Just One Yesterday

2007 год

- Пауло, или ты сейчас идёшь в машину, или вообще ходить не сможешь! – раздался вопль. Утренний подъём и сборы в их доме никогда не были лёгким делом. Хотя эти два года вообще сложно было назвать лёгкими. Лионелю пришлось в экстренном порядке не просто научиться множеству вещей, а в целом изменить свою жизнь и отношение к ней. Его новый статус удалось сохранить в тайне. Никто, кроме семьи Пике и посла Аргентины не знал, кем ему приходится Пауло Дибала, а метрика о его усыновлении хранилась теперь далеко в архиве. Людей, знающих об этом секрете, можно было пересчитать по пальцам. Но на этом закончились лишь бюрократические вопросы, вопросы же организации быта только начинались. И если с футболом проблем не возникло, в Ла Масии, альма-матер самого Лео, юное дарование приняли с распростёртыми объятиями, то со школой пришлось побегать. С всё возрастающей паникой Лео пришлось узнать, что детям надо делать прививки, водить на осмотры врачей, в конце концов одевать и кормить! А самым сложным было психологическое состояние ребёнка. Первое время Пауло наотрез отказывался спать где-либо, кроме кровати Лео. Стоило ему заснуть одному, как его начинали мучить кошмары. Сейчас он всё ещё иногда засыпал вместе с барселонским нападающим, но кошмары давно отпустили его. В целом, Пауло рос нормальным ребёнком. В меру непоседливым, в меру капризным, отчаянно любящим футбол и столь же отчаянно сопротивляющимся попыткам педагогов вложить в его голову хоть какие-то знания. - А можно я не пойду на математику? Сеньора Станос опять будет ругаться… - Тогда и на тренировку ты сегодня тоже не идёшь, будешь разбирать уравнения, - страшнее угрозы в их доме было сложно придумать. - Лео, это гнусный шантаж, - взъерошенный и зевающий Пауло в пижаме возник в дверном проёме, - а завтрак будет? - На завтрак будет подзатыльник, если ты не переоденешься и не окажешься в машине через пять минут! По дороге поешь, бегом! – Лео и сам не был образцом пунктуальности, но Пауло бил все рекорды. - Бить или не бить, вот в чём вопрос? – а вот литература юному футбольному таланту неожиданно нравилась.

***

Лионель, матерясь, соскребал себя с газона. Лига Чемпионов это, конечно, хорошо, но последствия травм аукались ему даже на тренировках. Он посмотрел на часы и ещё раз выругался. Надо было заехать домой, забрать сумку Пауло и оставить его в кампусе академии. И себя тоже было бы неплохо собрать, хотя бы в человека. До полуфинала оставалось всего три дня. Игра в этот раз была невыносимо сложной. Но в то же время Лео давно не чувствовал себя таким живым. Впервые за долгое время он играл на равных. О «семёрке» Манчестера он слышал и раньше, но им не доводилось раньше играть на одном поле. И это было как глоток свежего воздуха: соперник был достойным. Какая-то часть Лео даже не была огорчена проигрышем. Очень маленькая часть, если честно. - Ты здорово играл, - Лео сдёрнул полотенце с головы, чтобы посмотреть на собеседника. Семёрка. - Спасибо. Твоя игра тоже выше всяческих похвал, - он искренне улыбнулся и спохватился, - Лионель Месси, - он протянул руку, - Лео. - Благодарю, - смуглый высокий нападающий улыбнулся и пожал протянутую руку, - Криштиану Роналду, можно Криш. Я давно ни с кем не говорил по-испански. Не хочешь поужинать где-нибудь вечером? Хоть наконец познакомлюсь с тобой не со слов команды или журналистов. - Что ж, - Лео улыбнулся, - почему бы и нет. Выбор места за тобой. Разговаривать с Криштиану оказалось неожиданно легко. Он был превосходным собеседником и отличным рассказчиком, что Лео, с его замкнутым и тихим характером, более чем устраивало. Они просидели несколько часов, делясь историями из жизни, а так как оба, по большей части, жили футболом, понимали они друг друга с полуслова. Но завтрашний отлёт вынудил их попрощаться. Расставались они вполне довольные друг другом, и даже неприятный узел в груди, вызванный проигрышем, ослаб. - Надеюсь увидеть тебя, поднимающего кубок. Ты этого заслуживаешь, - Лео ухмыльнулся. - Будешь болеть за меня? - Непременно. Крепко пожав руки, они разошлись, чтобы встретиться лишь через два года.

