An Unexpected Visitor/ Нежданный гость

Роуз почувствовала поток магии, хлынувший по ее венам, когда она сосредоточилась на создании заклинания, которое будет достаточно сильным, чтобы отправить ее домой. Она всегда знала, что обладает светлой магией, потому что, прежде всего, она была продуктом истинной любви, и девочка была уверена, что это самая могущественная магия из всех. Роуз ощутила, как мама сжала ее пальцы и, хотя она не хотела отпускать их и уходить, она все же приняла, что это необходимо. Чем сильнее сжимались руки Реджины, тем быстрее магия усиливалась и, в какой-то момент, Роуз поняла, что больше не чувствует веса другой пары рук на своих ладонях. Когда Роуз медленно открыла глаза, ее накрыла небольшая волна страха, что ничего не изменилось. Она все еще сидела на кровати. За исключением того, что кровать не была двуспальных размеров и с пуховым одеялом, как та, которая стояла в гостевой комнате. Девочка находилась в квартире своего брата, где все и началось. Роуз тяжело сглотнула. Ее магия переместила ее обратно в свое время или закинула куда-то еще? Она даже не потрудилась оглядеть комнату, а вместо этого бросилась вниз по лестнице, надеясь встретить кого-то знакомого, кого можно было бы расспросить. Девочка выдохнула от облегчения, увидев своего брата. Он мыл посуду, что, как точно знала Роуз, он ненавидит делать. Парень был одет в ту одежду, в которой она привыкла его видеть, и кивал головой в такт, как будто слышал какую-то песню, игравшую в его голове. - Г-г-генри? - нервно заикаясь позвала она. Он повернул голову в ее сторону и улыбнулся. Это был старый добрый Генри, каким она его помнила. Высокий, с легкой порослью на щеках и взъерошенными волосами, поскольку он всегда ленился привести их в порядок. Роуз улыбнулась. Она была дома. - Сестренка? Что ты тут делаешь? Роуз не ответила. Она обхватила его руками и обняла с такой силой, что они оба не могли вздохнуть. По щекам девочки потекли слезы и Генри обнял ее в ответ. Она не могла с уверенностью сказать плакала ли она от счастья или просто от облегчения, что снова его увидела. - Все хорошо, сестренка, я здесь, - успокаивал ее Генри. Внезапно все тело Роуз замерло. Была ли у него причина успокаивать ее? В голове девочки тут же возникла та ужасная сцена, которая не раз появлялась у нее перед глазами, преследовала ее в кошмарах и вызывала бессонные ночи на протяжении всей прошлой недели. - Мама, - прорыдала Роуз. - Она все еще... Она не хотела произносить эти слова вслух и не могла посмотреть на брата, зная, что легко сможет прочесть в его глазах ответ на свой незаданный вопрос. Генри выглядел печальным и растерянным. Роуз увидела, как он потянулся за коробкой с бумажными салфетками и поймала его взгляд. - Нет, - выдохнула она. - Нет, нет, нет. Без лишних раздумий она рванула к выходу, выскочила за дверь и, что есть сил, побежала - вниз по лестнице и дальше по улице. Холод не беспокоил ее, пока она сломя голову мчалась по городу. Когда Роуз поравнялась с башней с часами, перед глазами замелькали воспоминания, связанные с этим местом, и слезы хлынули новым потоком. Этого не должно было произойти. Ее мама должна была быть жива. Завидев белый особняк в конце улицы, девочка побежала еще быстрее к железным воротам на Миффлин Стрит 108, в верхней части которых располагалось изображение лебедя, что, по словам ее светловолосой матери, было знаком того, что их судьба была предопределена. К тем самым воротам, о которые она ударилась головой, когда была еще совсем маленькой - именно от этого падения у нее остался шрам на переносице. Как Роуз с ужасом и предполагала, входная дверь была заперта, и девочка в отчаянии ощупала карманы, надеясь найти ключи, и проклиная все на свете, когда их там ни оказалось. - Мама? - она забарабанила в дверь, продолжая плакать. - Мама! Дверь распахнулась и перед ней предстала ее светловолосая мать, с