Гори в аду, Поттер!

Поттер, целый день возившийся с пустыми, мало что значащими бумажками, разгребавший жалобы, рассматривая наиболее сложные, либо же отложенные «на потом» происшествия, по окончанию рабочего дня мечтал только лишь поскорее оказаться дома и упасть ничком на кровать или же убить что-нибудь первое попавшееся под руку, ибо нервов уже не хватало. Чего только стоил Лэнтис, кинувший Петрификус вдогонку, якобы сбежавшему из Азкабана, Пожирателю Смерти на глазах дюжины маглов. Придурок… И дернул же его черт пожалеть этого идиота и взять его на работу, закрыв глаза на низкие результаты теста. Конечно, у него же мама больная! — Черт, — молодой глава Аврората измученно потер переносицу. Решив, что лучше доделать работу завтра, чем угодить за решетку за убийство своего сотрудника в состоянии аффекта, Гарри решительно покинул кабинет, даже не потрудившись убрать со стола наваленную груду документов. Не знаю, чем он прогневал Бога, но попасть в свою уютную квартирку на площади Гриммо, ему не дали. На выходе из Министерсва Магии его подстерегал Рон. Беззвучно выругавшись, Гарри поправил высокий воротник аврораторской формы, тяжело вздохнул сквозь крепко сжатые от раздражения губы и натянул на лицо сухую улыбку. Хотя со стороны это и напоминало жуткую гримасу, рыжий приятель ничего не заподозрил или по крайней мере не придал этому значения. — Привет Гарри! Как служится самому юному главе Аврората? — при этих словах, Поттер еле сдержался чтобы не послать друга куда подальше. Он столько раз слышал эту совершенно идиотскую фразу на протяжении полугода, что теперь ему отчаянно хотелось блевать. Будто бы возраст — был каким-то достижением. — Слушай, Рон, я ужасно устал и собирался просто пойти поспать. Если ты что-то хотел, — начал Гарри, чувствуя, как начинают нервно дергаться уголки губ натянутой улыбки. Ей Богу, Рон, просто свали. Не до тебя сейчас. — Но сегодня же пятница! — воскликнул Уизли, будто бы это объясняло абсолютно все, — Пойдем оторвемся, я знаю отличное местечко. Серьезно, Гарри, мне хватает и Гермионы, готовой все выходные провести за книжками. Честно говоря, Гарри никогда не понимал всеобщего ажиотажа вокруг этого дня недели. Ладно бы суббота или воскресенье, когда можно проваляться в постели до полудня, а затем неторопливо приготовить себе глазунью и завалиться завтракать на веранду, нежась под лучиками осеннего не жаркого солнца словно довольный кот, но пятница! Пятница такой же рабочий день недели как понедельник, вторник, среда и четверг. Даже хуже, ведь именно в пятницу Поттеру, как, Мерлин его побери, главе отдела, приходится разбирать, исправлять и собственноручно доделывать работу невыполненную его сотрудниками за неделю. Им то, конечно, глубоко плевать на составление отчетов и прочей бумажной волокиты, Гарри и сам раньше по мере возможностей отлынивал от этого дела, но теперь на новой должности все изменилось. Да его же поимеет начальство во все дыры и разбираться не будет кто виноват, а кто прав. Происшествие было? Было? Отчет есть? Отчета нет. И прощай Поттер, будь ты хоть национальным героем, хоть всеми призираемым сквибом. Но поймав жалостливый взгляд друга, Гарри испустил очередной усталый вздох. Отказывать Рону — себе дороже, извиняться потом замучаешься хрен пойми за что. И почему его лучший друг такой обидчивый? — Нууу, — все еще колеблясь произнес Гарри. — Гарри, обещаю тебе понравится, — заискивающе продолжал гнуть свое Рон, и Поттер все же сломался, безжизненно кивнув в ответ головой, и хватая за руку Рона, который уже приготовился трансгрессировать. Спустя пару мгновений они очутились в какой-то узкой закиданной мусором подворотне, и Гарри уже было решил, что Рон, как всегда напортачил, но тот спешно заверил его, что так и был задумано. — Просто это магловское заведение, глупо было бы трансгрессировать прямо на порог, — пояснил тот и Гарри с ним