Волчья Преданность

      Всю дорогу молодой «сталкер» сидел спокойно и молча, что невольно подкупало Пака. Командир любил, когда говорили по сути, конечно, помимо работы он любил поболтать и послушать разговоры своих друзей, но это работа. Он терпеть не мог балаболов. А этот парень явно не из них. Спокойный, собранный, конечно, заметно, что он волнуется, но это заметно ДЛЯ Цербера, кто-то другой бы этого не заметил. Он не был похож на наркоторговца или человека, который хоть как-то связан с криминалом, но одновременно с тем, по нему скажешь, что он очень обдуманный стратег. Как думал командир. А это хорошие качества для верхушки криминала и чёрных дел. Чем дольше Командир за ним наблюдал, тем интереснее и интереснее становился этот непонятный парень.       Дошли они до дома быстро, как только они сели, в дверь позвонили. Цербер пошел открывать и едва свою челюсть не уронил, перед ним стоял полковник. В рваных джинсах, белой рубашке и кожанке, ммм. Кроме того, что он вообще здесь стоит, так он ещё и так сексуально стоит. Как только эта мысль пронеслась в голове Цербера, он её кувалдой отхуярил как следует и вернулся к самодовольной роже своего начальника. — Что ты здесь забыл? — спокойным, но строгим голосом спросил Пак и теперь в Юнги челюсть отпала. — «ТЫ» думаешь раз мы друг друга пощупали, то теперь между нами что-то есть и ты можешь ко мне так обращаться? — нахально сказал Юнги и поднял бровь в ожидании. На лице Цербера не дрогнул ни один мускул. — Я бы не назвал это «пощупали», я бы назвал это домогательством. И позже принесу Вам заявление, чтобы Вы в этом удостоверились, полковник. А сейчас ТЫ мудак, который припёрся в мой дом без моего приглашения, попросил бы тебя свалить; ой, у меня дежавю, — съехидничал Цербер. Хорошо, что Мин не поднимал свою челюсть, а то она бы не пережила ещё одного падения. «Вот же адская тварь и не шутит же, занесёт. Чёрт, как непробиваемая стена. И опять обставил. Чувствую себя какой-то шавкой», — пронеслось в голове полковника. — Кхм, я здесь по делу. Мне позвонил Тэхён и сообщил, что ты всех собираешь у себя, — Юнги только закончил, как его грубо прижали к стенке позади, дыхание сперло, а сердцебиение участилось. «Чёрт, какого, блять, он делает? Опять же будет стояк, адская тварь», — подумал Мин. — Для тебя и для ПОЛКОВНИКА — Ви, боец, младший сержант, но точно не Тэхён. Возможно, я всего не знаю и у вас уже есть какие-то отношения или были, но при мне не смей называть его как своего брата или друга, — процедил Цербер и отпустил полковника. Именно в этот момент в дверях появилось испуганное лицо самого Тэхёна. — За мной, — процедил Командир и пошел на кухню, а Ви за ним. На кухне Пак резко развернулся к парню и посмотрел прямо в глаза, доходя при этом до самой души. — Я жду, объясняй. — ТэТэ сглотнул. — Ну, ты сказал позвони «Нашим» и собери «Всех» тогда, когда мы должны были освобождать Хоупа, ты чётко дал понять, что доверяешь ему и он один из нас. Поэтому… — неуверенно закончил Тэ. Цербер секунду над этим подумал и кивнул, ведь это правда, никто не знал, что он забрал свое доверие назад. — Ладно. Больше этого не делай, — Ви был удивлен, но кивнул. Приказ есть приказ. — Пошли. — Ребята вышли из кухни и направились в гостиную, где уже сидела вся команда, печальный полковник и смущён, но уверен в себе сталкер. Ви сел сбоку возле Чона, который пытался не смотреть в глаза командиру. — Спасибо, что так быстро появились. Вот этот вот интересный парень следил сегодня за мной во время пробежки, — Цербер указал на парня с тёмно-зелеными волосами. — Ого, и он тебя догнал? — не удержался Джун, Чонгук рассмеялся. — Ты хоть и мой хён, а как ребёнок. До сих пор в сказки веришь. Даже я не могу его догнать, а ты посмотри на него. На его тело, у него вообще не развиты мышцы. А если и поймал бы, то только потому, что Цербер сам этого захотел, — покачал головой Гук, до сих пор не веря, что Намджун такое спросил. А РМ стало не удобно. — Ну, я просто так спросил. И вообще, тихо, не перебивай, — сделал строгое лицо боец. — Вообще-то, это ты перебил, — завёлся Голд. Джин с Тэхёном закатили глаза. — Что? Не правда, — теперь возмущался Джун. — Ну, вообще-то, Джун, ты перебил, — влез Джин. И после этого началось: вот вам и самая популярная спец.