Не сердце, а ледышка

      Марина стояла, прижав ладони к лицу, из уст грозился вырваться новый истерический крик, а из глаз катились крупные слезы, они, смешанные с тушью, стекали по щекам черными ручейками. Все тело била крупная дрожь. Осознание, что она натворила, накатывало волнами. С каждой такой волной становилось хуже. И морально, и физически.       — Да не ори ты, — вздохнул Брагин. Прошло не больше минуты, а ей казалось, что больше часу. — И не реви, пожалуйста. Лучше помоги встать.       Опомнившись, блондинка подбежала к своему соседу, помогая подняться. Водитель выскочил из машины. В потоке его речи можно было различить сотню извинений, которые мешались с «да она сама под колеса выскочила» и «давайте договоримся». Услышав, что претензий к нему нет, водитель еще несколько раз на всякий случай извинился и уехал.       Марина, все еще тяжело дыша, опомнилась и тут же полезла в сумочку за телефоном. Затем, набрав несколько всем известных цифр, приложила его к уху.       — Алло, Скорая…       — Да что ж ты творишь? — Олег выхватил телефон у нее из рук и отменил вызов.       — Тебе надо в больницу! Если не хочешь Скорую, давай пойдем в травмпункт. Тут за углом есть, — Нарочинская все еще красными от слез и широко раскрытыми от страха глазами смотрела на него.       — Перестань, я же сам врач. Пару синяков и ссадин. Может быть, небольшой ушиб левой руки, — парень улыбнулся, и эта улыбка вселяла надежду, что все хорошо. — Если бы было что-то серьезное, я заметил бы.       — Хорошо, хоть не правой, — постепенно успокаиваясь, вздохнула девушка.       — Хорошо, — вздохнул он. — Вот только левша я.       — Прости, — Марина как-то по-детски закусила губу, а ее небесно-голубые заплаканные глаза были направлены на него. — Ой… у тебя кровь! Подожди меня на лавочке. Метнувшись в аптеку, девушка вышла к нему с ватой и баночкой перекиси. Смочив ватку, она аккуратно прикоснулась к ссадине. Он слегка зашипел, стиснув зубы.       — Потерпи, пожалуйста, — умоляюще произнесла девушка и, как маленькому ребенку, подула на ранку. — И… спасибо тебе огромное.       — За что это? — как-то очень хитро и с широченной улыбкой (явно предчувствуя что-то) спросил Олег.       — Ну… ты спас меня, получается… — пожала плечами студентка, заканчивая с его ранами.       — О как! И что же это получается, ты мне должна теперь? — она уже начинала догадываться, но все еще не совсем понимала, к чему он клонит.       — Да, наверное.       — Готова отдать долг? — Нарочинская настороженно смотрела на Брагина, который прямо-таки светился от своей спонтанной идеи.       — Каким образом? — она была благодарна ему, но это не отменяло того, что он дико вредный. Хотя, с другой стороны, то, что он очень вредный, не отменяло их с Ниной спор (а даже, наоборот, послужило его причиной).       — А пойдем на свидание? — выпалил парень, при этом он прижал правую ладонь к щеке, по-детски сложил бровки домиком и отвел взгляд куда-то в сторону. Любая другая уже не устояла бы, но перед ним была не любая другая, а Марина…       — А пойдем, — хотя и Марина то ли из благодарности, то ли из-за спора, то ли по какой-то еще неведомой причине, тут же согласилась на его предложение. — А когда?       — Давай сейчас.       Девушка посмотрела на свой наряд (джинсы и голубая футболка с забавным котенком), который был, несомненно, красив, но для свидания она выбрала бы что-то другое. Провела руками по колоскам, которые заплетала еще утром, поэтому за день они изрядно потрепались. Зеркальца с собой не было, но примерно она представляла, что творится на ее лице после слез.       — Ты посмотри, как я выгляжу!       — Прекрасно выглядишь, — видимо, желая польстить, ответил парень, а затем достал из рюкзака, своего неизменного спутника, салфетки и аккуратно провел по щекам девушки, забирая потекшую тушь. — А так еще лучше.       — Ладно, — махнула рукой студентка. — Только не в «Грильяж», пожалуйста.       — Как скажешь, дорогая, — наиграно серьезно произнес Брагин и галантно подставил девушке свою руку.

***

      Неизвестность всегда пугает, а темноту Нарочинская боялась с детства, поэтому сейчас девушке было довольно страшно.       — Еще долго? — Марина закусила губу, ощущая на глазах теплые ладони Олега.       — Потерпи еще немного, — в который раз повторил он. — Ну все.       Когда от ее глаз отстранились две ладони, Нарочинская восхищенно вздохнула. Они находились на какой-то возвышенности чуть вдали от набережной Москва-реки, откуда открывался шикарный вид на эту самую набережную и реку.       — Как же тут красиво! — восхищенно прошептала девушка.       — А теперь подожди, пожалуйста, пару минут, — весело подмигнув, парень куда-то отошел или, скорее, отбежал.       Хорош женишок, ничего не скажешь. Привел куда-то и убежал. Однако, через пару минут он вернулся с двумя стаканчиками кофе в руках, один из них протянул своей спутнице.       — Спасибо, — улыбнулась Марина и сделала глоток теплого напитка. — Раф амаретто?       — Мой любимый, — подтвердил парень.       — Надо же… и мой.       — А чего-то все-таки не хватает, — задумчиво произнес будущий хирург.       — Снова куда-то убежишь? — спросила Нарочинская, грея руки стаканчиком кофе. Несмотря на дневную жару, вечером было довольно прохладно.       Брагин же скинул свою курточку на землю, жестом приглашая девушку сесть на нее, а затем и сам присел рядом. Порывшись в рюкзаке, парень нашел плед, который ловко накинул им на спины.       — Ты всегда носишь с собой плед? — удивилась девушка.       — Никогда не знаешь, что и когда может пригодиться, — он пожал плечами.       Лучи заходящего солнца отражались в волнах реки, на набережной загорались огни. Безумно вкусный кофе. И тепло двух душ и тел, которые постепенно становились все ближе и ближе друг другу. До чего же хорошо!