Холодный блеск стали...

Совсем недавно тишь разрывал топот копыт, но сейчас всё было слишком тихо. Это настораживало. Леви и Микаса, затаившись на дереве, изучали местность, сводясь к тому чтобы закончить работу утром. Виднелся большой амбар, где похоже в подземелье держали пленников и пленниц. Девушек продавали богатеньким папикам, а молодых парней для выполнения тяжкого труда на работе. Ривай, все просчитав, увидел небольшие здания, где можно было и начать операцию. Передвигаясь на своих двоих, азиатка резко спряталась за бочками, а после, потушив все возможные факелы по периметру, подала сигнал, сверкая лезвиями своих мечей. Оттолкнувшись от ствола дерева, Джефф в воздухе прорубил всех охранников, что стояли неподалёку. Звук приборов послышался изо всех сторон, а после на парня налетели бандиты, которые прекрасно владели УПМ. И вот уже десятки острых клинков направлены на него, дабы перерубить в фарш, когда в это время брюнетка сдвинувшись с места, неслась на помощь. — Засада? — выдавил Ривай, уворачиваясь от холодных орудий, размахивая своими. Отскочив назад, Равель кинул взор на напарницу, которая уже была рядом. — Я займусь ими. Ты проберись к заложникам. — Я не бр… — Иди! Мне с ними разобраться ничего не стоит. Когда черноволосая удалилась, то как отлетают отрубленные конечности никто не видел, а в самой тьме сверкали ядовитые серо-голубые глаза. Алая кровь текла ручьями, окрашивая зелёную траву, на которой пять минут назад была роса, в красный цвет. Лефлейтер наносил много взмахов, при этом каждый раз отражая атаки противников. По крикам можно было понять, что он весьма опасен, даже слишком. Он не щадил никого, понимая, что они выбрали не тот… Зная, что они сами в этом виноваты. Часто в такие моменты его охватывала внутренняя ярость, которую черноволосый никогда не показывал. Ему просто хотелось истребить всех тех, кто разрушает жизни простых людей и именно поэтому ему было не жалко замарать руки. — Кто ты такой? — выбившись из сил, прошептал преступник, чувствуя боль в области ног, из-за отсутствия конечностей. — Кто я? Наверное, твоя смерть, — кинул на последок брюнет, снося тому голову. Противники были повержены, но разве это говорит о победе? Это было ещё не всё. Через секунд десять, рядом оказалось столько же людей, которые были хорошо подготовлены. Брюнет замешкавшись, пропустил удар, после чего увернувшись в последний момент, получил ранение в плечо. Оно не было глубоким. Ударив с разворота нападавшего, он взмахнув клинком в правой руке и снося голову ещё одному, резко наклонился вниз, дабы уклониться от третьего, а после не выходя из такого положения, развернувшись прошёл лезвиями по ногам. Отпрыгнув назад и замечая количество врагов, парень поднялся на УПМ вверх, зная, что в воздухе у него большое преимущество, но отсутствие зданий весьма затрудняло его способности. Оттолкнувшись от крыши дома, Леви смертельно ранил двоих, распоров брюхо, из-за чего все внутренности злодеев, буквально вывалились на пол. Сделав пару переворотов и винтов, Джефф уклонился от пуль, замечая на крыше мужчину, что играл роль снайпера. Попадания были нечёткими, а после тот потерявший из виду Ривая, начал дрожать, чувствуя, что к его горлу приставлена холодная сталь. — Из тебя хреновый снайпер, старик. В то время, когда парень сражался, Микаса тоже не бездействовала. Проникнув вниз по лестнице, она как ни странно никого ещё не встретила, замечая в помещении какой-то дым без запаха, что начал распространяться. — Что за чёрт? — сказала брюнетка совсем негромко, понимая что это какой-то препарат, при этом её голова закружилась. Она могла бы убежать если бы тяжёлые, массивные двери не заперли. Туман распространялся по помещению быстро, так как коридоры в подземелье были очень узкие, а потолки низкие. Леви бежал к красно-коричневому зданию, где как он считал находиться напарница, когда та в это время уже лежала на холодном полу, стараясь не уснуть. Обнаружив, что дверь заперта, черноволосый начал выбивать её, не жалея орудия. Ржание лошадей и шум и с улицы, заставили его выбежать наружу, а после он увидел большие клетки, что находились внутри повозки. Она мчалась вместе с плениками. Среди них была Аккерман. Парень такого явно не ожидал. Не ожидал, что самое маленькое здание будет связано под землей тоннелем с тем самым амбаром. Не ожидал, что Микасу смогут поймать. Гнев и ярость охватили его с ног до головы, после чего он, передвигаясь на устройстве пространственного маневрирования на сколько это было возможно, гнался за преступниками. Деревья и здания закончились, из-за чего Равель начал бежать пешком изо всех сил. Выбившись, он упал на колени, смотря в след еле заметной в далике повозке, карая себя за то, что оставил Аккерман одну. «В детстве к нам ворвались бандиты, которые решили продать меня и мою мать. Я вспоминаю тот день, как самый настоящий пережиток ада и… Мне так не хочется, чтобы эта история повторилась вновь.» Вернувшись в место проведения операции, парень пожалел, что убил всех нападающих, ведь от них можно было узнать информацию о местоположении группировки. Входя в самое небольшое здание, откуда с заднего входа резко начали движения, повозки, черноволосый услышал подозрительный звук, который напоминал пищание. Посмотрев вниз, он увидел натянутую леску и, быстро отпрыгнув назад, взлетел на соседнее здание, а затем произошёл сильный взрыв. К счастью осколки не задели него, но вскоре взрывная волна заставила сработать и другие ловушки, из-за чего, Джефф оказался загнан в угол. Зацепившись за дальнюю ветку дерева, он начал движение, когда все дома стали разлетаться, как карточные. Огонь чуть не задел его, а сам Леви, приземлившись на траву, ударился затылком.

***

Отходя от сна, девушка огляделась и увидела, что находится в одной из камер с кучей молодых девиц, которые не говорили ни слова. Измученный вид, бледные лица и худощавое телосложение говорило о том, что они тут долго. — Где я? И сколько я тут пробыла? — задала вопрос Аккерман, хватаясь за голову. — Очнулась? Брюнетка застыла, а после по телу пробежали мурашки. «Этот голос… Не может быть» — Ты же помнишь меня. Ты сучка ещё ответишь за то, что со своим дружком прирезала моих лучших людей, — прохрипел мужчина маленького роста, который был весьма объёмным. Губы Микасы сжались оставляя белую изогнутую линию. Ей стало невероятно плохо и тошно. Лёгкие сдавило, а зубы невольно стиснулись. Неужели всё это повторяется вновь? И кто на этот раз сумеет её спасти? — Ты за все у меня ответишь, ублюдок! И за испорченное детство, и за родителей!