согласился, хотя был немало удивлен, что Рон привел его в место никак с волшебниками не связанное. Скорее всего сказывалось влияние Гермионы. По ее твердому настоянию Уизли даже приобрел себе мобильник, дабы не волновать свою девушку и всегда быть на связи. Правда Гарри никак не мог взять в толк, что же опасного могло быть в работе управляющего Волшебного магазина. Завернув за угол, волшебники оказались на небольшой улочке, освещенной несколькими поржавевшими фонарями. «Так значит уже девять…» — успел подумать Гарри прежде, чем Рон вдруг резко остановился и распахнул массивную черную дверь какого-то бара. Над ними ярко светилась вывеска с экстравагантным названием «Мертвые Влюбленные». И как он раньше ее не заметил, огни буквально слепили глаза. Задержавшись на входе, Гарри поспешно раскрыл дверь и вошел в помещение вслед за Роном. В отличие от яркой «обертки» внутри бара, если это действительно был бар, стояла интимная полутемень. Над небольшими круглыми столиками нависали пурпурного цвета торшеры. Опустившись на один из свободных темно-синих бархатных диванчиков, Гарри выжидающе посмотрел на Рона. Да, надо признать, местечко было довольно приятным и народу здесь было не то чтобы много, но ничего сногсшибательного он не наблюдал. — Девять уже есть? — спросил Рон, и Гарри недоуменно кивнул. Что он затеял? — Отлично, тогда готовься увидеть шоу. Это просто нечто, — продолжил тот, замечая взгляд друга. Вдруг помещение погрузилось в кромешную тьму, заставляя Поттера невольно напрячься и переместить руку поближе к палочке, сказывалась профессия, но через пару минут зажегся большой прожектор, осветив до того скрытую в тени, и оттого незамеченную Гарри, полукруглую сцену. Голоса вокруг тут же смолкли и из-за бордового занавеса вышла миниатюрная девушка. В свете прожектора ее и без того белоснежная кожа кажется по-настоящему светилась, черные как смоль волосы были коротко подстрижены под манер французского каре, а ярко накрашенные красные губы удивительно сочетались с такого же цвета туфлями на высоченной шпильке. Помимо этого на девушке были надеты черные полупрозрачные высокие чулки, резинки которых сильно перетягивали алебастровые бедра, и слитный зеленый корсет полностью украшенный такого же цвета пайетками, отражающими блики света. Если говорить коротко, она выглядела великолепно. От нее невозможно было оторвать взгляда. Девушка была похожа на фарфоровую куклу, неподвижную, но прекрасную. Но стоило ей только начать двигаться, как она тут же преобразилась в изящную зеленую змейку. Встав к зрителям боком, девушка плавно согнула в колене ногу, и дотронувшись шпилькой до своей пятой точки, она, медленно покачивая бедрами двинулась по сцене. Танцовщица будто бы слилась с музыкой идеально попадая в ее темп, делая свои движения, то нежными и спокойными, то резкими и обрывистыми. Наблюдая за ней, Гарри даже забыл, что еще полчаса назад отчаянно хотел домой. Неожиданно девушка резко вздернула подбородок, мотнув короткой черной челкой, и на ее лицо наконец-то упал свет. Черты лица показались Гарри смутно знакомыми, и он стал с еще большим вниманием всматриваться в незнакомку. Высокие скулы, вздернутый кончик носа, глаза темно-болотного цвета и от того на расстоянии казавшиеся практически черными, аккуратные брови в разлет, и эта не сходившая с ее губ самоуверенная и соблазнительная усмешка. Где же он мог видеть эту девушку… В сознании вдруг резко промелькнул ворох воспоминаний. Кажется, около семи лет назад…очередная стычка с Малфоем и его компашкой в коридоре Хогвартса… Платиновые волосы, искривленные в отвращении губы и…маленькая черноволосая девчонка, одаривающая из-за спины слизеринского принца всех присутствующих надменным взглядом. Пэнси Паркинсон! Мерлиновы кальсоны, это же Пэнси Паркинсон. Нет, конечно, с возрастом изрядно похорошевшая, но все же Паркинсон. Черт возьми… Что эта аристократичная