Антидот

- Том, мне надо с тобой поговорить, - Нелли вошла без стука. - Валяй, я практически закончил. Ты про карту? Она готова, только надо художнику отдать. - Нет, я по личному. Девушка села напротив, смотря на друга настороженно. - Когда ты прилетел из Израиля, то казался прежним, даже счастливее, а сейчас вновь замкнулся. Что-то случилось? - Нелли, это не имеет значения. - Я вижу, как ты на него смотришь, - откровенно и в лоб. Тома как будто обдало холодной водой. Он уставился на подругу, не в силах что-либо вразумительное сказать. - Я... мне, ну... - И я знаю, что он разбил те бутылки на свадьбе. Билл сам признался мне. Я ожидала, что ты не будешь прикрывать его, и, конечно же, не подозревала о мотивах, но теперь понимаю, кажется. - Нелли, - парень выдохнул, - не надо, у меня просто сложный период. - Я слышу это уже три месяца. Том, что произошло? - Поверь на слово, - строго произнёс собеседник. - Не хочешь это обсудить? - Нет. - Даже в неформальной обстановке? - Даже так. - Хорошо. Нелли встала и подошла к двери. Она с грустью посмотрела на друга. - Знаешь, я переживаю. Ты всегда можешь прийти ко мне и поделиться. - Я ценю это, - Том выдавил из себя улыбку. - И, пожалуйста, держи глаза под контролем, а то скоро ты испепелишь его спину. Она хмыкнула и вышла. Том всматривался в банку. Там мигали огоньки, завораживая мальчика. В какой-то момент, непонятно почему, они вспыхнули, как пламя, обожгли щёку Тома, и погасли. Банка была пуста. - Нет, нет, вернитесь! Он тряс её, моля. Но ничего не получалось. - Ты пугаешь меня, - сказал Сирше, смотря на друга. - Я гнию. - Перестань, пожалуйста. Брюнет смотрел в никуда. Для него не существовало этого кафе, солнечного утра выходного дня, любимого латте и даже тела мулата. Был только он и голос друга. - Осталось полгода, Сирше. Всего шесть месяцев. Я не успею. - О чём ты? Что ты не успеешь? - Он нравится мне, как парень, как сексуальный объект. Я хочу большего, но понимаю, что не успею завоевать его любовь. - Погоди, ты сам должен влюбиться. – Молчание. – Не может быть, - Сирше поднёс ладонь ко рту, - ты, что, правда? - Не знаю, - пожал плечами сомелье. – Мы переспали. - Врёшь! - Ни капли. В ресторане. Я засмотрелся на его спину, на татуировку. Не знаю, Сирше, я вообще теперь ничего не знаю. На меня будто волна рухнула, и утянул поток. Я лишь провёл пальцами по его коже и услышал стон. Такого нетерпеливого звука я ни от кого не слышал прежде. Он хотел меня, понимаешь? И тогда я поддался безумию. Мы сделали всё стоя, у зеркала. Я смотрел на него в отражении... и любовался, представляешь? - Нет, мне не верится. - А потом... ничего не изменилось, - Том обратил внимание на друга, будто вернувшись на землю, - он продолжил вести себя со мной, как раньше. - А чего ты ожидал? - Не знаю. Снисхождения, может быть. Более нежных улыбок. - Он же парень. Может, для него это не важно. - Этого я боюсь. Он единственный парень, который заставляет меня на себя смотреть. Меня никто не привлекает. - Ты заговорил, как романтик. Неужели твоя чёрствость и потребительское отношение к сексу испарились? - Похоже на то, - Том улыбнулся. - Тогда, я рад. И... желаю тебе удачи. Не упусти его, Том, только не упусти. Уже дома, в одиночестве Томас осознал, что осталось катастрофически мало времени – всего полгода. Шесть жалких месяцев, чтобы спасти себя. Он верил, что это возможно, теперь возможно, когда как ещё месяц назад полагал, что смирился. Нет, он не хотел умирать, потому что изменился. Впервые у него появилось желание быть с одним человеком, делить себя лишь с ним, не трахаясь с кем попало, при этом. Это было странно, потому что судьба указала на парня. Где он был до этого? Почему не мог появиться в его жизни раньше? В дверь постучали. - Войдите. - Том, привет, - Билл неуверенно улыбнулся. - Здравствуй, - парень улыбнулся в ответ. - Тебя подвести? - Не стоит. Трамвай через двадцать минут. - А, понятно. - Юноша посмотрел в пол. - До завтра? - Да, пока. Он вышел. Ему явно хотелось что-то сказать, но Том вновь оттолкнул его. Зачем? Этот