это называется ревностью.

Ябоку терпеливо ждал, когда Секки проронит хоть звук, и долго ждать не пришлось. Он не умеет врать откровенно, а лишь незначительно скрывать свои мысли и чувства. Как оказалось, и этим он владеет не в совершенстве. Иначе бы этой ситуации не произошло. — Не так давно, в парке, я встретил одну девочку и понял, что она может видеть таких, как я. — начал блондин. — И что же ты сделал? — бесстрастно задал вопрос Бог. — Я подумал, что, если уж она может нас видеть, то, наверное, у неё случилась какая-то беда, но... — он запнулся. — Что «но»? Молчание. Он мало того, что не сообщил своему хозяину эту новость, так ещё и самостоятельно пытался если не решить проблему, то хотя бы пообщаться с девочкой. Завести друга. — Я вижу, предыдущий опыт тебя ничему не научил. — услышав слишком громкие мысли янтарноглазого, Ято напомнил своему свящённому сосуду о потере его первого и единственного друга. Именно друга, а не сожителя или... хозяина. Того друга, каким он не мог назвать Хиёри или Дайкоку. — Ято, ей нужна помощь. — пытался отойти от не очень приятной для разговора темы Секки. — Да, ей нужна помощь. И я ей помогу. Мы поможем. — заключил Бог. — Только вот не забывай, что после этой помощи она тебя забудет, а существовать тебе потом придётся со мной. «Существовать». Да. Не жить, а существовать. Какая же эта жизнь, когда ты застрял в одном возрасте, когда не можешь сделать ничего такого, чтобы об этом не узнал твой хозяин, от «существования» которого зависит твоё «существование». — И не смей с ней видеться ровно до того момента, пока я не сочту нужным. Ю-ки-не. Это не просьба. — рыкнул темноволосый и покинул комнату, оставляя парнишку наедине со своими мыслями и чувствами. Бог ударил по больному. Напомнил Юки о том, кто он, где его место. Напомнил о смерти друга. Напомнил о том, что он с таким усердием старался не вспоминать весь год, всю свою "новую жизнь", которую сам же и даровал.

***

Старательно пытаясь подавить в себе подступающую истерику, что так и норовила вылиться из подростка, он до боли прикусил нижнюю губу, приводя мысли в порядок. Нельзя делать ещё хуже, хоть Ято поступил, как настоящая скотина. Но он не мог его винить, даже если очень хотелось. Много ссор и противоречий было, много не совсем удачных слов сказано в эти моменты о том, что Юкине не просил его подбирать, давать имя, не просил всего этого. Много препятствий они вместе прошли, за все неразумные действия, причинявшие когда-то боль Ябоку, темноволосый простил своего шинки. Но, несмотря на всплывшие воспоминания, которые шли вперемешку, Секки не мог так быстро подавить в себе обиду. Забравшись в спальный мешок, он так и пролежал в нем остаток дня, думая обо всем, о чем мог.

***

Проснувшись, Юкине не обнаружил в спальне бога, обычно дремавшего больше всех в доме. Мальчишка так и заснул в той одежде, в какой зашел в комнату, поэтому ощущения сейчас на теле были не из приятных. Он не сразу вспомнил разговор, которые произошёл вчера вечером, но, однако, сегодня он не чувствовал такой тяжести, какая была вчера. Блондин подошел к окну, решая открыть его, чтобы проветрить помещение и, когда в комнате попал поток свежего воздуха, подросток вдохнул полной грудью. Не успев очистить свои мысли о Боге и разговоре с ним, Юки вернулся к мыслям о Томоко. Понимая, что ему запрещено с ней видеться, а ведь она сама предложила встретиться сегодня днём, мальчишка ощутил тяжкий груз и печаль. Она наверняка будет его ждать и там бы, на той встрече, они смогли бы сдружиться, Секки узнал бы, что случилось у Томоко и постарался помочь, но странное, непонятное орудию действие Ято было помехой. Хозяева дома уже вовсю орудовали на кухне, ну как орудовали: Дайкоку готовил завтрак, а «нищебожка» залипала в телевизор или же доставала своего шинки. В этом Секки был уверен, ведь прожил в этом месте почти год. — Доброе утро, Юки! — поприветствовала розоволосая, как только заметила мальчишку, спускавшегося по лестнице. — Доброе. — слегка улыбнулся янтарноглазый, обращаясь одновременно и к Кофуку, и к её орудию. — Не знаете, куда снова Ято решил пропасть? Богиня Бедности лишь пожала плечами, а молчание Дайкоку можно было принять за неудовлетворительный ответ. — Он вообще в последнее время какой-то странный, если дело касается тебя. — заметила Кофуку. — Я не так давно начала это замечать? — В каком смысле? — спросил Юкине, ловя взглядом не слишком радостный взгляд Дайкоку, который как бы говорил хозяйке: «До хорошего твои слова не доведут». Но быстро отогнав от себя лишние мысли, он заинтересованно глядел прямо в глаза хозяйке дома. — Ну, он смотрит на тебя странно. Не так, как раньше. Следит за твоими действиями, когда ты помогаешь Кокки, если до этого он со мной болтал или смотрел телевизор, попивая пиво. — начала рассказывать розоволосая. — И раздражительным был, не помнишь? Успокоился только тогда, когда Хиёри уехала к бабушке... — Что с него взять... — вставил своё слово Дайкоку, отводя беседующих от слегка щекотливой темы. Ему, как наблюдателю со стороны, уже давно было все известно и такого рода отношения Ято он не хотел как-то комментировать, поэтому, чтобы разговор поскорее закончился, он попросил помочь Юкине в магазине. Быстро управившись со всей работой, он поспешил откланяться, ведь во время поручений ещё раз задумался о Томоко и тогда уж его не смог сдержать наказ бога в спортивках. Вполне возможно, нерадивый хозяин решил снова пропасть на неопределенный срок, что давало Юкине возможность избежать соблюдение приказа вышеупомянутого.

