Не по правилам

Солнце медленно приближалось к тёмной линии горизонта, принося с собой теплый весенний вечер, наполненный не только запахом скорого лета, но и привычной городской пылью. Металлические, стеклянные здания с жадностью поглощали красные лучи своей глянцевой поверхностью. Только такими вечерами город, наконец, расставался с привычной серостью, пуская в себя не только алые оттенки заката, но и яркие огни неоновых вывесок кафе и кинотеатров. Разглядывая всё это, я медленно шёл по улице рядом с девушкой, которую так сильно любил. Мои чувства давно не давали мне покоя, но лишь сегодня, спустя несколько мучительных месяцев, она согласилась, сходить со мной, как бы это банально не звучало, в кино. Улица всё не кончалась. Было даже немного скучно вот так просто идти, ведь девушка не позволяла мне даже взять себя за руку. Нет, это, конечно здорово, что она не легкодоступна, но всему есть предел. Неужели я настолько неприятен для неё? Тогда бы она отказалась от похода и сейчас. Но кто знает, может хороший фильм с налётом тонкой романтики заставит её перемениться ко мне, ведь достаточно оказаться в определённое время в нужном месте и можно изменить всё! Может, сегодня моя дата для счастья… Я наблюдал, как моя, или точнее совсем не моя, девушка разместилась в кресле. Как же она была хороша в это полумраке. Её кудрявые волосы рассыпались по тонким, почти костлявым плечам, казалось, волосы тяжелее её самой. Хрупкое телосложение Лилии всегда притягивало мой взгляд. Тонкая, хрупкая как чашка из фарфорового сервиза, холодная – она полностью пленила меня, заставляя бегать за собой верным псом. Даже её имя сводило меня с ума. Лилия.… Как же ты прекрасна! – Ты сегодня особенно красива, – я нежно произнес комплимент. – Спасибо, – спокойно ответила девушка, приняв комплимент как должное и кокетливо поправив причёску, которая и без того была безупречна. Она откровенно насмехалась над моим обожанием, но я усердно не желал этого замечать. – Матвей, когда же уже начнётся фильм? – капризно спросила красавица, произнося моё имя с явным пренебрежением. Я знал: оно ей не нравится. А мне не часто встречающееся имя, казалось весьма привлекательным, хотя, признаюсь, от любого ласкового слова вместо него я бы не отказался. Но Лилия не спешила одаривать меня даже самым малым знаком нежности. – Солнышко, потерпи немного, уже скоро, – ласково ответил я и прямо после моих слов торжественно погас свет, свидетельствуя о начале фильма. Зал моментально погрузился в таинственную тьму, заставляя зрителей интенсивно захрустеть попкорном и начать перешептываться, делясь последними сплетнями о картине. Вскоре всплыло название, на которое я даже не обратил внимания. Фильм выбирала девушка. Я знал лишь, что там будет нечто фантастическое и немного сопливое. Я вообще пришёл сюда, чтобы в этой нежной атмосфере, наконец, поцеловать эту девушку и официально считаться её парнем. За всю историю своей жизни, я ещё никогда так сильно не влюблялся. Чувства затуманили мой разум, заставляя день и ночь страдать из-за своей возлюбленной, как в дешёвых романах. Картины фильма то и дело менялись, то на более тёмные, то вновь на светлые. В одном моменте губы Лилии удивленно открылись, а затем, чуть надувшись, были снова сложены бантиком. В один момент я невероятно захотел поцеловать их. Я поставил себе цель поцеловать девушку – значит так и будет. Дыша через раз, я приблизился к ней и оставил призрачный след поцелуя на её щеке. Она посмотрела на меня с явным отвращением к этому действию. – Не мешай смотреть, пожалуйста, - раздраженно отмахнулась она от меня,как от назойливой мухи, мешавшей ей смотреть фильм своим надоедливым жужжанием. На этих её словах злость во мне вскипела в каждой клетке, так что мне даже стало жарко, и глоток свежего воздуха стал необходим. Что же мне делать с этой неприступной стеной? Взять силой? Почему нет, может она только этого и ждёт, кто знает, что творится в закоулках её прохладной души? Так или иначе, я решил на короткое время отлучиться, проветрится, и дать ей время задуматься о своём поведении. – Я скоро вернусь, – небрежно бросил ей я, и ушёл, получив не менее равнодушное ответное бормотание. Вот мы и сошлись во мнениях, что совсем не подходим друг другу. Но даже эта мысль подстегивала меня к решительным действиям. Да, я очень хотел быть нежным и романтичным для этой девушки, но, сколько уже можно?! И вообще, кажется, я ошибся, посчитав, что ей нужно именно это. В холле кинотеатра меня встретила пленяющая прохлада, словно