контакт нужен обоим. - Вообще-то, - Билл появился в проёме неожиданно, - я хотел поговорить... - Подождёшь меня в машине? – мягко спросил сомелье. - Да. Ему нужно было всего несколько минут, чтобы угомонить сердце. Оно стучало, как бешеное. В виске пульсировало. Это нервы, не более. Томас успокоился. - Как ты? - Нормально. Недавно с мамой разговаривал. - Хорошо прошло? - Более или менее, пришлось обмануть её, что я счастлив и у меня есть парень, чтобы не приставала ко мне со своими нравоучениями. Я от неё устаю иногда, от этих её проповедей. Том отчего-то обрадовался. Билл соврал матери. Он свободен. - Чем всё закончилось? – обыденно спросил брюнет. - Я пообещал через неделю выслать деньги. Как всегда. Ну а у тебя как? Мы не общались из-за загруза. - Да, новая карта немало моей крови попила. – Оба хохотнули. – Я помирился с Алексом и даже ездил на ланч к нему. Он познакомил меня со своей англичанкой. - И как она? - Миленькая. Наивная блондинка, но довольно искренняя. Сказала, что ей приятно со мной познакомиться. - Ты одобрил его выбор? - Да. Они любят друг друга, это видно. Больше не было сказано ни слова. Когда машина остановилась, Том посмотрел на друга, дожидаясь начала того самого разговора. - Я взял в четверг выходной. - Зачем? - Под тебя подстроился. Нелли даже не спросила зачем. - Она воспитанная и понимающая девушка. - Пойдём в кафе? – Билл повернулся, неловко улыбнувшись. – Я бы хотел обсудить ситуацию в раздевалке, которая между нами возникла. - Хорошо, в котором часу? - Утром. Позавтракаем. Том краем мозга подметил, что друзья не завтракают. На завтраке встречаются с менее приятными людьми, чтобы побыстрее от них избавиться. Это кольнуло. - Что ж, тогда до четверга. - Пока. Но они не улыбнулись друг другу, как уже было заведено. Дома Том не мог долго уснуть. Он волновался. Его колотило от предстоящего разговора. Билл стал ему очень близок. - Наверное, секс всё испортил. Ему никто не ответил. Билл уже сидел. На нём была тёплая чёрная рубашка, которая ему очень шла. Том сел за столик, поздоровавшись с другом. Они заказали по чашке кофе. Билл рассказал про фильм, который недавно смотрел, потом про нового соседа-идиота. Оказалось, что этот Филипп был больным на голову придурком, который дома курил траву. Они выпили уже половину стакана, когда Билл упёрся взглядом в стол. Он гладил стакан, собираясь с мыслями. Том занервничал. - Я могу быть с тобой откровенным? - Да, вполне. - Я бы хотел сказать кое-что о том вечере. - Знаешь, а мне бы не хотелось это обсуждать. - Мне нужно высказать своё мнение. - Конструктивную критику? Парнишка посмотрел на друга затравлено. Сомелье заткнулся. - У меня до тебя давно не было секса. Тот вечер стал для меня глотком свежего воздуха. Спасибо тебе за это, - Билл протянул руку и дотронулся до пальцев брюнета. - В чём подвох? - Я не готов на серьёзные отношения, - чуть хохотнув, юноша вновь стал серьёзен, - я вообще на отношения не готов. Ты мне очень приятен, Том. И ты должен понять меня правильно. Парень плавно убрал свою руку, не сводя взгляда с официанта. Он видел в карих глазах решимость. - Что понять? - Мне нравится общаться с тобой, дружить, ты дал мне возможность разрядиться в тот вечер, но на этом всё должно закончиться. Я хочу общаться с тобой и дальше, без намёка на интим. Ты меня понимаешь? - Да. Я ни на что не надеялся. - Правда? – В голосе юноши скользнула еле заметная обида. – Это хорошо, что мы понимаем друг друга. Наверное, у тебя много дел, выходной ведь. Мне самому надо идти. Билл вновь дотянулся и настойчиво накрыл руку друга своей. Слегка сжал пальцы в знак того, что они всё такие же друзья, что ничего не изменилось. - Я же вижу, что ты не хочешь уходить. - Я бы тебя сейчас чмокнул в щёку, - тот задорно улыбнулся, - но это совсем по-девичьи. Он убрал руку, взял свою ветровку и встал, доставая кошелёк. - Сходим в кино на следующей неделе? - Я не против. - Отлично. Удачного дня. Официант положил купюру, улыбнулся легко и поспешил удалиться. Сирше сидел чернее тучи, слушая пересказ ситуации между двумя