***

Лео сидел в гостиной и мучительно размышлял, как объяснить Пауло, что они не могут пока поехать в Аргентину. Пятнадцать минут назад ребёнок в слезах убежал в свою комнату, и, положа руку на сердце, Лео его понимал. Аргумент «пока не время» на весомый не тянул. Но озвучить реальную причину он попросту не мог. Его семья не знала о Пауло. Уже два года он умудрялся скрывать от них тот факт, что он внепланово стал отцом. Возможно, это было неправильно, мама наверняка поняла бы его, но отец… Его отношения с отцом были слишком сложными. Виной тому были многие факторы: деспотичный характер патриарха семьи, его маниакальное желание контроля, но главной причиной была непроходящая обида Лео. Когда в тринадцать лет Барселона предложила ему обучение и лечение, отец поехал с ним. Но через пару месяцев он счёл бесполезным своё нахождение здесь и уехал обратно в Аргентину, бросив Лео. Он даже не попрощался с ним нормально, просто встретил Лионеля после тренировки и, сухо обняв, сказал, что возвращается в Росарио. И это в тот момент, когда Лионелю отчаянно, больше всего на свете, нужна была поддержка. Этого он не мог ни забыть, ни простить. Кроме того, Хорхе Месси фактически монополизировал его доходы, объявив себя его агентом. Будь Лео один, ему было бы наплевать, кроме футбола его мало что заботило, но он был не один, он отвечал за маленького мальчика, а это меняло всё. Лео сидел и думал, как объяснить всё это ребёнку, когда сам мало что понимаешь.

***

Две недели в доме царила гнетущая атмосфера. Лионель был в отчаянии, Пауло объявил ему бойкот. Надо было набраться смелости, позвонить маме и покаяться, чтобы появился хоть какой-то шанс на мирное решение. Но он не успел. Среди ночи раздался звонок. - Лионель? – голос был неожиданно севшим. - Отец? – остатки сна слетели быстро. – Что-то случилось? - Лео, твоя мама… - Отец?! - Мне жаль, сынок. Не сказать Пауло о причине отъезда он не мог. Парень смотрел на него, широко распахнув глаза, в которых стояли слёзы. Билеты на первый рейс до Росарио уже лежали в его сумке. - Я скоро вернусь. - Лео, только не плачь. Он обнял сына и оставил его на попечение тихого и мрачного Жерара, приехавшего в Барселону на праздники. Не такого Рождества он хотел для своей семьи, совсем не такого.

