Welcome back, miss Chaos.

— Какого чёрта ты делаешь в школе во время каникул? — улыбнулась Мишель, глядя на явно ужасно удивлённого её появлению парня. — Какого чёрта ты вообще делаешь в школе?! И… И в городе?! Тебя не должно здесь быть, ты же уехала несколько лет назад! — испуганно парировал парень, и проморгавшись, сделал шаг назад, убеждаясь в том, что его собеседница вполне себе реальна, и вполне себе находится здесь сейчас, хоть и не должна, и что это всё ему не чудится. Стилински засмеялась, вполне спокойно убирая за ухо прядь волос. Такой реакции на своё появление она ожидала меньше всего. — Как будто призрака увидел, ей Богу. У меня каникулы, глупенький. На время которых я решила вернуться и проведать родных. Ну, а заодно и навести шороху в таком родном и неизменном крохотном Бейкон Хиллс, — говорила девушка, делая шаг вперёд. На её лице сияла привычно-обезоруживающая улыбка. Джексон, наконец уверовав в реальность происходящего здесь и сейчас, заметно расслабился, но всё же, сделал ещё один шаг назад, что никак не спасло его от слабого, но ощутимого щелчка по носу. — Ауч! — поморщился парень, а затем, сложил руки в карманы брюк, недовольно на собеседницу косясь, на что тихо хохоча, Стилински вытянула руки в его сторону, тем самым, приглашая напуганного и избитого Джекси в свои объятия, дабы не дать ему и малейшего шанса отступить ещё на несколько шагов, а ещё, чтобы преодолеть неловкость и страх со стороны Уиттмора. — Ладно тебе, обними старую подругу, — чуть жалобно произнесла она, всем своим видом отыгрывая лёгкую грусть, и парень, всё же, вытянул руки в ответ, кладя их на чужую спину. Мишель тут же притянула его к себе, в тёплых и крепких объятиях, ведь несмотря ни на что, соскучилась за несколько лет своего отсутствия. Наконец, поняв, что ему ничего не грозит, Уиттмор по-нормальному обнял давнюю знакомую. — Не сказал бы, что мы были прямо-таки друзьями, Стилински. Если, конечно, ты не хочешь назвать дружбой постоянные попытки выставить друг друга на всеобщее посмешище. Потому что если так, то я даже представить себе боюсь, что ты можешь назвать неприязнью или даже враждой, — издал негромкий смешок Уиттмор, почти беззлобно прищурившись. «Да, лучше тебе действительно не представлять, что я называю враждой, Джексон. А то снова штанишки намочишь. Прямо как в старые добрые» — с улыбкой закатив глаза, подумала Мишель. В её голове действительно всплывали некоторые ситуации, когда она позорила «Джекси-мокрые-штанишки» перед всей школой, и как потом он мстил ей за это. Особенно хорошо она помнила, как им вместе пришлось выступать на каком-то концерте и она поставила подножку Уиттмору. Он грохнулся со сцены и разбил нос, а после, когда весь за переполошился, перепачкал кровью всё новое платье Мишель, которое родители подарили ей на Новый Год. Джексон был на несколько классов младше, но даже это не мешало ему обладать чрезвычайной наглостью и неменьшим коварством. — Ладно тебе, Джекси, мы были совсем ещё детьми, и творили незнамо что. Ты же знаешь, как дети иногда бывают жестоки. Иногда даже более жестокими, чем мы тогда. Сейчас нам обоим стоит по взрослому подойти к ситуации. Да и знаешь… Мы, ведь друг другу уделяли тогда больше внимания, чем самые лучшие друзья. Некоторые учителя думали, что мы вырастем и станем парой, несмотря на то, что я во всё горло орала, что в жизни не стану встречаться с малолеткой, — смеясь, вспомнила Шелли, и одной рукой потрепала парня по коротким русым волосам. Тот чуть скривил губы, но уже через несколько секунд смеялся вместе с ней, понимая, что до сих пор обижаться на Стилински было бы неимоверно глупо. Это тогда эти обиды касались существенными и важными, а желание мести не отпускало неделями, иногда месяцами, до тех пор, пока сама месть не будет совершена. Сейчас это казалось простым, и до смешного странным детским воспоминанием, которое всплывает в голове в одинокие осенние вечера, когда хочется посмеяться с собственной былой глупости. — А я орал, что к моменту, когда мы вырастем, ты уже будешь старухой, а со старухами встречаться никто не хочет. Не сказал бы, что ты сейчас особенно похожа на старуху, Стилински. Но жить мне всё равно