парнями. - И ты не пошёл за ним? - Был смысл? - Ну, ты мог переубедить его... - И что бы я сказал? – Томас всплеснул руками, подорвавшись, начав ходить по комнате. – Я не понимаю, что чувствую по отношению к нему, не знаю, что это и как мне себя вести, а ты хочешь, чтобы я подошёл и наплёл ему какую-то чушь, в которой не будет и доли правды? - А откуда ты знаешь? Том, посуди логически... Парень сшиб со стола вазу, в которой лежали камушки. На новоселье её подарил Алекс. - Тут логика не поможет! – Стервозный тон. – Тебе это ясно?! - Ясно, - упавшим голосом сказал мулат. – Почему ты бесишься? - Понятия не имею. - Я уберу осколки, - произнёс гость хмуро. Том сел за стол и уставился в чашку чая. Его раздражает эта ситуация. Он не хочет быть другом Биллу. Тогда кем? Этот вопрос его сверлил с того самого вечера в ресторане. Кем он видит себя рядом с ним? Парнем? Тогда нужно признаться самому себе, что он гей. - «Бисексуал» звучит унизительно, да? - С чего ты взял? – Сирше сидел на корточках у журнального столика. - Я запутался. Я не знаю, кто я, кем я стал, кем хочу быть... - Воу-воу, Том, притормози. Ты слишком разогнался. - У меня полгода, чтобы освободить себя от этого, ты понимаешь или нет?! - Если ты так паришься, почему бы тебе не пойти и не найти себе Билла дубль два? - Издеваешься, да? - Я серьёзно, - Сирше выбросил всё в мусор и вернулся к столу, - и не утрирую, а ты вот себе башку засоряешь, будто раковину. - Хорошо, умник, - недовольно протянул Том, - что мне, по-твоему, делать? - Ничего. Ждать. - Чего, пока я умру? - Нет, ждать, пока Билл к тебе проникнется. Сделай что-нибудь, чтобы понравится ему. Не мне тебя учить, ты девок соблазнил кучу. - Но он парень, ты это понимаешь? Он не девка. Он не поведётся на голимые конфеты, полудохлые цветы или приторные комплименты. - Тогда не знаю, - мулат опустил руки, обезоружено смотря на друга. – Да, ты в жопе, ты это хотел услышать? - Нет, - пробубнил тот. – Надо что-то придумать. - Думай, - апатично сказал парень, отхлебнув чая. Стало совсем тепло. Май разбушевался. В ресторане работал кондиционер, но в пиджаке всё равно было дискомфортно. Официанты потели, как спортсмены, ходили вечно с мокрыми спинами, к которым прилипала рубашка. Нелли заставляли их менять форму по три раза в день. Том наблюдал за Биллом. В их отношениях была гармония: они ходили в кино, пили кофе, вместе обедали. Но брюнету не хватало этого. Он отдавал себе отчёт, что это не простое любопытство, это желание идти дальше. Но ничего не менялось. Билл вёл себя по-прежнему. Постепенно сомелье усмирял свой пыл, понимая, что нет у него шансов. Они останутся друзьями. Он всё чаще смотрел на Билла из коридора с грустью во взгляде, даже с отчаянием. Юноша разносил посетителям блюда, улыбался всем, мчался на кухню. Том оставался незамеченным. Он вернулся к книгам. Они успокаивали. Смирение захватывало его. Брюнет вернулся к мыслям, которые были в самом начале этого года: он неудачник, его прокляли, и он искупит вину, умерев. - Что ж, значит так тому и быть. - Том? - Да, Билл, - парень поднял глаза на друга, отрываясь от книги. - У меня тут вопрос появился, - юноша зашёл в комнату, прикрыв за собой дверь. - Какой? - У тебя кабинет закрывается? - Да, а почему ты спрашиваешь? - А вот у нас раздевалка нет. А ключ у тебя? - Да, разумеется, в замке, - кинул он рукой в сторону, опуская глаза в книгу. Его отрешённость давала о себе знать. - У меня обед, не хочешь присоединиться? - Нет, спасибо, я сыт, - сказал он, даже не обратив внимания на друга. Послышался щёлк замка. Сомелье недоумённо посмотрел на дверь. Билл их запер. - Что ты делаешь? - Импровизирую. Подойдя к столу, юноша обошёл его, взявшись за подлокотники кресла, крутанул его в сторону. Том сидел, не понимая, что происходит. Парнишка наклонился и вдохнул аромат тела напротив. - Что?.. - Только молчи! Встав на колени, он пуговицу за пуговицей расстёгивал рубашку на груди брюнета, пока не распахнул две части в разные стороны. Подтянутый живот. Соблазнительный пресс, мужской, сильный... Языком