Dark Testament DxD

Adam Jones - <You Can Run>

Who's that knocking at your door? You got lots to answer for. Who's that sleeping in your bed? High~ High~ Cross your heart and hope to die, Swear that you won't tell no lie, Cross your heart and hope to die, High~ High~ Every time you fall asleep, Pray the lord your soul to keep, You've got problems now, my friend. High~ High~ You saw things that shook your core; Things you'd never seen before, Could've walked away instead. High~ High~ Now you got no one you can trust. Think it's all just so unjust; Point your finger and deny! High~ High~

***

Берлин, Германия. 1945-й год.

      <Щёлк>       Прозвучал щелчок, и помещение озарилось ослепительным белым светом множества фонарей, что висели на обитых серой плиткой стенах и потолке круглой просторной комнаты. Этот свет заливался в каждый уголок бытия... по крайней мере, ей так казалось. Она ощущала холодное касание шершавой покрытой рубцами гранитной поверхности, к которой по рукам и ногам была прикована металлическими кандалами. Покрытые колдовскими арийскими символами, они впивались в её запястья и лодыжки так, что одной-единственной попытки к движению хватало, чтобы до крови растереть кожу.       В тот момент, когда свет включился и ударил в глаза испепеляющим огнём, металлические входные двери со скрежетом раскатились в стороны, впустив в помещение свежий воздух. Его дуновения были бы для неё благодатью, если бы не причиняли ужасную агонию: её тело было вскрыто от солнечного сплетения до промежности, а лоскуты плоти прибиты к каменной плите. Кости её грудной клетки были переломаны и удалены, а вводимые препараты и руны на кандалах и самом столе замедляли регенерацию даже её уровня, так что она не могла отрастить новые кости или зарастить плоть... и сейчас воздух обдувал её слабо бьющееся оголённое сердце, одно всё ещё не удалённое лёгкое и желудок - это всё, что ей оставили, но этого хватало, чтобы не умереть... она просто не могла умереть от такого.       - Приятно вновь к вам вернуться, фрау Цепеш. - в помещение вошёл человек.       Одетый в чёрную кожаную шинель, увешанную наградами Великогермании, высокие кирзовые сапоги, приталенные штаны, длинный чёрный плащ с нашивками, указывающими на его принадлежность к войскам SS и звание оберштурмбаннфюрера, типичную фуражку и... противогаз-маску, этот мужчина был хорошо ей знаком.       - ...Кромвель... - прошипела она.       Наблюдая за тем, как вслед за ним в помещение вбегают и рассредотачиваются по окружности немецкие солдаты и наставляют на неё свои МP-40, она бросила измученный взгляд на подполковника. Следом за офицером двое солдат вкатили в комнату перекатной стол. Когда он оказался в метре от неё, девушка заметила множество ещё незнакомых ей инструментов... что странно, ведь она могла поклясться, что они испытали на неё все орудия пыток, когда-либо изобретенные в этом мире. Среди инструментов были и привычные ей предметы: скальпели, шприцы и ножи.       Он сделал пас рукой, и двое ассистентов направились прочь, а пехотинцы встали по стойке смирно.       - Что на этот раз?..       - Вы не сломимы, миледи. Сегодня всё закончится, уверяю вас. - казалось, что он усмехнулся.       Он наступил на педаль, расположенную на полу, и стол начал медленно переходить из горизонтального в почти вертикальное положение.       - Убьёте меня? Наконец-то...       В её глазах зиждился огонёк надежды. Мучения, унижения, боль... когда это наконец закончится?!       - Если то, что я с вами сделаю, можно назвать убийством - то да, вы умрёте. - он прекратил поднимать стол и начал медленно обходить её против часовой стрелки. - Было весьма необдуманно пытаться контролировать Рейх, внедрившись в его верхушку. Вы разбили сердце фюреру... очень не тактично, фрау.       - Вы стольких убили...       - Вы тоже. Все наши бесчинства оправдываются идеей истинной крови: мы защищаем человечество от вырожденцев... и вам подобных. А что оправдывает вас? Подавляющая сила, превосходящая нашу? Что ж, сейчас я сильнее - стало быть, я прав, что мучаю вас, фрау?       - Ты... фанатик.       - Я не нацист, - он покачал головой. - А патриот. Я работаю на свою родину... и получаю удовольствие от того, что вы меня боитесь.       Он предстал перед ней и стал рыться во внутреннем кармане плаща. Чуть погодя, он вытащил руку и показал ей небольшой вязаный мешочек. Казалось, в нём что-то двигалось.       - Безумец!!! Ты не знаешь, что тво...       - А вы знаете? - саркастично заметил он, после чего развязал мешочек и подкинул в воздух то, что находилось внутри - пепел, похожий на порох.       В считанные мгновения чёрные частицы разнеслись по комнате... и SSовцы застонали. Кто-то из них сразу рухнул замертво, а кто-то ещё стоял: задыхаясь, кашляя, выплёвывая куски плоти и окровавленные зубы, они разлагались прямо на глазах. Она увидела, как кожа на их лицах бледнеет, зеленеет и распухает, а затем высыхает. Мужчина поднял руку, и массы пепла завились чёрными змеями и направились к нему. Кружась плотным кольцом вокруг запястья, тьма устремилась к девушке.       - ААААААААААРРРРРХХХХХХХХХ!!!!!!!!! - завопила она.       Чувствуя, как частицы впитываются в её оставшиеся полумёртвые внутренности и кости, она готова была откусить себе язык... если бы это могло её убить. Пепел исчез, а девушка обмякла на столе. Она с трудом перевела взгляд поникших глаз с иссушенных трупов на подполковника.       - ...для чего... всё это?..       - Гер Гитлер перестал видеть в существовании Аненербе актуальность. Он решил найти альтернативу предложенной идее создания идеального оружия против вас... теперь он с головой ушёл в разработку ядерной бомбы против Союзников. Хотя наш способ дешевле.       Она непонимающе уставилась на него, когда Кромвель натянул тёмные перчатки ещё сильнее на ладони и взял с перекатного стола скальпель. Он медленно поднёс нож к её лицу и погрузил его в кожу у виска. Она закричала. Сильнее, чем раньше, ведь её чувства остались всё такими же острыми. Они превосходили человеческие во много раз... её разум также был силён, ведь от пыток, коим он её подвергал, она бы давно могла упасть в объятия безумия... и она проклинала свою суть. Проклинала своё неумирающее тело, свой негаснущий разум, свои незатупляющиеся чувства.       Он же медленно разрезал кожу на лице, очерчивая овальную фигуру. Закончив обводить, он стал просовывать лезвие под саму плоть, перерезая мышцы и вены. Освежевав примерно половину, ему, тем не менее, надоело аккуратничать... а потому он просто схватился за край отодранной кожи на лбу и резко потянул на себя, сорвав её всю!

