Путь Берсерка 2

Я открыл глаза и тут же зажмурился — на потолке была установлена яркая лампа. Жужжа сервоприводами, поднял тело в сидячее положение. Сервоприводы? Посмотрел на руки. Я был облачен в легкий экзоскелет без шлема. Тело почти не чувствовалось. Вокруг была лабораторная комната, из мебели лишь кушетка в центре помещения на которой я сижу. Голова плыла в наркотическом тумане, мысли упорно не желали складываться во что-то осознанное. Думаю, во мне медвежья доза обезболивающего и бог весть чего еще. Потихоньку, я начал соображать. Вспомнил, как угодил под ядерный взрыв, заодно ко мне вернулась память о том, кто я. Частично, но это уже что-то. Я посмотрел на железную дверь, затем на свой экзоскелет. Я даже не буду дергать ручку. Не мой метод. Только перед разбегом пришлось размяться. Я поприседал, убрал с пути кушетку, затем взял разбег с низкого старта. Дверь оказалась прочной, а вот стена вокруг нее слетела без особого сопротивления. Кто-то охнул справа от меня. Медленно повернул голову к нему. Проф. С нашей последней встречи он сильно постарел. — Молодой человек, не надо нас так пугать. Дверь была не заперта, так что зря вы это, — он нахмурился поправляя очки. — И тем более, зря вы сразу так напрягаетесь. Как-никак ядерный взрыв вас наизнанку вывернул. Буквально. — Неужели, все так плохо? — Намного хуже. Половины органов не нашли, благо, доноров хватает, еще часть заменили механическими аналогами. В общем, последние события надолго вывели вас из строя. — Ты так складно рассказываешь, я аж жрать захотел. — Он слегка улыбнулся. Если я так разговариваю, значит, все в порядке. — Пройдемте, на вас уже накрыто. Мы пошли по коридору. Опять куча развилок, которые я не в силах запомнить. Столовая. Народу здесь всего трое лаборантов, да мы с Профом. Еще два Инквизитора, но они вообще не шевелились. Столовая была идеально чистой. Проф по своему обыкновению заставлял персонал поддерживать идеальный порядок. Я взял себе, как бог на душу положит, а профессор решил не нагружаться. — Ну что? — спросил он. — Смотря о чем речь, — сказал я, отправляя в рот очередной кусок мяса. — Как планируете жить дальше? — Жить, пока не сдохну, — поделился своими амбициозными планами. Взял себе водки. Не пойму почему, но организм требует. Заметив мое поведение, Проф сказал как бы с сожалением: — Печень вам отдал один ваш знакомый… — Догадываюсь, кто именно. «Знаю я одного лысого мудака…», — добавил мысленно. — Сам мудак, — пророкотал один из Инквизиторов. — Руна! — я бросился его обнимать, чуть не раздавив усилителями мышц. — Отлипни, придурок! — телепату никак не удавалось вырваться, но он упирался, как мог. — Удавишь же нахрен! — Давно пора бы. — Сказал я, но все же отстранился. — Как там поживает моя печень? — спросил телепат, нежно положив руку мне на пузо, словно можно было что-то ощутить сквозь бронепластины. — Бухать она хочет, и вообще, убери руку, я тебе не беременный. Могли бы вообще не ставить, было бы лучше. Подтрунивая друг над другом, мы сели обратно за стол. — А как ты выжил вообще? — У всех свои секреты. — Давай, выкладывай. — Что ж, ты сам просил. Он отключил от шлема трубки, затем стянул его, показывая, что с ним стало: пепельно-белая кожа, стянутая швами, от носа остались лишь две дыхательные щели. Ярко-желтые глаза, как и у всех Инквизиторов, половина черепа блестела металлом. Он повернул голову ко мне, оскалив позолоченные шипы зубов, стоявшие идеально подогнанными друг к другу рядами. — Да ты прям терминахтер. Трепещите, пидорги-убийцы, — заключил я. — А ты думал? — И что теперь? — спросил я. Не собирается же он становиться на сторону клонов. — Я еще не совсем поехал. — дебильная привычка отвечать на мысли осталась при нем. Он взял мою чекушку и влил половину себе в патрубок, ведущий за спину. Там что-то забулькало, и