проскользив от соска к пупку, Билл удовлетворённо заурчал, взявшись за ремень. Расстегнув его, уверенно принялся за ширинку. - Привстань. Приспустив брюки и боксеры, юноша взял член в руку, посмотрел на Тома. У него были глаза загнанной наживки. Он даже дышал через раз, боясь сделать что-то не так. Этого парня он не знал. Перед ним на коленях сидел кто-то другой, не Билл, не тот, с кем он любил пить кофе и смеяться. - Расслабься. Обворожительная улыбка. А через секунду пенис погрузился во влажный рот. Том запрокинул голову, выдыхая. Это всё не просто неожиданно. Вся ситуация в целом выносила мозг. Одной рукой Билл гладил мощную грудь, чуть скребя соски, но небольно. Его язык смело кружил по плоти, зная своё дело. Он заглатывал, но не давился, губами обвивал головку, сам получая удовольствие, видя, как бёдра Тома подмахивают. У брюнета поплыл взгляд, руки вцепились в кресло, ноги шире расставились. Он не контролировал процесс, не знал, что делать. В этой ситуации можно было просто наблюдать и получать наслаждение. Билл быстро двигал головой, помогая себе рукой. Он знал, что сомелье наблюдает, и его это заводило. Парня начало потряхивать от ощущений. Ему раньше делали минет, но не так напористо, как это делал сейчас друг. Он точно знал, как облизать, куда залезть, чему уделить внимание больше, а чему меньше. Когда его губы обхватили яички по очереди, брюнет простонал, обмякая, но внутри напрягаясь сильнее. В паху всё полыхало. Чувствительная кожа покрывалась мурашками, живот и грудь вздымались. Том прирос к креслу, полностью повторяя его форму. Голова покоилась на спинке, глаза пялились в потолок. Билл сжимал и разжимал ствол, играя с ним. Слишком резко сомелье кончил, рыкнув. Юноша выплюнул сперму в чашку чая на столе, вставая и помогая приятелю надеть до конца трусы и брюки. Он дотянулся до стопки листков, взял карандаш и нацарапал на нём адрес и фамилию. - Продолжим вечером, - шепнул на ухо, улыбаясь, а потом провёл по раковине языком. – Я буду ждать тебя. И ушёл. Том предпочёл не думать о произошедшем в его кабинете. Больно всё было дико. Купив по дороге два латте и кексов, парень пошёл в гости к неизвестности. Билл встретил его загадочной улыбкой, беря стаканы и ставя их на тумбочку вместе с пакетом кексов. Молча сняв с Тома пиджак, пока тот разувался, юноша смотрел в глаза друга с предвкушением, обещая своим блеском чуть ли не золотые горы. Сомелье потянулся к его губам, но он остановил. - Я хочу поцеловать тебя. - Я целую только тех, кого люблю. Запомни это. Ладонями забравшись под рубашку, он вновь вдохнул аромат тела приятеля и потянул того в комнату. ... Это было бешенство. Том вылизал его всего, наслаждаясь податливостью, ловкостью, гибкостью. Взамен за старания он получал стоны, чаще всего нетерпеливое: «Ох, То-ом». Билл повалил его, сев верхом, и насадился на крепкий пенис, издав громкий соблазнительный звук. Он будто танцевал на нём, позволяя себя трогать, гладить, улыбаясь и смотря на брюнета страстно. Они потели, они быстро удовлетворяли друг друга, меняя позы, кувыркаясь на кровати. Том позволял себе многое: он шлёпал юношу по попе, а тот рычал. Им обоим нравилось это. Оргазм накрыл обоих практически одновременно. Билл сидел на нём, уперев руки в грудь, дыша глубоко и шумно. - Ты кончил в меня! – укоризненно. - На мне презерватив. - Да? - Ты сам надел его. Забыл? - Представь, - хохотнул партнёр. – Пойду латте разогрею. Они полулежали на кровати. На животе Билла лежали три кекса. Пили латте и улыбались. - Ты всё это замутил с какой-то целью? - Да. На самом деле, я думал, что ты не поведёшься, - парнишка посмотрел на друга ласково. – Но рад, что мои ожидания не оправдались. - Так зачем ты всё это устроил? - У меня к тебе предложение. - Я слушаю. Билл отложил всё, сев по-турецки, смотря на сомелье. - Я одинок, как и ты. Думаю, ты прекрасно понимаешь состояние, когда долго нет секса. – Собеседник кивнул. – Так вот, ты мне нравишься, нравится твоё тело. Я хотел предложить тебе «постельные отношения». Взаимовыгодный секс, без прочих замут. - И мы