О Лермонтове

      В 1835 году на одном из приёмов, устраиваемыми в кругах петербургской аристократии, они встретились вновь. Приём проходил в салоне одной молодой графини, которая устраивала приватные приёмы и желала оставить эти приёмы в секрете. Так же, именно по причине анонимности графиня просила гостей носить маски. Больше десяти человек там, обычно, не было. Присутствовали лишь самые близкие ей люди. Иногда, в списке приглашённых были люди, в которых она заинтересована.       Вечером 15 августа состоялся приём, на который был приглашён и Лермонтов. Графиня очень любила, когда поэты читают свои стихи в слух, и пригласила нескольких к себе. Она находила в этом нечто очаровательное. Среди постоянных гостей была её хорошая подруга, с которой три года назад они вместе заканчивали институт благородных девиц. А потом перебрались в Петербург. По счастливой случайности, Лермонтов прибывал в Северной столице.       Около семи часов вечера все приглашённые уже были в салоне и общались между собой. Кто-то узнал давних друзей, кто-то восхищался произведениями поэтов.Но одна девушка стояла у окна. Сегодня ей было тяжко на душе. Её папенька принимал решение об отпуске в Пятигорск, на лечебные воды и грозился забрать дочь с собой. Проблема лишь в том, что она не хочет уезжать от подруги. Кажется, без неё в диких горах Кавказа ей будет совсем скучно. Но папенька настойчив и невероятно упрям, поэтому хочешь, не хочешь, а ехать всё же придётся.       Вскоре начался вечер поэзии в салоне Графини Катрин. Поэты читали свои стихи, гости восхищённо аплодировали и интересовались авторами прекрасных строк, но Фрося по-прежнему была невесела. — Ну, что ты как принцесса Несмеяна? — к ней подошла хозяйка. — Папенька хочет увезти меня на Кавказ, — грустно отвечала Ефросиния. — Неужели навсегда? — ужаснулась Катрин. — Нет, что ты, это на пару месяцев, не больше! — заверила её подруга. — Пару месяцев? — девушка в красной маске задумалась, — Тогда чего ты тут стоишь не жива, не мертва? Это же хорошо! — Хорошо? — на лице Фроси с лёгкостью можно было прочитать удивление, — Это же целых два месяца! Что я буду там делать? Сняв маску, девушка потёрла переносицу и убрала выбившиеся пряди со лба. — Конечно, хорошо! — не унималась Катрин, — Я всегда говорю, что нужно искать плюсы во всём. Помнишь? — Помню... — Отдохнёшь, расслабишься, подлечишься в конце концов! В общем, лишним не будет! Не волнуйся и просто отдыхай. Уверена, твой папенька не даст тебе скучать! — хозяйка салона приобняла девушку, чмокнула в щёку и побежала дальше крутиться в этой суматохе, общаться с поэтами и гостями... В общем, вести общественную жизнь.       Долго Ефросиния не была одна. Совсем скоро к ней подошли. — Кать, а может, ты с нами... Ой, — девушка обернулась и увидела перед собой не Катрин,а невысокого молодого человека. Примерно её роста, — простите, я думала, что Вы — это моя подруга... — Je suis désolé je ne vous ai pas remarqué avant, — (Простите, что не заметил Вас раньше) — сказал он и поцеловал руку Ефросинии, пока та пыталась вспомнить, где она слышала это раньше. Вспомнив, девушка лишь улыбнулась, но в её груди билась буря эмоций. — Это правда Вы? Столько времени прошло... — Это правда я, — ответил поэт и снял маску. — Не обманули, — Ефросиния улыбнулась, а её щёки снова порозовели. Внезапно к ним присоединилась Катрин. — Ох, вы наконец познакомились! Столько времени прошло! — лицо девушки сияло от улыбки. — Катрин, ты решила нас свести? — Милая, я хотела развеселить тебя! Ты грустная уже почти неделю! Сначала я думала, что ты заболела... — Одиночеством? — усмехнулся Лермонтов. — Именно одиночеством! Какое поразительное наблюдение! — Кажется, Катрин светилась уже вся. — Тогда, пожалуй, я пойду, — вяло улыбнувшись сказала Фрося и направилась к выходу. — Думаю, Вам следует пойти за ней, — шепнула девушка, смотря в след подруге. — Думаете? —Знаю! — после этого, она подпихнула Лермонтова в сторону, куда ушла Фрося.