Мог бы и взять трубку

Ждан слётел с катушек после смерти отца. Нелепой и совсем нежданной. Как будто её когда-нибудь ждут. Но когда люди долго болеют или находятся хорошо в преклонном возрасте, к этому хотя бы морально готовы. Или делают вид. Что готовы. В случае с отцом Ждана не было ни того, ни другого. Трудолюбивому и балагуристому мужику только исполнилось сорок пять. Он погиб там, где и трудился многие годы. И в должности, при которой владельцы уже начинают здороваются за руку. В порту. А начинал, как и Ждан. Просто с грузчика, затем уже докера. В тот день у них было шумное семейное застолье. Сестре Ждана как раз исполнилось восемнадцать. Раздался обычный звонок по телефону. Стандартное ЧП, которые происходили время от времени в порту. Отец поцеловал супругу, именинницу-дочь, Ждана и пообещал, что скоро вернётся. Каких-то несколько часов, чтобы все уладить. Он не вернулся. Его хоронили в закрытом гробу, потому что отца Ждана раздавило товарником. — Ты любил отца? — взял в пальцы Сергей выгоревшую за редкое солнечное лето прядь мальчишки, когда тот опять пристроил голову на коленях. Они перелезли через теплоцентраль и сидели около водохранилища в Юнтоловском заказнике. Как раз только что закончился закат. Мальчишка ничего не боялся. Даже ходить ночью одному по ночному Питеру. Точнее, мальчишке как раз нравилось это. Ходить по самой грани. Почему-то не боялся с ним и Сергей. Хотя прекрасно знал, чем это может закончиться. — Конечно. А разве бывает по-другому? — уверенно произнёс мальчишка. Об отце Сергея он не спросил. Мальчишке это было совсем не интересно. Его всегда заботило только то, что связано с ним. Своего отца Сергей не любил. Просто с возрастом привык к мысли, что он существует. И его не изменишь. И что родителей невозможно выбрать. В смерти отца Ждан неожиданно обвинил… мать. Он считал, что она не должна была отпускать его в тот день. Но у матери был роман с другом отца, тоже пришедшим на день рождения сестры. Те несколько часов, что отца не было и ещё не стало известно, пара уединилась в одной из комнат на даче, где все гуляли торжество. Сестра Жана увидела их случайно. О чем рассказала после похорон брату. С началом учебного года Ждан перестал ходить в школу и впервые попробовал наркотики. А его мать начала потихоньку выпивать. — Ты настолько его любил? — перебрал вторую чуть более темную пепельную прядь мальчишки Сергей. — Да. У меня никогда не было и не будет человека, ближе чем отец. Только он понимал меня с полуслова, — не менее самоуверенно выдал мальчишка и потянулся за зазвонившим мобильником. — Ай, ай, ай… мать звонит. Пошла, старая бл*ть, в п*зду. Впрочем, хочешь её увидеть? Она недалеко живет. — Да, — согласился Сергей. Как и всегда он соглашался с тем, что предлагал мальчишка. За исключением наркоты. Старую бл*ть мать мальчишки совсем не напоминала. Высокая, такая же как Ждан, спортивного телосложения и с мужской короткой стрижкой женщина мягко поздоровалась с Сергеем и предложила всем выпить чая с мятой. Потом принесла чистое постельное белье и сама расстелила им полуторную кровать на втором этаже деревянного когда-то явно знавшего лучшие времена дома. Пока они гуляли с собаками. Увидев расстеленную одну на двоих постель, Сергей ахнул. — Она, что, знает, кто мы друг другу?! — поразился он. — Я сказал, что мать — старая бл*ть. Но я не сказал, что она последняя дура, — отрезал мальчишка и снова выдал как обухом по голове. — Кстати, поздравляю. Ты первый, кому она принесла чистое белье. Это такая редкость в её доме. Рассчитывать на то, Сергей