продолжим общаться, как и общались? - Конечно, - пожал плечами парнишка, - не вижу причин прекращать. В голове Тома заработали все шестерёнки, все поршни. Для него это предложение единственный способ сблизиться с Биллом, но лишь секс ему от юноши был не нужен. «Надо решить, Том. Либо так, либо никак» Он отпил немного напитка и кивнул. - Хорошо. - Класс, - Билл улыбнулся. - Можно мне в ванную? - Конечно, я вызову тебе такси. - Спасибо. Алекс хмурился. Ему вообще не понравился тон, которым с ним говорил брат. - И вы встречаетесь? - Нет, мы решили спать друг с другом. - Тебе это нравится? - Да. - Не понимаю. - И не поймёшь, пока не попробуешь, - ехидно. - Спасибо, нет. - Алекс и вовсе помрачнел. - Я это не одобряю. - А мне и не нужно твоего одобрения. Пять месяцев осталось. Я ничем не рискую. - Прекрати эти разговоры, пожалуйста. По крайней мере, не при мне. У тебя есть Сирше, Кира, которая якобы и виновата. Мусоль всё это с ними. Том лишь хмыкнул. - Как Слэйни? - Тебе действительно интересно? - Я перестал быть эгоистичным ублюдком, так что, да. Они просидели в кафе вплоть до ужина. Старший почувствовал некое облегчение от общения с братом. Они давно так душевно не говорили. Томас ходил туда-сюда, зло смотря на банку. - Кира, почему ты не хочешь мне помочь? Там нет ничего. - Ты нашёл его? - Нет. - Значит, и не зови. Голос девочки был вредным, но её саму видно не было. Том упал на колени перед банкой, заметив крохотное, бледное свечение. Синенький огонёк еле-еле разгорался. - Ну, пожалуйста. Рядом появился жёлтый, затем фиолетовый. Мальчик искренне заулыбался. На работе они были лишь коллегами. Нелли пыталась выцепить взгляды, жесты, улыбки. Но ничего не могла уловить. Лишь за дверью кабинета что-то происходило, а за пределами здания она не могла следить за ними. Двое парней держались профессионально, обедали как друзья, пили кофе, обмениваясь новостями и кое-какими сплетнями. Потом менеджер просто забила. Билл лежал, уместив голову на коленях у Тома. Тот читал журнал по виноделию. - Мне нравится твоя квартира. - Она мне тоже нравится, - спокойно ответил хозяин жилища. - Завтра сходим в кино? - У меня смена. - Точно, забыл, прости. - Давай на выходных, если ты не занят. - Нет, отлично. Билл повернулся. Теперь он смотрел в окно, за которым накрапывал дождь. - Можно я сегодня останусь? Сердце Тома пропустило удар. В груди стиснуло, окольцевав лёгкие. Он выдохнул, приходя в себя. Что-то давно такого не было. - Конечно, - севшим голосом проговорил брюнет, - если хочешь. - Я могу лечь на диване, чтобы тебя не смущать. - Мы с тобой спим вместе, с какой это стати ты будешь меня смущать? - Не знаю, - Билл улыбнулся. Раздалась трель мобильного. - Это твой. - Да. Сомелье пришлось встать и пройти к стойке. Звонила Кира. - Привет. - Привет. Ты как? - Ничего. А ты? - Тоже. - Зачем звонишь? - Напомнить, что осталось четыре месяца. Парень тут же напрягся. - Уже? - Да. Ты там с кем-то встречаешься, что о времени позабыл? - Нет. - Может, влюбился? - Может. Кира, мне немного некогда. - Поняла. Мы потом поговорим. - Безусловно. Том неуверенно улыбнулся Биллу, пошёл в спальню, достал откуда-то календарь и повесил его на стену, около окна, где его будет видно с любой точки в квартире. - Что ты делаешь? - Я начал кое-что забывать. Мне нужно вести отчёт. - Для чего? - Да просто так. Том взял маркер и жирно обвёл дату своего рождения, а потом подчеркнул сегодняшнее число, нахмурившись. - Ты так яростно ждёшь праздника? - Билл приобнял его сзади. - Можно сказать и так. Время быстро летит. - Да, согласен. «У меня всего четыре месяца» - Том, ты какой-то нервный. - Любой на моём месте нервничал бы. - Мне кажется, всё идёт по плану. До сентября ты успеешь. - Сирше, - парень повернулся к другу, - максимум, что я себе позволяю, это поцелуй в щёку или в лоб. Да, он может обнять меня или даже поцеловать в нос, но дальше не идёт. Он мечтает о каком-то идеальном для себя парне, и это не я! – Том зашагал по комнате. – Мы пьём кофе, я смотрю на него, моля внутри, чтобы он понял мои намерения, но