на секунду переносящая в тенистый лес. Здесь мне удалось спокойно вздохнуть, разглядывая выходящих из залов зрителей. Чей-то фильм уже закончился, а кто-то ещё готовился к сеансу, мирно шумя в буфете. Люди, вечно они чем-то заняты… Постояв за пределами зала, купив себе воды, и залпом выпив почти всё, я невольно осознал, что мне не шибко-то хочется возвращаться. Но внутри меня бурлила рыцарская честь, не позволяя мне сдаться прямо перед турниром. Как бы дико это не звучало, именно так можно было описать мои чувства. Через пару мгновений я, спотыкаясь, плёлся между рядов к своему месту. Пришлось на некоторое время замереть: я потерял девушку в темноте. Но с очередным просветом экрана, я заметил её непослушные кудри и побежал к ним весьма обрадовано, не забывая извиняться за оттоптанные ноги сидящих людей. И вот, я сижу в сантиметрах от любимой девушки и в бесчисленных километрах от её сердца. Я медленно коснулся кончиками пальцев её волос. Они были мягкие, но сильно пропитанные лаком. И зачем их так заливать этим средством? Мне никогда не понять. Тем не менее, у её волос был очень приятный, нежный аромат, но его нарушал дерзкий запах мужского одеколона. Фу, наверное, какой-то мужчина в зале, пролил на себя целую банку. Но даже этот буквально ослепляющий запах, не помешал мне дерзко прижать девушку к себе и начать безудержно целовать, пока она не успела опомниться. С каждым мгновением поцелуя, я всё больше удивлялся, почему её руки не отталкивают меня, а на щеке не красуются разводы пощёчин. Неужели моя система завоевания девушки сработала? В этом уже не было сомнений. Мы целовались так, будто наши губы склеились, ни на секунду не останавливаясь. Лилия переместила руки мне на спину, приятно поглаживая плечи. Как же я давно мечтал об этих сладких прикосновениях. Сегодня сбылась моя сокровенная мечта! Воздух, рассчитанный на поцелуй, заканчивался. Девушка оторвалась от меня, шумно и грубо выдохнув. Мне сразу стало как-то холодно, и мелькнула загадка, что она вдруг передумала любить меня. А что? Девушки странные бывают. Но я сильно поспешил с выводами. Лилия из своего кресла переместилась ко мне на колени. Она оказалась далеко не такой лёгкой, как казалось по её чуть костлявой фигурке, но, кости тоже имеют вес, и я моментально забыл об этой мысли. Хм, а ведь она вовсе не лёд, эта Лилия. Её руки обжигали моё лицо, как бесконечные ожоги от горячего, желаемого шоколада. Я уже забыл, что нахожусь в зале, и мы могли привлекать много внимания к себе. Сейчас было всё равно. Важно лишь, чтобы её губы целовали меня ещё нежнее. Она совсем осмелела, и теперь я лишь поддавался её ласкам, в очередной, раз доказывая свою щенячью покладистость. Внезапно столь сладко-пьянящее мгновение лопнуло как мыльный пузырь. Включился свет. Я понял это даже сквозь сомкнутые веки. Открывать их не хотелось, ведь ещё не доиграли последние нотки нашего поцелуя. Я чувствовал, как толкаются люди, пробираясь мимо нас к выходу, но они не волновали меня. Мне хотелось доесть этот десерт в виде поцелуя. – Эта голубизна совсем обнаглела! Хоть бы в общественных местах не показывались! – ворчливо сказал женский голос, а ей поддакнул другой. Они шли в толпе, и вскоре их шушуканье слилось с общим гомоном комментариев уходящих людей о фильме. Продолжая жадно кусать любимые губы, словно пытаясь съесть их как заварное пирожное, я невольно задумался о словах проходящей мимо нас женщины. Неужели в зале есть забывшие о приличие люди нетрадиционной ориентации? Что ж, мне истинно их жаль, ибо нет ничего приятнее поцелуя с хрупкой девушкой. Наконец, мы оторвались друг от друга. Уже истосковался по её небесно-синим привлекательным глазам. Уже хотелось увидеть, как расплавился лёд в них, уступая место теплу.Недаром самое вкусное мороженное то, которое мягко тает во рту. Такой же сладкой мне казалась Лилия. И вот, я, улыбаясь, смотрю в любимые глаза.