***

      - Фрау Цепеш, - в чувство её привела боль от удара его ладони по освежёванной скуле. - Так не пойдёт. Если вы потеряете сознание во время кульминации, постановка провалится, а я ведь так старался!       - ...зачем... кха-кха, - утробно закашляла она. - ...всё это?..       - Мы создадим сильнейшую Частицу в мире! И говоря "мы", я имею в виду себя, как её создателя... и вас, естественно, как один из её основных ингредиентов.       Он видел, что костная ткань её черепа почернела, хотя ранее, когда он свежевал её несколько раз до этого, она была обычной, белой. И это вызывало в нём неподдельную радость.       - Будь ты проклят!.. Кх!!! Райнхард...       - Уже. - с этими словами он снял фуражку и положил её на стол, а затем начал откреплять крепежи на маске сзади и спереди.       ...и её глазам открылось его лицо. Не сильно уступающее её освежёванному в уродстве, оно было покрыто испаринами, ожогами и шрамами до кости. Бледная кожа алела вокруг левого лишённого век глаза, а из-за полностью содранной плоти на правой щеке, его зубы складывались будто бы в улыбку. Райнхард отбросил лицевую пластину маски в сторону и повернулся к столу. Он вновь хотел использовать какое-то ужасное орудие.       - Это будет не больно, фрау Цепеш, - в этими словами он показал ей некое устройство: похожее на пистолет-пулемёт, тем не менее, вместо ствола у него была зазубренная пила; подполковник слегка нажал на спусковой крючок, и пила заскрежетала, словно голодный адский зверь. - По крайней мере, мне.

