One hope

      Фокси любил сказки. Красивые истории про принцев и принцесс, про настоящую любовь, про захватывающие приключения. Он всегда просил маму прочесть ему одну из этих книг перед сном. Этих историй было у него всего ничего, все он знал уже наизусть, прочитывал до дыр, но все равно просил прочесть снова и снова.       — А я найду своего принца? — улыбнулся Фокси, прижимая к себе плюшевую игрушку.       — Ну конечно, мой дорогой, — говорит мама, кутая его в одеяло. — И ты найдешь своего принца, полюбишь его с первого взгляда…       — Он поцелует меня и увезет в свой прекрасный замок, — продолжает омега.       — И там будем жить долго и счастливо, — закончили они оба знаменитую фразу из множества книг, ведь именно этим и кончались прекрасные истории.       — Ах, я все жду, когда он появится у нас во дворе на своем белом коне, — мечтательно улыбнулся он и лег, обнимая подушку.       — Это обязательно сбудется, мой милый. А теперь ложись на бочок и закрывай глазки, — она наклонилась и поцеловала сына в щечку.       — Мне приснится принц?       — Если ты того захочешь, — она встала и пошла к двери.       — Мам?       — Да, мой хороший?       — Я люблю тебя.       — Я тоже люблю тебя, радость моя. Спи крепко.       Фокси улыбнулся и зажмурился, представив себе его. Своего прекрасного принца, который обязательно заберет его и увезет к себе, где они поженятся, а потом у них будет много детей.       — Мама… — Фокси вздыхает и открывает глаза.       Перед ним стояла молодая служанка.       — Вы уже проснулись? Примите утренние ванны и переодевайтесь, — сказала она.       — Утренние ванны?       Она буквально вытолкала его из постели и потащила в ванную комнату, где уже была готова вода для него. Было так непривычно, ведь все делали за него. Она выкупала его, помыла голову, хотя он убеждал, что может сделать все сам, а потом потащила переодеваться. Фокси бросился в глаза наряд. Это было платье.       — П-платье?       Фокси опешил. Какое еще платье?       — Да. Омеги обязаны носить платье, — она улыбнулась и продемонстрировала ему легкое воздушное платьице. Оно и вправду было чарующим, но…       — Я… никогда не носил платьев, — попытался объяснить Фокси ей.       — Теперь Вы будете носить платья, — без смущения ответила ему служанка.       Спорить с ней было бесполезно. Серьезно, она считала, что полностью права в этом.       — Так распорядился Его Величество, Вы должны слушать, что Вам говорит король.       — Он… так сказал? Правда? — промямлил Фокси, недоверчиво посматривая на платье.       — Да. Он лично распорядился, что Вы будете сегодня кушать, какие ванны принимать, на каком пуху спать, какое платье надевать, — перечислила она.       — Ну… ладно, — ответил Фокси.       Пусть он и омега, но ведь не каждый омега носит платья. Хотя ему известно, что среди знатных особ это очень даже распространено. Каждая уважающая себя омега должна носить платья, этим она показывает свое богатство и отношение к высшему обществу. Но ведь Фокси не такой.       — Быстрее одевайтесь, давайте я Вам помогу, — сказала служанка.       — Но я…       — Давайте, Вам нельзя опаздывать.       — Но куда?       — На завтрак, — сказала она, поторапливая его.       Она уложила его волосы, которые были чересчур непослушны, постоянно путались и создавали бардак на голове, что страшно взглянуть в зеркало, в которое она даже не позволила посмотреть, сразу же за руку потащив вниз. Фокси только и оставалось бежать за ней, хотя он не особо то поспевал, каждый раз спотыкаясь на туфельках, которые с непривычки были жутко неудобными. Фокси лишь молился, чтобы он не споткнулся и не упал на один из этих дорогих золотых ковров, мягко устеленных по всем широким коридорам. А то опозорится еще.       Служанка привела его в большое помещение, в котором был расположен широкий стол. Для короля и его омеги. Тут как раз суетились остальные слуги, подавая на стол блюда. Она мягко подтолкнула его, но отступилась, так как в помещении показался сам Фредди.       — Доброе утро, — поприветствовал он Фокси. — Удобно ли тебе спалось?       — Д-да, спасибо, Ваше Величество, — сказал Фокси, поклонившись ему.       — Садись за стол, сейчас будет завтрак, — пригласил его король, проследовав к своему месту. — Занимай место рядом со мной, Фокси.       Фокси чувствовал легкую дрожь после его появления здесь. Такая реакция была вызвана внутренним страхом перед этим человеком. Ведь перед ним сам король, как тут голову то не потерять от… М, наверное, Фокси боится облажаться перед ним, выставить себя в дурном свете и показать, что он недостоин вынашивать для него ребенка. Иногда ему кажется, что это было глупой затеей. Пусть омега и пытается отогнать такие мысли, они время от времени посещают его.       Потом уже появился его супруг. Фокси видел Бонни мельком, да и то это было, когда он подписывал контракт. Очень даже красивая омега, а какие пышные одеяния, что любая богатая дама позавидует. Да что там, как вообще можно сравнивать его с кем-либо еще? Ведь он всегда на ступень выше.       