Счастье навеки

Драко только наполовину закончил одеваться, когда прозвучал первый гонг, извещающий о том, что до обеда остается тридцать минут. — Уже половина пятого? Салли, поторопись. Ты же знаешь, Найджел ненавидит, когда я опаздываю. Салли принялась быстро застёгивать пуговицы рубашки и чистить брюки. Несмотря на это, Драко все равно на семь минут опоздал к обеду и, стремительно спускаясь по лестнице в гостиную, с ужасом думал об этом. Найджел был ярым сторонником пунктуальности и предполагал, что Драко должен появиться в гостиной не позже, чем через три минуты после первого гонга. Но когда он влетел в гостиную, они с Гарри уже пили виски. — Простите, я опоздал, — сказал Драко, стараясь сказать это с достоинством, хотя и чувствовал, что его легкие буквально разрываются после стремительного преодоления трех пролетов лестницы. Он подошел к столу, где его дожидался бокал виски и мельком взглянул на Найджела. Как Драко и предполагал, он был не в духе. — Ты заставил себя ждать, Драко. — Найджел извлек из кармана жилета часы, уточнил время и опять красноречиво взглянул на мужа. — Прости, Найджел, Салли приготовила для меня чудесный костюм, но я решил надеть другой. И хотя последующие слова были неправдой и ему было неприятно их говорить, Драко все же добавил: — Мне захотелось надеть именно этот костюм. Ведь ты так его любишь! Найджел бросил на мужа суровый взгляд, и ничего не ответил. Но Драко понимал, что сейчас он раздумывает над его словами, решая, простить или нет ему этот проступок. Спокойный голос Гарри нарушил затянувшееся напряженное молчание: — Нам даже стоило подождать, Драко, ведь костюм просто изумительный. — Он улыбнулся Драко и с той же улыбкой повернулся к Найджелу: — Красота Драко делает вам честь, Найджел. Найджел отпил глоток вина. Казалось, он был доволен этим комплиментом. Драко бросил на Гарри взгляд, полный благодарности, и повернулся, чтобы взять свой бокал. Все присели на диван. — Как продвигается работа над портретом, мистер Поттер? — спросил Найджел. — Очень хорошо. Думаю, через несколько дней я его закончу. — Отлично. Возможно завтра или послезавтра я зайду взглянуть на него. — Простите меня, Найджел, но я бы предпочел, чтобы вы этого не делали. — Что? — Найджел отставил свой бокал и смерил Гарри подозрительным взглядом, — почему бы и нет? Гарри кашлянул, как бы извиняясь: — Я никогда никому не разрешаю смотреть на портрет, пока он еще не закончен. Можете считать это моим эгоизмом. Драко вспомнил, как Гарри запирал от него портрет в мастерской, чтобы он не смог увидеть его. Взглянув на Найджела, Драко заметил, как раздражение исказило его красивые черты лица, и улыбнулся торжествующей улыбкой. Хоть один раз Найджел не сделает все, как хочет он. Это была, конечно, незначительная месть, но Драко буквально наслаждался раздраженностью мужа. Найджел нетерпеливо вздохнул. — Очень хорошо, — уступил он, кивнув в знак согласия. — Думаю, что подожду до тех пор, пока портрет будет закончен. Завтра хочу предложить вам осмотреть мое поместье. — Мне бы очень этого хотелось, — ответил Гарри. — Драко, — Найджел повернулся к мужу, — тебе, мне кажется, завтра следует начать наносить визиты. Ведь ты еще не навестил никого, вернувшись домой. Как только Найджел взглянул на Драко, улыбка Драко тут же пропала. — Конечно, — согласился он, и в его мягком голосе не слышалось и тени негодования, которое он испытывал. Негодование было небезопасно в делах, касавшихся Найджела. Прозвучал второй гонг, извещающий о том, что обед подан. Они встали. Когда они входили в столовую, Гарри украдкой бросил озадаченный взгляд на Драко. Он не понимал той мягкости и покорности, с которой тот потакал каждому капризу Найджела. Что-то подсказывало ему, что эта его уступчивость была предназначена совсем не для того, чтобы доставить удовольствие мужу, за всем этим скрывалось что-то еще, но Гарри еще не нашел этому причины. И в выражении лица Малфоя он не прочел ничего, что дало бы ключ к разгадке. Действительно ли он любит своего мужа или, может быть, ненавидит его. — Надеюсь, наша завтрашняя прогулка доставит вам удовольствие, — сказал Гарри Найджел, когда подали первое блюдо. — У вас очень красивое поместье, — вежливо ответил Гарри, взяв ложку. — Возможно, я нарисую некоторые из ваших цветников. Они очень красивые! — Благодарю, — Найджел взглянул на мужа, который сидел за противоположным