грустью смотревшая на нее. Эмма выглядела точно так же, как и ее более молодая версия. Было лишь несколько неглубоких морщинок вокруг глаз, появившихся с течением лет. Но Роуз не смогла улыбнуться, потому что она знала, что в их доме дверь всегда открывает Реджина, а сейчас, увидев перед собой Эмму, девочка в ту же секунду поняла, что ее худший страх становится реальностью. Ей хотелось закричать во все горло. Так не должно было быть. Она должна была спасти свою маму. Ее сердце разбилось прямо там, на пороге особняка. Роуз почувствовала, как руки Эммы поймали ее, когда она начала оседать, но ей было уже все равно. Она просто позволила себе упасть, рыдая в сильных руках, успокаивающе обхвативших ее тело. - Роузи, - тихо проговорила Эмма. - Ты вся дрожишь, Роузи. - Я не смогла, - задыхаясь от слез на груди у матери, выдавила Роуз. - Я не смогла спасти ее. - Роузи, пожалуйста, - пробормотала блондинка. - Давай зайдем в дом. Каким-то образом девочке удалось встать, но ее колени дрожали и она прислонилась к матери в качестве поддержки. Огромное количество слез, стекавших по ее щекам, оставило мокрые пятна на серой рубашке блондинки. Эмма осторожно усадила ее на нижние ступеньки лестницы, ведущей на второй этаж и Роуз прислонилась к ее груди, даже не пытаясь сдерживать всхлипывания. Она закрыла глаза, наконец принимая тот факт, что она провалила свою миссию. Она как будто снова теряла Реджину. И все же, кутаясь в объятия светловолосой матери, Роуз чувствовала, что что-то не так. Девочка ожидала другой реакции от Эммы: что она тоже будет плакать от горя, как это было сразу после аварии. - Ма? - Да, малышка? - Прости меня за все. - Все хорошо, Роуз. Тебе просто нужно выплакаться и отпустить это. - Я подвела тебя. - Эй, посмотри на меня, - мягко произнесла Эмма. - Мы наказали тебя за дело и будет еще целая куча вечеринок, на которые ты сможешь пойти. Хорошо? - Что? - Роуз никак не могла понять, о чем говорит ее мать. - Наказали? - Да, малышка, ты ведь поэтому плачешь, верно? Немножко преувеличенная драма, конечно, потому что это ведь всего лишь вечеринка. - Я не понимаю, - нахмурилась Роуз. - Генри сказал... он выглядел таким... Что происходит? - Ты видела Генри только что или...? Ты запутала меня, детеныш. Роуз тряхнула головой. Она на самом деле не понимала, чему верить. Несколько секунд она просто смотрела на свою блондинистую мать, которая выглядела такой же растерянной. Роуз шмыгнула носом и вытерла слезы, пытаясь придумать что сказать - что-нибудь, что имело бы смысл. Открылась входная дверь и Роуз повернула голову в ее сторону. Она не могла поверить глазам. Это невозможно. Этого не могло быть. Одним быстрым движением она вскочила на ноги и рванула к своей маме, врезаясь в ее тело с такой силой, что они обе чуть не повалились на пол. Слезы снова хлынули по ее лицу. От облегчения, от счастья. - Мама! - умудрилась произнести девочка между тяжелыми всхлипами, цепляясь за талию Реджины. Руки брюнетки нежно обхватили ее, и теплая влага продолжала катиться по щекам неудержимым потоком. - О, милая, - тихо произнесла Реджина. - Что случилось? Роуз едва могла дышать и прилагала все усилия, чтобы хоть немного успокоиться. Ее мама жива. Она была здесь живая-здоровая. В деловом костюме. - Ты умерла. - Умерла? Милая, у тебя жар? - обеспокоенно спросила Реджина, погладив лицо Роуз и проверяя ладонью лоб дочери. - Температура вроде нормальная. Пойдем в гостиную и присядем. Присев на диван, Роуз немного успокоилась. Эмма протянула ей стакан воды и девочка молча выпила его залпом, все еще пытаясь отойти от шока, что ей действительно - действительно - удалось спасти свою маму. Она опустила стакан и посмотрела вправо, впиваясь взглядом в Реджину. Девочка не могла в это поверить. - Я сделала это, - прошептала она. - - Прошу прощения? - переспросила Реджина. - Милая, ты готова об этом поговорить? Что случилось? - Не