***

      - Хах! - она резко вскочила.       Тяжело дыша, девушка дрожащей рукой схватилась за лицо - оно было на месте...       - Снова кошмар приснился? - донёсся справа голос темноволосого юноши.       Она боялась увидеть того, кто подносил к ней похожее на лобзик орудие пыток... но стоило ей повернуться к нему, как она с величайшим облегчением вздохнула: это был Кай. Нежно дотронувшись до её руки, он подтянул её к себе и, вновь уложив в кровать, обнял. Она же сомкнула руки за его спиной так крепко, как только могла, словно бы боясь упасть в пропасть.       - Лили, что с тобой в последнее время? - видя её исходящееся холодным потом перепуганное лицо, он поцеловал её в лоб и стал гладить золотые волосы. - Печать ведь ещё держится?       - Да... - она уткнулась в его грудь. - Просто, волнуюсь перед новым учебным годом, наверное...       - Было бы из-за чего волноваться. Это всего лишь второй год старшей школы. Бери пример с Ханы - она не волнуется.       - Она вообще ни о чём никогда не волнуется. - усмехнулась блондинка.       Уняв дрожь, девушка подалась вперёд, оказавшись лежащей на нём. Её грудь касалась его, и Лили чувствовала сердцебиение любимого... а ещё, нечто упиралось ей между бедёр.       - Вчерашнего тебе, видимо, мало? - она блеснула голубыми глазами в полумраке спальни.       Девушка выпрямилась, оседлав парня.       - Это естественная реакция организма...       - Кай, - перебила она его. - Не болит?       Заметив, куда она смотрит столь меланхоличным взглядом, он обратил внимание на грубый рваный шрам, пересекающий живот и идущий от правого ребра до левого бедра - такой же был и на спине...       - Нет.       - Прости меня... - казалось, по её белым щекам вот-вот потекут слёзы... но он подтянулся к любимой и крепко поцеловал.       Подобный выпад Лили явно обескуражил, но желание плакать исчезло, как и воспоминания о недавнем сне. Она коснулась ладонями его щёк, и стала пытаться перехватить инициативу в страстной борьбе. Переплетаясь языками, они сами не заметили, как она ввела в себя его горячий, окончательно отвердевший пенис.       - Ах... - Лили блаженно вздохнула, когда он стал двигаться.       Они оба сидели на постели, и девушка скрестила ноги за его спиной, а руки - на лопатках. Кай подавался вперёд, вместе с тем насаживая её: сначала медленно, затем всё быстрее. Он сомкнул губы на её соске, отчего блондинка закусила фалангу пальца - она боялась закричать...       ...но, по мере того, как он двигался всё быстрее и неистовей, Лили всё же сдалась. Когда он повалил её на спину, девушка уже не стеснялась кричать. Она стонала от наслаждения, когда головка члена касалась её матки.       - Так-то лучше, - усмехнулся он. - Почему ты каждый раз пытаешься сдерживаться, вместо того, чтобы просто получать удовольствие?       - Потому что... ты всегда ведёшь... АААХ!!! - она кончила.       - Смирись с этим, дорогая, - с этими словами он поменял позу. Она всё ещё лежала на спине... только вот он задрал ей ноги и стал удерживать за бёдра.       - Ахах!.. я ведь только кончила!       - А я - ещё нет, - коварно улыбнулся Кай.

Тоёта, Япония. Наши дни.