***

На гроб смотреть было физически больно. Больно было даже дышать. Ещё больнее было осознавать собственный идиотизм. Сминая в руках белые розы, Лео с трудом вышагивал по кладбищу. Вся церемония прошла мимо него, его не трогали ни речи, ни плач, ни проповедь седого и старого пастора их прихода. Мысли разъедали душу как кислота. - Надо же. Ты нашёл время явиться. - Да, отец, - сквозь зубы выдавил Лео. - Как это трогательно… - Мы действительно собираемся поругаться над гробом мамы? – прошипел взбешённый футболист. – Оставь разговоры на потом. В последний раз взглянув на лицо матери, он смог выдавить только тихое «прости» и опустил цветы в изножье гроба, после чего стремительно покинул погост, не в силах больше там находиться. Дома, где собрались родственники и друзья их семьи, он не чувствовал покоя. Словно вместе с Селией из дома ушла душа. Он вышел на балкон, пытаясь вдохнуть и успокоиться, когда кожей почувствовал его присутствие. - Не могу сказать, что рад тебя видеть. - Отец…Я был занят, ты знаешь. - За два года ни одного выходного? Тогда позволь спросить, где результат? Лео развернулся так стремительно, что голова пошла кругом. - Прости, я не ослышался? - Нисколько. Твоё бездарное поражение в Лиге Чемпионов, упущенные награды… Ты сдаёшь позиции. И ты должен отдавать себе отчёт, что это скажется и на твоей зарплате. Лео неверяще смотрел на него. - Ты…ты просто монстр. Моя мать, твоя жена, умерла, а ты вместо того, чтобы скорбеть считаешь мои деньги? Что с тобой не так? Ему казалось, что сами стены давят на него. Кинув последний взгляд на того, кого так долго называл отцом, он покинул дом. Ноги сами привели его в знакомую маленькую церковь. Он присел на скамью в конце храма и погрузился в мысли, бережно перебирая воспоминания о маме и непрестанно прося у неё прощения. Вечером он ещё раз вернулся на кладбище. Глядя на могилы двух самых важных женщин в его жизни – мамы и бабушки, он долго шёпотом говорил с ними. Рассказывал обо всём, что с ним происходило, рассказывал о Пауло, о том, как ему важен и дорог этот мальчик, о том, как он жалеет, что не сможет их познакомить. Когда наконец слова, теснившиеся в горле, иссякли, а на душе стало легче, Лео встал с остывшей земли и отстранённо заметил, что занимается рассвет. Он бросил последний взгляд на две могилы и направился в аэропорт. Здесь его больше ничего не держало.

***

- Ты меня разыгрываешь! – Хуан Лапорте обхватив голову руками, безумным взглядом смотрел на разбросанные по столу бумаги. – Это просто невозможно – у нашего лучшего игрока нет агента! - Да, сеньор Лапорте, всё так, - Лионель невесело улыбнулся. - Но как ты подписал контракт? - А что там было подписывать? – он пожал плечами, - я же перешёл из молодёжки в основу, только и всего. - Но кто-то же отвечает за твои финансы! – и тут понимание отразилось на лице президента. – Чёрт возьми… - Именно. - Ты же не хочешь втянуть меня в семейный конфликт? - Нет, что Вы. Никакого конфликта. Нет семьи – нет конфликта. - Лео… - Я просто прошу Вас, помогите мне с поиском агента. Это всё, чего я прошу. У Хуана Лапорте было много недостатков, но любопытства среди них не числилось. Он кинул на Лео испытующий взгляд, но комментировать не стал. - Ладно. Есть у меня знакомый на примете. В своё время работал с Бекхэмом, устраивает? Лео вытаращился на него. Устраивает? Да это джек-пот, Рождество и именины в придачу. - Когда мы можем встретиться?

***

Тони Стивенсон был рад поработать с Лионелем Месси и согласие дал практически сразу. Через неделю Лео вновь сидел в кабинете Президента клуба, ожидая своего будущего агента. Впрочем, долго ждать не пришлось. - Сеньор Лапорте, моё почтение, - мужчина лучезарно улыбался, - сеньор Месси, рад знакомству. - Добрый день, Тони, - Хуан кивнул, Лео пожал протянутую руку, - вот, принимай наше дарование. - Рад встрече, мистер Стивенсон. - Если уж нам предстоит работать вместе, предлагаю на ты и по имени, - Тони подмигнул. - Лео, - внезапно негромко начал сеньор Лапорте, - ты понимаешь, что с момента подписания контракта Тони станет фактически твоей семьёй? Лео похолодел. Хуан Лапорте был одним из немногих, кто знал о Пауло правду. Для остальных Пауло был просто талантливым сиротой, хвостиком бегающим за Месси. - Между вами не должно быть недомолвок, понимаешь? – с нажимом продолжил тот. Агент Стивенсон выглядел слегка озадаченным. - Да. Я понимаю. Но в контракте будет пункт о неразглашении этой информации. Любой частной информации вообще-то, но этой особенно. - Разумеется, - нажав кнопку на телефоне, он обратился к секретарше. – Попросите привести Пауло Дибалу, пожалуйста.