группа Кореи и гроза всех преступников. Пока происходил этот цирк, сталкер удивленно хлопал, а Юнги смотрел на командира и изучал его. «Почему он их не остановит? Ждёт? Но зачем? Когда сорвется? Не может даже Чонгук догнать? Я видел этого мелкого засранца, он действительно быстро бегает, как на человека, хм», — задумался Мин, но не прекращал смотреть на Цербера и высчитывать его эмоции. А Пак, кстати, не волновался и не злился, просто стоял, скрестив руки и за этим всем наблюдал. — И вообще, Цербер ра… — все затихли при упоминании командира и вспомнили, ГДЕ они вообще. Все резко обернулись и посмотрели на тихого командира. От этого вида поджилки затряслись. Лучше бы он кричал, потому что этот его вид и тишина, ой, не к добру. — Закончили? Может нам троим выйти, чтобы вы продолжили? — спокойным и твёрдым тоном спросил Цербер, все в комнате тяжело сглотнули, кроме полковника, который, кажется, обиделся на Пака за «приятную встречу». «Сам виноват, не сдержался, а теперь получай. Но вообще-то, обидно. Ещё никто меня так не посылал. Чёрт, и этот его взгляд. Как дал доверие, так и забрал. Блять, адская тварь, а я мудак», — подумал Мин и взъерошил волосы, что не осталось незамеченным для командира, которому эта вся ситуация с полковником не нравилась. Нужно было что-то решать. — Таки вижу наговорились. Итак… — командир обвёл каждого взглядом, и снова все, кроме полковника опустили головы. — Ты всё же начнешь? Может, нам за то время сбегать чайку выпить, — не сдержал яда, обиженный Юнги. — Тебя никто здесь не держит, хочешь иди даже яда выпей, желательно свой же, — в голосе послышались злые и настораживающие нотки. Тэхён съёжился и не только он. — Сталкер, говори, терпения даже у меня заканчивается, — процедил Командир и разомнял шею. Все как один наблюдали за его действиями. Парень сглотнул и начал. — Эм… Кхм. Начну с того, что я следил со вчерашнего дня, — начал парень, а Командир удивленно смотрел и переглянулся с Джуном, оба кивнули. — Кхм, ясно. Начни с того, ПОЧЕМУ ты за мной следил, — перевел тему Цербер, а Мин сощурил глаза. — Ладно, дело в том, что Ким Чанмён не виноват, — парень ожидал, что ему не поверят и скажут, что все доказательства на лицо и т.п, но он точно не ожидал того, что Командир сказал: — Знаем. Дальше, — команда переглянулась и начала внимательно рассматривать парня. — Знаете? Откуда? — Мне, кажется, тут вопросы ставим МЫ, а не ты, — угрожающе сказал Пак, парень кивнул и поджал губы. — Я видел убийство и знаю, кто убийца, — Цербер склонил голову и улыбнулся. Все удивленно переглянулись. — Ты сейчас серьезно? С самого начала ты привлек моё внимание, заинтересовал, именно поэтому ты здесь, а не в отделение. А ты оказался обычным попрошайкой. Я никогда не иду на поводу таких как ты, даже если на кону будет стоять моя жизнь. И если мне нужно узнать КТО убийца, я это узнаю. Тем более, что ТЫ не знаешь. Но мне интересно, чего же ты хочешь, — Цербер ухмыльнулся. — Что? Я…я… — Что… Ты… Хочешь? — по слогам повторил Цербер. — Или ты отвечаешь на поставленные вопросы, или мы с тобой прощаемся. — З..