      <Well I was moving at the speed of sound. Head-spinning, couldn't find my way around, and Didn't know that I was going down. Yeah, yeah. Where I've been, well it's all a blur. What I was looking for, I'm not sure. Too late and didn't see it coming. Yeah, yeah. And then I crashed into you, And I went up in flames. Could've been the death of me, But then you breathed your breath in me. And I crashed into you, Like a runaway train. You will consume me, But I can't walk away...> - играл цифровой будильник.       - Уже... встаю... - девушка нехотя достала руку из-под подушки и, с трудом найдя устройство, ещё некоторое время искала кнопку, чтобы выключить.       - Ещё пять минуточек...       А затем...       - Блин, опаздываю! - по оживлённой улице неслась девушка.       Она что есть мочи бежала в сторону академии Тоусен, в которую поступила лишь несколько дней назад.       "Почему мне так сложно вставать вовремя?!" - корила она себя.       Хёдо Сакура. Не примечательная и очень рассеянная девушка с тёмно-каштановыми прямыми волосами до плеч и такими же тёмно-карими глазами. Она наспех оделась в женскую форму своей новой школы, а именно: в клетчатую мини-юбку, гольфы до колен, белую хлопковую рубашку... которая сейчас была очень тесной и неуютной из-за того, что девушка крайне неопрятно надела поверх неё тёмный пиджак. Лицо Сакуры имело мученическое выражение, ибо рукава рубашки задрались по самые локти под рукавами пиджака, и она безуспешно пыталась их выпрямить.       И она опаздывала. Заведя будильник на семь часов, чтобы успеть умыться, позавтракать, одеться и за двадцать минут дойти до академии, занятия в которой начинаются с 9:00... она, тем не менее, проснувшись, сразу же выключила будильник.       Вот, во что вылились эти "пять минуточек" - она неслась, как угорелая, предчувствуя, что в третий раз за три дня опоздает, и ей опять влепят выговор. Благо, родители Сакуры, Каору и Шиба Хёдо, жили в Киото, а потому и о проблемах своей дочери могли узнать пока что только от неё по телефону. Правда, что-то ей подсказывало, что ещё пара опозданий, и завуч сама сообщит старшим Хёдо, что из себя представляет их дочь.       Впрочем, их это вряд ли бы удивило.       - Опаздываю... - она уже была у внешних ворот гигантской по своим размерам школы, похожей на "Школу для одарённых детей профессора Ксавье", и слышала, как звенит первый звонок. - Опаздываю, опаздываю, опаздываю... ОПАЗДЫВАЮ!!!       ...и в тот момент, когда она уже вошла на территорию, отвлечённая на попытки выправить рукава рубашки, она с чем-то столкнулась. Вернее, с кем-то.       - Кья!.. - взвизгнула она, падая навзничь.       - О-о-ох, - стала потирать копчик, пострадавший от нежеланного столкновения с суровой японской почвой. - Кто здесь не следит за тем, куда идёт?!       - Ты в порядке?       - Э?.. - раскрыв глаза и уставившись на обладателя голоса, Сакура обомлела.       Перед ней стоял молодой человек в мужском варианте формы академии: чёрные выглаженные брюки, пиджак и отполированные до блеска туфли. Правда, в отличие от девушки, одежда юноши сидела на нём, как влитая. Тёмные короткие волосы и глаза, как воронёная сталь; несколько бледная кожа, мягкое выражение лица с тонкими чертами и скулами.       Хорошая осанка и европейская внешность выдавали в нём какого-то заграничного аристократа.       - Красавчик...       - Благодарю. - мило улыбнулся он и подал ей руку.       - А?.. - только сейчас она поняла, за что он её поблагодарил: она сказала слово "красавчик" вслух.       Да, за Хёдо Сакуры был такой грешок - она плохо следила за своими мыслями, самые откровенные из которых часто неосознанно выпаливала во всеуслышанье. Кто-то (в частности, её родители) называл это чрезмерной честностью... но суть в том, что эта самая "честность" оставила её без подруг в прошлой школе. Кому же будет приятно знать о себе истинные мысли кого бы то ни было, тем более в подобном возрасте, когда юношеский максимализм и некоторая социальная неприспособленность заставляла детей строить о ком-то крайне предвзятое мнение и попросту вешать ярлыки? Хёдо просто не могла в сплетни, а потому и склочным девочкам её бывшего класса она была не очень-то по нраву. Парня у неё по той же причине никогда не было - многие просто считали её странной.       От осознания того, что она вновь оплошала, лицо Сакуры стало стремительно краснеть, а сама она чуть ли не исходилась паром, но, тем не менее, подала руку невероятно симпатичному мальчику, с которым столкнулась из-за собственной рассеянности.       - И-извините... - она опустила глаза. - Я отвлеклась и...       - О, ничего такого, - поспешил он её успокоить. - Я и сам опоздал. Поделом.       - А вы?.. - она подняла глаза и увидела на его груди нашивку академии Тоусен. - Вы здесь учитесь?       Она сама не знала почему, но в его присутствии она чувствовала, будто бы он был выше неё на несколько порядков. Это было странное ощущение... желание подчиняться.       - 11-А. Кайзер Крейн, приятно познакомиться.       - А... а-а, - она запаниковала, поняв, что обязана тоже представиться. - Х-Хёдо Сакура... 11-B.       - Так мы в параллельных классах?       К удивлению девушки, он нежно взял её правую руку и, чуть наклонившись, поцеловал внешнюю сторону ладони. Такой выпад заставил её ещё сильнее покраснеть.       "Даже манеры иностранные... Мама, я влюбилась!!!"       Она искренне надеялась, что именно эти мысли она всё же не выпалила.       - Кхем-кхем. - откуда-то со стороны послышался наигранный кашель.       "О нет, это завуч..."       Сакура уже готова была себя похоронить. Впрочем, факт того, что она познакомилась с таким галантным парнем... парнем её мечты, уже был достаточным, чтобы лечь в могилу без сожалений.       - Прошу прощения, Онака-сенсей, - юноша как бы заслонил собой девушку (к её величайшему удивлению), встав между жалкой смертной и готовой её испепелить одним лишь взглядом Медузой Горгоной. - Это из-за меня Хёдо-сан опоздала. Не зачтите это ей в минус.       - Хорошая попытка, Крейн, но Хёдо уже несколько раз опоздала и без вас. - её голос был подобен ведру ледяной воды... которое, однако, было вылито на голову девочке, в то время как сам Кайзер был всё так же невозмутим.       Женщина направилась в здание с недовольным лицом:       - Я не зачту сегодняшнее опоздание, Хёдо, но поблагодари за это Крейна.       - Спасена... - она устало вздохнула.       - Думаю, нам пора на занятия.       Они оба вошли здание и, попрощавшись, разошлись по разным этажам.       "Блин, снова накосячила..." - она подавлено перебирала ногами по коридору.       Оказавшись перед дверью в класс математики, что сейчас первым уроком шла у её группы, Сакура хотела открыть дверь... но тут же вспомнила, что в спешке даже не успела причесаться. Достав телефон-раскладушку, она стала смотреть в своё отражение в чёрном экране и наводить порядок... насколько это было возможно.       - П-простите за опоздание... - она открыла дверь.       - Хёдо-кун, - покачал головой пожилой учитель. - Лентяйка.       Несмотря на замечание, он, тем не менее, добро улыбнулся и жестом приказал ей пройти в аудиторию. Видимо, он сам таким был в молодости, а потому особо не кричал на неё, в отличие от завуча. Пройдя в класс, она заметила на себе неодобрительные взгляды одноклассниц, которых было большинство. Хёдо по своему обыкновению села на предпоследней парте ряда, самого близкого к окну, и поняла, что из их класса всю утреннюю кат-сцену было прекрасно видно.       Сакура обречённо вздохнула. Из всего того, что сегодня с ней произошло, она вынесла две вещи. Первое: они смотрели на неё из-за её неуважения к Крейну-сама, о котором она иногда слышала из девчачьих разговоров. Кайзер здесь был чем-то на подобии иконы - Хёдо и сама была готова ему молиться. Второе: у неё опять не будет друзей...       - Похоже, ты теперь знаменитая, да?       ...или будут?       Обладательницей мелодичного голоса оказалась девушка, что сидела за соседней партой, справа от Сакуры. Длинные, словно бы свитые из золотых нитей шёлковые волосы, ясные, как безоблачное небо, глаза; белая чистая кожа и элегантная женственная фигура - эта девушка была словно бы нарисованной величайшим художником из когда-либо живших на свете. Совершенство - лишь этим словом могла охарактеризовать её Сакура... и она не могла поверить, что Акацуки Лили, прозванная Королевой Тоусена, сейчас обращалась к ней.       - А? - оглянувшись и лишь тогда вспомнив, что Хёдо сидит у самого окна и никого за ней нет, девушка указала на себя пальцем. - Вы это мне?       - Кому же ещё? - легко улыбнулась блондинка. - Понравилось заигрывать с Крейном?       Она её подкалывает?       - Это не...       - Извини, я просто шучу. Кай довольно добр... со всеми.       "Кай? - она удивилась. - Она называет его в такой форме... они что, встречаются? Хотя, если подумать, чему я удивляюсь?"       На её лице проступила кислая мина от осознания того, что у такой недотёпы, как она, и шанса не будет хоть как-то соперничать с Лили. А сравнив её аккуратную модельную грудь и свою, которой почти что не было, она сникла ещё больше...       - Хёдо и Акацуки. Если хотите разговаривать, идите в коридор. - заметил их учитель.       - Извините. - в унисон сказали они... и, поняв это, тихо засмеялись.