боюсь сделать что-то лишнее. Мы всего три раза спали ночью вместе после секса. И ни разу, понимаешь, ни разу он не обнял меня, не потянулся в мою сторону. Ох, да что бы я не делал, всё в пустую. - Ты торопишься. - Мать твою, Сирше, четыре месяца! Уже даже меньше. И я не знаю, что мне делать, что предпринять, чтобы он посмотрел на меня иначе. - Том, давай по-честному. - Ну? – тот остановился и безнадёжно посмотрел на мулата. - Что ты чувствуешь к нему? Ты это понял? - Да. - И что же? – Сирше напрягся. - Я влюбился. Я действительно люблю его, - спокойно ответил брюнет, опуская руки и поджав губу. Нависла пауза. Друг сидел, ошалевши смотря на парня. Он готов был разбить чашку, которую держал в руках. Новость его потрясла. - Тогда, - он сглотнул, прочистив горло, - признайся ему. - Нет, - обречённо, - ты не понимаешь всей ситуации. Я для него лишь секс-машина. Он не видит во мне человека, с душой, с чувством к нему. Как пустое место, Сирше. Может, для девушек я был крутым, и они видели во мне что-то. Но сейчас я изменился. Нет моей наглости, напора, уверенности. Чувствую себя ущемлённым уродом. - Ты, правда, любишь его? - Да. - Боже, это же так здорово. Том, ты никогда до этого... - И вряд ли позже тоже. Они замолчали. Глаза искрились, как блёстки в банке. Теперь их стало больше. Они плясали под немую музыку, разрастались, размножались. В душе у Тома теплился комок счастья и добра, который расширялся вместе со свечением. - Это он, - сказала Кира, положив руку на плечо мальчика, сев рядом. - Билл, а ты часто любил? Том посмотрел на парня, который сидел за лэптопом. Голый, при свете луны его тело казалось туманным, как у приведения. - Да нет. Пару раз, и все провальны. А ты? - Два. Первый в глубоком детстве. - А второй? – юноша повернулся на стуле. - Не будем об этом. - Ок, - он улыбнулся, вернувшись к компьютеру. «Идиот и трус» Сомелье стукнулся головой об подушку, зажмурив глаза. Как и говорила Кира: собственная ничтожность его убивает. Том томным взглядом следил за парнишкой. Томным и любовным взглядом. Перед другом ему хватило смелости признаться в этом. Ещё раньше – себе. А ему? Сможет ли он? Брюнет наблюдал за его фигурой в зале, прислонившись к стене. Это слишком сложно. Он не поймёт. Он возненавидит! - Может, ты просто будешь мужчиной и предложишь ему свидание? – сзади зашептала Нелли, коварно улыбаясь. - Оно ему не нужно. Всё куда хуже, чем может показаться. - Неужели? Я иногда замечаю, когда он проходит мимо твоей двери и смотрит на неё, вот прямо как ты сейчас на него. - Как? - С отчаянием. Вы обманываете друг друга. - Нет. Его отчаяние совершенно не такое, как у меня. И, я думаю, вовсе это не отчаяние. - Уверен? В тот же день Том пришёл домой и встал у календаря. - Три месяца. Равнодушно зачеркнув цифры и буквы, он мрачно посмотрел на новый месяц, поднеся руки к лицу. - Это безнадёжно. - Тебя что-то тревожит? – спросил Билл, переводя дыхание. - С чего ты взял? - Порой ты не отвечаешь на мои вопросы, находясь будто не здесь. Тебе надоели наши встречи? - Нет, что ты, - Том нервно хохотнул. - Ты сегодня был другим. Господи, Том, - Билл вытянулся и удовлетворённо провёл пальцами по своему телу, - это было шикарно. Меня так никто не трахал. - Мне приятно, что ты оценил. Во время всего полового акта он повторял в голове слова любви, смотря на юношу иначе. Он любил его, а не трахал; наслаждался каждым движением, каждым вздохом. Ловил все проявления блаженства, наслаждался сладостью тела, любимого тела. - Я встретил тут кое-кого, - будто невзначай начал Билл. Сомелье приподнялся на локтях. - Расскажешь? - Особо нечего. Он мне просто нравится. - Наверное, ты хотел бы подумать, да? - Не знаю. - Возможно, нам больше не стоит спать вместе, раз ты увлечён кем-то. - Знаешь, - юноша будто просиял, - а это хорошая мысль. В смысле, я могу с ним попробовать, да? - Конечно, если ты находишь его стоящим себя, то почему бы и нет. Том выжимал из себя слова, пытался как можно не напряжнее говорить и даже улыбнуться, но у него не получилось. - Ты понимающий. Мне повезло, что