Black Swan

— Ребята, вы же любите, когда мы даем Вам полную свободу? — весело спрашивает менеджер, оглядывая по порядку — Вонхо, я, Минхек, Шону, Кихен, АйЭм, Хенвон. — Да когда такое было?! — смеется Вонхо, поправляя свои вновь осветленные волосы. — Ага, вечно обманываете! — подхватывает Минхек. — Но сегодня так и будет! Ваша миссия для следующих двух эпизодов — дорама. Вы сами можете выбрать, кого играть. — Серьезно?! — тут уже не скрываю удивления я сам. — Абсолютно, Чжухон. Держите сценарий, — ребята из стаффа раздают нам экземпляры «Black Swan». — О! Прямо, как наш японский сингл, — мгновенно реагирует Кихен, убирая за ухо серую прядь. — Именно им и навеян, — улыбается сценарист.       Пробегаю глазами по тексту: Место действия — школа искусств XXX. Основная линия — участники балета «Лебединое озеро». Роли: Зигфрид, Одетта, Одиллия, Ротбардт, режиссер. Второстепенная линия: музыканты — арфа, фортепьяно.       Стоп, мы что, должны носить пачку, хотя парни?! Переглядываемся в непонятках, видимо, все задаются одним вопросом… — Эм, погодите-ка, — начинает лидер, — ладно, что были съемки с переодеваниями, однако… Балет — не слишком ли откровенно? — Хотите, чтобы мы цензуру нанесли? — Хенвон сразу ржет, вспоминая, как глупо это смотрится, я бы тоже посмеялся, но слишком не люблю неожиданности, так что мне совсем не по нраву то, что происходит. — Мне, честно говоря, уже даже непривычно, что мы сами можем что-то делать, — тихо произносит АйЭм. — Мне тоже, — соглашается Кихен. — У меня есть предложение, — а это наш генератор мыслей Минхек, — если подумать, режиссер — самый главный. Давайте выберем режиссера голосованием и дадим ему право назначения ролей? — Мне нравится идея, — заключает сразу Шону. Зная Сона, легко предположить, что ему тоже особо мучиться выбором не хочется. — Давайте проголосуем, — и как у Хенвонхо получает говорить одновременно, даже сидя далеко друг от друга. — Бросим бумажки или руки будем поднимать? — уточняет Вонхо.       Сходимся на варианте с бумажками, и Кихен напоминает, что за себя голосовать нельзя. Если подумать, сделать режиссером Шону — большая подстава ему, потому что Хену будет очень сильно париться, кому что подойдет, и переживать, если кого-то не устроит роль. Минхек же наоборот — сделает так, чтобы было супер странно. Чангюн и Хенвон с Вонхо немногим лучше Минхека… Кихен — идеальный вариант — любит командовать, но делает это четко, поиздеваться любит, но слишком далеко не заходит. Пусть будет он. Судя по всему, моей логике следовало еще четыре человека — итого пять. — Похлопаем нашему режиссеру Кихену! — Ю встает, кланяется, улыбаясь, но что-то мне его взгляд не нравится, пробирает чувство, что не за того голосовал. — Кто додумался проголосовать за Хенвона? — ржет Минхек и запускает пятерню в красные волосы, — это же будет танец вареных креветок, а не лебедей! — Хэй! Из меня был бы отличный режиссер! — возмущается Че, чем вызывает еще больше шума. — Вонхо! Это же был ты?! Ты-то веришь в мои силы??? — такое ощущение, что он умоляет Хосока сказать ему то, что хочется услышать. — Просто ты очень смешной, когда ходишь с важным видом, а будь ты режиссером, наверняка бы, как цапля, вышагивал, — гогочет Вонхо. — Интересно, цапли едят креветки? — думаю вслух, и в итоге смеемся все, наблюдая, как Че сгибается пополам на стуле, пряча лицо в коленях. — Голос за Шону — ты кто такой? — с вызовом спрашивает Минхек. — Это, кажется, наш режиссер, — смотрим все на Кихена, вот что-то даже и шутить не хочется, хотя Хенвон решает попробовать: — Робот-версия? — Могла бы получиться драма! — защищает свой выбор Ю, поглядывая на радостного лидера. — Ладно, ребят, снято! Посмотрим, что получилось, если не будет достаточно материала — еще отснимем, а сейчас у вас денс-практика, бегом! А, и не забудьте прочитать сценарий.

