Выстрел

— Не хочу отсюда уходить, — сказал Такеши, напившись чая, но опьяненный близостью Неба. — А Ламбо-сан здесь живет! — гордо выпятив грудь, сообщил подросток, держа в руках свой стакан сока. — Ламбо-сану не надо никуда уходить! — Впервые тебе так завидую, — признался Хибари, прожигая взглядом юную Грозу. — Савада, экстремально решай дилемму! — воскликнул Рехей, который, кажется, единственный в этой комнате смог сдержаться и не попроситься на ночь. — Переезжай в дом побольше, а? — Очень правильный выход, — покивал Кея, не отрываясь от гордого своим местом жительства Ламбо — Тсуна еще вспомнил, что он сегодня спит в комнате ребятенка, и вздохнул с облегчением, поняв, что тот хоть про это нервным Хранителям не разботал, — я могу сказать своим ребятам — сделают все тихо и в кратчайшие сроки. — Нет уж, ребята, будьте любезны размещаться на данной жилплощади, — не выдержал такого Тсунаеши, который и так вернулся из огромного пустого леса в родной коттеджик — и не желающий увеличивать количество квадратных метров. Такеши отозвался первым, увидев в этом только то, что было нужно ему: — То есть, мы можем остаться? Тсунаеши удрученно вздохнул. — А вас родители не хватятся? — Мой старик поймет, — уверенно кивнул Такеши, и Тсуна вспомнил про Тсуеши-сана — того самого «Дождя Скорби», одного из знаменитейших мафиози. Возможно, тот и поймет тягу сына к Небу. Тсуна перевел взгляд на Рехея. — Так можно же экстремально позвонить, — пожал плечами Сасагава, и все неизвестно зачем посмотрели на Хибари — и только Тсуна отвел взгляд в последний момент, хорошо помня, что Облако вообще живет один. Так что тот просто взглядом заставил обоих спортсменов отвернуться. — Мама, у нас есть три свободных матраса? — увидев выходящую из гостиной мать, крикнул ей Тсуна, вставая из-за стола. Женщина выглядела удивленной. — Матрасы-то найдутся, Тсу-кун, но насчет свободного места я уже говорила… — А если мы экстремально поместимся впятером в гостиной, Савада-сан? — не дожидаясь, выкрикнул Рехей, решая, кажется, все проблемы — даже лицо Наны на глазах у всех посветлело. — Отличная идея, Рехей-кун! Помоги мне принести матрасы, пожалуйста! — преисполнившись энергии, ответствовала Нана. А Тсуна видел в этом не только ту старую, словно мир, материнскую радость того, что у сына есть друзья — но и то, что мама рада, что он даже в такой момент не стремится уйти ночевать к кому-нибудь из Хранителей, у кого спальня побольше. — Чур Ламбо спит с Тсуной-нии! — быстренько перехватил инициативу Гроза, с громким стуком ставя опустошенный стакан на стол и привлекая внимание. — Мне тоже нужно место поближе! — неожиданно, играючи улыбаясь и едва не смеясь, сказал Ямамото. Тсунаеши было с облегчением подумал, что Рехей в другом конце дома, а уж Кея-то не опустится… — Не уступлю зверька кому-либо, — ошарашил Тсунаеши Облако — и Тсуна отчаянно искал в серых глазах хоть намек на это опьянение Пламенем, о котором когда-то давно рассказывал Кавахира, но, не найдя и искорки, подумал, что это все-таки время и влияние троих неугомонных атрибутников — и Кея перестал стесняться подобных желаний, при первой же возможности высказавшись. — Эй, это экстремально нечестно! — на шум высунулся в кухню Рехей, выше головы нагруженный матрасами. — Вы тут без меня Саваду делите! Экстрим, Савада! — Тсунаеши послышалось в этом «экстрим» что-то вроде «тревога!». Он улыбнулся своим мыслям и снова переключил все внимание на Солнце. — Ты им это, экстремально не спускай! В общем, заснули они не сразу — у Тсуны прямо из рук пару раз чуть нагло не вытащили млеющего и уже почти уснувшего Ламбо, Хибари лег прямо у него за спиной, пугая всех — и ни у кого наглости (и лишней жизни) не хватило, чтобы его даже ткнуть лишний раз. Кея мгновенно уснул, греясь от расцветшего вблизи Хранителей Пламени Неба. Ямамото и Рехей чуть не подрались за оставшееся место — перед Тсуной, — но повелительный окрик заставил даже эти горячие головы успокоиться. И Тсуна уж не знал, как они улеглись в ту ночь, но проснулся он в натуральной куче из Хранителей — и оносительно некстати вспомнил, что у него, вообще-то, еще трое — и Кавахира бы присоединился к бедламу, даже из простой прихоти или для проформы. Жуть берет. Хорошо хоть И-Пин и Фуута, наверное, его делить не станут…