escort

— И как зовут вас? — интересуется брюнет, что недавно сидел чуть поодаль от Феликса, но сейчас каким-то чудесным образом оказался рядом. Феликс осматривает и прикидывает, что мужчина был довольно молод, чем сразу же отворачивал его от себя. В поколении молодых все были по сути своей очень эгоцентричны, хвастливы, а после вечера с ними оставался только неприятный осадок. Берут, но не дают взамен, чистое выкачивание моральных сил. Единственным плюсом было то, что они больше всех любили сорить деньгами, показывая свое финансовое первенство. Феликс же называл это просто — ≪цирк≫. — Феликс Ли, — безразлично бросает он, потягивая какой-то симпатичный коктейль. — Джони Лучи, — самодовольно улыбается он, произнося свое имя, будто Феликс в курсе кто он, — это моя вечеринка. Называть встречу спонсоров компании, а это довольно известных и высокопоставленных лиц в финансовых сферах — ≪вечеринкой≫ было только присуще вот таким отпрыскам с золотой ложкой во рту. Феликс старается не показывать свое отвращение на прямое самодовольство оппонента напротив, имя которого ему абсолютно ничего не говорило, поэтому он просто кивает и лезет в сумку. — Ты с кем-то? — не унимается он, не обращая внимание на попытки игнорирования. — Я вместе с директором компании ≪Шернер≫, Джони Лучи, — видимо, эффект стальных ноток в голосе Феликса, когда он произносил его имя, возымели совершенно противоположный эффект, потому что глаза брюнета от этого только засветились игривым огоньком. — Тот седой дядька в черном костюме? — Лучи искривил лицо, только еще язык не высунул, показывая свою неприязнь, — он постоянно требует каких-то гарантий, вечно про них морозит, как только начинает говорить, то сразу ≪гарантии. гарантии. гарантии≫. Надоел. Феликс закатывает глаза, стараясь силой себя удержать не закатить глаза до самого потолка. Это серьезно выматывает, сначала ты должен держать себя в руках, когда к тебе пристают с вопросами не особо приятные на вид старые мужчины. Ты должен быть подкован на любое слово, зная каждую фразу наперед, и отвечать так же спокойно, не ляпнув ничего лишнего. Он понимает, что начинает уставать от постоянных рамок, которые требует от него работа, потому что с директором компании не обсудишь какая пицца вкуснее, какая газировка вреднее или почему долго не выходит обновление его любимого шутера. О том, что Феликс их любит — знал только Хенджин. Хенджин. После таких вечеров, Феликс всегда набирает себе полную ванную и садится на трубку, часами болтая с лучшим другом о любых простых вещах. Конечно же, сначала они обсуждают клиентов, затем окружение, особенно вот таких глупых и неприятных золотых сынков. Феликсу точно будет что сегодня рассказать Хенджину, потому что он уже чувствует, как брюнет начинает позволять себе лишнего, слегка дотрагиваясь мизинцем до его колена. Этим он не ограничивается и с противной ухмылкой лезет дальше, уже полностью положив руку на его ногу. — Я же лучше него, да? — и улыбается так гаденько, ведя руку в сторону его внутреннего бедра. Нет, не лучше. Феликс не паникует, но его слегка потряхивает от неприятной близости с мужчиной. Он не может не то, что грубо оттолкнуть или ударить его, он не может даже нагрубить ему, потому что не знает на что тот способен. Опыт подсказывает, что чувство обиды и задетой гордости у таких просто зашкаливает, и неизвестно чего от них можно ожидать. Он может нажаловаться, он может сорвать сделки и саму встречу, он может, в первую очередь, навредить его клиенту, чего нельзя допустить. Феликс чувствует головокружение, когда потная рука уже пробиралась к его ширинке, а план только пришел в голову, поэтому он кладет свою ладошку поверх его и аккуратно убирает ее. — Мне… — он обворожительно улыбается, принимая смущенный вид, что конечно очень понравилось мужчине, — мне нужно отойти в туалет ненадолго. — Конечно, — быстро соглашается тот и Феликс мысленно умоляет, чтобы тот не расценил это как приглашение или согласие, — я буду ждать тебя тут. Он встает и слегка трясущимися руками собирает вещи со стола в сумку, затылком чувствуя, как Лучи оценивающе осматривает его. Возможно, оглянуться назад было очень плохой идеей, но ему нужно было удостовериться, что тот не пойдет следом за ним. Это было плохой идеей, потому что брюнет смотрит так, от чего Феликс чувствует себя очень грязным и липким, а еще получает легкий шлепок по заднице, но стойко сдерживает в себе то ли писк, то ли всхлип. Он уходит, скрываясь с глаз и пытаясь найти своего клиента, чтобы предупредить о возможной стычке. Затем больше не возвращается.