Фокси чувствовал какую-то неприязнь, исходящую от Бонни. Так и было, потому что он, сев за стол, стал сверлить Фокси взглядом.       Именно поэтому за завтраком Фокси вел себя очень скованно, боялся притрагиваться к еде, думая, что за нее Бонни ему только так руку откусит, что уж говорить про взгляды в сторону Фредди. Даже самые безобидные. Да что это с ним такое? Он будто бы… изучает его. Но как-то по особенному.       После завтрака Фредди подошел к нему, взяв за руку.       — Не хочешь ли ты прогуляться со мной по саду? — предложил, казалось бы, самую безобидную вещь в мире.       Фокси не понимал его намерений, но для Фредди это было очень важно, дабы не пугать потенциальную мать их ребенка. Для него самое главное было — расположить Фокси к себе, дать почувствовать себя свободно и безопасно, не бояться Фредди, да и Бонни тоже, который лишь портил все и отпугивал омегу.       Королевский сад был прекрасен. Надо ли говорить о том, сколько цветов тут было, сколько прекрасных лавочек и милых дорожек. Было видно, что все тут сделано с любовью, с особым трепетом. И Фокси действительно восхищался местной красотой. Природа не перестает удивлять, да и люди, которые ценят подобную красоту. А как аккуратно подстрижены кустики, устланные вдоль всей дороги.       — У Вашей матушки такие серьезные проблемы?       — Да… — погрустнел Фокси тут же, вспоминая о матери, которой должен помочь. — Все это ради нее.       Фредди пусть и был холоден, но все же смягчился и даже стал уважительно называть его, понимая всю проблему Фокси и искренне сочувствуя ему.       — Не переживайте, все наладится, — заверяет его Фредди. — Я помогу.       Ну, он мог сейчас его только кормить обещаниями, что злило самого Фредди. Нельзя было так быстро прибегнуть к действиям, а хотелось помочь уже сейчас. Он не привык сидеть и ждать, он знал, что ему надо что-то делать. Сегодня. Сейчас.       — Ну и где ты откопал эту грязную шавку? — поинтересовался у него Бонни этим же вечером.       — Спокойнее. Этот юноша ничего тебе не сделал, чтобы ты так нелестно о нем отзывался, — нахмурился альфа.       — Правда что ли? — будто бы удивившись. — А как я еще должен о нем отзываться? Как я должен отзываться о грязной омеге, что пытается увести у меня мужа?       — Ты все себе надумал, Бонни. Никто и никого не собирается уводить, — хмыкнул Фредди. — Ты прекрасно знаешь, что он тут делает.       — Конечно знаю. И его план я давно раскусил. После зачатия он тут же попытается заявить свои права на тебя.       — Если ты не забыл, я никому не принадлежу, у меня есть мои права, я не игрушка.       — Да-да, конечно, дорогой, я все понимаю. Тебе стоит приглядывать за своим омежкой, дабы он чего не натворил.       — Послушай меня, — он вздыхает и не желает ссориться со своим возлюбленным, который не похож на себя в данный момент. — У него тяжелая жизненная ситуация, он нуждается в нашей помощи. Как и мы в его.       — Да? Он уже наплел тебе про... м, свою тяжелую жизненную ситуацию? И что же он тебе сказал? Что у него нет денег на еду? Что за ним охотятся мародеры? Что? Мне прям интересно стало.       — Бонни!       Он аж вздрогнул от такого тона.       — Хватит вести себя так. Ты же не ребенок, должен понимать, что все это очень важно, — он подошел к нему и обнял за плечи, поглаживая и пытаясь ободрить хоть как-то. — Для меня. Для нас. Для нашего королевства и благополучного будущего.       — Ты... ты правда меня любишь?       — Люблю. Мне никто не нужен более, — разворачивая супруга к себе и целуя нежно в губы, показывая всю свою любовь       — Ваше Величество, герцог Лавкрафт просит вашей аудиенции.       Фредди посмотрел на своего возлюбленного и вновь поцеловал его, покинув после этого королевскую спальню.       Бонни горько усмехнулся, подойдя к окну и взглянув на прекрасный сад.       — Ваше Величество… — подал голос один из стражи, что охранял их королевские покои.       — Нет, не время, — прерывает его Бонни, наблюдая за Фокси, что прогуливался в это время возле фонтана. — Еще очень и очень рано. Я хочу понаблюдать. Однако это не значит, что надо бездействовать. Вот что, — хмыкнул омега. — Я хочу все о нем знать. Откуда он. Где родился, где вырос, кто его родители. Откуда вообще вылезла эта жалкая блоха и чего хочет, — он подошел и взял бокал с вином. — Посмотрим, что из себя представляет эта несчастная омега с тяжелой судьбой.       