Академия стихийной магии и магических искусств

Мне понадобились пару секунд, чтобы осознать, насколько сильно я вляпалась, и ещё парочка, чтобы рвануть к двери с последней надеждой, что я ещё могу отсюда сбежать. Уже после первой попытки можно было догадаться, что я её не открою, но я отчаянно продолжала терзать эту чёртову дверную ручку. Прекратить меня заставил лишь приглушённый гортанный смех, так же холодящий душу, как и его хозяин. — Решила сбежать с места преступления? — Фрост говорил с некой строгостью, но в то же время словно наслаждаясь всем происходящим. А между тем в комнате как будто становилось холоднее. — Разве это место преступления? — голос слегка дрогнул, хоть я и пыталась преподнести это как шутку. А в голове шум от биения моего сердца смешался с потоком ругательств: «Зачем я вообще сюда сунулась, чокнутая?!». — Надеюсь, ты не будешь изображать из себя идиотку или пытаться сделать идиотом меня, — на этих словах Норберг встал из своего кресла и начал приближаться ко мне. Во мраке комнаты он был просто тёмной фигурой, только радужка его глаз слегка светилась серебром. Но радужка светится, когда волшебники колдуют без использования рук или слов, только силой мысли. Моя тоже немного отсвечивает, только синим, когда пытаюсь что-нибудь мысленно сотворить с водой. Вот только я способна такой магией только на всякую мелочь, так как для этого надо куда больше сил, а Фрост… он понижает температуру в комнате! Лёгкая прохлада, в которой я поначалу даже не была уверенна, стала уже совсем не лёгкой. Холод становился всё ощутимее, заставляя дрожать. — По моему, здесь всё понятно, — продолжил воздушник, подойдя ко мне практически вплотную и заставляя меня максимально прильнуть спиной к двери, — одна маленькая девочка решила сжульничать перед завтрашним тестом и узнать свою локацию заранее. — Я пп-прос-сто по-по-терялась, — в комнате уже стоял дикий мороз, так что я с трудом смогла выговорить хоть что-то. Теперь при любом выдохе появлялся пар, зубы стучали так, что под них можно чечётку танцевать. Я обхватила себя руками, но от этого теплее совсем не становилось. Фрост лишь хмыкнул в ответ, и я с трудом увидела, как его рот искривился в лёгкой ухмылке — он мне явно не поверил. Я дышала часто и рвано, то ли от холода, то ли от страха, то ли от того и другого вместе. В голове пронеслась ужасная мысль: он же не может заморозить меня до смерти? Но он уже убивал людей — это я точно знала, к тому же мужчина был слегка пьян: от него доносился лёгкий аромат виски. — Фрост, мне о-очень хо-холодно, — не думаю, что моя игра в Капитана Очевидность как-то поможет, но что ещё сказать, я просто не знала. Даже согревающее заклинание не помогало. — Бедняжка, — с сарказмом произнёс Норберг. Его мой трясущийся вид явно только забавлял. — Ты о-обе-щал меня бо-больше не т-трогать. — Когда это? — по какой-то хищной улыбки мужчины было понятно, что он прекрасно понимает, о чём я. — Там, в т-твоей ко-мнате полторы не-недели на-н-на-зад. — Ох, кажется, я совсем об этом забыл, — произнёс Фрост максимально наиграно. — Мы, воздушники, такие ветреные натуры. На этом моменте я, наверное, должна была безумно испугаться, ведь в ту ночь Норберг сказал, что не убьёт меня. Но раз он у нас «ветреная натура», то что помешает ему остановиться и перестать держать температуру в комнате такой же низкой до тех пор, пока я здесь коньки не отброшу. Вот только в эту минуту он, в привычной ему манере, коснулся моей скулы костяшками пальцев, и у меня перехватило дыхание: его кожа была такой тёплой, даже горячей. Я не думая ни секунды, действуя лишь на инстинкте самосохранения, тут же обхватила его руку своими обеими и начала прижимать то к одной щеке, то ко второй. В ответ на мои действия мужчина рассмеялся своим приглушённым ледяным смехом. Эти крупицы тепла как-то не особо согревали, но отказаться от них было выше моих сил. А потом Норберг наклонился ко мне совсем близко и, практически обжигая моё ухо своим