Волчья Преданность

Imagine Dragons — Bad Liar (на replay)       Нам не стал ничего спрашивать. Он уже давно ждёт, когда они будут готовы сами ему всё рассказать. Им хватает несколько минут, и вот перед ними эта картина: туман наступает прямо на Хёнвона, в этот момент Цербер срывается с места и схватив Вона за кофту, бросает в сторону Джуна и Юнги, а его самого накрывает туман. Мин слышит крик и не сразу понимает, что это его собственный. В голове только собственный крик и одно сердцебиение, его собственное. — Я не слышу его сердцебиения, — шепчет Юнги. — Что? — шокировано спрашивает Намджун, больше автоматически, чем осмысленно. — Его сердце. Я не слышу его. Не слышу, не слышу его СЕРДЦА… — раздается нечеловеческий крик. Мин встает с колен и прорывается вперед, к любимому, к его сердцу, к его жизни. Крепкие руки обхватывают его за талию, и не дают вырваться. — Нет. НЕТ, отпустите меня. ОТПУСТИТЕ к нему. Нет его, нет меня, — последние слова он сказал так тихо, что и сам не был уверен, что сказал их вслух.       Намджун и Хёнвон хоть и держали Мина, сами были не против пойти за своим командиром в туман, за своим другом, братом; умереть вместе, чтобы не быть без него. Сердце окутывало нечеловеческое отчаяние и откуда-то издалека приходило осознание. Осознание того, что Чимина больше нет, нет его улыбки, глаз, окутанных теплом, его любви. Нет частицы их души. Говорят, соулмейт может быть один, ибо душа одна. Но разве это так? Да, душа одна, но кто сказал, что её нельзя разделить на 7 частей? Можно, ведь это наша душа и нам выбирать, кому доверять её частичку. Доверять себя целиком и полностью. Юнги всё вырывался, и в какой-то момент Хёнвон подумал: «А зачем его держать? Надо идти за ним», и он почти отпустил, когда услышал грозный и суровый голос РМ: — Соберись. Не этого бы хотел Чимин. Он отдал свою жизнь, спасая тебя. Ты хочешь, чтобы он умер зря? — спросил Нам, и хотя голос был суров, из глаз катились слёзы.       Боль, когда теряешь часть себя ни с чем не сравнить, как ни старайся. Это тоже, когда подросток рассказывает родителям о любимой группе, о том, что любит их всей душой, что они спасли его сердце, его самого. А они непонятно переглядываются и пытаются улыбнуться, хотя всё, что он сказал, звучало для них как, иностранный язык. Так же с болью. Пока не почувствуешь сам, не поймешь. Но Ким Намджун даже самому лютому врагу не пожелает такое пережить. Потому что всё, что его сейчас удерживает от того, чтобы отпустить Юнги, Хёнвона и не последовать за ними, это взгляд и слова Чимина: «никто не умрет на этом острове». — Он бы не хотел этого, не хотел, — мотал головой Ким и держал Мина сильнее, но держал или держался? — Ты прав, прав. Он не должен умереть зря, — шептал Вон. Со стороны послышался звук: Джун и хакер оглянулись, к ним шел Сфинкс, взгляд опущен, они, как одно целое, почувствовали, что одного из них нет. — Держи его, — быстро сказал хакер Хосоку, который стал рядом. Чон хоть не сразу понял, но Мина взял стальной хваткой. — Что ты делаешь? — спросил Джун, слёзы застилали всё перед глазами, но стереть их не хотелось, они спасали от реальности, от ужасной реальности. — Надо, надо выключить камеры, — подтянув нос, сказал хакер и побежал, пока его никто не остановил. — Нет, стой. Туман, а если он пойдет на тебя? — кричал Джин, которого трясло. До него ещё не дошло полное осмысление всей ситуации, он всё надеялся, что кто-то скажет, что они просто ждут командира, ждут. — Тогда похороните меня возле брата, — кричит Чу, не оборачивая головы.        Хакер быстро оказывается возле нужного места, ногтем поддевает ковер с фальшивой травой, и видит перед собой панель управления и блок питания. То, что нужно. Хёнвон вытягивает нож из-за спины и ни секунды не колеблясь, перерезает синий провод, отключая им доступ к камерам, теперь они ничего не смогут увидеть. Потом можно будет связаться с Чанмёнем, но позже, сейчас им нужно не умереть. Хакер бежит назад и вовремя.       Они все слышат запах жженой кожи, кожи их командира и тут, Юнги падает на колени, поднимает голову и рычит. Не как человек, когда он зол, а как волк, который потерял самое дорогое. Глаза становятся холодно-карими, едва не чёрными, появляются клыки и одним движением он сбрасывает руки своих друзей с себя. Теперь его никто не остановит, и он снова будет с Паком.       Намджун с Хосоком отскакивает от него и оказываются на земле, другие также отступают и с ужасом, а кто-то с пониманием смотрит на это всё. С конца острова слышится рев, нечеловеческий. А через несколько долгих минут перед ними появляется белый волк, с розовой прядью у правого уха. Все просто шокировано моргают, а затем на том же месте появляется Тэхён. Первое, что бросается в глаза — он голый, второе — он полностью здоров. Пока все, кроме Юнги и Чона, глотают слова и моргают глазами, Ким поворачивает голову в сторону тумана и вдыхает запах. — Он, он… О Боже, — потрясенно говорит Ким.       