***

      - Ахахаха! - это был обречённый плач Сакуры, что шла домой в полном одиночестве.       Девушка натерпелась за сегодня многого. Опоздала, у женской части школы заслужила репутацию "смутьянки, которой следовало сдохнуть за то, что прикоснулась к Кайзеру-сама", да и у учителей на плохом счету. Первые пробные тесты, призванные освежить память, она провалила почти что все. За них оценки не ставили, так как учителя просто хотели понять, кто на каком уровне... и Хёдо была на уровне плинтуса. Не провалила она только тест по английскому языку, который ей дала списать Акацуки-сама. И форму для физкультуры, что, оказывается, у её группы была последним уроком (что Сакура, естественно, выкинула из головы ещё вчера) она забыла, за что получила уже настоящую двойку.       - Почему я такая косячная?! - чуть ли не плакала она. - Ещё и перед Кайзером-сама и Лили-сама опозорилась... зато, хотя бы познакомилась с ними.       Ей уже было совершенно плевать, что кто-то мог услышать её полные самобичевания мысли, вполне закономерно перешедшие в полные самобичевания слова, поскольку она уже была на пороге дома. Войдя внутрь (перед этим, по обыкновению, пару раз выпустив ключи из рук), девушка разулась и стянула с себя пиджак, повесила его на вешалку в прихожей и прошла по коридору на кухню... и тут же согнулась от неимоверной боли, что пронзила её правую руку.       - Гх!!! - она схватилась за запястье, что сейчас будто бы заживо горело. - ...снова...       Она с трудом доковыляла до ванной, где сунула руку под струю ледяной воды. Но жар всё не утихал. Сакура была готова потерять сознание...       ...и в этот момент боль прекратилась. Она спешно выключила воду, чтобы не отморозить руку, и посмотрела на свою ладонь: та была алой от раздражения, но постепенно приобретала нормальный цвет. Такие приступы не пойми чего у неё происходили иногда, не периодически, и девушка не знала, из-за чего. Они с родителями несколько раз обращались к врачам, но те абсолютно ничего не заметили: не было хоть каких-то нарушений... но её крайне настораживало то, что болит лишь правая рука.       - Ещё и это... - она устало посмотрела в зеркало. - Всё такая же дурнушка.

Несколько дней спустя.

      - Ладно, Сакура-сан, до завтра.       - Д-да! До свидания! - инстинктивно поклонилась она златовласке.       Лили, как оказалась, была довольно доброй девушкой: она не насмехалась над Сакурой из-за её царских фейлов и даже порой заступалась за неё, когда уже успевшие собраться в клики одноклассницы пытались как-то задеть девушку.       - А?       Хёдо, уже собравшаяся идти домой, заметила интересную сцену: тройка девушек окружила сидевшую за партой Канзаки Юкину - не примечательную тихоню в очках - и пыталась, откровенно говоря, "щемануть" её.       - В чём дело, Юки? - нарочито нежным голосом обратилась главарь банды к чуть ли не плакавшей брюнетке. - Я думала, мы друзья? Неужели ты не поделишься со своими подругами парой тысяч йен? Это же немного!       - Н-нет... - заикалась Канзаки. - П-просто у меня сейчас н-нет...       Не успела она договорить, как главарь ударила ногой об край парты, отчего Юкина замолкла.       - Я тебя не слышу! Можешь говорить громче? - она дико улыбнулась и, казалось, готова была ударить девочку в лицо.       - Она тебе ничего не даст!       - Хо-о-о? - Хатори Рэн медленно повернула голову в сторону Сакуры. - А ты теперь, значит, Юки? - она направилась к Хёдо. - Уж не это ли наша собачка, которой так заинтересовалась Королева, м-м?       Она нависла над девочкой, ибо была чуть ли не на голову выше.       - Учти, её ведь сейчас нет здесь, чтобы за тебя заступиться...       - Я-я знаю, - она сжала дрожащий кулак и уставилась на девушку свирепым взглядом. - Меня не нужно защищать... я и сама могу набить лицо таким, как вы!       - Да неу... - она остановилась.       Резко лицо Рэн изменилось: на нём проступил пот, а глаза расширились от удивления и страха. Она отступила назад и, споткнувшись, упала под самую парту Юкины. Остальные девочки тоже проглотили языки... и было, отчего. Пространство вокруг Хёдо исказилось, принимая форму восходящих потоков воздуха и пестря множеством резких цветов и неестественных оттенков. Казалось, эта аура на фоне помрачневшей Сакуры, приняла вид чьей-то ухмыляющейся нечеловеческой морды... И Хатори обмочилась.       - В-валим!!! - придя в себя, две другие девушки из банды ринулись к другому выходу в коридор. Рэн тоже стремилась уползти прочь.       - ...что случилось? - Сакура пришла в себя. Она на мгновение будто бы отрубилась, а когда очнулась, хулиганок уже и след простыл.       - Юкина-сан, ты в порядке?       - А?.. А... д-да, всё хорошо, - неуверенно кивнула девушка. - Не нужно было за меня волноваться...       - Нужно! - выкрикнула она (опять неосознанно), но, видя вновь напрягшуюся Юкину, опомнилась. - Просто... не нужно ставить себя ниже других. Если они вновь на тебя нападут, ударь со всей силы, ясно?       - Я не смогу...       - Ну так я помогу.       От слов Сакуры Канзаки удивлённо раскрыла глаза... и еле заметно улыбнулась.       - Х-хорошо... извини.       - Ну... это, - она смущённо почесала скулу. - Мне пора домой. Завтра увидимся?       - Завтра... ведь суббота, нет?       - Да, точно... - Хёдо дергано улыбнулась и устремилась прочь. Она и не заметила, прикрывая лицо от стыда, что прошла мимо Крейна и Акацуки.       Парень проводил её взглядом и посмотрел на поникшую Канзаки, всё ещё сидевшую в классе. Дверь в аудиторию закрылась сама собой, но девушка этого, видимо, не заметила, погружённая в свои мысли.       - Интересно, - обратился он к блондинке. - В ней тоже это есть?       - В них обеих - я это чувствую.