дыханием, произнёс: — Неужели моя маленькая замёрзшая девочка никак не поймёт того, что моё горячее тело не заканчивается на одних руках. Я оторвала одну из своих рук от его и положила мужчине на грудь — рубашка, покрывающая её, была такой же ледяной, как и моё платье, а может и того холоднее. Воздушник недовольно вздохнул, как будто говоря «с какой же пустоголовой я связался», и, взяв мою кисть своей свободной рукой, переместил её чуть выше, себе на шею. Его кожа приятно обожгла ладонь, а до меня дошла плачевность моей ситуации: я на грани того, чтобы замёрзнуть здесь до смерти, а мой единственный источник тепла и надежды на жизнь — тело Фроста, вот только это самое тепло не проступает через его грёбанную одежду. Ещё пара секунд и в комнате послышались звуки падающих пуговиц, так как расстегнуть рубашку своими дрожащими от дитчайшего холода руками «без потерь» я была просто не в состоянии. Я не стала стягивать рубашку полностью, просто, как только с пуговицами было покончено, забралась под неё, прижимаясь щёкой к шее Норберга и обнимая так сильно, как только сейчас могла. А оказывается он под всеми своими чёрными рубашками и пиджаками прячет кучу мышц, потому что теперь я отчётливо чувствовала мощную спину и накаченный торс. Это действие, конечно, не избавило от непереносимого холода, но хоть немного согревало. — Хочешь, я сделаю так, чтобы холодно не было совсем? — спустя где-то минуту спросил Фрост. — Платье не сниму, — ответила я, почему-то решив, что он намекает именно на это. Но услышав, как мужчина слегка усмехнулся, ещё до его слов поняла, что он говорит о чём-то другом. — Так уж и быть, твоим раздеванием я займусь в следующий раз. Норберг слегка отстранился, на мгновение я даже испугалась, что сейчас он отпрянет, и вместе с ним уйдёт и то минимальное тепло, что я получала. Но он тут же нагнулся и поцеловал. Мужчина лишь слегка коснулся губ, но всё тело окатило таким потоком тепла… как будто после ужасного мороза, весь окоченевший приходишь домой и залезаешь в столь желанную горячую ванну. Мозг из-за температурных перегрузок отключился полностью, доверяя пульт от моего управления чувствам и инстинктам. Так что я тут же обхватила шею Фроста, подаваясь вперёд. Больше мужчина себя не сдерживал. Его руки передвигались по всему моему телу, вжимая с такой силой, что наслаждение от этого практически граничило с болевыми ощущениями. Поцелуй стал глубоким, безумно страстным. От его губ, языка, движения рук и непередаваемого тепла, растекающегося по телу, я совсем растаяла. Внизу живота словно стянулся какой-то узел. Я подтянула ладони на плечи воздушника, всё-таки какой же он… — Фрооост, ты там? — в дверь неожиданно постучали, а мужчина злобно зарычал мне в губы, а затем отстранился. В комнате мгновенно установилась нормальная температура и даже в камине загорелся огонь. — Да, мам, — ответил Норберг, в миг ставший совсем серьёзным, строгим и даже каким-то… злым что-ли. — Уже почти полночь. — Иди в зал, я скоро буду. Не знаю, ушла ли женщина, потому что сразу после этих слов Фрост посмотрел мне в глаза, и меня оглушил звук собственного сердца, что зашлось от страха. Никакой игривости или насмешливости не было во взгляде воздушника, на меня смотрел тот самый мужчина, которого я ужасно испугалась ещё в самые первые дни в академии. Это был взгляд совсем не студента, а состоявшегося мага, ибо в каждой чёрточке его лица читалась сила, строгость и уверенность. — Тебе пора, — произнёс Норберг таким голосом, словно именно в него и перенёсся весь холод из комнаты. Я было хотела развернуться лицом к двери, но мужчина с силой сжал мои предплечья, дёрнул меня на себя и прошептал на ухо с совсем лёгкой игривостью, что неожиданно вернулась. — Ах да, малышка, когда замёрзнешь после завтрашнего теста, приходи — я тебя согрею. Пальцы Фроста разжались, так что я тут же выскочила из его кабинета и по инерции рванула таки в сторону выхода. Я ехала в такси в академию, вспоминая весь сегодняшний