/ / /

Феликс вздыхает, рассматривая сияющую вывеску в виде симпатичной чашки кофе, но не решается зайти. Он сразу взял билеты на следующий день, о чем слезно его упросил Хенджин, чтобы быстрее уехать домой, но рейс оказался слишком ранним, поэтому он чувствует себя очень уставшим и сонным. Набрав воздуха, он хватается за белую ручку двери и входит внутрь, предвещая дальнейшую встречу. На самом деле, это абсолютная случайность, что он оказался опять здесь. И глупо было бы надеяться, что этот бариста работает, ведь смены же никто не отменял. Именно поэтому он чувствует легкое удовлетворение, потому что знакомая черная макушка маячит у того же стенда с пирожными. Он тихо присаживается на свое привычное место и ждет, пока Чанбин доделает все свои дела, а потом обратит свое внимание на него. Интересно, узнает ли он его в этот раз? — Добро пожаловать в нашу кофейню, — говорит дежурную фразу он, затем встает уже у аппарата, — что будете заказ… кхм, заказывать. Феликс увидел, что Чанбин удивлен, а эта заминка показалась ему даже милой. Почему-то все старые претензии в миг улетучились, либо он просто уже устал и забыл. — Латте с двойным сахаром. Чанбин кивает и приступает к работе. — Слушай, — он отворачивается от загруженной кофемашинки к самому Ликсу и слегка мнется, — извини за тот раз, на меня просто многое навалилось. -Ничего страшного, — настало время удивляться самому Феликсу, потому что он не ожидал извинений в свою сторону по тому случаю. — Нет, просто ты запомнил кличку моей кошки, а я не удосужился запомнить даже твое имя. Прости. — Хорошо, я скажу тебе его еще раз, — Феликс хихикает, прикрывая рот ладошкой, и у него первый раз за два дня поднимается настроение, — но только после того, как ты дашь мне мой кофе. — Понял. Чанбин доделывает свою работу и ставит перед Ликсом ароматный и сладкий латте. Феликс вдыхает и слегка улыбается, затем тянется за деньгами в кошельке, но бариста отрицательно качает головой. — За счет заведения в качестве извинений. — Как-то скудно в качестве извинений, — дует губы Ликс, — а как же компенсация за моральный ущерб? У меня вообще-то была психическая травма. — Эм… — Чанбин серьезно задумывается над словами Феликса, так же видно, что они поставили его в тупик, и именно этим он очень веселит, — я положу тебе вкусный тирамису. Феликс не сдерживается и откровенно смеется с него, от чего тот впадает в еще большее недоумение. — Ох, Чанбин-щи, я пошутил, — он отсмеивается и стирает капельку слезы, стараясь не задеть макияж глаз, — нет никакой травмы. Травма, вообще-то, была, он тогда 2 дня дома просидел, но кому-то это знать не обязательно. — Как хочешь, мое дело предложить. — Хотя нет, я придумал кое-что в качестве компенсации, — Феликс игриво улыбается и блестит глазами, чем задает интерес о его идее в Чанбине. Сам Чанбин совершенно не может успеть за изменчивым настроением парня. Он постоянно такой эмоциональный, такой живой, такой естественный, что ты невольно засматриваешься. Что он хочет в качестве компенсации? У Чанбина в голове быстро проскальзывает мысль, что тот хотел бы, возможно, взять его номер? Зачем он тогда так смотрит на него своими горящими глазами и пунцовыми щеками, зачем приходит уже какой раз, зачем помнит что-то о нем? — Я хочу посмотреть на Гю. — А, Гю? — Ну да? — Феликс отхлебывает кофе и выжидающе смотрит, — спорим, что это очень характерная черная кошка? — Иногда мне кажется, что ты знаешь обо мне больше, чем я, — Чанбин достает телефон и быстро пролистывает галерею, находя нужные фото, — вот. Феликс забирает телефон из рук Чанбина, всматриваясь в картинку на экране. У