Счастье навеки

Гарри решил выпить чаю, а потом приготовить обед. «Что-то Драко долго нет», — подумал он, уже начиная скучать. — Гарри! — взволнованный мужской голос и топот быстрых шагов по ступенькам лестницы заставили Гарри встать. остановиться. Обернувшись, он увидел Поля, который одним прыжком преодолел две последние ступеньки и буквально влетел в мастерскую. Молодой человек чуть не сбил стол. Задыхаясь, он ухватился за край стола, поправил его и взволнованно произнес: — Гарри, твой гость… он уехал! Гарри, озадаченный сумбурным объяснением Поля и его явным волнением, нахмурился. — Куда уехал? — Не знаю. Я вышел из кафе и увидел, как он садится в автомобиль с тем англичанином. Я бросился за экипажем, но не догнал его. Я старался. Я не знаю… Гарри попытался вникнуть в это беспорядочное, путанное объяснение и не смог. —Боже мой! Говори немедленно, но не так быстро, Поль. Я ничего не понимаю. Молодой человек несколько раз глубоко вдохнул и начал рассказывать все заново: — Я отвёз Драко в деревню и высадил его у обувного магазина. Он сказал, что, наверное, задержится, и я пошел в кафе, выпить бокал вина. Я не виноват, Гарри, — поспешил прибавить Поль, видя, как лицо у Гарри хмурится все больше и больше. — Я отсутствовал совсем немного. Когда же я вышел из кафе, то увидел, как он подходит к машине с этим англичанином и садится в нее. Автомобиль тронулся и поехал по дороге в Марсель. Как я уже сказал, я пытался догнать его, но было слишком поздно. Гарри охватило предчувствие неизбежного несчастья. Он пытался было подавить его, отказываясь верить в то, что нашептывали ему его чутье и страх. — Какой англичанин? Что за машина? — резко спросил он. — Это был англичанин, Гарри. Все так говорят. Он приехал только сегодня утром. Искал твоего друга. Говорят, будто Драко его любовник. Он каждому показывал его портрет и спрашивал, не видел ли его кто. По виду богатый аристократ. Кисточка в руке у Гарри треснула, и он в недоумении уставился на нее. — Драко уехал? Просто так сел в машину к богатому англичанину и уехал? — Отбросив в сторону сломанную кисточку, Гарри направился к лестнице. Сердце его бешено колотилось от страха и дурного предчувствия. Спустя мгновение он трансгрессировал. День, который утром встретил его таким солнцем, счастьем и красотой, сейчас грозил разразиться бурей, собирая над головой Гарри свинцово-серые, тучи. Да, эта погода, как нельзя лучше соответствовала его мрачному настроению. Он стоял напротив магазина в Сант-Рафаэл. Все, о чем он думал — это во чтобы-то ни стало найти Драко. Он, наверное, просто поехал прокатиться. А, может быть, его похитили? Не теряя надежды, он пытался найти объяснение поступку Драко. Магазин был закрыт, ведь уже наступил вечер. Но Гарри принялся настойчиво барабанить в дверь, зная, что хозяйка магазина живет в этом же здании, только на втором этаже. Услышав, наконец, громкий, настойчивый стук в дверь, появилась Клодетта Жиро. Открыв дверь, она слегка испугалась, увидев на пороге Гарри (его тут уже все знали), но ответила на его вопросы с достаточной готовностью. Она подтвердила, что англичанин, появившийся в деревне сегодня утром, разыскивал сероглазого, светловолосого парня, волшебника, тоже англичанина. Она так же повторила то, что сказал и Поль: парень сел с этим мужчиной в экипаж и уехал. На вопрос Гарри, не показалось ли ей, что юноша с неохотой шел за этим человеком, удивленная Клодетта решительно покачала головой. Напротив, парень шел к экипажу рука об руку с этим англичанином. Все еще отказываясь в это верить, Гарри бросился в гостиницу. Хозяин гостиницы подтвердил тот факт, что англичанин со своим слугой остановился здесь сегодня утром. А еще он повторил, слышанную Полем в кафе сплетню о том, что парень, которого разыскивал много месяцев этот англичанин, был его любовником. Все еще боясь в это поверить, Гарри трансгрессировал домой, твердо решив сейчас же последовать за Драко и этим англичанином. Он шагнул в камин и через минуту был уже в доме Рона и Гермионы. Они сидели в гостиной на диване. Рон играл сам с собой в волшебные шахматы, а Гермиона читала. Увидев Гарри, она буквально задохнулась от изумления. — Гарри? — с тревогой в голосе сказала она. — Он уехал, Гермиона, — сказал Гарри, задыхаясь от охватившего