***

      Придя домой, Сакура кинула сумку куда-то в сторону и рухнула на кровать.       - Опять я лезу не в своё дело. - сокрушалась Хёдо.       - О, чёрт! - опомнилась она. - Я же столько всего забыла купить!       Действительно, она приготовила список продуктов ещё вчера, надеясь сегодня закупиться по дороге домой... но, как обычно, вылетело из головы.       "Надеюсь, магазин ещё работает," - думала она, спешно одеваясь.       На улице была уже темень, но свет в окнах домов всё ещё горел. Девушка оделась и вышла на улицу... но тут же вернулась, вспомнив, что забыла прихватить сам список и, как не странно, деньги.

***

      - Вроде, всё купила? - выйдя из магазина, она направилась домой.       Сверяясь с купленными продуктами и списком уже в сотый раз, она остановилась.       - Что за?.. - она ощутила странное головокружение, и через мгновение поняла... что она посреди леса.       Это странно, ведь мгновение назад она шла по улице, а до леса за городом нужно было топать полчаса. Но, что более странное, небо здесь было похоже на бред художника: оно переливалось всеми оттенками "Звёздной ночи" Ван Гога, а тени, что деревья отбрасывали на широкую поляну, на которой и оказалась Сакура, неестественно вытягивались и сжимались, образуя странные и страшные формы. Она заметила, как из тьмы среди деревьев стали вырисовываться фигуры людей. Вернее, они выглядели, как люди, но их глаза светились бесчеловечными огнями, а за спинами развивались...       "Крылья?.."       Да, это определённо были крылья: широкие, покрытые чёрными перьями, похожие на крылья ворон.       - Похоже, ты несколько недоумеваешь, дитя? - среди десятка одинаковых тёмных фигур вышла женщина на вид лет двадцати пяти.       Она была облачена в угольно-чёрное готическое платье с редкими вставками алых каплевидных камней. Один из таких рубинов - самый большой - был расположен под самой шеей, закрепляя собой тёмное жабо. Женщина сверкнула алыми глазами из-под аккуратно зачёсанных за уши чёрных локонов, и чуть улыбнулась.       - Кто... вы такие? - Хёдо уже было собралась бежать, но шелест перьев за её спиной инстинктивно подсказал, что она уже окружена.       - Мы падшие ангелы, - она неспешно шла к девушке, расправив за спиной три пары огромных вороньих крыльев, - Меня зовут Наэлла, но тебе не нужно это запоминать.       Не успела Сакура моргнуть, как почувствовала жгучую боль в животе. Она опустила дрожащие глаза вниз, туда, где тело было насквозь пробито полутораметровым кривым копьём из тёмно-пурпурной твёрдой энергии. Пика сузилась до размеров иголки и исчезла, и она блеванула кровью.       Не в силах стоять на ногах, она рухнула навзничь.       "...почему я?" - с уголков её глаз потекли слёзы, заливая уши и смешиваясь с успевшей налиться в огромную лужу кровью.       - Как неприглядно, - иронично заметила Наэлла, что возвышалась над умирающей девушкой. - Всё будет быстро.       Она простёрла руку над девочкой, и из тела последней начали возноситься небольшие сферы белёсого света. Сакура ощутила, как само её бытие утекает с этими огоньками, а в глазах темнеет.       - Я ведь... ещё с мальчиком... не поцеловалась...       - Согласен. - послышался голос откуда-то со стороны, и запястье и предплечье Падшей в миг окрутило несколькими чёрными цепями.       - Чт?!! - не поняла Наэлла, как цепи натянулись, и её руку переломало в нескольких местах. - ААААГХХХ!!!!!       Огоньки, собравшиеся до этого в ладонь ангелессы, осыпались множеством пылинок, вновь впитавшихся в тело Сакуры.       "Этот... голос..." - она пыталась повернуть как налитую свинцом голову на знакомый мягкий голос, но тщётно - тело совершенно не поддавалось.       - Ты... что ты тут делаешь?!! - взорвалась Наэлла.       - Странный вопрос, учитывая, что это вы похитили мою однокурсницу. Как не хорошо. - покачал он головой.       В этот момент в сторону юноши устремился шквал чёрных лезвий, в который Падшие обратили свои перья... и те зависли в воздухе, в полуметре от Крейна. Он достал руку из кармана брюк и щёлкнул пальцами. Повинуюсь команде, лезвия выстрелили обратно в падших ангелов. Решечя их и деревья, как листки бумаги, клинки разрезали тела чернокрылых на лоскуты. Когда ответный шквал отгремел, в Кайзера устремилось зелёное магическое копьё, брошенное ему в спину обошедшим его ангелом - оно также остановилась в считанных сантиметрах у его затылка. Юноша чуть повернулся и подмигнул Падшему, и голову мужчины в шляпе разнесло его же копьём, оставив лишь раздербаненную нижнюю челюсть.       - Неужели вы думали, что переместив её сюда с моей территории, вы избежите проблем? - он обратился к Наэлле, что благополучно закрылась крыльями от отражённой в неё атаки.       Женщина уставилась на него со свирепым лицом, всё также держась за переломанную руку:       - Это территория Григори!!! Дьяволам здесь...       - Ничего не сделают, - перебил он её, чуть улыбнувшись. - Учитывая, что вы сначала вторглись в мои владения. Не считайте себя самыми хитровыделанным, ведь Дьявол не прощает долгов.       На этих словах Наэлла вдруг рухнула на колени. Это не была её воля, и всё, на что она была способна - это поднять голову на неспешно идущего к ней брюнета.       - "Как неприглядно. Всё будет быстро", м? - его лицо накрыла тень, посреди которой вспыхнули два алых огонька.       При виде них Наэлла забыла, как дышать от страха. Кайзер сделал жест указательным пальцем, словно бы приказывая ей к себе подойти... и в этот момент изо рта Падшей вылетел позвоночник. Хребет сам вложился в ладонь юноши, и тот, чуть погодя, дёрнул его на себя, окончательно вырвав из тела женщины.

