Поттерами не становятся, Поттерами рождаются!

Волдеморта неудержимо клонило в сон. Вместо обсуждения стратегии развития военного потенциала магической Великобритании, его безнадежные идиоты-подчиненные опять устроили сущий балаган. Белла снова сцепилась с Люциусом, и уже битых полчаса доказывала ему несостоятельность идеи массовой разработки магических беспилотников. — Стратега обидеть может каждый! — надрывно, хорошо поставленным голосом профессионального плакальщика подвывал Люциус, перекидываясь под столом с миссис Лестрейндж жалящими проклятиями, периодически кося глазом на тихо звереющего Лорда. Вчерашний вечер Риддл убил на разговоры с грязнокровкой Грейнджер, накидавшей ему с десяток вариантов гипотетической дислокации Поттера. Проверять идеи девчонки он отправился той же ночью, в очередной раз пожертвовав своим сном. Шатание по маггловской загранице всю ночь напролет (они с Грейнджер сошлись на мысли, что Гарри успел покинуть Англию), не добавляло сейчас Тому ни радости, ни бодрости. С усталым вздохом, он отхлебнул бодрящего зелья и поморщился от легкого чувства щекотки пробежавшего по телу и засвербивщего в носу. — Апчхи! — Будьте здоровы, Милорд! — дружным хором пожелали ему Пожиратели. — Раз уж вы наконец обратили на меня внимание, друзья мои, то сделаем мы следующее... Прошедший день был щедр на события и не оставил Тому ни минуты для сна. Не желающие понимать своего счастья оборотни, митинговали под окнами Министерства. На заводе по производству дымолетного порошка напутали в составе ингредиентов и на магический рынок поступила партия, отправляющая каминных путешественников в 4-е измерение, вместо пункта назначения. В Визенгамот поступило прошение о снятие Волдеморта с должности, а старые пни, с энергией достойной лучшего применения, радостно принялись копаться в его грязном белье. А под вечер, пятилетний волшебник-магглокровка, устроил на территории Йоркшира локальный апокалипсис, подняв зомби на соседнем кладбище, когда у него отобрали плюшевого дракона. Усталый и злой как тысяча мантикор, Волдеморт в очередной раз приложился к бодрящему зелью, старательно игнорируя странное свербение в носу и слезящиеся глаза. — Милорд, прибыла российская делегация, — материализовался рядом с Повелителем Снейп. — Им-то что от меня нужно в такой час?! Ну прибыли и прибыли, пусть порадуются, что их о новый щит не расщепило, — недовольно проворчал Темнейшество, с ненавистью глядя на прошения об отставке целого аврорского отдела. (Политика им моя видите ли не нравится! Бездельники и тунеядцы! Конечно, им не нравится, что вместо игры в плюй-камни приходится работать!) — Русские маги хотели бы отметить с вами будущий договор... — настырно, как комар, жужжал над ухом Северус. — Что там отмечать, только прибыли же?! — с легким недоумением обернулся к нему Лорд, в задумчивости вновь отхлебывая зелья. — Апчхи! Зельевар обеспокоенно взглянул на Волдеморта и с легкой жалостью посмотрел на полоповшиеся сосуды в глазах Повелителя. — Так традиция же, Милорд. Хлеб-соль, взаимное уважение... — поколебавшись несколько секунд, он неуверенно добавил, — Как вы себя чувствуете, Господин? Может быть, моя скромная помощь... — Я великолепно себя чувствую, — отрезал Риддл, мрачный, как грозовая туча. — Может, Долохова на них натравить? Пусть хоть обуважаются там, — с легкой нотой отчаяния в голосе пробормотал он, разглядывая заваленный неразобранными документами стол. — Господа маги настаивают на вашем личном присутствии. Волдеморт, не глядя, подмахнул заявления на увольнение авроров, сделав пару пометок в реестре служащих, и злорадно оскалился, представляя, как эти недотепы пожалеют о своем поспешном решении, пытаясь найти работу, но снова и снова получая отказы. — Ну