Счастье навеки

Драко смотрел, как по мраморной лестнице в дом вносят чемоданы, набитые новыми красивыми вещами. Конечно же, Найджел выбирал их во время их пятидневного пребывания в Париже и заплатил за них много денег. Но Найджел всегда готов был платить за то, что он хотел. Драко снял с себя роскошную дорожную мантию и без слов вручил ее домовихе. Салли улыбнулась ему и застенчиво пробормотала: — Хорошо, что вы вернулись домой. Но Драко только кивнул ей и направился к лестнице, чувствуя себя марионеткой в кукольном спектакле. Найджел настоял на том, чтобы к обеду он переоделся. Конечно же, он не спорил, не обсуждал. Он просто надел то, что нравилось Найджелу. Но Драко сделал это не из желания угодить, а потому что он ему так велел. Он ел, улыбался, когда нужно было улыбаться, как мог поддерживал вежливый разговор за столом, но делал все это, как во сне. Он ни о чем не думал, ничего не чувствовал. После обеда он ушел в свою комнату. Там остановился посреди своей богато обставленной спальни, тупо глядя в сверкающий паркетный пол. Спустя минуту он почувствовал, что его охватывает легкая дрожь, и вот уже все его тело начинает колотить с такой силой, что стоять он уже не мог. Опустившись на стул, он долго сидел, не замечая, сколько времени. И он ждал. Постепенно дрожь, сотрясающая его тело, прекратилась, уступая место холодному, жутковатому страху. Драко знал о том, что произойдет сегодня вечером. Найджел будет требовать от него объяснений, а он снова будет повторять свою историю о том, как работал учителем французского. Найджел наверняка не поверит объяснениям, но даже если и поверит, то все равно накажет его. Дверь открылась и Драко замер, вжавшись в стул. Комнату осветил свет лампы, и он услышал позади себя шаги Найджела. Все еще не оборачиваясь, он смотрел прямо перед собой, видя отражение мужа в оконном стекле. Драко смотрел на него и ждал. Найджел поставил лампу на столик. Потом повернулся и подошел к нему. Драко опустил голову, уставившись на ботинки Найджела, не желая смотреть ему в лицо. И снова ждал. Найджел наклонился и, коснувшись пальцем подбородка Драко, приподнял его голову. И заглянул ему в лицо. Улыбка на лице Найджела была мягкой, даже доброй, но она всегда пугала Драко больше, чем самые гневные слова. Но только не сейчас. Сейчас Драко ничего не боялся. Он не отрываясь смотрел прямо в ангельски-голубые глаза. — Добро пожаловать домой, мой дорогой, — сказал Найджел и ударил его наотмашь по лицу. *** Два месяца спустя Как они и планировали с Гермионой, Гарри отправился в Париж. Его выставки там прошли с успехом, было продано много картин. Это принесло неплохой доход. Но важнее было то, что картины многим нравились. Вернувшись домой, он стал готовиться к выставке здесь, в Лондоне. — Гарри, как ты чувствуешь себя? — Всё хорошо. Он посмотрел на Рона. — Мы, кажется, все подготовили к выставке здесь? — Здесь? — Гермиона с шумом опустила чашечку на блюдце, прерывая всякую попытку Рона ответить. — А я думала, что ты едешь сначала во Флоренцию. — Я поеду во Флоренцию после. Гарри внимательно разглядывал бокал, который держал в руке, словно внезапно обнаружил в нем что-то необычное. — Сначала я хочу устроить выставку здесь. Здесь сейчас лучшее время для установления контактов. Ежегодные выставки проводятся именно сейчас. — Понятно. — Гермиона озадаченно нахмурила брови. — А ты уверен, что хочешь сейчас выставку в Лондоне? — спросила она осторожно. Гарри вздрогнул и, поднявшись со стула, подошел к камину: — У меня нет выбора. Если не сейчас, потом будет уже слишком поздно. — Я уже обо всем договорился, — прибавил Рон. — Гарри пригласили, он принял приглашение. И если он откажется сейчас, Академия может больше никогда не пригласить его. — Это действительно так необходимо? — Гермиона встала и подошла к Гарри. Он посмотрел на пламя, бьющееся в камине и ответил, не оборачиваясь: — Тут будет полно людей которые