у меня есть такой друг, как ты, - и стандартно чмокнул в щёку. - Какого чёрта ты дома сидишь? – гневно спросил Алекс. - Он сейчас с кем-то другим, - упавшим голосом прогундосил Том. - И что? – Сирше упёр руки в бока. - Вы зачем приехали? Парни посмотрели друг на друга, а потом на белый ком из одеяла и идиота, что завернулся в него. - Придурок! - Впервые с тобой солидарен, - ответил Алекс, смотря на мулата. – Ты, чмо трусливое, вылезай из кровати и вали к нему. - Незачем. - Нет, ну вы посмотрите на него, - друг подошёл и начал тянуть одеяло. – Кому говорят, приди в себя, тряпка! Том резко подорвался, прошлёпал по паркету, схватил маркер и заорал на парней: - Сюда посмотрите, - указал на календарь, - 75 дней! Всего 75 дней. Нечего тут обсуждать, всё! Я ему не нужен! - Ты у него спрашивал? – Алекс философски протянул фразу, ставя три чашки на стол. - Давай мы с Сирше ему позвоним и уточним. - Я тебе руки оторву! – зловеще. - Сядь! – мулат притащил парня к столу и посадил на стул, надавив на плечи. – Не унывай. За 75 дней можно раз пятьсот вокруг света пролететь, а влюбить в себя парня и подавно. - Откуда ты знаешь, пробовал? - Сирше, отстань от этого унылого говна, - Алекс поставил всем чашки. – Выпей, успокоишься. Прошло десять минут. Никто не говорил. Мулат всё-таки решил высказаться. - Надо экспериментировать. - О чём ты? - Вы теперь не спите вместе? - Нет. Он хотел попробовать замутить с каким-то там хмырём. - Но вы до сих пор друзья? - Да. - Вот и выход, - сказал Алекс, улыбаясь. – Всё же понятно. - Ничего не понятно, - Том засунул в рот конфету. - Просто приди к нему. Не важно, какая будет причина. Просто появись на пороге его квартиры. - И что? - И ничего, - Сирше нахмурился, - ты не понимаешь? - Нет. - Импровизируй, - выдал брат. Алекс и Сирше посмотрели друг на друга, а Том не понимал смысла их заговора. - Давай, вставай, одевайся и вали. - Нет, ну это глупо! - Все влюблённые совершают глупости, вот и тебе пора. - Что я скажу? - Не важно. Они уже подняли парня и потащили одеваться. Спустя несколько минут Том стоял перед зеркалом. - Как я выгляжу? - Как, - начал Сирше. - Принц, - договорил младший. – А теперь иди. Сомелье всю дорогу в такси думал, что скажет, как оправдается. Уже стоя перед подъездом, он подумал, что совершает ошибку, что помешает Биллу и его другу, который может стать его потенциальным парнем. Но внезапно понял, что если уйдёт, то так и не узнает, лишний он будет или нет. - Том? - Билл, я... Начался дождь. Парень прислонился к двери лбом. «Идиот» - Нет, ничего... И уже хотел отжать кнопку. - Заходи. Жужжащий звук открывающейся двери. - Что случилось? Юноша впустил гостя в квартиру, закрыв за ним дверь. - Эм, мой лучший друг привёл ко мне девушку, ну ты понимаешь, зачем. Я оказался лишним, а выгонять их... - Да, понимаю, - Билл осмотрел брюнета. – А у твоего друга нет своей квартиры? - Есть, конечно, - сомелье улыбнулся, - её затопило. Да, трубы прорвало, представляешь? Не каждая девушка, даже самая отважная, решится ужинать, когда вокруг дерьмо плавает. - Ужас. Ты чай будешь? - Можно. Ой, я спросить забыл: не помешал тебе? - Нет, что ты, я один. Том подошёл к юноше и обнял, мазнув своим холодным носом его тёплую щёку. - Спасибо. Они уже переместились в комнату. Билл сидел за лэптопом, а парень смотрел на капли дождя. - Наверное, мне пора, они закончили, вероятно. - Думаешь? – Билл хмыкнул. – Там дождь. Оставайся. - Ну, это очень любезно с твоей стороны, но я могу быть лишним, вдруг ты... – но он не договорил. - Если ты имеешь в виду мастурбацию, то я могу это сделать при тебе, - юноша хохотнул. - А как у тебя дела с тем парнем, ну, про которого ты мне говорил? Я всё хотел спросить, но на работе времени не было. - Нормально. Мы сходили на пару свиданий. Он довольно мил. А у тебя как? - А, никак, - собеседник махнул рукой. - Том, - укоризненно, - я вот говорю тебе про свою личную жизнь, а ты мне нет. Это нечестно, ты не находишь? - Ты хочешь знать? - Да, ты мой друг, я за тебя переживаю. Вижу, что что-то происходит, но ты всё