Он сразу почувствовал боль в сердце, но так надеялся, что это всё произведение его воображения или это всё из-за его травмы, но, нет, он не думал, что это Пак Чимин. Человек, который когда-то спас его в лесу. Тогда его едва не убил волк с его стаи, Мин бежал к нему как мог, но он бы не успел. Ким давно работал на Цербера, он и по сей день спасал ему жизнь, он был не просто его командиром, он был его другом, его семьей. Но рассказать о своем маленьком секрете Тэхён не мог, боялся. И вот его знакомый, брат, его волчья семья, пытается его убить, и здесь появляется Чимин.       Он стоит с оружием в руках и не знает, что делать. Бежать или вмешаться. Каждый нормальный человек бы убежал, но не Цербер. Тэ помнит взгляд Пака, наполненный сожалением и желанием помочь. Помнит, как билось сердце командира, быстро, но не от страха за себя, а из-за страха за волка, за Тэхёна. Командир тогда спас его. Не в первый и не в последний раз. А Ким так и не рассказал ему всего.       Чонгук стоит здесь, а его душа в ярко-жёлтом тумане умирает, догорает, скоро от неё останется только пепел. Рядом стоит его любимый, Тэхён, человек, который не смог открыться ему до конца. Чимин действительно слышал их разговор и не дожидаясь ни секунды, пошел к Чонгуку, нежно разбудил, отвел подальше и рассказал всё. Рассказал о Юнги, о себе и о разговоре.       Чон тогда был такой растерянный, что мог таки заблудиться, если бы не тёплая рука Пака, которая удерживала его на месте, и глаза, наполнены пониманием и теплотой, которые вывели на свет. Пак рассказал всё по одной простой причине, он не хотел, чтобы Чонгук страдал и прощался с человеком, который и не собирается умирать. Именно поэтому он запретил это Сфинкс, он хотел уберечь их от ненужной боли.       Хосок выглядел, как прибитый, единственное, что он до конца понимал — это то, что Цербера больше нет. А кто же его будет называть крутым хакером? Кто будет рядом, когда будет плохо? Кто будет улыбаться глазами и спасать день за днем? Хосок не знал, он просто смотрел на жёлтый туман и представлял, как будет кромсать того, кто забрал у них командира.       Мамка же просто стоял и невидящими глазами смотрел на туман, который забрал его мальчика, улыбающегося, избитого, но не сломленного жизнью мальчика. И думал, а почему он до сих пор здесь? Может, он сейчас на них насунет? И почему Джина не пугала эта мысль, совсем.       А Юнги, Юнги уже на это всё равно. Он не думает об испуганных лицах своих друзей, не думает о сердце, которое истекает кровью, не думает о душе, которая окутывается тьмой, единственное о чём он может думать, это улыбка Пак Чимина, его Чиминки, его любимого человека, с которым он должен был съехаться и жить долго и счастливо, он ещё так много ему всего не сказал, так много.       И уже не сможет. А если так, то зачем жить? Мин вырывается и бежит вперёд, он не слышит крика своих друзей позади, всё, что он слышит — это сердцебиение…,не своё. Юнги останавливается, так и не добежав до тумана.       Остров пронзает оглушительным и мощным ревом, земля дрожит, а всё живое, что было до этой минуты, исчезает. Туман медленно рассеивается и представляет всем другим парня, который стоит на коленях. Руки, как будто вросли в землю по бокам, голова медленно поднимается и даже из-за тумана видно светящиеся, янтарно-жёлтые глаза. И длинные острые клыки. Пак Чимин медленно встаёт и делает шаг вперёд. Он абсолютно голый, потерянный, но жив. Всё еще долгую минуту стоят в ступоре, первый просыпается от шока Мин Юнги. Он подбегает к Чимину и крепко обнимает, без конца повторяя: — Ты жив. Ты жив. Ты жив. Ты жив, — а слёзы всё также катятся по лицу, смывая горе из сердца и тьму с души. — Живой, — шепчет Чимин и крепче обнимает такого напуганного и родного Юнги.— Живой.       Все стоят и омывают землю своими слезами, но на этот раз это слёзы облегчение. Сфинкс чувствует, как рассасывается тяжесть из души, как в сердце рождается надежда. Все пересматриваются и подбегают к парочке, всё равно, что у них там. Они вообще-то все волновались и все умерли, пока думали, что Пак Чимина, Цербера, их командира больше нет.        Всё равно, что двое из них голые, всё равно, объятия были крепкие и наполненные любовью и облегчением. Они все живы и до сих пор рядом. Всего несколько минут назад Чимин был мертв, а Тэхён на холме умирал, а сейчас, сейчас они снова все рядом.