него действительно была черная кошка, только с миленьким белым пятнышком на все ухо, а еще с красивыми зелеными глазами и розовым носиком. — Она такая милая, — Феликс сам мурчит, умиляясь с внешнего вида питомца баристы, — просто прелесть. — Жаль, что так не скажешь о ее характере, — вздыхает Чанбин, принимая телефон обратно, — кстати, ты не напомнил мне свое имя. — Феликс. — А, Феликс, — Чанбин прищуривается и смешно открывает рот, вспоминая что-то, — Феликс… Акцент? Австралия? — Видишь, ты все-таки что-то помнишь. — Ты знаешь обо мне больше, чем я о тебе. Что на счет тебя? — Ну… — Феликс, на самом деле, теряется, потому что не знает что рассказать. Точнее, он всегда отвечал ≪Феликс Ли. Родом из Австралии. Знаю четыре языка≫. Все. Но с Чанбином почему-то так не хочется, хочется поделиться чем-то своим, чем он ежедневно делится с Хенджином, — я не знаю что рассказать о себе. — Ты знаешь где я работаю, теперь твоя очередь. — А как ты думаешь, где я работаю? — Феликс закутывается в кофту, потому что время уже близилось к полудню. — Признаюсь честно, — начинает Чанбин, чем очень заинтересовывает Ликса, — мы с моим коллегой думали, что ты модель или айдол. Ну, у тебя аура такая, знаешь? Ты там красивый, походка и так далее. Феликс знает. Но отчего-то все равно не свойственно ему краснеет, а пуловер снимается, потому что в помещении почему-то резко стало жарко. — Спасибо, — смущенно хмыкает он, стараясь взять себя в руки, — у меня действительно был такой опыт, но я не модель. — Ну, значит ты просто на нее сильно похож. Подождешь немного? — просит Чанбин, отвлекаясь на нового клиента. Феликс вздыхает и делает последние глотки кофе, мысленно благодаря, что оно остыло и стало холодным, от чего немного остужало его голову. Феликс мнется, ему нужно обязательно позвонить Хенджину и рассказать об этом, потому что он сейчас взорвется, если не поделится. Он достает телефон из сумки и быстро печатает другу: ≪Я тебе такое расскажу~≫ ≪Жду звонка~≫ — Так кем ты работаешь? Феликс в очередной раз в ступоре. Он же не скажет ему правду, верно? О, Чанбин, я работаю эскорт-сопровождающим, это когда нужно сидеть с разными толстосумыми мужиками и мило улыбаться, только ты не подумай, это не тот эскорт, это… У Феликса голова кипит, поэтому он просто укладывает лицо в ладони и отрицательно качает головой. — Не хочешь говорить? На что Феликс опять отрицательно мотает головой. — Хорошо, это только твое дело. — А ты чем занимаешься, ну, помимо кофейни? — Учеба. — Я тоже учился, но бросил. Чанбин хмурится. — В тебе еще больше загадок. Ты работаешь, но без образования сейчас никак. О чем говорить, без опыта работы тоже, на мои заявки о собеседовании в компаниях просто игнор, представляешь? — На самом деле, я думал об этом. О том, что я буду делать дальше. Не вечно же мне быть молодым и красивым. — И что надумал? — Возможно, что я стану… — Феликс держит паузу, обдумывая слова, — учить детей? Что-то вроде репетитора. Или тоже устроюсь в компанию, у меня много связей. — Чему учить будешь? — видимо, Чанбина больше заинтересовал будущий вклад Феликса в знания младшего поколения. — Иностранным языкам, полагаю. Я знаю четыре языка. — Ого, — Чанбин выглядит реально пораженным, от чего Феликсу приятнее вдвойне, — какие? — Английский мой родной, — он загибает первый пальчик, — корейский… — С акцентом, — поправляет его Чанбин. — С акцентом, — Феликс хмыкает на исправление и закатывает глаза, затем загибает два последних пальца, — французкий и китайский. Чанбин улыбается и тихо хлопает ему, добавляя: — Ты потрясающий. А у Феликса опять жара внутри и полдень снаружи.