***

- Здравствуйте! – Пауло влетел в кабинет, - Лео, если что, это не я, а если я, то я так больше не буду! Все трое прыснули против воли. Пауло испуганно прижался к Лионелю и уставился в пол. - Всё в порядке, юный сеньор, - всё ещё посмеиваясь, сказал Хуан, - мы пригласили тебя не для того, чтобы отругать. Познакомься, Тони, Пауло – приёмный сын Лионеля. - Очень приятно, - на лице агента был написан шок. Лео, чуть прищурившись, наблюдал за ним. - Эта информация не должна выйти за пределы этого кабинета, - его тон был жёстким, он приобнял Пауло, успокаивающе поглаживая по спине. - Конечно, я понимаю. Теперь понимаю. Лео наконец немного расслабился. - Думаю, мы сработаемся, - все трое облегчённо улыбнулись.

***

Всё же обсуждение контракта заняло больше времени, чем Лео предполагал. С истинно британским занудством Тони разбирал каждый пункт и подпункт соглашения. Лапорте, как опытный бизнесмен, отслеживал процесс, поскольку ему было важно, чтобы его перспективный футболист оставался в Барселоне. Лео прояснял для себя какие-то мутные моменты, вникал в процесс взаимодействия агента и футболиста и в целом приглядывался к Стивенсону. Пауло преспокойно дрых у него на коленях. Вообще, мальчишка мог бы уснуть, наверное, даже под взрывы, пока рядом был Лео. Наконец, все вопросы были решены, пункты прояснены, а впечатление составлено. Контракт был подписан, с чем изрядно вымотанный Президент поздравил всех присутствующих. - Забавно, - негромко начал Тони, глядя на Пауло, - он чем-то на тебя похож. - Он пытается, - с нежностью улыбнулся Лео и, легко подхватив парня на руки, направился к выходу. У двери он помедлил. – Тони, возможно тебе стоит съездить с нами. Посмотришь, где мы живём. Британец с энтузиазмом согласился, и, попрощавшись с Хуаном, они вместе направились к дому Лео.