что ж, никто их за язык не тянул... Будет им личное присутствие, — недобро сказал он, поднимаясь с кресла и по пути кладя в карман новый флакончик бодрящего зелья. — Многоуважаемый министр! Как мы счастливы, что нам выпала честь лично поприветствовать столь могущественного мага! — возопил русский дипломат, так радостно заулыбавшись при виде Волдеморта, что у мага закрались сомнения в его душевном здоровье. — Доброй ночи вам, господа, — сквозь зубы процедил Волдеморт, явно давая понять, в каком именно гробу он видит и эту ночь, и русских магов. Увы, маг намека предпочел не заметить, и сияя улыбкой не хуже стоваттной лампочки, пошел на Лорда, распахнув руки. — Право же, это совершенно излишне, — в последнюю минуту увернулся от объятий Волдеморт, в панике прикидывающий, уж не родственник ли русский Поттеру. Ничуть не огорченный, делегат перехватил его руку и принялся её энергично трясти, громко и многословно изливая на Лорда все свое счастье от личной встречи. — Что же мы стоим?! — вдруг перебил он сам себя, потянув опешившего от такой бесцеремонности Тома к накрытому столу в углу зала. — Давайте присядем, поедим, выпьем... Лорд в панике оглядел представшую перед ним картину: сдвинутые столы, ломившиеся от закусок и угощения, и радостно и шумно гомонящую толпу магов, не меньше полусотни. — Долохов? — прошептал себе под нос Риддл, начиная догадываться, с чьего попустительства в зале Министерства развернулся сей банкет. — Долохов... — сумрачно пробормотал он, заметив мелькнувшую среди сидевших макушку подчиненного. — Долохов!!! — с яростью, сквозь зубы процедил он, увидев наконец, что алкоголя на столе больше, чем еды, а большинство магов, как своих, так и приезжих уже сильно навеселе. — Предлагаю вам поднять тост за Темного Лорда! За сильнейшего темного мага!! — За Темного Лорда! — дружным ревом поддержала говорившего толпа бодро вскочивших магов, загадочным образом уже увеличившаяся вдвое. Волдеморт неохотно поднялся, скривившись, как от зубной боли, салютуя магам своим бокалом с соком. — Как можно! — возмутился сидящий рядом русский делегат и ловко плеснул Лорду в стопку какой-то подозрительной прозрачной жидкости, которой угощались русские маги. — Я не пью алкоголь, — вяло запротестовал Лорд, пытаясь поставить на стол неопознанную жидкость. — Срашшшное оскорбление, Милорд! Вы что... — тут же зашептал, не хуже змеи, ему в левое ухо Антонин. Закатив глаза (слава Мерлину, что в Англии традиций с попойками не водилось!) и неуловимым движением пальцев проверив стакан на отсутствие вредоносных чар, Волдеморт залпом опрокинул в себя отвратительное пойло. Вот уж верно, иногда проще согласиться, чем спорить. Не успел еще алкоголь огненным потоком прокатиться по его пищеводу, как мага скрутила дичайшая боль, от которой он банальнейшим образом потерял сознание, совершенно не элегантным мешком падая на руки враз протрезвевшего от такого поворота Долохова. Лорд барахтался в темном и липком мареве, всеми силами цепляясь за ускользнувшую реальность. Словно сквозь вату до него долетали обрывки разговоров вокруг: ...ослабленный организм...недосып...злоупотребление бодрящим зельем... ... да, как же так можно? ... Сильный маг... ... аллергия на зелье...