Холодный блеск стали...

Бывают моменты, что тебе кажется, как-будто сам мир настроен против тебя, а судьба просто насмехается над столь необычными поворотами в твоей истории. Каково чувствовать то, что произошло восемь лет назад? Наверно очень тошно и тяжко… Микаса сидела в душной комнате, которая больше напоминала тюремную камеру, где было мало места из-за пленниц. Она, тяжело дыша, хваталась за поручни клетки, всячески шатая её в попытках открыть, но как и ожидалось массивные двери было не сдвинуть с места. Брюнетку трясло то ли от гнева, то ли от страха. Ей хотелось выбраться отсюда любой ценой, ей хотелось вдохнуть свежего прохладного воздуха, что в этом месте был горячим и зловонным. Ей хотелось отомстить за то, что её жизнь восемь лет назад была испорчена, а существование этой хорошей жизни стерто из сознания. Вдали, вниз по старым ступеням, спустился невысокий, толстый мужчина в сером костюме, который сразу же разглядел Аккерман и стал приближаться к ней. — Видишь. Судьба возвращает мой потерянный товар ко мне. — Я не вещь и наверное всё наоборот. Судьба предоставляет мне шанс перерезать тебе глотку. Темноволосый, громко рассмеявшись протянул руку через щель, пытаясь схватить азиатку за лицо, но в это время его отвлёк один из его группировки. — Сэр, сколько мы будем держать их тут? Мы не можем тратить на них столько еды. — Знаю, но чертовы разведчики не дают нам покинуть это место с нашим товаром. Пройти мимо города незаметно, будет невозможно. Будем ждать пока они закончат там свою «операцию». После двое, поднявшись, начали удаляться, громко хлопая дверью. Под вечер начало холодать. Девушки, что были совсем худыми хватались за живот из-за отсутствия пищи и воды. Сейчас голод тоже не обошёл стороной черноволосую. В её кармане был старый кусочек сухого хлеба, который она никак не решалась съесть. Спрятавшись ото всех, хотя это было невозможно та, начала жадно его глотать, чувствуя как жёсткие крошки царапают горло до крови. В камере было тускло. — Поделись со мной, — негромко проговорила одна из пойманных, смотря на азиатку безумными, большими глазами, присаживаясь рядом. — Прости не могу. Сейчас лучше избавиться от чувства жалости чтобы выжить. Я не желаю подыхать здесь, как мерзкий грызун. По помещению бегали крысы, которые часто царапали стенки, действуя на нервы. Через некоторое время вновь появился мужчина уже в сопровождении двух охранников. Те, вывели Микасу в коридор, когда она даже не могла начать сопротивляться, так как её руки были скованы оковами с самого начала. Вдоль голубых стен были установлены факелы, которые переливались ярким серо-голубым свечением. — Куда вы меня ведете? — громко выдала она, осматриваясь вокруг, уже находясь в неизвестном месте. — Завтра тебя купит очень влиятельный человек. Ты даже не знаешь на какой риск он идёт из-за такой, как ты. Ты много стоишь, сука. — Да неужели? Я и ему, и тебе глаза выцерапаю! — крикнула Аккерман, после чего её повели вниз по леснице на этаж ниже. Дойдя до конца коридора, мужчина, вытащив брелок с ключами, начал открывать какую-то дверь. Подождав нужный момент, брюнетка толкнула того, из-за чего он сильно ударился, а сама она повернувшись в сторону бандитов, подпрыгнула, ударяя одного из охраны по животу и после, схватившись двумя руками за факел, проткнула глаз другому, обжигая кожу лица. Она не знала куда бежать, ведь сейчас на её ногах так же были небольшие цепи, которые замедляли ее движение. Со стороны лестницы стустилось ещё два человека. Резко развернувшись на повороте, азиатка, оттолкнувшись от стены, налетела на них, делая захват ногами самому крупному из преступников, сворачивая шею. Когда противник перестал проявлять сопротивление, она полностью, всем телом кинулась на другого, охватывая шею цепями, которые были у неё на запястьях. Быстро задушив его, девушка кое-как встав на ноги, стала подниматься на верх, слыша громкие шаги, что напоминали человеческий бег. Резко спрыгнув с пятой ступеньки, она спряталась под промежутком, который находился под лестницей. Через минуту появилось ещё больше людей, которые передвигались по всему зданию и искали сбежавшую пленицу. Аккерман не хотела выходить из такого безопасного места, прекрасно зная, что её могут легко обнаружить и поймать. — Ну не может она сквозь землю провалиться или же спрятаться под лестницей! — проговорил один из злоумышленников, который раз хлопая дверью. — Точно, лестница, — ответил его напарник, заглядывая туда, где сидела брюнетка. Та, среагировав, решила воспользоваться планом, который она продумала совсем недавно. Оттолкнувшись от пола на сколько это было возможно, Аккерман, схватившись за перила двумя руками подпрыгнула, откидывая того ногами назад. Следующий бандин стреагировав, приблизился к девушке, направляя на неё дуло своего пистолета. Вскоре, Микаса была поймана. Её заперли в одной из отдельный комнат, но на этот раз предоставили горячую пищу и совсем теплую воду. Для усмирения, ей вкололи что-то вроде наркотического вещества. — Зачем мы должны с ней так себя вести?! Эта тварь убила двоих наших, и проткнула глаза Джорджу, так что его лицо все в ожогах. — Ты понимаешь сколько за неё дадут?! Мы не смеем её даже и пальцем тронуть, — послышалось с другой стороны, около двери, а после разговоры и вовсе утихли. «Завтра тебя купит очень влиятельный человек.» Поняв, что она слаба, черноволосая закрыла глаза, чуть ли не плача. Но разве это были слёзы горечи? Неужели всё повторится и на этот раз её действительно продадут? У тому, кто убил её родителей, всё сойдёт с рук, а она так и не сможет отомстить. Но её и это не волновало… Её волновало, что с Риваем, ведь она слышала те, взрывы зданий. Может он лежит где-то уже совсем хололный, и эта мысль заставляла её сердце обливаться кровью. Она прекрасно помнила его слова, его лицо и интонацию голоса. Пусть на «публике» он был холодным, чёрствым, но Аккерман давно увидела в нём, что-то тёплое. Она помнила то, как он играл с котёнком, стараясь показать своё безразличие. Неужели это говорит о его бездушье? «Я сразу поняла, что он не может быть холодным убийцей, ведь… Это тепло в нём наверное и есть душа. А разве тот, у кого её нет, может быть человеком?» Брюнетка понимала свою нижтожность, но что можно сделать чтобы изменить этот суровый мир?! Ты мог просто стать пищей для титанов или быть вынужден жить каждый день борясь за жизнь. Почему всё именно так? Почему она даже не могла крикнуть? Тихо выдыхая тёплый воздух, девушка сжала руку в кулак, чувствуя как её глаза закрываются. Неужели она не может больше ничего сделать.?