***

Идея Лионеля была довольно рисковой. Но это была единственная возможность держать Хорхе Месси подальше от его семьи. В тот вечер Тони провёл у них дома несколько часов, пытаясь разобраться в происходящем и понять, кто такой Лионель Андрес Месси, и чем он живёт. Мистеру Стивенсону потребовалось примерно три недели, чтобы, не поднимая шумихи, вернуть под контроль всю жизнь Лео, и надо сказать, тот был впечатлён. Теперь оставалось последнее дело. Нужно было лишь дождаться визита отца Месси в Барселону, Лео знал – тот не заставит себя долго ждать. Раньше Лео даже не мог помыслить о том, чтобы пойти против отца, но теперь ему было, что терять, за что бороться, и были те, кто стоял за его спиной. Всё это вселяло надежду, что вскоре он будет свободен. Все эти мысли бродили в его голове, пока они с агентом сидели в переговорной на Камп Ноу, ожидая Хорхе Месси. - Я надеюсь, у тебя есть внятное объяснение происходящему, - гневный голос разрезал звенящую тишину. - Добрый день, сеньор Месси, - Тони и Лео синхронно поднялись, чтобы поприветствовать вошедшего. Этикет ещё никто не отменял. Впрочем, Хорхе проигнорировал их и преспокойно уселся за стол напротив. - Вы ещё кто? - Тони Стивенсон, агент Лионеля Месси. - Очень смешная шутка. Его агент я, попрошу Вас покинуть помещение. - Вынужден Вас огорчить, - Лео напряжённо следил за мужчинами, - это не так. Вы не являетесь официальным представителем сеньора Месси. Лионель – совершеннолетний, со мной у него был заключён контракт, так что с прошлого месяца я являюсь его официальным агентом. - Лионель, объяснись! – глаза Хорхе метали молнии. - По-моему, мистер Стивенсон выразился предельно ясно. - Какого чёрта здесь… - Не в Ваших интересах устраивать сцену, - всё же Тони был профессионалом, - мы здесь для того, чтобы заключить соглашение, которое устроит всех. - Ублюдок, - прошипел Хорхе, вперившись взглядом в Лионеля. Лео горько улыбнулся. Да, действительно. - Ты всё ещё остаёшься моим сыном, - внезапно ухмыльнулся отец, - и с этим твой агент вряд ли что-то может сделать. - Жаль, - это было единственное, что сказал Лео, за всё время переговоров. Он полностью отрешился от происходящего, позволив Тони разбираться с этой проблемой. Проблемой, которую он когда-то называл отцом. Но всё же, Тони был не просто агентом, он был профессионалом высочайшего класса. Умело давя на болевые точки, он выводил аргентинца в годах из себя, оставаясь при этом спокойным и невозмутимым. Наконец, доведя сеньора Месси до кипения, он небрежно подпихнул ему бумаги, которые тот подмахнул, не глядя, желая вернуться к спору и попытаться вразумить непокорное чадо. - Прекрасно! – внезапно воскликнул Стивенсон, торжествующе улыбаясь, - мы Вас больше не задерживаем. - Что? – на полуслове осёкся мужчина. - Перечитайте соглашение, - сладко пропел Тони. Лео знал, что было в бумагах. Каждый из одиннадцати пунктов соглашения. Они провели не одну бессонную ночь с Тони на кухне его дома в попытках создать такой договор, который стал бы гарантом его свободы, но не спровоцировал бы Хорхе на какие-нибудь безумные поступки. Ключом к этому были деньги. Семья Месси пожизненно получала от Лионеля пятнадцать процентов его дохода, взамен обязуясь никогда не упоминать его имя без согласования с юристами. Теперь он был свободен. - Нет, - неверяще старший Месси смотрел на бумагу перед ним, - нет… - Да, - торжествовал британец, - и Вы подписали его добровольно, в присутствии двух свидетелей, - внезапно из тени вышли двое юристов Хуана Лапорте и кивком подтвердили сказанное. – Вы можете быть свободны, сеньор Месси. Причитающиеся Вам деньги будут перечисляться на счёт Вашей семьи в Национальном Банке Аргентины. Всего доброго, - с этими словами Тони поднялся, и Лео последовал за ним. - Мелкий ублюдок, - прошипел Хорхе ему в спину, - мне жаль, что ты мой сын и носишь мою фамилию! - Считай эти пятнадцать процентов компенсацией, - ухмыльнулся Лео и вышел из переговорной, разрывая последние связи с семьёй. «Прости мам, прости ба», - горько подумал он, но это был единственный выход. Алчность Хорхе в конце концов погубила бы и его карьеру, и его самого.

***

Отходняк накрыл позже. Лео сидел на полу кухни, стуча зубами в приступе тихой истерики, и смотрел на закрытую бутылку виски на столе. Вот теперь стало плохо. Он никогда не был по-настоящему близок с братьями и сестрой, но потерять обоих родителей за пару месяцев оказалось слишком. Сирота при живом отце. Истерический смешок вырвался сквозь плотно сжатые губы. Внезапно хлопнула входная дверь. - Лео, я дома! – Пауло ураганом влетел на кухню. – Я голодный как волк, у нас есть… Лео? Он переводил взгляд с бутылки на сидящего на полу мужчину, и наконец осторожно присел рядом. - Что-то случилось? Лео не выдержал. Тихим, дрожащим голосом он пересказывал Пауло недавние события, объяснял, что не так с его отцом, и почему они ещё не скоро поедут в Аргентину. Он даже не замечал, как маленькая ладошка осторожно стирала слёзы, градом катящиеся по его щекам, все те слёзы, что душили его, начиная с роковой ночи, когда ему сообщили о смерти матери. Наконец он выдохся и прикрыл глаза. - Всё будет хорошо, когда-нибудь, - Пауло крепко обхватил его за шею и тихо прошептал на ухо, - я тебя обещаю, папа…