слизеринская снобка забыла в магловском кабаке?! От удивления Гарри даже не понял, когда у него сам собой открылся рот. В изумлении повернувшись к Рону, он к своему удивлению, заметил, что тот даже и не смотрит на сцену, а видимо уже довольно продолжительное время с кем-то ругается по телефону. И как он заметил возмущенных возгласов друга сидя в полуметре от него? — Черт возьми, Гарри, Гермиона хочет, чтобы я сейчас же вернулся домой. Ее родители приехали, а у меня из головы совсем вылетело, что это сегодня. Она просто в бешенстве! — сокрушался Рон, наконец положивший трубку, и теперь в спешке надевая пальто, — Прости, друг, я не хочу быть расчленённым это ужасной женщиной, я должен идти. А ты лучше останься, тебе все равно не помешает расслабиться, — и хлопнув, все еще ошарашенного Поттера по плечу, Рон пулей вылетел из заведения. Оно и понятно, Гермиона была поистине страшна в гневе, но неужели он не заметил их бывшую однокурсницу тире врага. Хотя, если подумать, Пэнси Паркинсон вызывала у Гарри максимум раздражение, но никак не ненависть. Было бы странно всерьез ненавидеть девчонку, хоть и из свиты Малфоя. Ходил слух, что они вроде бы даже встречались… Молодой Аврор вновь перевел взгляд на сцену, но вместо слизеринки там уже танцевали другие девушки, выряженные в пышные юбки из белых перьев. Поттер тут же принялся крутить головой, выискивая Паркинсон. Пэнси теперь ходила между столиков, отвешивая мужчинам с сальными взглядами соблазнительные улыбки. И прежде, чем Поттер успел понять, что происходит бывшая слизеринка приблизилась к его столу, вскользь прошлась взглядом по его фигуре и вдруг неожиданно изящно опустилась ему на коленки. В шоке Гарри широко расставил в стороны руки не зная, как ему поступить. Пэнси в это же время мягко прошлась ладонью от его шеи до щеки и привлекая поближе к себе, томно шепнула ему на ухо: — Красавчик, не хочешь меня угостить? — явно не узнав Мальчика-который-убил-Темного Лорда, слизеринка недвусмысленно поерзала на его ногах. Будь то какая-либо другая девушка, возможно бы Гарри и…нет, он совершенно не знает, как бы поступил, но какая разница, если на его коленях сидит никто иная, как Пэнси Паркинсон! Черт, все становится все более и более странным. Какова вероятность того, что он просто отрубился во время чтения очередного отчета и сейчас видит десятый и несомненно бредовый сон у себя в кабинете? — Хмм… — растерянно протянул он, а затем не своим голосом спросил, желая на сто процентов убедиться в том, что девушка не плод его больной фантазии, — Паркинсон? Услышав свою фамилию, брюнетка застыла словно изваяние, так и не оторвав руку от его лица. В ее глазах за долю секунды мелькнул страх, непонимание и растерянность. В следующее мгновение Паркинсон с громким криком «Поттер» отпрыгнула в сторону, сильно ударяясь о стоявший позади нее стол, но от шока даже не замечая боли. — Черт возьми, какого хрена ты здесь забыл?! — заметив на себе взгляды удивленных посетителей, зло прошипела слизеринка. От фарфоровой куклы не осталось и следа, теперь девушка куда больше походила на Венгерскую Хвосторогу. — Эээ…просто пришел выпить… — все еще не отойдя от шока с запинаниями произнес мракоборец, не отрывая от Паркинсон изумленного взгляда, несмотря на то, что все его нутро уже давно вопило, что ему необходимо бежать, и чем скорее, тем лучше. — Встал! Быстро! — и разъяренная и в то же время перепуганная до смерти Паркинсон резко схватила парня за грудки его так называемой мантии и потащила куда в сторону барной стойки. На удивление она оказалась чертовски сильной, и вскоре завернув куда-то за угол, запихнула бывшего однокурсника в одну из незапертых дверей. Как выяснилось позже, подсобку. Оказавшись прижатым хрупкими бледными ладонями к холодной и влажной от сырости стене, Поттер, как и десять лет тому назад, явственно ощутил этот особенный исходивший от всех