вечер. Он вышел слишком насыщенным и странным. Папа, Марс… Фрост. Я совсем не знала, как на него реагировать. Было понятно, что я от чего-то была выбрана объектом его забав. Вот только Норберг был совершенно не похож на человека, который вообще имеет хоть какую-то связь со словом «забавы». Он вызывает у меня только страх почти всё время, разве что кроме моментов, когда он целовал меня. Его сильные руки на моём теле и властные поцелуи вызывали совсем другие ощущения. От воспоминаний по телу побежали мурашки. Ну, блеск! Ладно то, что я до усрачки боюсь своего брата, это ещё можно как-то логический обосновать. А вот то, что его действия меня заводят, выходит за адекватные рамки. Хотя убийства тоже выходят за адекватные рамки, а он чуть не заморозил только что меня до смерти! Ещё и на прощание… Стоп! Что он мне сказал на прощание?! В голове я прокручивала эту фразу раз за разом, всё больше убеждая себя в одном: кажется, Норберг всё-таки дал мне смухлевать! Он сказал, что я замёрзну завтра, ЗАМЁРЗНУ. Либо я схожу с ума, принимая просто брошенную фразу за что-то важное, либо завтра окажусь на локации, где большая вероятность замёрзнуть! Когда я наконец доехала до АСММИ, то бегом бросилась в свою комнату к заветным пятнадцати книгам. Амэя уже спала, так что действовать пришлось тихо. Каждую локацию я проверяла на то, можно ли на ней отморозить себе зад в период с часу до четырёх дня, так как именно в это время у нас тест. В результате в мой список попало всего шесть локаций из пятнадцати: четыре на севере — воздушные, две на востоке — земляные. Те, что на севере, даже не стала смотреть, так как с магией воздуха я на «ты», к тому же эти пять книг я просматривала в первую очередь. Так что отложив для себя те два томика, что хранили в себе информацию о «морозных» землях востока, я легла спать, решив, что сон длинной хотя бы в часа четыре мне необходим. Будильник прозвонил в шесть, и я, быстр приведя себя в порядок, села за книги, отдав на рассмотрение каждой по три часа (отдельное спасибо Амэе, что стащила для меня завтрак и принесла его в комнату). Конечно, успеть за такое время прочитать весь том было просто нереально, но просмотреть основные моменты по-диагонали я могла. К тому же три часа явно были больше чем тридцать пять минут, что мне пришлось бы потратить, начни я штудировать все книги. Как-бы мне не хотелось уделить больше времени на изучение томов, часы всё-таки пробили двенадцать и мне пришлось закругляться — в полпервого все водники и воздушники должны были подойти в главный зал. Народу на месте оказалось относительно немного: шестьдесят студентов, деканы факультетов и профессор Хорон. Фроста, к моему удивлению, здесь почему-то не было. Пока нам рассказывали правила, меня немного трусило от страха, так что я всё прослушала. В конце концов Ориан рассказал мне всё заранее, поэтому моя невнимательность к организаторским деталям меня не пугала. Первыми в распределяющий портал послали воздушников, так что к моменту, когда я таки дождалась своей очереди, наверняка, выглядела бледнее некуда (в голове то и дело роились мысли, что я попаду куда-нибудь на территорию огня или в те три локации земли, которые не повторяла, ведь все эти дни подготовки просто вылетели у меня из головы). Буквально за мгновение до того, как зайти в портал, я окинула взглядом оставшихся одногруппников и профессоров, впервые за сегодняшний день столкнувшись взглядом с Гриффином. Мужчина улыбнулся краешком губ и подмигнул мне. В тот же миг я резким движением вернула свою голову в начальное положение. «Так, не сцать, боец! Мы на войне, а здесь не сцут!». Повторила я себе фразу, что говорила с детства в трудных ситуациях, и наконец-то шагнула в портал. На мгновение мир пошатнулся, и вот я уже стою на каком-то холме. — Фёмиш, — проговорила я заученную фразу, которая должна была показывать доступную информацию о локации и наше задание, так что перед глазам тут же появился текст:

Восток. Территория верхних земель.

