Запахи

От автора: новая глава небольшая и содержание её не очень радует глаз. Но так нужно, и без этого никак было не обойтись. Я проснулся утром и обнаружил себя в кровати Макса в полном одиночестве. И как это понимать? Куда он мог уйти с утра пораньше? Неужели пошел хвастаться Нику, что выиграл спор? Надо будет спросить у него, какое желание он придумает для своего лучшего друга. Так странно это - я понимаю, что Макс ушел, трахнув меня, но при этом, я не чувствую боли. И я прекрасно понимаю, почему. Я бы, наверно, сильно удивился, обнаружив Макса в этой постели с утра рядом с собой, да я даже был бы в глубоком шоке. А вот такой расклад был мною очень ожидаем, да. И винить в случившемся некого, кроме себя самого, естественно. Ведь я сам вчера выступал инициатором интимной близости, возможно, если бы я был против, Макс бы меня не тронул. Всё-таки он сначала вел себя осторожно, даже пытался мне сопротивляться, говоря о чертовом споре. Я тяжело вздохнул и встал с кровати. Ладно, я ведь сказал ему тогда, что мне плевать, значит нужно сохранять это святое настроение и сейчас и в будущем. Иногда пофигизм - это очень хороший антидепресант. Где-то тут должны быть мои вещи, вот только где? Дааа, хороший вопрос. Рубашка обнаружилась возле двери, а вот джинсы я искал намного дольше. Но и эти поиски увенчались успехом, правда пришлось залезть под письменный стол. И как только они там оказались? Сегодня явно не мой день, я понял это, когда, вылезая из-под стола, со всей дури ударился затылком. Ладно, пора сматывать удочки и валить уже из этой квартиры. Вставать мне было лень, поэтому я попытался надеть джинсы сидя на полу рядом с письменным столом. Пару раз ударившись локтем и хорошенько приложившись коленом о многострадальный стол, я всё же удачно оделся, вот только стол от моего последнего удара качнулся как-то слишком сильно, и прямо рядом со мной на пол приземлилась неприметная, но достаточно увесистая папочка. Я поднимаюсь на ноги с благим намерением положить папку туда, откуда она прилетела, но, видимо, не судьба. Папка выскальзывает из моей руки и, сделав изящное сальто, рассыпается всем своим содержимым по полу. Каково же было моё удивление, когда на фотографиях я узнал себя, Рекса и Даню?! - С добрым утром, соня! - слышу я голос Макса и оборачиваюсь к двери. Он входит в комнату с подносом в руках и лучезарно мне улыбается. - Уже встал? А я тут завтрак сварганил! Однако улыбка сползает с его лица, когда он скользит взглядом по нескольким листкам в моих руках, которые я успел поднять. Даже немного забавно наблюдать как сменяют друг друга цвета на его лице, в основном переходя от красного к белому и обратно. Что-то шуршит, и я тоже опускаю взгляд на свои руки и листки, теперь безжалостно смятые. Голова кружится, ничего не понимаю, он следил за мной? И не только за мной, но и за Рексом с Даней. Вот как. Понятно. Я смотрю ему прямо в глаза, но ничего не вижу. То есть совсем ничего не вижу, кроме засасывающей пустоты. Злость заставляет кровь бежать быстрее, но я держу себя в руках. Пока. Тишина. Мы молчим слишком долго. Я успел посчитать до пятидесяти, пытаясь успокоиться. И это сработало, я больше не злюсь, нет. Меня захватило другое чувство - боль. Да, это всё потому, что такого разворота событий я точно не ожидал. Поэтому всё и болит. Пальцами разминаю виски, чтобы хоть немного уменьшить боль. В ушах звенит, а в нос как будто запихали ваты. - Ничего не скажешь? - мой голос твердый и наверно слишком холодный. Но я в порядке, правда. Мне просто хочется узнать, что он скажет. А потом я смогу с чистой совестью уйти, чтобы никогда больше не встречаться с этим придурком. Он смотрит в пол, избегая моего взгляда. И молчит. Не знаю сколько времени прошло, но он так и ничего не сказал. - Ладно, - я делаю глубокий вздох. Значит это конец. - Тогда я пошёл. Не забудь придумать для Ника хорошее желание. Голова идет кругом, поэтому, проходя в прихожую, я держусь рукой за стены, чтобы не терять шаткое равновесие. Перед глазами стоит пелена, кажется я плачу. Не думал, что бывает так больно. Правдива оказалась поговорка: больнее всего может сделать тот, кто подарил счастье. Да, в моем случае не счастье, конечно, но надежда и вера тоже очень сильные чувства. Я одеваюсь и выхожу на улицу. Делаю пару шагов и останавливаюсь, пытаясь не упасть. С каждым движением, с каждым вздохом голова кружится лишь сильнее, и это меня немного пугает. Что со мной происходит? Очередной вздох обжигает горло и оседает неприятным вкусом на кончике языка. Я пытаюсь дышать глубже, но из-за этого легкие словно загораются изнутри. Сплевываю, пытаясь избавиться от неприятного вкуса на языке, и понимаю, что меня тошнит. Плохо, как же мне плохо. В горле застрял горький ком и мешает мне дышать. Я задыхаюсь, сознание ускользает. Словно сквозь воду слышу голос Макса. Кажется он кричит, но я не могу понять слова. Прежде чем оказаться во тьме, понимаю, что непременно встречусь лицом с асфальтом. Как-то слишком быстро он приближается ко мне, или это я падаю? За какие-то мгновения до удара меня подхватывают знакомые руки. "Он всё-таки успел" - думаю я и погружаюсь в темноту.