слизеренцев морозящий душу яд. — Для особенных повторяю еще раз, какого, — пауза, — хрена, — пауза, — ты, — «ты» из ее уст звучало не хуже любого отборного мата, которое Гарри, выбрав самое безобидное, перевел для себя как «конченный мудак», — здесь забыл? Ее ноздри в бешенстве раздувались, а пальцы, все еще крепко сжимавшие его воротник, ощутимо дрожали, то ли от непонятного бывшему гриффиндорцу страха, то ли от охватившей ее ярости. — Хмм, — задумчиво протянул Гарри, для которого это не осталось незамеченным. Паркинсон явно паникует и в таком состоянии уж точно не в состоянии оказать ему достойное сопротивление. Хотя она в принципе никакого сопротивления оказать не может, ибо своей макушкой она ему еле-еле до плеч дотягивает, — Я могу задать тебе тот же вопрос. Что, Пэнси Паркинсон, чистокровная богачка забыла в этой маггловской дыре? — Заткнись! — взвизгнула девушка и еще раз толкнула Поттера в грудь, видимо желая его снова припечатать затылком к стене. Вот только она не учла перевес в их силе и от того лишь сама ткнулась носом ему куда-то в ключицы. Усмехнуться хотелось очень, но вовремя вспомнив, что шутки со змеями плохи, даже с такими маленькими, Гарри сдержался. — Заткнись, — снова повторила она, уже не пытаясь нанести ему увечий и просто шипя от собственной бессильности и злости, — Заткнись, и забудь все, что ты здесь увидел. Убирайся отсюда и больше не возвращайся иначе я… — Что Пэнси? Извини конечно, но это не я занимаюсь…эскорт услугами в сомнительном заведении, — все же не сумев скрыть свое превосходство самодовольно хмыкнул мракоборец. — Это бар! Ясно тебе, придурок шрамоголовый?! И я не проститутка. Я…танцовщица, — в конце Пэнси уже перестала орать и, отчего-то стушевавшись, ослабила свою хватку. — Которая время от времени, от скуки видимо, запрыгивает на колени посетителям? Губы у Паркинсон вдруг подозрительно задрожали, и она вновь с силой толкнула Поттера, сама, отскакивая при этом в противоположный угол. Заметив, как заблестели ее глаза, Гарри уже жалел, что повел себя с ней так грубо. Хоть Паркинсон и была заклятым врагом всех красно-золотых, она все еще оставалась девушкой, а доводить девушек до слез он считал непозволительным. — Пэнси… — Черта с два, я тебе «Пэнси», Поттер! Хватит лупиться на меня из-под своих стеклышек, идиота кусок, — мда, Гарри явно забыл, кто такая Пэнси Паркинсон, если почему-то вдруг ее решил отнести к разряду девушек. Да и глаза у нее блестели вовсе не от обиды, а от бешеной практически осязаемой, только протяни руку, злобы. — Ладно, Паркинсон, — он в примиряющем жесте поднял ладони, — Я забуду обо всем что здесь видел… наверное, — при этих словах, из уст слизеренки уже было готово сорваться очередное ругательство, но Гарри поспешно добавил, — и забуду, если ты мне все объяснишь. — И с какого хуя, я тебе должна хоть что-то объяснять?! — аристократичное воспитание явно обошло Пэнси стороной. — С того что я, — Гарри потряс перед ее глазами своим значком, и сказал чуть поморщившись — глава Аврората, и имею полное право обратить внимание на что-то хотя бы кажущееся мне подозрительным. И это, как раз тот самый случай. Ну… вообще-то, то чем занимается здесь Паркинсон никак не трогало его как представителя порядка, но как человека заинтересовало даже очень. — Мерлин… — взвыла Паркинсон, и к удивлению Гарри, схватила его за кончик черного рукава, — Будь ты проклят Поттер, я расскажу. Только сначала вернемся в зал, меня по головке не погладят за то, что я с рабочего места сбежала. Все так же волоком вернувшись в зал, Гарри уселся вслед за паркинсон за тот же самый столик. Пару минут они просто молчали, застыв как каменные изваяния, не зная с чего начать разговор. Точнее не знал Поттер, а Пэнси, кажется, даже и не собиралась говорить первой. — Ну и как же ты здесь оказалась? — наконец изрек он, не решаясь поднять на все еще разъяренную девушку взгляда.