Конфликт с алкоголем... ... отдых и постельный режим... Ну, хоть не отравили, слабо шевельнулась в его голове мысль. Не чувствуя вокруг опасности, Риддл позволил себе соскользнуть в темноту, смутно порадовавшись: ... хотя бы высплюсь наконец... Наблюдая суету вокруг дивана своего побега, Гарри Поттер успел проклясть себя за поспешное бегство уже раз триста. Да, право слово! Ну, не убил же его дядюшка за покушение на свое личное пространство сразу! Ну, максимум, прочитал бы нудную нотацию на тему недопустимости, отвратительности и общей богомерзкости поступка дурного воспитанника. Увы, но впав в панику, Гарри был склонен творить невероятные глупости. Чаще всего, они быстро и радикально тем же Лордом и пресекались, но в этот раз Поттер похоже исхитрился поставить в тупик даже своего бдительного и чертовски умного опекуна. Решение, конечно же, предложила Гермиона. Сам Поттер порывался бежать то к магглам, то к активно сватуемым Дамблдором родственничкам, а то и просто закрыться в Выручай-Комнате. — Это все глупости, — отрезала подруга, — Если ты действительно хочешь скрыться, лучшего места, чем заграница, придумать нельзя. Влияние Милорда на соседние страны велико, но недостаточно, чтобы по его щелчку пальцев все тамошние авроры и маггловская полиция кинулись тебя искать. — Не хочу уезжать так далекоо-о, — тут же заныл Гарри, — я там никого не знаю, жить не на что, колдовать нельзя, а то найдут... — Разумно, — задумалась мисс Грейнджер. Внезапно, её глаза озарились отсветом гениальной идеи. — Поместье, Гарри! Ну конечно же! Как это сразу не пришло мне в голову?! Это будет последнее место на земле, где Лорд додумается тебя искать! — Разумеется, — скептически фыркнул Поттер, — потому что скрыться в нашем поместье от Лорда невозможно! Он знает его вдоль и поперек, а через каждые два метра там понаставленно по прорве заклинаний, половины из которых я и знать не знаю. — Гарри... — лукаво улыбнулась девушка, — я абсолютно уверена, что в одно место Лорд точно не заходит никогда... Так и получилось, что последние несколько месяцев Поттер прожил в подсобке рядом с кухней, в окружении лордовских домовиков. Сначала, волшебные существа восприняли намерение маленького хозяина перебраться к ним жить со священным ужасом, устроив форменную истерику. Но путем длительных уговоров, Гарри удалось добиться от них обещания держать в тайне свое обновленное место жительства, в красках расписав, каким именно пыткам Лорд подвергнет его в случае обнаружения. За прошедшие годы Поттер успел полюбиться мрачноватым лордовским домовикам, ибо большей частью был с ними вежлив и заботлив, и в отличие от того же Волдеморта, не имел склонности раскидываться неприятными заклятиями в случае душевных кризисов. Избрав себе такое место жительства, он убил разом сразу нескольких зайцев: удачно скрылся и получил возможность узнавать о ходе поисков "из первых уст". Ставить следилки в комнатах Поместья, было идеей заранее обреченной на провал, что Гарри выяснил еще в довольно нежном возрасте. Уж что-что, а чужие чары дядюшка буквально носом чуял. Но вот маггловские камеры Волдеморт определять не умел, что Гарри выяснил практическим путем, также, еще достаточно давно. Некая неприятность состояла в том, что камеры не работали в магическом окружении, но тут на помощь пришла поттеровская смекалка, как обычно, проявляющаяся в своеобразных моментах. Гарри заказал у одного артефактора микроскопические аннигиряторы магии: не больше булавочной головки, но как раз вмещающие камеры, радостно транслировавшие свои изображения на небольшой экранчик, также затянутый в аннигилирующую пленку, который Поттер таскал с собой повсеместно. На малюсенькие "дырки" в магическом поле дядюшка Марволо не обратил внимание, а Гарри еще пару лет назад получил уникальную шпионскую возможность. Итак, Поттер наблюдал за ходом безуспешных поисков себя любимого, сначала с опасением, дергаясь от каждой догадки и вот-вот опасаясь разоблачения и страшных кар, затем с затаенным злорадством, после с недоумением, а под конец с чистым ужасом и раскаянием. ЧТО с ним сделает Лорд, когда найдет, он даже не решался себе вообразить. Откровенно говоря, Гарри изначально даже и не представлял, сколько сил грохнет дядюшка на его поиски и какого