молчишь, не делишься. - Справедливо, - грустно улыбнулся тот. – Помнишь, я как-то сказал тебе про свою вторую влюблённость? - Конечно. - Это произошло не очень давно. Этот человек очень хороший. Я влюбился достаточно резко, наверное, даже сперва не поняв. - Вы общаетесь? - Да, мы даже дружим. - И, что же не так у вас? - Я люблю его, а он ко мне равнодушен. - О, Том, - Билл встал и сел рядом с ним, обнимая, - мне так жаль, Том, ты... ты достоин быть любимым, может, тебе стоит подождать, и он ответит взаимностью. - Возможно, - сомелье отсел, нежно смотря на юношу, - в любом случае, он прекрасный человек, и меня устраивает его отношение ко мне. - Но ведь так неправильно! - Ты предлагаешь прийти и сказать ему о своей любви? - А почему бы и нет? – парнишка взял из рук Тома чашку и отпил немного напитка. – Можно же рискнуть. - Я подумаю. - Красиво, да? Кира наблюдала за светлячками в банке, как и Том. - Да. - Это всё ты. - В каком смысле? - Это твоя любовь заполняет её, понимаешь? – девочка повернулась и расхохоталась. - Здесь уже больше половины! – мальчик удивился. - Твоя любовь крепнет. Антидот предотвращает действие яда. Внутри тебя не так грязно, как было. Том сидел за столом в своём кабинете и думал. Он должен сказать Биллу. Осталось всего 50 дней. Они общаются, их дружба упрочивается, но с каждый днём вместе с этой дружбой внутри Тома крепнет и отчаяние. Оно как паразит всё заражает, травит, гнобит светлые эмоции. Может, Биллу надо сделать подарок какой-нибудь, чтобы расположить. Но ведь это бред! Этот парень совсем другой породы. В конце рабочего дня Том предложил Биллу пройтись в парке, где он часто бывает с Алексом, чтобы покормить уток. Парнишка согласился. Они доехали до дома Билла, а потом пошли пешком. Взяли немного хлеба и прямиком направились к пруду. - У тебя всё хорошо? Ты в последнее время какой-то грустный. - Наверное, утомился, - соврал Том. – А у тебя как? - Неплохо. Мама звонила, рассказала про улучшения. Не зря я посылаю ей деньги. Лечение идёт на пользу. - Это хорошо. Они сели на лавочку, треплясь обо всём на свете. Билл иногда посматривал на часы, что раздражало сомелье. - Извини меня, пожалуйста, - в итоге сказал он, - у меня свидание. Я побегу, ладно? - Конечно. - Спасибо за прогулку. Юноша дотянулся и чмокнул друга в висок, встал и ушёл из парка, на прощание помахав рукой. - Иди, правильно, зачем тебе я... Том безучастно зачеркнул месяц, смотря апатично на календарь. - Умоляю тебя. - 30 дней, Сирше. Ровно месяц до моего дня рождения. Всё кончено. - Не говори так. - А как мне говорить? – парень повернулся к другу и зашипел. – Хочешь, я расскажу тебе, как он счастлив? Хочешь? О, я думаю, тебя это позабавит... - Зачем ты так?! - Я могу сказать тебе, как его улыбка растравляет мне душу, ведь улыбается он не мне. Смотря на него, я понимаю, что не могу дотронуться как раньше до его спины, что не услышу стона... Или, о, это просто потрясающе, - Том зло посмотрел на друга, - как он торопится с работы на свидание. Весь сияющий, такой счастливый, довольный, а я смотрю ему вслед, проглатывая горький ком. Когда слышу в ответ на своё предложение попить кофе одну и ту же фразу: «Том, давай в другой раз, я сегодня занят». Ты это хотел слышать? Или, может, тебе рассказать, что у меня тут происходит? – он положил кулак на грудь. - Рассказать?! - Не стоит. - А я могу! Ведь ты и так знаешь, что я умираю, чёрт бы всё это побрал! – он крикнул, а потом со всей силы швырнул маркер в другую сторону комнаты и уткнулся лицом в ладони. – Я потерял его, потерял последний шанс, ведь... я люблю его, Боже. Он осел на пол, весь сжавшись. - Том, умоляю тебя, ты травишь мою душу своим поведением. - Я истощаюсь, Сирше. Я действительно гнию изнутри, понимаешь? Скоро, видимо, зловонно завоняю. - Перестань. - Через 30 дней тебе придётся похоронить меня... - Замолчи немедленно! - Мулат подошёл, поднял друга и ударил кулаком ему по челюсти. - Приди в себя, нытик! Кости затрещали. Образовалась ссадина, выпустив пару капель крови. - Извини, - пробубнил Том. - Я принесу лёд.