***

— Нет. Нет, Нет. НЕТ, только не его, — выл раненым зверем брюнет. — Я ГОВОРИЛ: ЕГО НЕ трогать. НЕТ, — может этот человек и не совсем человек, может он дьявол, как его называл Сохо, но именно сейчас он умирал изнутри. Умирал с криками от боли, — не его. Только не его. — Я, я, я ничего не мог с этим сделать, он сам вступил в него, спасая Хёнвона. Я просто выполнял приказ, — сказал Сохо, а у самого катились слёзы по щеках. «О боже… Нет, нет, нет. Ты должен нас всех спасти. Нет, нет», — кричал в мыслях Ли, хотя сейчас он мог себе позволить и в голос, так же как себе сейчас это делал его хозяин. Который крушил всё на своем пути, а слёзы застилали ему путь. — Нет, нет, нет, нет, нет, не он, НЕ ОН.ТолькоНЕ ОН, — ревел человек. В следующую секунду экран стал чёрным. — Что. ЧТО ПРОИЗОШЛО? — закричал брюнет и бросился к мониторам, пытаясь что-то разглядеть. А что именно? Что Пак Чимин встал и ожил? — Я, я не знаю, — испуганно залопотал Сохо, глотая слёзы. Он много времени провел рядом с этим человеком и очень много слышал о Пак Чимине. Он всё прекрасно понимал, кроме цели своего босса. Ли проникся симпатией и завистью к этому уверенному в себе и в своей силе человека, который готов на всё ради своей семьи. И сейчас он мертв. Из-за изобретения Сохо. Из-за самого Сохо. — Так узнай, — зарычал дьявол и грозно посмотрел на парня. — Х..хорошо, — пролопотал ученый и побежал к другим мониторам. — Нет. нет. нет. нет, он не мог умереть. Он жив, он точно жив. Вот ты включишь камеры и мы увидим, что он жив, вот увидишь, — голосом фанатика сказал мужчина и замотал головой. «Кажется, он потерял здравый смысл. Теперь будет ещё страшнее. Но что будет теперь? Когда его нет?» — Сохо помотал головой и начал усердно проверять каждый провод. — Кажется, произошла какая-то неполадка. Здесь два варианта, — закусив губу, сказал парень. — Какие? — подлетев к парню, спросил брюнет. Руки у него дрожали, а сердце билось, как сумасшедшее. Сейчас он был похож на наркомана, которому нужна доза. Просто жизненно необходимо. — Или произошло короткое замыкание и в таком случае надо перезапустить систему, — начал Ли и замолчал, размышляя, стоит ли сообщать вторую гипотезу своему нестабильному и агрессивной начальнику. — Или… — терпение покидало Дьявола так быстро, как и страх пробирал молодого парня рядом с ним, который пожалел, что сказал «или». — Или они вырубили систему и теперь, чтобы восстановить её, нужно проникнуть на территорию и запустить её вручную, — сглотнув, сказал Сохо. И он знал, что будет дальше. — Тогда собирайся, быстрым временем ты окажешься там. И если попадешься, только попробуй что-то им рассказать или передумать. Ты же знаешь, где твоя сестренка? И я знаю. А сейчас иди и готовься, — рявкнул человек и копнув ногой монитор, который лежал на земле, ушел из комнаты. — Чёрт, — простонал парень.