Под небом Пандоры...

      Лилит готова проклясть тот час, когда зомби-Баха выблевал огненный артефакт. Он отлично вписался в ее образ, превращая в настоящего огненного монстра. Теперь Мордехай шутит про спички и драконов, а Лилит вымученно улыбается в ответ. Теперь Лилит тошнит от запаха жареного мяса.       Паленые скагги воняют хуже всего. К несчастью, именно они и лезут в ближний бой, заставляя применять способности. Лилит почти любит каждого ублюдочного ракка или засевшего на вышке вражеского снайпера: в них намного эффективнее стрелять. Но когда за выполненное задание Мокси расщедривается на элементальный пистолет-пулемет, Лилит хочется взвыть. Особенно потому, что пушка действительно хороша, а Мордехай отдает предпочтение винтовкам.       Временами Лилит откровенно завидует напарнику: тот сидит себе где-нибудь за камнями и методично взрывает головы, пока она сама превращает тела в пепел. Она думала, что привыкнет, но с каждым разом тошнота лишь плотнее закупоривает горло склизким комком. Однажды Лилит даже приходится уйти в фазу сразу после боя: шутки про беременность от Мордехая она бы не выдержала. Предательская мысль о том, чтобы переквалифицироваться в стрелка, разбивается об острые грани реальности: времени тренироваться у нее нет, да и команда из двух снайперов выйдет никудышная.       Из жратвы у них только консервы и вяленое мясо для Кровокрыла. Впрочем, Мордехай время от времени разделяет со своим питомцем угощение, и тогда Лилит отворачивается, стараясь смотреть только на безжизненную пустыню. Их скудная пища — слишком ценный ресурс, для того чтобы неосмотрительно стошнить им себе под ноги. Иногда Лилит ловит на себе слишком внимательные взгляды напарника и тяжело вздыхает: она знает, что похудела, и дело не только в том, что способности сирены жрут энергию. Иногда, вместо Мордехая, за ней наблюдает Кровокрыл, и Лилит искренне надеется, что птица не общается телепатически со своим хозяином. Скрываться еще и от нее у Лилит просто нет сил.       Она напивается в баре, пока Мордехай идет разбираться с заказчиками и уточнять детали для следующего задание. Выпивка обжигающим комом стекает в желудок, и Лилит отстраненно думает, сколько еще времени она сумеет продержаться на ядреной смеси из рыбных консервов и алкоголя.       Мордехай возникает за спиной совершенно бесшумно. Садится рядом, выкладывая на замызганную барную стойку какой-то странный сверток.       — Эй, Лилс, не делай такую скорбную рожу, — он словно невзначай подвигает к ней сверток, — Нам тут столько бабок отвалили, вот я решил закупиться.       Лилит поднимает уставший взгляд от стакана и тянется к странной покупке. В брезент, который используют только атласовские солдаты, оказываются завернуты несколько порций армейского пайка. Ореховые батончики, какая-то лапша и консервированные овощи — все с Земли. Лилит недоуменно смотрит сначала на еду, а потом и на Мордехая. Тот отвечает открытым прямым взглядом и добавляет:       — Артефактов нужной нам мощности тут ни у кого не было. Прости, но покупать дерьмо, чтобы оно отказало в первые же минуты использования я не намерен. А так… — за темными очками не разглядеть, но Лилит на мгновение кажется, что напарник смущается, — я подумал, что тебе понравится. Нормально поешь что ли.       Он спрыгивает, со стула, подставляя руку, для Кровокрыла, и чешет усевшуюся на предплечье птицу.       — Ну, что, пойдем настреляем тебе вкусненьких скаггов?       Птица одобрительно клекочет, прежде чем Мордехай беззаботно смеется и выходит из бара. Лилит задумчиво провожает его взглядом, а потом улыбается.       — Бармен, кипятка!