концом стола, — кстати, о цветниках дорогой, я осмотрел твою новую клумбу и увидел, как ты распорядился посадить цветы. Боюсь, мне не совсем понравился твой замысел. Углом зрения Гарри заметил, как напрягся Драко и слышал, как шумно он дышит. — Что же тебе не понравилось в нем? — голос был тихим, но в нем слышалась настороженность. — Ты не находишь ее слишком хаотичной? — Найджел взял кусочек хлеба и нож для масла. — Я имею в виду, что там высажено слишком много самых разных цветов, без какого бы то ни было плана и упорядоченности. В самом деле, Драко, твой цветник выглядит как безвкусный крестьянский сад. Я бы предпочел что-нибудь более строгое, более элегантное. — Но, — Драко хотел было возразить, но не решился, и Гарри понял, что он побоялся не согласиться с мужем, — какие цветы понравились бы тебе? — спросил он вместо этого. Найджел густо намазал хлеб маслом: — Тебе не стоит об этом беспокоиться, дорогой. Я уже дал распоряжение садовникам, они обо всем позаботятся. Мне не следовало бы соглашаться с твоим слишком претенциозным проектом. И ты не зашел бы так далеко. Гарри взглянул на Драко, и все внутри него сжалось. Выражение его лица все еще нельзя было понять и все же в этой суровой неподвижности, с которой он сидел за столом, чувствовалось что-то ужасное. Он понял, что Драко терзают разочарование и гнев, но он покорно принимает решение Найджела. Более того, Гарри словно почувствовал его гнев и негодование, потому что им владели те же чувства. Он был в ярости. Найджел высказал Драко холодное неодобрение за то, что он на несколько минут опоздал к обеду. Он презрительно относился к способностям Драко спланировать цветник или выбрать картину для библиотеки. И даже, когда Драко был рядом, Найджел говорил с другими так, будто Малфоя здесь вовсе не было. Гарри злило то, что Драко позволял так с собой обращаться. Но его еще сильнее выводил из себя тот факт, что он кротко уступает Найджелу и терпит все это, не позволяя себе ни слова протеста. Когда обед подошел к концу, Гарри извинился и вышел слегка пройтись. Он находился в этом доме всего двадцать четыре часа, но уже почувствовал всю напряженность его атмосферы. Он вышел в сад и задумался. В отношениях Драко с мужем было что-то очень странное. Зачем он вообще согласился на этот брак? Неужели только ради положения, денег, богатых нарядов? Но Гарри сомневался в этом. А с другой стороны, ведь он сам убедился воочию в способности Малфоя обманывать. Драко говорил, что любит его, а получилось вон что. Все это время уже был в браке с другим человеком. Неужели Малфой действительно любит этого ограниченного и самовлюбленного человека? Гарри с трудом мог в это поверить. Драко не похож на человека, который любит. Он совсем не выглядит счастливым. Нет, все его знание характера Малфоя подсказывало Гарри, что Драко не был доволен своим замужеством. И Гарри пришлось честно признаться себе, что больше всего его пугает и беспокоит пустой, безжизненный взгляд Малфоя. Действительно ли он болел? Почему бросил его? У Гарри было такое чувство, будто он пытается решить головоломку, ответ на которую стоит прямо перед его глазами, но он никак не может рассмотреть его. *** Когда на следующее утро Драко переступил порог оранжереи, Гарри был уже там. Он с карандашом в руке стоял у окна. Гарри не слышал, что Драко вошёл, и Малфой остановился у порога. Возможность открыто, оставаясь незамеченным, свободно посмотреть на Поттера была непреодолимым искушением, и он остановил на Гарри свой изголодавшийся, любящий взгляд. Волосы Поттера были растрепаны, и Драко подумал о том, что и на этот раз он забыл причесаться. Почувствовав на себе чей-то взгляд, Гарри обернулся и увидел Драко, стоявшего у порога. Отойдя от окна, Гарри положил альбом на стол и кивком указал ему на стул. — Давай начнем. Драко сел на стул, расположившись в той же позе, что и вчера. Но Гарри поднес карандаш к холсту, взглянул на него и покачал головой. Подойдя к стулу, он принялся расправлять воротник рубашки Драко. А затем, выпрямившись, заглянул ему в лицо. Драко встретился взглядом с зелеными глазами Поттера, пытаясь скрыть от него свои чувства. Но невозможно было вычеркнуть из памяти то, что было между ними. Невозможно было спрятать свои чувства, когда Гарри стоял так близко от него. Драко почувствовал, как все его тело напряглось, когда Гарри внезапно потянулся к нему