размаха они достигнут. Смутное удовлетворение от того, насколько оказывается его дядя за него переживает, быстро смылось ясным предчувствием страшной расправы, ждущей незадачливого беглеца под конец. Загнавший сам себя в ловушку, Гарри не находил из нее выхода и проводил долгие дни в мучительных размышлениях, как бы ему выпутаться из созданной им самим ситуевины. Увы и ах, но озверевший от недосыпа и горы дел Лорд с каждым днем все меньше вызывал у Поттера желание явиться и покаяться. Пока, в один далеко не прекрасный вечер, Поместье не наполнилось гомоном и шумом от толпы магов, левитирующих бессознательное темнолордовское тело. В первое мгновенье Гарри с перепугу подумал, что его дорогого дядюшку таки прикончили, и чуть не выскочил из своего укрытия наплевав на конспирацию. Но уже пару секунд спустя он сообразил, что вряд ли хладный труп будут устраивать в Лордовских хоромах, причитая и пытаясь уложить поудобнее на диване. Особая ирония состояла в том, что непосредственно в волдемортовскую комнату наложенные самолично Темнейшеством чары никаких посетителей не пускали (за исключением Гарри, разумеется). Посему, Милорда с максимальным комфортом постарались разместить в гостевых покоях. Гарри слушал о причинах дядюшкиного недуга, смотрел на стервятниками круживших по Поместью Пожирателей и задумчиво кусал губу. Кутерьма в Поместье не утихала еще несколько часов, а маги бестолково метались вокруг бессознательного повелительского тела. Несколько вызванных колдомедиков разметало по стенам от одной попытки произвести над Лордом диагностику, а по сему, маги сошлись на первичном диагнозе Снейпа о конфликте бодрящего зелья, вызвавшего при передозировке аллергию, с крепким алкоголем, в результате чего Лорд впал в подобие комы, или попросту, в крепкий сон, который, по предсказанию Северуса, будет длиться пока Повелитель не восстановит порядком потрепанные внутренние резервы своего организма. Вмешиваться магией или зельями Снейп не решился, опасаясь навредить еще больше. — Я буду следить за Милордом, не смыкая глаз! — патетично взвыла Беллатрис и встала в боевую стойку рядом с диваном. Спорить с слегка безумной ведьмой никто не решился, и большая часть Пожирателей тактично исчезли из её поля зрения и из самого Поместья. Ближе к середине ночи угомонились и самые беспокойные маги, частью покинувшие дом, частью улегшиеся спать в гостевых комнатах. Тщательно проверив, что на его пути никто не встретится, Гарри выбрался из своего укрытия и бодрой рысью потрусил в лордовский кабинет. Была у дядюшки одна штучка, как раз на случай незваных гостей... Едва задремавший в соседней с размещенным лордом спальне Люциус пренепреятнейшим образом был разбужен. Невероятной мощи сила сдернула его с кровати, швырнула в портал и секундой спустя неласково приложила о мощеную дорожку перед Поместьем Волдеморта. Малфой пораженно расширившимися глазами наблюдал, как вокруг дома полыхнула стена синего пламени, в один момент пробежавшего волной от земли до самых шпилей, сомкнувшись в единый купол. Откуда-то справа раздался негодующий вопль Беллатрис, попытавшейся пройти сквозь преграду, но отброшенную назад с заметно обуглившейся мантией и подпаленными волосами. — Это Поттер, — мрачно прозвучал рядом голос Снейпа, поднимающегося с дороги и резкими взмахами палочки приводившего в порядок свою мантию. — Мальчишка? — недоуменно произнес Люциус, следуя доброму примеру зельевара и накладывая на себя очищающее. — Северус, это уж чересчур! Твоя неприязнь к Гарри... — Моя неприязнь! — Снейп закатил глаза, — Попробуй воспользоваться мозгом, Люциус! В Поместье активирован защитный контур! Это мог сделать только его хозяин. Полагаешь, Лорд проснулся и решил, что народу вокруг многовато? — Милорд