Цели: • Добраться до верхних гор через Дикий лес • Пройти Ледяное озеро • Взобраться на вершину Верхней горы ___________________________________________ • Дойти до песчаной границы • Перейти на южную сторону Высоких дюн. Оставшееся время: 2 часа 59 минут От названия доставшейся мне локации дыхание перехватило, потому что такое же было у книги, что я читала сегодня утром. Поблагодарив всех на свете, а особенно Фроста, за то, что я хоть немного знаю о данной территории, я прочла свои цели. Пять?! Пять целей? Ну за что? Ориан говорил, что их будет три, а в крайнем случае четыре! И это только обязательные. Дополнительные откроются только после выполнения этих. А мне ещё и всю локацию пересечь придётся. Первое, на что я потратила кучу времени при изучении книг — это карты территорий, так как нам их здесь никто не предоставлял. Первым делом я изучить местность и поняла, что нахожусь почти на самом севере локации, а дорога моя лежала на юг: сначала через Дикий лес мне предстоит добрать до начала гор, которые покрывали практически всю локацию (от этого она и получила своё название), затем дойти до самой высокой точки на всём востоке — Верхней горы, подниматься к ней придётся через Ледяное озеро, про которое я не читала, так как озёр в восточных землях было много, и каждое со своими особенностями (про них всех читать — ни времени, ни памяти не хватит), а потом с гор ещё и спуститься придётся, что займёт просто уйму времени, если пройду их, то меня ждёт участок, к которому я совершенно не готова — пустыня, которая занимает совсем небольшую территорию и за Высокими дюнами принадлежит уже территории юга. Да уж… Верхние земли по форме чем-то напоминали «Г», я же находилась примерно «на сгибе», а дойти мне предстояло до «нижнего кончика». Ладно, время терять было нельзя, так что я направилась в сторону Дикого леса, в голове вспоминая всё, что про него знала. Помнила, что в лесу запрещена магия огня, а то вся живность слетится, а живностью в нём была целая куча монстров. Так же магия воздуха не желательна. Она вообще на всей земельной территории не желательна, так как противоположна стихии земли. По большей части я рассчитывала не на знания магии земли, а на владение заклинаниями общей практики, что заучила ещё в школе. Данные заклинания доступны волшебникам абсолютно любого направления, но имеют очень неприятную особенность: учить их приходиться неделями, а иногда и месяцами. Так что, как правило, их почти никто не изучает (разве что те, кто по-старше, при необходимости применения конкретного заклинания в работе), их ещё и в школах не преподают… Но с моей активной жизнью и попочкой вечно тянущейся в сторону каких-либо неприятностей, я данным направлением магии не пренебрегала. К тому же главным плюсом было то, что заклинания общей практики можно использовать при любых условиях и на любой локации. Зайдя в лес, который скорее напоминал заросли, воспользовалась разрезающим заклинанием общей практики. Оно не раз помогало мне в моих передрягах, вот и сейчас я уверенно продвигалась вперёд по лесу. К тому же в земляной магии, для каждого вида растений есть своё «разрезающие заклинание», это же сколько надо было бы учить… Конечно, первая идея, которая должна была бы прийти на ум неподготовленному студенту — прожигать растительность, но тогда до гор он вряд ли бы добрался. Я прошла уже большую часть леса и даже успокоила себя, что зря так переживала, мол вон как легко, да я так всё сейчас пройду, пока после очередного разрезания веток взгляд не наткнулся на урументуса, пригревшегося в лучах солнца на пеньке. Животное это похоже на