Руна малость обмяк, закрыв глаза от удовольствия. Пусть допивает, а я пока буду воспитывать его печень. — Он неисправим, — Проф закрыл лицо ладонью. Понимаю его. — Вообще не изменился. Разве что теперь страшненький. — Ты еще себя не видел. — Да теперь как-то и не хочется. — И правильно, все равно себя не узнаешь. Дальше мы сидели молча. В воздухе витало нездоровое напряжение. Я уже почти прикончил остатки водки (организм в лице печени все-таки выпросил немного), когда телепат подорвался за спиртом. Профу он принес коньяк. Я не пьянел. Похоже, зря советовал Руне вторую печень. У него и одна нормально держит нагрузку. Ну, теперь-то у меня. «Мне вообще лафа, печень убрали, ничто не препятствует культурному отдыху» — Рад за тебя. — А я-то как рад за меня, — сказал он, пытаясь скудной мимикой своего лица показать довольство. — Я пойму, если захотите нас покинуть, — выдал Проф. — Ну и правильно. Лысый, мы уходим. — Погоди, — он сорвался с места и схватил тройку бутылок, распихав по карманам — вот теперь пора. Стоявший у двери Инквизитор жестом предложил следовать за ним. По дороге нам попадались клоны с разными вещами в руках. Похоже, только вытащили из стирки. Нас вывели на выход в пустыню. Знакомая дверь. Пятна крови на полу так и не вывели, видимо, это невозможно — въелись намертво. Последний раз, когда я тут был, бардак царил страшный, словно ремонт забросили, едва дойдя до середины. Убрались-таки и охрану усилили. Учатся на ошибках. Снайперы, накрытые песочными простынями проводили нас прицелами. К нам подкатил закрытый багги, сделанный в стиле Инквизиторов. Из открывшегося окна высунулся Фаза. — Запрыгивайте! — крикнул, помахав рукой. Двери открывались вверх. Усевшись, мы пристегнули ремни. — Как вам наш электромобиль? — Радует, — сказал телепат, подумав. — Поддерживаю. Мы двинулись в путь. Ехали мягко, почти не трясло. Выпитое приятно меня согревало и клонило в сон. Нашел в панели экзоброни несколько песен Шнура. Включил, намереваясь побесить телепата. Удалось: он скорчил противную рожу (да-да, еще страшнее, чем по умолчанию), натянул шлем, видимо, включая звуковые фильтры. Не так уж я и люблю этого музыканта, чтобы слушать самому, так что поддался сонливости. Проснулся я, когда мы остановились. Вокруг входа в наш бункер стояло оцепление из клонов. Ну, не такое уж и оцепление, просто охрана. Встретили нас спокойно, словно ждали. Кусок стояночной площадки отъехал, открыв вход в убежище. Тут было убрано. Идеально убрано. На кухне возились трое клонов. Поздоровались с нами и продолжили. — Иди в мед, — бросил мне шаман, а сам ушел вместе с Фазой в жилые отсеки. Шлем он так и не надел, вероятно, ему доставляло пугать клонов своим новым обличием. Тут все было так же. Только не прибрано чуток. Так, чтобы залезть в капсулу, надо раздеться. Ох и не хочется этого делать! Тело, наверное, превратилось в кашу. «Ничего, после лечения будет получше». Вздохнув, я стянул перчатку. Всю руку покрывал страшный ожог. Постепенно снял весь экзоскелет. Действительно, каша. Залез в капсулу. — Загрузка системы, — сообщил стальной голос оповещения, пока закрывалась крышка. Жидкость — не вижу какого цвета — заполняла пространство капсулы. Укол под лопатки, и я отключился. Крышка съехала, издав пронзительное шипение. Попытался вылезти. Края резали пальцы. Не до крови, но держаться невозможно. Кто-то положил на край полотенце. Кое-как выбравшись, я уселся на пол и начал осматриваться. Здоровое и чистое тело. — Это только косметический ремонт. Тебе еще месяц мучится, — сказал телепат, сидевший на лавке. — Шлем бы надел, народ шарахается. — Пусть шарахается, мне не жалко. После таких процедур хотелось есть. Надел брюки с сапогами и полез было хозяйничать на кухню, но клоны усадили за стол и обещали чем-то порадовать. Руна с Фазой уселись рядом. Нам