***

      Танцевальная практика продлилась до четырех ночи. Приняв душ, мы упали в сон, решив прочитать сценарий утром. После трехчасового отдыха совершенно не идет текст, только Кихен его прочитал и вкратце рассказывает нам по пути на площадку — павильон, что послужит нам школой искусств. Хорошо, что сегодня не основные съемки, а только подготовка. — В общем, ничего нового. Зигфрид — крутой альфа. Одетта — положительный лебедь, Одиллия — отрицательный. Ротбардт — колдун. — Классно рассказываешь, вот бы все книги так писали… — уныло бурчит Минхек. — Как-то совсем не смешно, — хмурюсь я. — Ну, мы не должны ставить целиком балет, мы должны показать смешную, нелепую подготовку к нему, ну, и танец маленьких лебедят в вашем исполнении. Только я хочу сначала согласовать кое-что с менеджером и режиссерами, — хитро поглядывает на нас. Не нравится мне это.

***

      Итак, нас снимают, но говорят, что для бэкстейджа. Мы вшестером вдоль стены, перед нами очень довольный Кихен, уже поговоривший с менеджером. — Монста! Мы все-таки хотим дать вам свободу — сейчас будет импровизация, направление которой будет давать вам режиссер Ю. Начали! — а мы переглядываемся в непонимании — что за странные бэки и почему так настаивают на проявлении нашей инициативы. — Что же, студенты, — радостно подхватывает Ки, — через две недели нам предстоит давать заключительное представление, — к моему удивлению, как раз-таки он вышагивает, как цапля, а не Че. — Для этого я проведу отбор на роли в балет «Лебединое озеро»! Есть желающие на определенную роль? — лучезарно улыбается он. — Хочу быть Зигфридом! — хором выкрикиваем с Минхеком и смотрим друг на друга с вызовом. — Ты слишком тощий! Тебе бы быть Одеттой! — А сам-то силач, посмотрел бы я, как ты Шону поднимешь, если ему роль Одиллии достанется! — Даже не думай, это — моя роль! Не хочу другую, я для себя уже решил! — Но ты меня не спросил! — Ты сам орал в прошлом сезоне, что лебедь, вот и будь им! — Чжухон, ты младше, уступи своему хену! — Не дави на возраст, мы все равны! — поняв, что свет сбоку куда-то делся, оглядываемся синхронно. — Я буду Зигфридом, — спокойно произносит Хену, а мы застываем. Что я там про размеры говорил? Про возраст? Мда, авторитет — это все. — Отлично! Решили! — кричит и хлопает в ладоши, смеясь, Ю Кихен. — Шону — Зигфрид, Минхек — Одетта, Чжухон — Одиллия, Чангюн — Ротбардт, наша сладкая парочка Хенвонхо — музыканты! Ой, это же съемка, давайте перепишем про Хенвонхо? — Съемка основная?! Это не бэки?! — опять мы с Минхеком синхронны. — Нет, дорогие. У Кихена появилась мысль на счет импровизации, и мне правда стало интересно, — говорит настоящий режиссер, посмеиваясь над нашей реакцией. — Вы молодцы! Но в моменте с Хенвонхо — перезапишем звук.       Стафф расходится, мы так и стоим. — Если бы ты не влез, я был бы Зигфридом, и всего этого не произошло, — шиплю на красноволосого. — Пфф. В итоге — мы снова оба в роли девушек. — Эти двое перестанут мучить инструменты?! — возмущается Чангюн, закрывая уши. Это даже похлеще его розовой скрипки. Вообще, Вонхо, играющий на арфе — новый повод для мемов. Такое ощущение, что она — его спортивный снаряд для накачивания пальцев… — Сейчас примерка костюмов и вычитка сценария, а после давайте поедим что-нибудь очень вкусное, ведь завтра начнутся съемки! — отказать в таком предложении менеджеру невозможно, хотя есть не хочется совсем. Наверное, мне было бы все равно, кого играть, если бы это сделали создатели шоу или рандомно.       Зато есть один сомнительный плюс — мы оба — главные героини. Что же, Мин-Мин, посмотрим, какой же ты лебедь!