You are my addiction...

      Как быстро и необратимо пролетает время. Две недели пролетели как одна. И вот время сессии, то чего опасаются и боятся все первокурсники и в принципе весь институт. Но первочки особенно, потому что все в новинку.       Телефон вибрирует в руке и я понимаю что до семи всего пару часов.       Телефон издал «клац» оповещая о новой смс, и я уже знала от кого эта смс. «Жду в библиотеке в семь»       Интересно с какой целью он зовёт меня туда так поздно? Библиотека закроется в полдевятого.       Странно, но полтора часа у нас точно будет. В библиотеке я стала бывать с экзаменами ещё чаще. Там было уютно, но после каникул многолюдно, все учат пытаются хоть как-то подготовиться к тому что ждёт каждого.       Подойдя к нужному часу с тетрадями, я быстро нашла Перси. Отношения я по прежнему не хотела афишировать, поэтому для всех мы по-прежнему соперничали. На виду спорили и ругались. Зато никто и не подозревает. Хотя Джексона это со временем начинает напрягать. Я чувствую его недовольство и желание подойти и оторвать голову парням которые заигрывают со мной или что-нибудь подобное.       Спрятавшись за самыми дальними стеллажами, парень прижал меня к полке с книгами, целуя меня так будто мы не виделись месяц. Его губы мастерски наводят дымку заставляя ноги подкашиваться, а ум отключаться.       — Я соскучился. — Промурчал Рыбьи Мозги мне на ушко, одной рукой сжимая талию, а другой ягодицу.       — Я тоже, — так же тихо шепнула я в ответ прикусывая мочку его ушка. — Не знаю, как ты, а мне надо готовиться к завтрашнему экзамену. Это ты у нас все автоматом сдал.       — Завидуешь? — Перси провел влажную дорожку от шеи, выцеловывая ключицу. Мозг давным давно помахал мне ручкой и сказал «прощай».       — Немного, самую малость. — Вдруг он отстраняется и улыбается как довольный ребёнок получивший заветную игрушку или сладость. А я понимаю почему он так выглядит. Пробурчав себе под нос ругательства и приведя в порядок волосы иду к библиотекарю перечисляя список нужных книг.       Взяв охапку нужного материала и разложившись на столике под окном я принялась писать и учить билеты. Спустя 15 минут зубрежки ко мне подсел Лео, так же раскладывая книги. Он был славным парнем, вечно улыбался и шутил. Лёгок в общении, умен, но ленив. Ну у каждого человека есть свои слабости и пороки. Нет в мире идеала, а если таковой есть, он явно не человек. Да бесконечности можно, что-либо улучшать и совершенствовать.       Нежность тоже есть слабость, как и любое другое чувство, для кого-то нежность это прикосновение, для кого-то действия заботы совершаемые по отношению к человеку. Для кого нежность это защита близких. Да, безусловно все это так. Мы не можем дать четкое определение, так, как и не можем дать единое определение любви. У каждого на этот счет свое мнение и это совершенно нормально. Если бы все сошлись в ясном определении «любовь» и «нежность» тогда у них были бы четкие рамки. Но ни любовь ни нежность нельзя измерить, деньгами, часами, градусами, лишь пожалуй возможно эмоциями.       Лео много шутил, по ходу того, как мы учили билеты, и я была не против, перед завтрашним экзаменом я переживала, как никогда раньше. Если сдам его на высший балл, то все остальное ставится автоматом. Четко чувствуя на себе взгляд Перси я ерзала под ним. Он ревнует, и я не могу запретить ему это делать, ведь понимаю, что если бы мы объявили и перестали скрывать свои отношения, то ко мне бы не клеился Вальдес, я не была бы интересна братьям Стоулам и другим парням из тусовки Джексона.       Когда библиотекарь объявила, что наше время вышло, я начала собираться и была уже у выхода, когда Перси перехватил меня и утащил куда-то за стеллажи с книгами. Охранник лишь слегка посветил фонариком и не заметил нас. Оставив меня сидеть под стеллажами парень куда-то убежал на несколько минут. Внутри меня все дрожало. Я никогда в жизни так не делала, да, я не пай девочка, но чтобы ночью забраться в библиотеку…       Закрыв мне глаза своими ладонями, Рыбьи Мозги повел меня, в знакомую сторону нашего укромного местечка. В нос ударил запах воска и апельсинов. Ничего высокоромантичного ранее за ним не было замечено. опуская ладони я была искренне потрясена. Свечи были расставлены повсюду образовывая круг в котором был расстелен плед, пару одеял и корзинка с вином и апельсинами.        -Ты, видимо в действительности сильно ревнуешь. Ранее за тобой ничего такого не было замечено. — С толикой иронии говорю я, и за свою реплику получаю по заднице. — Ауч.       — Аккуратнее со словами, я ведь всем им могу разукрасить личико.       — Ты действительно хочешь говорить об этом сейчас?        Вместо ответа, Перси снимает свитер и принимается расстегивать рубашку, едва касаясь моего тела кончиками пальцев, одно резкое движение и пуговицы сыпятся на пол. Улыбаясь парень смотрит на мою реакцию, с улыбкой качаю головой и даю легкую пощечину.       — Ты полный засранец.       — Это моя месть. — Улыбается, а закатываю глаза в привычном жесте. — Была очень милая рубашка.       — Была, — цежу сквозь зубы, и стягиваю с парня футболку.       Оставив меня в одном белье Перси разливает по бокалам вино, опустошив до дна, я вижу, что он сделал лишь глоток. Ну и пусть, хоть кто-то из нас должен соображать что-то. Самостоятельно налив себе еще один бокал и также моментально опустошив его, я примкнула к губам зеленоглазого, упиваясь его теплом и дурманящим запахом. Уложив меня на лопатки, парень достал платок завязывая мне глаза. Когда читала любовные романы, в принципе понимала зачем это делается, но не осознавала, что настолько сильно обостряются все чувства, а кожа становится сверх чувствительной. Снимая с плеч бретели бюстгальтера, он оставлял поцелуи, везде, где касались его пальцы.        Перси зачем-то потянулся и в следующий момент в нос еще сильнее ударил запах апельсина. Сок скользил по всему телу, вместе с языком и губами дьяволенка. Внутри росло не просто желание, а жажда, ощутить еще больших прикосновений. Со мной никогда такого не было, я была на грани оргазма, хотя Джексон почти не касался меня.        Дойдя до внутренней стороны бедра, я вздрогнула и застонала в голос, ведь сок холодных апельсинов капал на кожу вместе с горячим воском свеч. Внутри все дрожало, и не только потому что горячий воск хорошо ощутим на лобке сквозь тонкий хлопок.       — Так же я себя примерно чувствую, когда вокруг тебя крутятся парни. — Сбито шепчет Джексон, отставляя свечу и апельсин, и принимаясь стягивать последний кусочек разделяющий нас.       — Я сейчас тебе врежу, — царапаю спину впиваясь ноготочками и принимая его в себя.       Фикции повторяются одна за другой, перед глазами пляшут звездочки, а сердце вот-вот улетит в космос. Тяжесть его тела приятна, протянув руку перебираю прядки волос парня.       — И как будем смывать апельсин и воск? — тихо спрашиваю я понимая, что до раздевалки стоят камеры, а до туалета как-то надо найти. Все тело ватное и ноющая боль в паху заставляют лежать и не двигаться.       — Ну у нас несколько вариантов. Влажные салфетки и туалет.       — Влажные салфетки.       Пролежав еще 15 минут и переведя дух, Перси все же встает вытирая мое тело влажными салфетками и смеясь над тем, что я стесняюсь из-за его действий.       — Сексом заниматься, она не стесняется, а когда я вытираю ее салфетками, она стесняется.       — Да, и не говори, ужас какой!       Одевшись, мы собираем свечи и все, что сюда притащил Джексон и прячем в ящик. Вдруг яркий свет бьет в глаза. Схватив меня за руку, Перси дал деру, я так испугалась, что бежала с необычайной для себя скоростью. Охранник не сумел нас догнать и уже у остановки мы смогли перевести дух.       — Я адреналина хапанула на год вперед.- Успокаивая сердцебиение, сбито проворчала я, а зеленоглазый лишь рассмеялся.       Перейдя дорогу, Перси отвез меня до дома, и я его почти уговорила остаться у меня, но почему-то парень был непреклонен. Что опять же было странно.       — Считай мы сняли стресс перед экзаменом. Удачи тебе завтра. Потом напиши мне.       Перси уходит отпуская мою руку и целуя в лоб на прощание. И стало как-то зябко…