дольше! — рассмеялся во весь голос Джексон, отпуская давнюю знакомую, и тут же, пока ему не влетело, как в детстве, стал убегать от неё куда-то в сторону школы. — Ах ты… Шмакодявка! — выкрикнула Шелли и побежала следом, естественно, понимая, что сильно избивать Уиттмора за безобидную шутку она не станет, но по спине возмущённо разок ладошкой хлопнет. Джексон стал оббегать школу вокруг, и девушка, не раздумывая, со смехом, бежала за ним, не слишком быстро, чтобы не выдать свои новые способности, но и не особенно медленно. Нужно же было догнать подлеца! На заднем дворе школы проходила тренировка по лакроссу у младших классов, вроде дополнительных занятий на лето. — Уиттмор?! А ну стоять! Кто это с тобой?! — возмутился Бобби. Как только Мишель и Джексон остановились, девушка помахала тренеру рукой, подходя к нему почти без отдышки (в отличии от Уиттмора, который последний раз так быстро бегал на финальном матче по лакроссу). Она осмотрела мужчину, почти не изменившегося с момента её отлёта. — И я вас рада видеть, тренер Финсток, — спокойно произнесла она, оглядывая давно знакомые черты лица тренера. Тот нахмурился, непонимающе уставившись на девушку. Она сложила руки у груди, дав тренеру несколько секунд на неудачную попытку вспомнить, а затем, решила напомнить самостоятельно: — Мишель Стилински, девочка с самыми худшими оценками по физкультуре, которая почти всегда сидела на лавке без формы. — О, да ладно? Все Стилински такие слабаки? — недовольно спросил тренер, и, засмеявшись, Мишель решила оставить его вопрос без ответа. Вместо этого она направилась обратно, таща за собой нерадивого Джекси, на что тот, нисколько не сопротивляясь, направился следом. Оба смеялись, обоим было чрезвычайно весело от сложившейся ситуации. — Ну, а вообще, ты в школе как, по делу или, как и я, просто гуляешь? — этот вопрос был задан как-то слишком резко, вдруг прерывая смех, но никого это особенно не смутило. Джексон неопределённо пожал плечами, сложив руки в карманы джинс, и с какой-то странной улыбкой впери взгляд в пол, заставляя Стилински только внимательнее смотреть на него. — Изначально планировал встретиться с Лидией, но она отменила встречу где-то на середине моего пути к школе, а возвращаться домой смысла было не особо, так что, я думал пройтись от школы и домой, — произнёс Джексон, возвращая взгляд к девушке. Та понимающе кивнула и чуть нахмурила лоб, в попытке отыскать в голове знакомое имя. — Лидия, Лидия, Лидия… Это… Это же та рыжая девочка из класса Сти, да? — спросила девушка, ухватившись за смутно-знакомый образ девчонки с ярко-рыжими волосами, с которой они со Стайлзом, вроде как, неплохо общались. Конечно, девушка знала, что эта рыжеволосая девочка нравится её брату, неимоверно нравится, но сейчас она решила не заострять на этом какого-то особого внимания. — Что ж, раз планы отменились, не хочешь пойти погулять? Я давно не была в родном городе, и хотела прогуляться немного по давно знакомым улицам. Составишь компанию? И Джексону не осталось ничего, кроме как согласиться. Заняться ему всё равно было нечем. Они бесцельно скитались по городу и разговаривали, вспоминали школьные годы, и ситуации, которые с ними происходили. Сейчас все эти ситуации казались такими эфемерными и далёкими, что казалось, что происходило это всё вовсе не с ними, несмотря на то, что им отчётливо помнилось, что тогда там были именно они. Деревья содрогались от лёгкого ветра. Мишель делилась подробностями жизни в Лос-Анджелесе, а Джексон рассказывал о незначительных переменах в Бейкон Хиллс. Город и правда изменился очень слабо. Появилась пара новых кафетериев, пару деревьев срубили, да. Кто-то переехал, где-то покрасили забор, сделали крыши… Но в целом, небольшой городок был почти таким, каким помнила его Шелли. Меньше всего изменился парк, по которому девушка часто гуляла, будучи ещё совсем маленькой. Присутствие рядом Джейсона веселило. У них было полно воспоминаний о том, какие гадости они делали друг другу, будучи детьми. Так, за воспоминаниями, ни один из них не заметил, что прошло уже несколько часов. Тепло распрощавшись, они разошлись. Мишель — гулять дальше, а Джексон, всё же, решил отправиться домой.