знаю. Минуту назад я была там, а теперь я здесь. - Черт, Роузи, опять твоя магия глючит? Реджина, как думаешь, ей снова нужны уроки? Я думала она уже может это контролировать. - Нет, нет, дело не в этом, - Роуз покачала головой. - А в чем же тогда? Роуз посмотрела на обеих матерей. У нее было несколько вариантов. Либо она скажет им правду и они подумают, что она сошла с ума, либо умолчит о том, что на самом деле произошло и замнет всю эту ситуацию. Она быстро выбрала последнее. - Мне приснился кошмар. Он был очень реальным. - Разве ты сейчас не из школы вернулась, детеныш? - Я была в библиотеке и задремала. Эмма сузила глаза. - Хмм. И что потом произошло? - Мне приснилось, что ты умерла, - девочка повернулась к Реджине. - Я проснулась и не могла понять, было ли это сном или на самом деле. Все было настолько реально, поэтому я просто побежала домой. А когда ма открыла дверь, мне показалось, что это правда, что ты на самом деле умерла и я... - она поперхнулась словами. - Ты умерла. И я была в этом виновата. - Я не умерла, Роуз. Я здесь, рядом, - заверила ее Реджина, крепко прижимая к себе. - Ты чувствуешь, как крепко я тебя обнимаю? Вот, что реально, родная. - Я так счастлива, что ты жива. - Ты еще долго от меня не избавишься, - подмигнула Реджина. - Обещаю. - К счастью, это был всего лишь сон. Ты напугала меня, Роуз. Ты выглядела абсолютно разбитой. Это наверно был чертовски реалистичный кошмар, да? Роуз кивнула. - Ты даже не представляешь. - Хотя, должна признаться, - хохотнула Эмма. - Сначала я подумал, что это просто какая-то отчаянная попытка попасть на сегодняшнюю вечеринку. Но когда я увидела твое лицо, я поняла, что оно было слишком искренним, чтобы быть похожим на хорошо разыгрываемую роль. - Да я даже не хочу больше идти на эту дурацкую вечеринку. Можем мы просто провести семейный вечер? Эмма в шоке распахнула глаза. - Ты уверена, что у тебя нет температуры? - Перестань, ма, - надулась Роуз. - Я серьезно. Давайте позовем Генри и поиграем в монополию, как мы раньше делали. - Подумай хорошенько, о чем просишь, дорогая, - предупредила ее Реджина. - В последний раз, когда мы играли в эту игру, кто-то, - она сузила глаза, бросив взгляд на блондинку. - ...так жалко проигрывал, что в итоге выбросил свою фишку в камин. Бедный песик Скотти. - Может это было потому, что кто-то понастроил отелей вокруг парка и променада. Клянусь, ты заколдовываешь кости, Реджина! Каждый раз! - Все дело в стратегии, дорогая. Я не какой-то жулик. - И ты ни разу не была в тюрьме! (имеется в виду ячейка на игровом поле, попадая куда игрок пропускает ход - прим.пер) - Технически была. - Что? - взвилась Эмма. - И могу я поинтересоваться, когда? - Сразу после того, как проклятие пало, дорогая. Разве ты не помнишь? Что ты тогда сказала? «Она от этого не помрет», - довольно ухмыльнулась Реджина. - Ха-ха, очень смешно. Роуз снова была на грани слез. - Я так скучала по вам обеим. - Это мило, детеныш. Но сегодня вечером я надеру тебе зад в монополию. И тебе, Реджина. - И как же ты собираешься это сделать, дорогая? Твоя счастливая фишка сгорела в камине. - А я буду играть Цилиндром. - Нет, - нахмурилась Реджина. - Это моя фишка. - Ты каждый раз выигрываешь, Реджина. Дай мне хотя бы поиграть твоей фишкой в этот раз. - Если от этого ты будешь лучше спать ночью, тогда - ладно. Мы ведь обе знаем, что дело все равно не в фишке. Дело в навыках. - Мне нравятся твои навыки, - Эмма встала с дивана и наклонилась, чтобы чмокнуть Реджину в губы. - Но не в монополии. Брюнетка вздернула бровь. - Мы с боевым корабликом потопим вас, мисс Свон. - Посмотрим, мадам мэр, - Эмма игриво подмигнула и ушла, чтобы позвонить Генри и позвать его на семейный вечер. - Ты уверена, что все хорошо, милая? - заботливо поинтересовалась Реджина и погладила волосы дочери. - Теперь, да, - Роуз улыбнулась, бессознательно перебирая пальцами золотой