руками. — Не дотрагивайся до меня, Гарри. Не надо. Я этого не вынесу… Пальцы Гарри коснулись щеки Драко и замерли. Он понимал, что должен отойти, но кожа Малфоя была такой нежной. Гарри провел кончиками пальцев по впалой щеке Драко, и когда тот открыл было рот, чтобы остановить его, скользнул кончиками пальцев к его губам, чтобы заставить Драко молчать. — Ничего не говори, — пальцы Гарри скользнули дальше к линии подбородка Драко и Гарри почувствовал, как тот дрожит. Он должен был задать Малфою свои вопросы. Но, заглянув в лицо Драко, понял, что не сможет этого сделать. Гарри хотел спросить, любит ли он своего мужа, но боялся услышать ответ. Гарри приподнял голову Драко и слегка повернул в сторону, потом опустил руку и отошел. Но Драко вдруг заговорил сам: — Прости меня, Гарри. Ты был так добр ко мне, а я предал тебя. Я… давно хотел это сказать. Гарри мгновенно оказался рядом с ним, и его руки обхватили Драко, и тот упал в его объятия, обнял его за шею и уткнулся в грудь: — Гарри, прости меня. Я думал, что поступаю правильно. Я думал… — Успокойся, — прошептал Гарри, прижавшись губами к виску Драко и еще крепче обнимая его. Драко так спокойно было в объятиях Гарри. Но он понимал, что если Найджел узнает правду, спокойствию этому придет конец. И он оттолкнул Гарри и выпрямился: — Давай продолжим, — с трудом произнес он. Гарри молча отошёл и продолжил рисовать. Работая, он старался не смотреть на Драко. Гарри не хотел видеть, как время, проведённое в Англии, превратило нежную, матовую кожу Драко в пепельно-серую. Он смешивал краски по памяти, уже зная, что не сможет рисовать Малфоя таким, каким он был сейчас. Повернувшись к мольберту, Гарри поднял кисточку, чтобы нанести первый мазок краски. Но, взглянул на Драко и замер — рука его с кисточкой неподвижно повисла в воздухе. Он увидел глаза Драко такими, какими запомнил их — светящимися любовью и желанием. Гарри опустил руку с кисточкой, но не смог отвести взгляд от Драко. — Почему? — спросил он тихо, отбросив всю свою гордость. — Почему ты бросил меня? Драко долго молчал и, наконец, ответил: — Я был вынужден это сделать. За мной приехал Найджел, и мне пришлось поехать с ним. Он — мой муж. И у меня не было выбора. — А если бы у тебя был выбор? — мягко спросил Гарри. Драко отвернулся от него. — Не надо, — прошептал он. — Не заставляй меня представлять то, чего я навсегда лишен. — Но почему ты ничего не говорил мне о своем муже? — Гарри едва сдерживался, чтобы не закричать. — Или за то время ты забыл о его существовании? Драко резко вскинул голову и бросил тревожный взгляд на дверь: — Пожалуйста, не надо. Кто-нибудь услышит. Повернувшись, Гарри положил палитру с кисточкой на стол и направился к Малфою. — Ты любишь его? — спросил он резко. Драко спокойно встретил его вопросительный взгляд. — Нет. Но отец настоял на нашем браке. Я не мог отказаться. — голос Драко дрогнул, он опустил голову. Гарри приподнял его подбородок: — Ты не любишь его, — сказал он, охваченный сразу облегчением, нежностью и ликованием, — и что же ты собираешься делать? — Делать? — Драко посмотрел на него глазами, в которых ясно виделось страдание, — я ничего уже не в силах сделать. — Нет, это не так. Ты можешь уехать со мной сейчас, сию минуту. Он печально покачал головой. — Не могу. И ты сам понимаешь, что это невозможно. — Это возможно, — Гарри опустился перед Драко на колени и охватил за плечи. — Нет, нет и нет! — вскричал Драко освобождаясь от его рук. Отодвинув стул, он поднялся на ноги. — Разве ты не понимаешь? Отец не позволит мне. И Найджел не даст развод. Ты не можешь помочь. — Драко, я люблю тебя. Я не переставал любить тебя. Ты не любишь Найджела. Давай сбежим от него. Со мной он ничего тебе не сделает. И отец ничего не сможет сделать. — Не могу, это будет позор для Малфоев, а я не могу больше позорить семью, — Драко отступил назад, когда Гарри шагнул к нему, — Уезжай, Гарри, я прошу тебя. И, развернувшись, он бросился к двери. На пороге он задержался, его сотрясали беззвучные рыдания. Потом он шагнул в гостиную и исчез. Гарри мог бы остановить Драко, но не стал этого делать. Он знал, что говоря о разводе, Драко был прав. Он не мог представить, что этот напыщенный осел даст Малфою развод. И все-таки Гарри не мог уехать, как просил этого Драко. Не мог оставить его здесь, зная, что тот попал в ловушку несчастливого замужества и сплошных страданий.