огромного хамелеона. Урументусы совсем не опасны, даже безобидны. А их шкура очень ценится у различных алхимиков из-за своих необычных свойств. Вот только достать её очень сложно, так как для этого надо убить животное не испугав. Ведь урументусы сгорают, когда пугаются, а напугать его легче, мать его, лёгкого. Это я знала наверняка: по зверомагии в школе у меня был высший балл. Я застыла в кустах всего в паре метров от зверька и практически перестала дышать: заметит меня — точно перепугается от неожиданности. Идти дальше было нельзя, так что я тихонечко начала отступать назад — придётся немного обогнуть этот клочок леса. И вот когда я уже готова была начать двигаться вправо, то наткнула на какое-то полено сзади меня и полетела назад прямо на свой прелестный невезучий зад, рефлекторно при этом вскрикнув. Уже сидя на земле, я подняла свой взгляд на урументуса, который смотрел теперь прямо на меня и уже начал меня свой охристый окрас на красный. Когда я вскочила на ноги, животное уже вспыхнуло. Ну, блеск! Вот это я попала! Не дожидаясь того, когда к пеньку, на котором догорала дорогущая шкурка, слетятся все обитатели леса, я пулей рванула в направлении гор. На ходу я разрезала всё, что могла, а что не могла, рвало мою куртку, джинсы, хлестало по лицу и запутывалось в волосах. А я всё бежала и бежала так быстро, как, наверное, не бегала никогда, зная, что меня уже наверняка кто-то заметил. Когда в просвете между деревьями замелькала каменистая горная порода и до выхода из леса оставалось метров сто, меня что-то схватило за левую руку и рвануло за неё с огромной силой. Я обернулась и увидела нависшее надо мной огромное чёрное нечто, что вцепилось своими чёрными когтищями в мою несчастную конечность. Я попыталась обрушить на чёрную массу сначала поток кипятка, затем заморозить, но от этого только теряла силы и время, так как меня подтянули практически в плотную к чему-то напоминающему пасть. Возможно, от критической ситуации мой мозг окончательно дал сбой, и я, сосредоточившись насколько могла, запустила в монстра довольно приличный огненный шар. Думать о том, как у меня это вышло не было времени, так как чудовище взвыло, но руку таки выпустило. Вот только на смену его рёву пришли звуки приближающихся монстров. Так что я подскочила и дёрнула к выходу из леса, ведь теперь вся эта живность летела не к пеньку, а на запах моей ауры. Уже у самой границы что-то вцепилось в капюшон от моей ветровки, но я тут же вынула из неё руки и буквально вывалилась из леса. Сперва я всё-таки чуть отползла от злополучного леса, а потом окончательно плюхнулась на землю и отдышалась, прислушиваясь к ощущениям. А они, к слову сказать, были не фонтан. Всё тело саднило, джинсы в парочке мест были слегка надорваны, где сквозь дырки виднелись царапины и ссадины, волосы, что изначально были заплетены в хвост, теперь распустились и спутались, лицо, как и правая рука, были в парочке ссадин, а вот по левой от самого плеча и практически до кисти шли четыре огромные красны полосы — выглядело жутковато. Хорошо хоть майка была цела. Немного отдышавшись, я поднялась на ноги, поправила волосы, завязав их запасной резинкой, смыла с себя грязь и промыла раны. В целом стало лучше. Вот только левая рука болела просто адски, из-за ран я не могла её даже нормально согнуть. Но как-то облегчить боль я всё равно не могла, так что пора бы двигаться дальше. Немного повертев головой я заметила белый шар, парящий где-то в метре над землёй — отметка о прохождении задания. Я подошла к шарику и коснулась его рукой, после это, на всякий случай, проверила список заданий. Около