его отчаяния и безысходности. — Он уехал. *** — Было бы гораздо проще, если бы ты узнал имя этого человека, — сказал Рон, входя в одну из самых богатых гостиниц Марселя. Именно эта гостиница была излюбленным местом пребывания состоятельных английских туристов. — Послушай, прекратим этот разговор, — процедил сквозь зубы Гарри, следуя за Роном по богато обставленному холлу к столу ресепшен. Заметив их приближение, мужчина представительной внешности, сидящий за столом, вопросительно взглянул на них. — Месье, чем я могу вам помочь? Пока Рон объяснял цель своего визита и давал описание Малфоя, Гарри окидывал взглядом холл. Много людей входило и выходило из гостиницы, но Драко видно не было. Это была уже пятая гостиница, в которой они наводили справки и пока что безрезультатно. Нервничая, Гарри то и дело теребил галстук, и продолжал смотреть по сторонам, только слушая, что говорит Рон. — Они должны были приехать сегодня, — терпеливо повторил Рон. — Вы говорите сероглазый, худощавый, светловолосый англичанин? — Мужчина помолчал, как бы вникая в суть дела. — Кажется, я припоминаю, юноша, отвечающий вашему описанию, действительно поселился у нас сегодня днем, хотя сейчас я уже не помню его имени. На нём был зелёный костюм. Гарри и Рон переглянулись. — Да, — Гарри подтвердил последнее замечание администратора. Гарри наклонился и оперся ладонями о крышку стола. — Где может быть сейчас этот парень? — спросил он — Не имею ни малейшего представления, — ответил ему администратор тоном оскорбленного человека. — Однако, если руководствоваться тем, что сейчас время обеда, он может находиться в столовой. — Он указал на стеклянные двери. — Английская пара, остановившаяся в нашей гостинице, организовала сегодня званый обед. Парень, которого вы ищите, может быть тоже среди приглашенных. Гарри направился к столовой. Рон шел за ним. Остановившись на пороге, Гарри окинул взглядом столовую, в которой было весьма многолюдно. Его взгляд почти сразу же отыскал Драко. Тот сидел за длинным столом в противоположном конце зала. За этим же столом сидела еще довольно большая группа людей. Свет ламп придавал его волосам платиновый оттенок. Зелёный костюм сменился чёрным. Рядом с Драко сидел мужчина, блондин, типичный английский денди. Он склонился к Драко и что-то шептал ему на ухо. Уголки губ Драко приподнялись в улыбке, и Гарри почувствовал, как грудь сдавила боль. Не в силах больше выносить это зрелище, в отчаянии, он развернулся и бросился из гостиницы, не обращая внимания на дождь, хлеставший по одежде, и на Рона, кричащего ему что-то вслед. *** Спустя два дня Гарри вернулся в Лондон, на площадь Гриммо. Там он лежал целыми днями на кровати и никого не пускал к себе. Значит Драко лгал ему все это время. Он сказал, что любит, и Гарри поверил. Каким же он был идиотом! Доверчивый идиот. Теперь-то он понимал, что Драко просто-напросто использовал его, он сказал, что любит его только затем, чтобы он разрешил ему остаться, пока он не выздоровеет. Может быть у них случилась ссора, и этот денди выгнал Драко. Или Драко поссорился с отцом и сбежал. Но, как только представилась возможность вернуться к своему любовнику, Драко, не задумываясь уехал с ним. Каждый раз, когда Гарри думал о его сладкой лжи, о том, как тот его использовал и дурачил, в нем поднимался злой, неистовый гнев. Как он мог ему поверить! Хорёк! Гарри пытался было рисовать, но даже вдохновение покинуло его. Он взглянул на ту мазню, которую он сделал из своей последней работы, и с проклятием отшвырнул кисточку. Выйдя из мастерской, Гарри спустился вниз, и взгляд его упал на портрет Драко, который он рисовал на лугу. Малфой выглядел там таким счастливым … Неужели его обманывали собственные глаза? Гарри смотрел на портрет и думал о том, что Драко и в тот момент вспоминал своего любовника, мечтал о том, чтобы он был рядом. Неужели он действительно так хорошо играл свою роль? Неужели Гарри был все это время таким идиотом? Гарри снял картину с крюка на стене. Он отнес ее в мастерскую и завернул в льняное полотно. Оборачивая белую ткань вокруг портрета, он больше не смотрел на лицо Драко, а закончив, поставил портрет к стене рядом с другими работами. А потом вышел из мастерской. Он сказал себе, что никогда больше не будет думать о Драко.