Фокси было непривычно изо дня в день просыпаться в шикарной спальне. Нет, его комната значительно отличалась от спальни короля с королевой, но все же это было настоящее великолепие. Омега мог восхищаться вечно здешним убранством и красотой. Его кровать была огромна, могла поместить в себя человек пять, а в его одеяле можно было потеряться. Подушки на дорогом пуху, чего уж говорить про остальное белье. Шикарные ковры находились не только в коридорах, но и в его комнате, украшая и дополняя атмосферу. Тут также стоял большой платяной шкаф, в котором находились его многочисленные наряды на каждый день. Каждый день новое платье, чего уж не понимал Фокси. Он уж точно не понимал жизни светской омеги, для него это было в диковинку. Ах, ну и туалетный столик! Конечно же! Любая омега, которая имеет столько платьев, должна иметь и шикарный туалетный столик, с шикарной дорогой косметикой. Последний писк. Со всеми этими маленькими ящичками, которые были расположены повсюду, в которых как раз и была эта самая косметика. У Фокси был такой столик. С большим овальным зеркалом посередине, маленькими овальными зеркальцами по бокам. Он садился за него каждый день, когда ему делали новую прическу, красили, приводили в порядок и отправляли к королю. Любимой частью был милый балкончик, который выходил прямиком в сад. Можно было оттуда наблюдать за всем происходящим в королевском саду. Отсюда был слегка виден фонтан и милая беседка, в которой Фокси любил читать.       Стоит ли промолчать насчет светских мероприятий? А именно балы. Ох, это и было основное развлечение для богатых альф и омег. За те две недели, что Фокси провел в королевском дворце, он успел застать четыре бала. Сам омега не присутствовал на них, но его все равно хорошо наряжали, так как они проводились во дворце, а он должен всегда выглядеть обворожительно.       На одном из таких балов произошло кое-что неожиданное. У Фокси началась течка. Фредди находился все время рядом с ним, опасаясь за его здоровье. Для них это была полная неожиданность, но Фредди быстро схватил его за руку и направился в королевскую спальню, перед этим отдав приказ отправить Бонни к мамочке.       Они долго планировали это, так как все должно было произойти в спокойной для омеги обстановке, чтобы не пугать его. Фредди хотел сделать все аккуратно, быть нежным с ним, но сейчас Фокси отчаянно просит его члена, а он в полной растерянности, так как этого не должно было произойти сейчас. Сегодня… Вот черт.       Фокси с радостью сам готов был залезть на него, что он и сделал. Фредди думал начать с ласк, но у них получилось что-то странное, что-то пошлое и совсем неправильное. Омега вцепился в одежду короля и буквально умолял взять его. Фредди с ужасом осознал, что все куда хуже, чем он думал. Это его первая течка. Это самое страшное.       Омега тяжело дышит, и Фредди судорожно раздевает его, хотя ему самому тяжело. Этот чертов инстинкт берет над ним верх, хотя он пытался контролировать его. Не получается, особенно в такую течку. Она сильнее всех.       — Я больше не могу, — хнычет Фокси. — Там так зудит.       — Я понимаю, — успокаивает его Фредди. — Потерпи немного.       — Дай свой член. Хоть немного. Хоть почесать между ног, я уже не могу терпеть. Больно.       Да уж, о какой там нежности шла речь, у них все было так непонятно. Фокси тяжело дышал и терся об него, не мог отлипнуть. У них не было ничего. Ни ласк, ни поцелуев, ни нежных укусов и успокаивающих слов о том, что будет все хорошо и скоро станет приятно, а боль постепенно иссякнет. Фредди планировал все не так, а Фокси явно не планировал лезть на его член, будто это вся его жизнь.       Спальню наполняло тяжелое дыхание, стоны, скрип кровати и обрывки слов Фокси, который просил быстрее, сильнее и жестче быть с ним. Ему было мало, хотелось невозможного, а боли он совсем не чувствовал из-за настигшей его похоти. Омега сам с радостью скакал на его члене, хотя зачатие ребенка подразумевалось под простым сексом в миссионерской позе. Все шло под откос с самого начала. Но волновало ли это самого Фредди? Нет. Он уже сам забылся в своей похоти, она застлала ему глаза, а разум уже давно пребывал в тумане, из которого выходить явно не хотелось. Он шлепал его по попке и слышал ответное урчание омеги, которая царапала его спину, оставляя следы бурного секса. Фредди не остался в стороне, целуя его нежную шейку, кусая, расставляя засосы. На ней так то вскоре не осталось свободного места, и он перешел к ключицам, плечикам, груди. Все было такое нежное и чувствительное у молодой омежки, что будоражило лишь сильнее.       — Кончи в меня, кончи! — просил Фокси. — Обкончай меня всего, заполни полностью!       Это был такой яркий оргазм, что Фокси закатил глаза от удовольствия и высунул язычок. Фредди лишь сильнее прижал его к себе, ощущая в полной мере всю прелесть от настигшего удовольствия.       Он покинул спальню сразу же после того, как Фокси уснул. Он так думал…       Но Фокси не спал, все думал. Его отпускало.       — Мама… — он закрыл глаза. — Все ради тебя.       — Черт… ЧЕРТ! — Фредди швырнул вазу в стену. — Что это значит?! Как?!       Он был в ярости и в ужасе. Что теперь делать? Что? Нельзя говорить об этом Фокси… он же… он же откажется от всего… Нельзя вот так просто отказываться от их с Бонни счастья. От счастья иметь детей.