защиту, — опустив голову, сказал парень. — От кого? — спросил заинтересованный Юнги. — Я не могу сказать, — ответил парень, но когда заметил командира, который шел к нему, заговорил, — пока не могу. Это и для Вашей защиты. Когда я сказал, что в отделение крысы и смерть угрожает Вашей команде, и полковнику я не врал. — Цербер внимательно посмотрел, а все ждали, что скажет командир. Его ещё ни разу не подводило чутьё. — Ладно, ты получил моё внимание. — Вы мне верите? — недоверчиво переспросил парень и сразу же пожалел. — Ещё раз переспросишь и прекращу, — тихим, но угрожающим тоном сказал командир. Пак не любил, когда сомневались в его словах, действиях и в нём самом. Если он так сказал, значит так оно и есть, точка. Никаких возражений. — Он был прав. Вы такой, как он и говорил: «Чимин не любит, когда сомневаются в его словах, действиях и в нём. Если он раз сказал что верит, то это навсегда, если ты не подведешь. А если поверит, то сделает всё, чтобы помочь», — закончил зеленоволосый, а все рты пооткрывали и уставились на Пака, который вообще-то также был в шоке. — Откуда… Кхм. Кто тебе это сказал? — слишком настойчиво спросил Пак. — Он сказал, что если Вы спросите, чтобы я сказал «Буги Мэн», — парень медленно поднял голову и встретился взглядом с удивленным Цербером. Все оглядывались, смотрели друг на друга будто искали ответ на вопрос: «Что же это значит?», «Кто это?» — Как… как… Кхм. Откуда ты его знаешь? Зачем он тебе рассказал? Думал, что так я точно тебе помогу? Где он? — вопросы сыпались, а руки дрожали. — Он живой? — затаив дыхание, спросил командир? — Он сказал, что всегда следил за Вами и знал всё. И ему очень жаль за Вашу девушку и маму. А ещё, за то, что Вы не смогли сами поквитаться с Эухарисом. И сказал, что знает, кто это сделал за Вас, — в комнате царила гробовая тишина. В Пака участилось сердцебиение, а воздуха вдруг стало мало. — Я… я. Мне нужно пройтись, — сказал Цербер и вышел из квартиры. Лифт? Нет, не слышали. Командир как в трансе спустился по лестнице и с силой открыл дверь на улицу. Наконец, такой долгожданной воздух. «Он жив. Он всё это время был жив. Следил за мной и знал обо всём. А я, я даже не догадывался. Этого не может быть. Нет, это ложь. Но ты видел, он не врёт. Видел. Не врёт. Чёртов, Буги Мэн, — Пак и не заметил, как вышел на дорогу. На периферии сознания он услышал гудок автомобиля, а через секунду заметил, как на него несется автомобиль. Он хороший боец, возможно, лучший и понимает, что у него не хватит времени ни отпрыгнуть, ни хоть что-то еще сделать. Цербер за эту длинную секунду прощается с жизнью и не сказать, что он в печали, как вдруг видит перед собой такие знакомые карие глаза, но уже не с холодом, а с волнением, ещё секунда и они лежат на дорожке возле дороги. Юнги лежит сверху над Паком и тяжело дыша, глядя в эти глаза цвета топленого молочного шоколада и утопает в них. Так хотелось его поцеловать, что Мин сжал руки в кулаки, которые лежали по обеим сторонам от головы командира, только бы удержаться. «Чёрт, Мин Юнги, держи себя в руках, блять, как же это тяжело. И вообще, чем он думает, баран», — подумал Юнги, всё так же нависая над Цербером и прижимая его к земле. «Чёрт, почему так хочется, чтобы он меня поцеловал. Блять, дожили, Пак Чимин. Это всё из-за адреналина, а не потому, что его стояк упирается тебе в живот и не потому, что его горячее дыхание обжигает кожу и вовсе не потому, что он сейчас смотрит на тебя, как хищник - голодным взглядом. Блять, почему это так возбуждает? Дыши…», — пронеслось в голове возбужденного командира. — Ты куда.. — Спасибо, — сказал Цербер, не отрывая взгляда. А в Юнги застряло в горле: «..баран несёшься, сдохнуть вздумал, что ли?» А вместо этого: — Не за что, — взгляды не разрывались, а дыхание становилось все прерывистей. Неизвестно, что могло произойти между этими двумя, если бы не..