захотят, чтобы нарисовали их портреты. И не поехать сейчас было бы глупо. Раз уж ты сама все это начала. — Ты правда так думаешь? — Гермиона положила свою руку на руку Гарри. — Но ведь ты можешь встретить… его. Он сбросил с себя руку Гермионы. — Это не имеет значения. Вопреки своим словам, Гарри понимал, что она была права. Малфой, увиденный им в последний раз, в роскошном костюме и безупречно причесанный должен был вращаться в состоятельных кругах. В своих кругах. И вполне вероятно, что они встретятся. Он закрыл глаза, не желая думать о том, какую это причинит ему боль, если он действительно встретит Драко. Большую часть времени Гарри старался не думать о нем, но часто были такие моменты, когда память о Драко украдкой проникала в его мысли, и тогда ему стоило невероятных усилий избавиться от этих воспоминаний. И даже ночью Гарри ловил себя на том, что окидывает взглядом комнату, пытаясь разглядеть там Драко. Может быть, тепло другого мужчины изгнало бы, наконец, Драко из его мыслей. Но Гарри чувствовал, что это не помогло бы. И он не хотел этого. Только время и работа смогут излечить его от этой боли, и Гарри понимал, что если это и произойдет, то еще совсем не скоро. *** Драко сидел на кровати и наблюдал, как Салли упаковывает вещи. Они собирались ехать в город. Предстояла еще масса дел, но Драко не мог заставить себя даже пошевелиться. Единственное его спасение было сейчас в безразличии и бездействии. Повернув голову, он равнодушно посмотрел на великолепный изумрудный браслет, лежащий рядом с ним. Оставаясь абсолютно спокойным, он поднял рукав и взглянул на свою руку. Синяки сходили и были едва заметны. Вскоре они сойдут совсем и уже не останется предлога, чтобы оставаться дома. Найджел всегда после этого дарил ему подарки, как будто извиняясь за огромные синяки и кровоподтеки, сделанные им на теле мужа. Драко надеялся, что он поедет в Лондон без него, но надежды оказались тщетны. Найджел упорно оставался все эти дни рядом с ним, пока Драко полностью не выздоровел от своей последней «болезни». Салли бегала, суетясь, взад и вперед, заканчивая укладывать чемоданы и убирая оставшиеся вещи на место. Драко просто не обращал внимания, когда она спрашивала его мнение. Он только пожимал плечами и говорил: — Упаковывай все, что считаешь нужным. Салли, кажется, получила задание не оставлять его одного. Он понимал, почему она внимательно следила за ним, и не мог её ни в чем обвинить. Она просто исполняла приказание. Только ночью он оставался один. Но и тогда сбежать было невозможно. Дверь в комнату всегда надежно запиралась снаружи. Волшебную палочку Найджел тоже у него забрал. Но он знал, что когда они поедут в Лондон, там ему будет предоставлено больше свободы, при условии, что он достойно будет себя вести. И совсем не потому, что Найджел снова станет доверять ему, а потому, что в столице светские нравы не позволят Найджелу держать его постоянно взаперти. И, может быть, если повезет, ему удастся сохранить эту свободу и после того, как они покинут Лондон, и вновь вернутся домой. Дверь открылась, и в комнату вошла домовиха с подносом. Драко, не поднимая глаз, наблюдал, как она освободила место на столе и поставила перед ним поднос с завтраком. На подносе он увидел чай, горячий тост с маслом и джем. Его затошнило, и Драко с силой отодвинул поднос от себя. — Унеси это! Пожалуйста, унеси! — Вы должны поесть, — Салли подошла к нему и остановилась возле стула. — Я не голоден. — Драко упал на кровать и спрятал лицо за дрожащими руками. Лазурной голубизны небо и кирпичного цвета холмы. Цветущая лаванда. Волосы черные, как вороново крыло. Все живые, сочные краски Прованса стояли у него перед глазами. — Господин, — раздался умоляющий голос Салли, — вы должны хоть что-нибудь съесть. Ваш муж сказал. — Хорошо, Салли. — Драко приподнял голову. — Принеси мне яблоко, пожалуйста. Как только она вышла, Драко снова упал на кровать и закрыл глаза.