кулон на своей шее. - Я не замечала раньше, что ты его носишь, - сказала Реджина, кивая на украшение. - Оно тебе очень идет. - Теперь я буду носить его каждый день. - Я вижу в этом не только символ яблони, но и нашей семьи в целом, - Реджина взяла кулон в руку. - У него есть своя история. Корни - это основа, это твоя мама и я. Раскинувшиеся ветви - это вы с Генри, а потом, в будущем, надеюсь, мои внуки. Круг завершает эту картину, делает ее полной, скрепляя нашу семью вместе. Если однажды кто-нибудь попробует сгубить дерево, круг будет защищать нас. И он никогда не сломается, потому что мы всегда будем друг у друга. - Никогда не бросай свою семью, - улыбнулась Роуз сквозь слезы. - Никогда, - Реджина легко поцеловала дочь в макушку. Эмма заглянула в гостиную. - Генри сказал, что будет здесь со скоростью супер-гонщика. Я сказала, что он может не торопиться, если привезет чего-нибудь вкусненького. О, и, Роуз, - она перевела взгляд на девочку. - Генри упомянул, что ты недавно была в его квартире. Судя по его словам, ты спустилась с лестницы и испугалась, увидев его. Объяснишь? - Хммм... - глаза Роуз заметались от одной матери к другой. - Неа. - Роуз Долли Свон-Миллс, - угрожающе начала Эмма. Роуз удивленно сдвинула брови. - Ты только что сказала Долли? - Ну да, это ж твое полное имя. - У меня нет второго имени, потому что вы так и не смогли сойтись на чем-то. - Мы сошлись на Долли сразу после того, как сошлись на Роуз. - Нет. - Да, - упорно настаивала Эмма. - Долли - годами было твоим вторым именем, детеныш. Шестнадцать лет, если быть точной. Роуз кивнула, хотя все еще не могла этого понять. Неужели она все же изменила будущее, пока отсутствовала здесь? Выглядело так, что ее мамы ничего не помнили о ее путешествии во времени, так что, похоже, ей вообще не нужно было зелье Румпеля. Магия Роуз была достаточно сильна сама по себе. - Я просто пошутила, - нервно хихикнула она. - Что не объясняет того, почему ты была в квартире своего брата, хотя нам сказала что ходила в библиотеку. Мне нужна правда, Роуз. - Отлично, вы хотите узнать правду? Садитесь, это долгая история. И Роуз начала свой рассказ о том, как все было на самом деле. Она начала с аварии, в которую попала Реджина, как это изменило их жизни, разорвав на части оставшуюся у нее семью. Девочка старалась сдерживать слезы, рассказывая о последствиях смерти Реджины, о том какой одинокой и убитой горем она себя чувствовала и как она применила магию, чтобы вернуться во времени и все изменить. Она рассказала им, как попала в Сторибрук до своего рождения и как тяжело ей было видеть, что ее мамы враждуют и даже понятия не имеют о том, что может между ними быть. Еще она рассказала о том, как им пришлось действовать вместе и как они постепенно начали ладить друг с другом. На мгновение она задумалась, стоит ли упоминать некоторые детали, но решила, что это необходимо. Поэтому она рассказала о своей смерти и о битве с Грегом и Тамарой, заметив, как кулаки ее светловолосой мамы сжались, когда она поведала, что сделал Крюк. Но самое важное место в своем повествовании она уделила тому, что видела, как ее мамы влюбляются друг в друга. Роуз всегда думала, что это красивая история, но видеть воочию, как это происходило, было как попасть в воспроизведение прекрасных сцен из какой-нибудь книги сказок. И ей нравилось быть частью этой сказки, хотя она и скучала по своей настоящей семье, ведь все те люди, в прошлом, сильно отличались от тех, к кому она привыкла. Она засветилась от счастья, видя, как ее мамы улыбнулись друг другу, немного оправившись от шока и замешательства, и Роуз точно знала, что они на самом деле верят каждому ее слову. Они начали задавать вопросы, чтобы уточнить какие-то моменты ее истории и, в конце концов, они все уже дружно смеялись над всем этим рассказом. Некоторые вещи, описанные Роуз, застали ее мам врасплох, ведь она не должна