… Как странно, что я никогда не замечал, что они карие, дерзкие с перчинкой. Красивые, да, но совсем не то! Внутри меня все внутренности словно обвалились, шумно падая вниз и разбиваясь на тысячи мелких осколков. Я не мог добиться восприятия лица целиком, но глаза уже уничтожили меня. Волнение и ужас волнами заплескались в голове, яростно разбиваясь о голову, как морские волны о скалы. Я целовался не с Лилией! Это не она! Сознание громко орало эти слова, но я пытался собрать в себе последние остатки самообладания. Ещё раз прокрутив в голове происходящее, я застыл, широко открыв рот и распахнув глаза, наверное, как огромные окна, настежь. Всплыла услышанная фраза о голубизне. В меня словно второй раз ударила молния. Вот о ком она говорила… Я пришел целоваться не к Лилии, а какому-то парню, чокнутому гею и извращенцу! Почему я не мог перепутать её с другой девушкой? Почему какой-то парень?! Их что, специально рассаживают по краям залов, чтобы если кому-то надоело целовать с девушкой, можно было воспользоваться эти мастером поцелуя, блин! Голова начала бешено кружится, а мысли стянулись в тугой пучок, никак не помещающийся в ней. Ещё раз, поглядев на спокойное лицо этого персонажа, я заорал, с новой силой понимая свой позор и заполнивший меня шок. Кудрявое чудо тут же зашипело на меня, призывая к тишине, а дальше, я словно провалился под землю от своего потрясения. Ночной воздух, смешанный с ароматом терпкого одеколона, наполнил мои лёгкие. Ветер приятно дул в лицо, и я хотел повернуться на другой бок и сладко задремать… – Эй, парень, очнись, – попросил вдруг меня бархатный мужской голос. Такие обычно бывают у телеведущих, которые вещают о самых скучных новостях, но их голос заставляет слушать подобное. Осознание того, что произошло пару минут, часов, да какая разница, привело меня вновь в то самое чувство уходящей из-под ног земли и темнеющее видимости. – Не отключайся, - чуть раздраженно попросил меня незнакомец, и похлопал меня по щеке. Когда я ощутил его горячие руки, мне стало ещё хуже. Этими ручонками он уже второй раз прикасается ко мне. Фу! – А где Лилия? – ошарашено, спросил я, вспоминая, ради чего вообще приходил сюда. – Лилия? – переспросил кудрявый, – Ты пришёл сюда с девушкой? – Нет, блин, я пришел сюда целоваться с тобой! – злобно бросил я и рывком поднялся со скамейки. Впрочем, мне пришлось, тут же сожалеет об этом, голова тут же закружилась, и я был вынужден вцепиться в плечо парня, дабы не потерять ощущение реальности. – Не знаю. У меня сложилось впечатление, будто ты долго к этому готовился, – весело ответил он мне. Послав ему испепеляющий взгляд, я тяжело вздохнул и выдохнул. Стоило разобраться в ситуации. Да, я променял неприступную Лилию на этого страстного паренька. И даже потерял сознание от ужаса пережитого. Вдруг мне стало смешно. Ладно, поглядим теперь на моего «избранника». Теперь я понял, почему я его так легко спутал. Те же неровные кудряшки и выпирающие местами кости. Это что, у меня фетиш теперь на это? Я придирчиво изогнул бровь, продолжая разглядывать сие чудо. Он тоже пялился на меня. Хм, любопытно, а он – гей? Или тоже перепутал меня с какой-нибудь дамочкой? Он был одет в голубую рубашку и черные джинсы, ничего особенно, я так тоже хожу. На шее у него красовался дурацкий кулончик, а на запястьях – не менее глупые фенечки. В целом он выглядел, весьма прилично и даже мило. Что же касается лица, оно было очень выразительное и приятное. Дополнял его образ платок, зажатый в руках, видно им он меня обмахивал. Пфф, какой заботливый. Интересно, а какие выводы он сделал обо мне? – Ну что, нравлюсь? – меланхолично поинтересовался я, вогнав парня в краску. Надо же, мне казалось смутить его просто невозможно.Должен заметить, что стесняющееся лицо имело крайнюю степень очаровательности. Я тут же одёрнул себя от подобной мысли, но мои глаза по-прежнему наслаждались видом его аккуратных черт. – А знаешь, да, – незамедлительно нашелся он и расплылся в улыбке. – Как зовут тебя, любитель целоваться? - тут он обаятельно улыбнулся тонкими губами, заставляя опять не отводить взгляд, а всё больше смотреть и смотреть, как на картину именитого художника. – Матвей, – небрежно ответил я, вставая со скамейки и бросая взгляд на засыпающий город, что далось мне с большим трудом. – Юлий, - с достоинством отозвался парень. Ну а я фыркнул от его имени и напыщенного вида. Тот тактично воздержался от комментариев. Дальше этот странный парень пытался меня проводить, и в итоге, я уступил. Терять мне уже по-любому, нечего. Свидание с девушкой пошло не по правилам, превращаясь в совсем другую игру. Лилия уже никогда не станет моей спутницей, да и сомневаюсь, что мне это всё ещё нужно. Я не прогадал, думая, что сегодня мне повезёт. В этот день полностью изменилась моя жизнь в самую лучшую сторону. Юлий всю дорогу рассказывал мне о нашем поцелуе, и я, поддавшись его беззаботности, смеялся над происшествием. Огни города сияли не хуже звезд, освещая наш светлый путь, в моей душе лилась беззаботная песня. Я знал, что с этого дня, я навсегда счастлив. А как будут расти наши светлые чувства – это уже совсем другая история.