надписи «Добраться до верхних гор через Дикий лес» теперь красовалась галочка. Наложила на себя согревающее заклинание, которое подготовила ещё утром, так как уже на входе в горы температура резко падала, и отправилась к своей следующей точке. До озера я добрала (о чудо!) без происшествий. Это, конечно, заняло приличный отрезок времени, зато подъём был не сильно крутым, и я даже с одной рабочей рукой умудрилась с него не свалиться. Уже подходя к месту моей стихии, у меня перехватило дух: высокие горы, солнце и чистейшая лазурная вода. Озеро было просто огромным: левый и правый концы были где-то вдалеке, чуть ближе был противоположный берег, на котором сиял мой второй белый шарик. И всё бы хорошо, да вот только где-то тут точно собака зарыта, ибо не может быть всё так легко и просто. Я подошла к озеру и долго всматривалась в воду: ни монстров, ни опасной растительности, и чего-то подобного не наблюдалось. Бросание в озеро камушков и опускание в него различных веточек и палочек никаких необычных результатов не дало. Тогда я попробовала поднять каплю из озера с помощью магии, и впервые в моей жизни сделать это у меня не получилось. После ещё парочки магических «тестов» было выяснено, что магия на озеро не действует. Терять время больше было нельзя, так что я решилась на отчаянный шаг: нагнувшись, я попыталась коснуться глади воды кончиками пальцев. Я почти дотронулась до воды, когда за мгновение до этого всё озеро покрылось льдом. Так что я коснулась уже не воды, а довольно большой корки льда, так как любые попытки этот лёд сломать успехом не увенчались. Лёд исчезал лишь через пару секунд после того, как я убирала руку. Следующим шагом была попытка стать на лёд, что удалось мне сделать с лёгкостью. Я даже попрыгала на нём. Конечно, когда в прыжке лёд исчез, то я на секунду испугалась, что намочу кроссовки (а в друг потом не высушу, на озеро же магия не действует), но лёд снова появился за мгновение до моего приземления. Я с опаской взглянула на тот берег, до которого тянулся массивный слой льда. Не может же быть всё так просто и легко. Вот только вариантов у меня, кроме как идти напрямик, не было. Так что я отправилась вперёд, каждый шаг тщательно прощупывая лёд. Всё тело я держала в напряжении, готовая в любой момент воспользоваться магией, отвлекали от концентрации только раны на левой руке, что безумно болели. Шаг за шагом я приближалась к заветной цели. Вот только к середине озера моё волнение только усилилось: внутри росло нехорошее предчувствие. Шаг, ещё шаг… — АААА! Лёд вокруг меня вдруг исчез, и я рухнула прямо в озеро. От неожиданного падения воздух вышел из лёгких, и я оказалась под водой практически без кислорода. Так, не время для паники! Я быстро замельтешила ногами и поплыла к поверхности воды, уже мечтая о глотке воздуха. Вот только, кажется «магия озера» работала в обе стороны от его поверхности, потому что как только я её коснулась, под моей ладонью вырос огромный слой льда. Ещё и вода была здесь просто ледяной. Теперь, кажется, паниковать уже можно. Я била по льду со всей силы, пыталась использовать магию, но озеро всё равно не пускало меня на воздух. Впервые в моей жизни вода была «против» меня, а не «за». Сознание уже начало уходить то ли от отсутствия кислорода, то ли от холода, тогда я вспомнила, что Гриффин обещал помочь. Выпуская последние остатки воздуха из лёгких, я попыталась позвать Дуайта. Вот только из-за воды имя профессора превратилось в что-то похожее на «брррпрр». Секунда, ещё одна. Он не слышал, не придёт. Мне никто не поможет. Я проиграла. А затем всё погрузилось во мрак.