была о них знать. Оказалось, что Роуз не могла просто побывать в прошлом, не изменив чего-то в будущем, ведь она не принадлежала тому времени. Имя Долли каким-то образом осталось в сознании ее матерей, что заставило их выбрать его, как второе имя девочки, девять месяцев спустя. Оно было особенным, и это казалось правильным, что они назвали дочь именно так. Ее магия была настолько сильна, что она, повинуясь желанию Роуз, помогла ей стереть воспоминания мам. Все события с ее участием, произошедшие в прошлом, были заменены какими-то объяснениями, которые были настолько логичными, что сошли за правду. А, поскольку, ни Реджина, ни Эмма не помнили, что произошло на самом деле, то эти подменные факты стали их реальностью. Что ж, есть свои плюсы в том, чтобы быть дочерью Спасителя и не-такой-уж-Злой Королевы. Роуз была рада, что все-таки рассказала правду. Но больше всего ее радовало то, что она вернулась к своей семье. Когда Генри позже приехал на их семейный вечер, они все счастливо смеялись и девочка довольно улыбалась, наслаждаясь обществом своих веселых, немного взбалмошных членов семьи. Каким-то невероятным образом, все получилось, и Роуз пообещала себе, что никогда больше не позволит сомнениями затмить ей разум. Она рассмеялась, когда ее светловолосая мать снова надулась и изобразила праведный гнев, обвиняя жену в жульничестве. Роуз так по этому скучала и никогда ни на что не променяла бы такие моменты. Она так глубоко погрузилась в свои мысли, что не заметила, что игра уже была закончена. - Кто выиграл? - просто спросила она, хотя уже знала ответ. - Твоя мать, она же - моя жена, она же - жулик. - Тебе повезло, - парировала Реджина, придвигаясь ближе к блондинке, сидевшей на диване. - Что я люблю тебя, даже несмотря на то, что ты совсем не умеешь проигрывать. - Что ж, Джина, тебе повезло, что я люблю тебя, даже несмотря на то, что ты жульничаешь в настольных играх. - Я не жульничала. И не называй меня «Джина», пожалуйста. Эмма обняла жену, прижав ее к себе. - Прости, детка. - Так-то лучше. Роуз улыбалась, наблюдая, как ее мамы трогательно жмутся друг к другу. - Спасибо, - едва слышно сказала она и встала со своего места. Девочка не хотела разрушать этот нежный момент. - За что, детеныш? - За то, что каждый день доказываете, что истинная любовь - это самая сильная магия в мире. - Мы хорошо справляемся, верно? - Эмма лучезарно улыбнулась и сжала плечо брюнетки. - Несомненно. - Спокойной ночи, мамы. Я люблю вас. - И мы тебя любим, - ответили они в унисон, заставив Роуз улыбнуться. Девочка вышла из комнаты, но не смогла сдержаться и не послушать продолжение разговора. - Полагаю, я должна поблагодарить тебя, - улыбнулась Реджина, устраивая голову на плече блондинки. - Слушая историю Роуз, я вдруг осознала, сколько всего нам пришлось вынести, но мы со всем справились. Вместе. Я так благодарна, что ты есть в моей жизни, Эмма. Спасибо, что осталась. - Я же говорила тебе, что никуда не уйду и посмотри на нас, - Эмма переплела их пальцы, соединяя руки и целуя волосы брюнетки. - Ты на самом деле Спаситель. - Это не самое мое любимое звание, - Эмма улыбнулась, внимательно вглядываясь в карие глаза. - Правда? А какое же тогда, просвети меня. - Миссис Свон-Миллс - мое любимое звание. Быть твоей женой - мое любимое звание. Но быть твоей и только твоей - это мое любимое предназначение в жизни. - Ты такая дурашка, - рассмеялась Реджина, когда их губы встретились в мягком поцелуе. - Дурашка, которая снова научила меня любить. Моя дурашка. - Знаешь что? - Эмма снова поцеловала ее в губы. - Думаю, наша дочь была права. Они посмотрели друг на друга и взгляд изумрудно-зеленых глаз надолго задержался на шоколадно-карих, как это бывало много-много раз. Спаситель снова обняла свою Королеву и улыбнулась, не отрывая от нее глаз. - Истинная любовь - это самая могущественная магия из всех, существующих в мире. КОНЕЦ.