***

      - Не хочешь умирать?       Сакура ничего не ответила - у неё просто не было сил даже рот открыть. Она лишь попыталась кивнуть...       - Я и сам не очень-то хочу, Хёдо-сан. - он присел на колено, и в этот момент её кровь будто бы сама стала разбегаться от него.       Вокруг них на земле образовался огромных размеров круг из алого пламени, контуры которого начали впитывать и испарять кровь девушки. Юноша подложил руку ей под голову и нежно коснулся побагровевших губ своими.       - Поспи. - он надвинул на её глаза веки мягким движением ладони.

***

      - Что? Где это я? - спросила Сакура сама у себя.       Она стояла посреди руин в каком-то жутко мрачном месте.       - Похоже, тебе всё же пришлось умереть, чтобы меня наконец пробудить, девочка. Не самый лучший результат, надо сказать.       - Что... - она оглянулась... и застыла при виде огромной чёрной фигуры.       Это было исполинских размеров чудовище, более всего напоминающее дракона: мускулистое тело, покрытое подобием заострённой чешуи из чёрного металла, длинная шея... и огромные, просто ОГРОМНЫЕ крылья. Вытянутая птицеподобная морда ящера, ощетинившаяся множеством шипов, оскалилась, показав безгубую улыбку.       - Впервые дракона видишь?       - Ты... кто такой... ЧТО ЗДЕСЬ ВООБЩЕ ПРОИСХОДИТ?!!!!!!       - Ты умерла. Потом воскресла, благодаря тому дьяволу, Крейну.       - Дьяволу?.. умерла?..       - Не легко принять, да? Поживёшь с моё, не раз ещё умрёшь, хе-хе-хе. А что же до моего имени, для тебя я Босс Кром! Запомни хорошенько, потому что без такого обращения к моей силе можешь даже не пытаться воззвать.       - К силе?       - Скоро увидишь. А сейчас, пора бы проснуться и поприветствовать своего хозяина, дитя.