подали рассольник. Порадовали со знаком минус. На вкус было сносно. Сразу вспомнил Мишку. Уж этот из всего вкусняшку сделает. Сделал бы. Я вздохнул. Жалко его, хороший человек был. «Согласен, но реветь здесь не надо». «Я и не собираюсь». Во время мысленного диалога телепат вообще вел себя естественно. Также доедал свое. Надо будет узнать, сколько я в коме лежал. Руна задумчиво закатил глаза, что-то прикидывая с видом аристократа. Если представить какого-нибудь аргонианина из «скайрима» или другого рептилоида, закинувшего ногу на ногу с заумным выражением лица, будет очень похоже на то, что я вижу. — Чрезмерно дохуя, друг мой, чрезмерно дохуя. — А поточнее? — Ты таких слов не знаешь, чтоб я тебе объяснил. — А ты нормальными не пробовал? — Гы. — Корчит себя дебила. То есть ведет себя вполне естественно. — Понятно с тобой. — Нам подали картошку с сосисками. Не стал отвлекаться от приема пищи. Не чегеваровская баланда, и на том спасибо. Клоны унесли пустую посуду. Убедившись, что они ушли, спросил Руну: — Чего они нас обслуживают? — Проф распорядился. — Душа-человек. Фаза смачно рыгнул, вызвав у телепата приступ отвращения, а я пошел к себе от греха подальше. Личных вещей не было, только топоры сиротливо лежали в углу. Те самые, из синтетического минерала или как оно там называется. У меня за поясом им будет лучше. Я решил посмотреть какой-нибудь фильм. Первый, который вылезет в поиске. Робокоп. Приладил планшет к стене. Пока смотрел меня сморило. Проснулся часа через два. Мой внутренний медведь недовольно сопел, а волк навострил уши. Ясно одно: оба учуяли недоброе. А они еще ни разу не ошибались. Пошел в гостевую с топорами наготове. Руна квасил самогонку, Фаза курил свою дурь. Все как всегда. — Волчара, ты чего? — Просто так. — Не сломай тут ничего. Я ощутил присутствие за спиной, а спустя секунду, и щелчок затвора. Из других входов вышли клоны с автоматами. Может, они и на одно лицо, но это точно не те, что нас обслуживали. — Топоры на землю, — скомандовал кто-то. Явно не клон. Пришлось выполнять. — На выход. Мы вышли в окружении клонов и Инквизиторов. К нам подошел седой клон, в явно командирской форме. Черный плащ из натуральной кожи (я дитя природы и уж такие вещи чувствую), белая фуражка без кокарды, черные остроносые сапоги, выглядывающие из-под полов плаща. — Генерал, ты что-то попутал. — Сказал телепат с явным презрением. Тот сплюнул, затем едва заметно махнул рукой. Бесшумная очередь игольника уложила телепата навзничь, под ним тут же образовалась маленькая лужица крови, распавшаяся на почерневшую корку, прозрачную плазму и какую-то желтую кашицу. Что же с ним сделали? «Перелопатили в фарш». «Как ты еще жив?» «Сам в шоке». «Может, ты их того?» «Сам давай, а я посплю, у меня режим». Что ж, пришлось пойти в атаку. Без топоров как-то непривычно. Разгоняя тело, я непроизвольно принял стойку. Солдаты насторожились, но было уже поздно. Иглы не причинили мне вреда, и я влегкую перебил клонов. Генерал перехватил мою руку, кинув меня вперед по инерции. Что-то он силен для человека. Спокойно отбил мои удары, перепрыгнул через меня. Спину пронзила резкая боль, и я резко развернулся, проломив ему череп. Сразу упал на землю, восстанавливая силы. Лежал среди трупов закрытыми глазами и почувствовал, как меня переворачивают лицом в землю, но поделать с этим ничего не мог. В моей спине что-то зашевелилось, множа боль в тысячи раз, затем кто-то резким рывком выдернул инородный предмет, избавив меня от мук. — Костяной, зараза, генерал знал, на кого шел, — донесся до меня голос шамана. Раздался выстрел, затем звук упавшего тела. — Когда ж ты сдохнешь? — сказал генерал. «После тебя!!!» — кряхтя и корчась, генерал упал на землю, если судить по звукам. Меня подняли и понесли, небрежно так, словно мешок. Сознание мягко отключилось.