***

Когда подросток показался в парке, новая знакомая уже ждала его там и, заметив его, едва заметно улыбнулась. Всё-таки, они ждали эту встречу и не скрывали этого. — Чем займёмся? — просто сказать привет было уже чем-то лишним - они поздоровались взглядами, которые все говорили за них. — Я знаю один магазинчик недалеко отсюда, где продаётся очень вкусное мороженое. — предложил блондин, на что девочка лишь кивнула. Казалось, она была готова сейчас на все. Решая не рассказывать ей о своей природе, Юкине здорово проводил время с новой знакомой, благо, на это хватало средств. Он отказался от воровства не только из-за того, что это было отрицательной чертой и могло отпугнуть Томоко, но и из-за Бога, который мог почувствовать боль, а значит и заподозрить что-то неладное, а этого Секки не нужно. Время провели славно, постепенно знакомясь друг с другом - преимущественно под предлогом светловолосого, ибо самостоятельно девчушка мало что могла рассказать о себе и, как было видно, не особо-то и хотела. Значит, были свои причины и Юкине не в первый раз убеждался, что в её жизни далеко не все так гладко. О себе мальчишка рассказал не так много: что живёт недалеко отсюда, подрабатывает в магазинчике, и у него вполне обычная жизнь. Если бы. Юки не старался что-либо скрыть, но и не раскрывался сильно. Он не мог позволить себе такого. Если их разговор переходил не в то русло, заставляя Томоко невольно возвращаться к своим переживаниям, то мальчик умело отвлекал её от этого. Истратив почти все свои деньги, заработанные честным трудом в магазинчике Дайкоку, на какие-либо развлечения, он все равно был доволен этим днём. — Спасибо тебе за веселье... — поблагодарила блондина Томоко. — Было здорово. Кстати, — она немного стушевалась. — не подскажешь, сколько сейчас времени? — Почти восемь часов вечера, — вполне спокойно ответил Секки, чуть наклоняя голову в бок. — А что? Казалось, сердце девчушки остановилось. Она не сразу заметила прикованный к себе взгляд нового... уже можно сказать друга, которые был каким-то обеспокоенным. И больше становился таковым с течением времени, ведь Томоко опустила свой взгляд в пол, о чём-то усиленно думая. — Черт, извини мне пора! — резко оборвала тишину она. — Что? Как? Уже? — дернулся янтарноглазый. — Что такое? Позволив своей панике взять вверх, она все же произнесла: — Отец меня убьёт... И скрылась прежде, чем Юкине успел понять, что она уже очень далеко и бежать за ней нет никакого смысла. Они не слишком хорошо знакомы, чтобы он мог понять её чувства и уж тем более объяснить её отцу, почему Томоко задержалась... Но он почему-то очень хорошо понимал её. И от этого ощущения становилось немного не по себе. Решив последовать примеру новой подруги, он поспешил в храм Богини Нищеты. Юкине не мог точно знать, там ли сейчас Ято или нет, да и его больше волновали мысли о девчонке. С мыслями о ней он и добрался до дома, где его ожидали уже все его жители. Да-да, именно все. Даже хозяин, который поначалу сделал вид, что вообще не заметил шинки, но это лишь затишье и блондин готовил себя морально, а что-то ему подсказывало, что необходимо и физически, к буре, которая будет следом.