был первым мужчиной, которого привел в дом матери мальчишка, конечно, было наивно. Настолько не было удивления в глазах пожилой, раньше явно красивой женщины. Но Сергей чуть не поверил, что это знакомство хоть что-то значит для них обоих. — Тогда покажи, где здесь ванна или душ, — пожал плечами он. В ванне после того первого раза Сергей привык сам растягивать себя. Смазку они тоже покупали всегда за его счет. Как и презервативы. После того вопроса о других, мальчишка стал по утрам сгребать в карман оставшиеся в пачке. Сергей просыпался и просто не находил их. Но знал, что, если спросить, куда делись презервативы, будет ещё хуже. — Там, на первом этаже есть душевая, — бросил мальчишка. — Только недолго. Я хочу трахаться. Сергей спустился вниз и увидел женщину, пьющую из горла самогон. Она испуганно развернулась на звук шагов. Сергей сделал вид, что ничего не увидел. — Я бы хотел принять душ. Мы со Жданом сегодня много бродили по городу. Вы не подскажите, где душевая? — произнёс он. — Это …только кабинка. Не очень удобная и …старая, — замялась мать мальчишки. — Знаете, после смерти мужа все пошло как-то… — Наперекосяк? — быстро подобрал нужное слово Сергей. — Да, именно, — немного уже пьяно кивнула женщина. — Если бы Иван был жив… то… то… — То многого бы не случилось? — продолжил Сергей за неё. — Да, как вы все хорошо понимаете. Вы давно … со Жданом? — отвела женщина глаза. — Нет, не очень, — также уставился в пол Сергей. — Тогда не стоит рассчитывать на многое, — тихо произнесла она и добавила громче. — Я про кабинку. Душевая и в правду оказалась старенькой, тесной и грязной. В ней Сергей сделал, что ему требовалось, и вернулся наверх к мальчишке. Тот уже успел раздеться и лежал голый поперёк кровати. — Иди сюда, — позвал мальчишка. — Чего так долго? С ней, что-ли, трепался? — Да, немного поговорили, — признался Сергей, садясь на кровать. Мальчишка быстро подмял его под себя. Пальцы привычно и грубо толкнулись в анус. — Зря старался. Сегодня я хочу другого, — ухмыльнулся он в самые губы Сергею. — Выеби меня. Сергей осторожно перевернул мальчишку на живот. Достал смазку из кармана джинсов. Наклонился над ягодицами мальчишки и поцеловал несколько раз одну из них, приближаясь к анусу. Провел языком по неожиданно розовому и узкому колечку. — Что ты, бл*ть, там делаешь? — дернулся, поднимаясь на локтях мальчишка. — Ты хоть понимаешь, где сейчас находится твой язык? — Да, понимаю, — выдохнул Сергей. — Не мешай мне и приподними, пожалуйста, бедра. Так тебе и мне будет удобнее. В ту ночь Сергей кончил первым, и, почувствовав, что ещё не довёл мальчишку, затвердел в нем снова. Так потом всегда было с ним в акте. — Как ты это сделал? — прошептал мальчишка, засыпая. Утром его в кровати, как всегда, не оказалось. Какие-то привычки он никогда не менял. Сергей оделся, начал спускаться и вниз и застыл на лестнице, слушая не предназначенный для чужих ушей разговор. — …да потому что … я видела, как он смотрит на тебя. А ты на него… зачем ты еб*шь ему мозги, что у вас может быть что-то серьезное? — выплюнул мать Ждана. — Какого х*я ты лезешь не в свое дело? Что хочу, то и делаю. — Такого, что хоть в кой-то веки ты привел в дом кого-то приличного. А не этих своих обдолбышей и укурков. Но я- то знаю, что ты с ним сделаешь… — Да ты что… и что? Может, ему самому так надо. — Ещё раз. Этот Сергей. Он …чистый мальчик. Не смей, мразь, творить с ним то, что ты проделываешь обычно… лучше скажи ему все честно. — Доброе утро! — громко поздоровался Сергей. — Ждан, помоги мне собрать постель.