спал! — подтвердила Беллатрис, чутко прислушивающаяся к их перепалке. Снейп поднял брови и с превосходством глянул на Малфоя. — Полагаю, Милорда можно поздравить, его пропажа нашлась. — Ох, они же там друг друга поубивают! — обеспокоенно воскликнул Долохов и рванулся к защите. Но врезался в неё и отлетел по красивой дуге прямо к ногам зельевара. С недовольной гримасой, выражающей все его мысли о недалекости горе-товарища, Северус окатил его Агуаменти, и выразительно смерив взглядом стену, еще дымящегося Долохова и остальных Пожирателей, столпившихся вокруг, решительно произнес: — Вы как пожелаете, господа, но лично я умываю руки. Обугливание в чарах Милорда не входит в список моих излюбленных развлечений. С этими словами он аппарировал, а еще спустя пять минут все маги последовали его примеру. Поттер отвернулся от окна, сквозь которое он с беспокойством разглядывал слуг дядюшки, а ну как, они что-нибудь эдакое выкинут? И поспешил, наконец, к Темному Лорду. Лорд выглядел...препогано. Разметавшиеся по подушке черные волосы только подчеркивали синюшную бледность лица, а мертвятски заострившийся нос наводил на недобрые мысли. — И это из-за меня?! Поттер почувствовал сильный укол раскаяния. Впрочем, вместо дальнейших сокрушений он предпочел удостовериться, что дядюшка еще жив. Забравшись на постель, он приложил ухо к его груди, но ни черта не смог разобрать. В ушах громко отдавалось собственное сердцебиение. В панике он нашарил среди одеял тонкое запястье и попытался нащупать пульс, но также безрезультатно. Помня печальный опыт предшественников, магию он даже не пытался применить. Его взгляд беспомощно заметался по комнате, остановившись на большом зеркале на стене. Бодро вскочив с лордовской постели, он взмахом палочки уменьшил его и, обмирая от ужаса, поднес к носу Волдеморта. Дыхание неспешно проявилось туманной дымкой на блестящей поверхности, и Поттер шумно выдохнул, только осознав, что все это время задерживал дыхание. — Ну, хотя бы жив, — облегченно пробормотал он и замер, разглядывая тонкие лордовские черты. Во сне вечно кривящиеся в саркастических ухмылках губы были расслабленны, а недовольно хмурящийся лоб разгладился. Волдеморт выглядел даже моложе, чем обычно, а Гарри, поймав себя на том, что его рука уже тянется провести пальцами по тонкой скуле, неудержимо покраснел и отдернул своевольную конечность. Следующей мыслью, посетившей его бедовую голову, было желание транспортировать Лорда в его комнату. Но чары левитации обернулись против создателя. Спустя секунду Поттер потирал шишку на голове, полученную от яркой встречи его макушки со стеной. — Окей, окей, — побормотал Гарри, — никакой магии, я все понял, Ваше Паронойшество. Оттащить Лорда на руках, аки прекрасную девицу, у него не получилось бы физически. Опекун, хоть и был до болезненности худым, но при этом высоким и чертовски тяжелым для пятнадцатилетнего паренька худосочного телосложения. Представив на секунду в красках, как он тащит Лорда за ноги или за руки, а его голова бьется об пол и все выступающие предметы, он отогнал шальную картину и занялся поиском "аналитического решения". Спустя пару минут он сообразил, что не обязательно левитировать Лорда, когда можно левитировать то, на чем он лежит. Так он бодро отбуксовал одеяльный кокон с начинкой из Темного Лорда на кровать в его спальню и с чувством выполненного долга плюхнулся рядом. А вдруг дядюшка решит все-таки отбросить коньки? Додумать эту мысль он не успел, ибо погрузился в глубокий сон честного гражданина, заплатившего все долги государству, и еще не успевшего наделать новых. Разбудил его дрожащий от ярости голос: — ГАРРИ ПОТТЕР?! Гарри взглянул в перекошенное от гнева лицо и понял, что дядюшка ОЧЕНЬ-ОЧЕНЬ зол.