some love n care

       Три листа прикрепленные друг к другу с помощью скрепки, в двух экземплярах лежат на столе прямо перед Вону. Мингю кусает ноготь большого пальца, с волнением наблюдая за тем, как Чон смотрит на листы, но не решается взять их в руки. В комнате виснет тишина. Мингю начинает думать, что поспешил со всем этим. — И ты носил их с собой в университет? — Спрашивает Вону, нарушая тишину, и Мингю хмурится, кивая, потому что ну, естественно я брал их с собой в университет, глупый. — Ты с ума сошел? А если бы кто-то увидел? Господи, Мингю, тебе что, шесть? — Мне кажется, весь университет уже в курсе, что мы с тобой в отношениях, — отвечает Мингю, потому что не видит поводов для паники. — Да, но люди всю мою жизнь шепчутся за моей спиной, — говорит Вону, недовольно вздыхая. — Не хватало мне, чтобы они еще и распускали грязные слухи. — Во-первых, успокойся, — Мингю не просит, а приказывает, заставляя Вону замереть и опустить взгляд, покорно сомкнув губы, не решаясь высказать свою очередную нападку. — Во-вторых, никто бы не стал распускать про тебя грязные слухи, потому что ты мой, понял? — Он говорит тихо, но этого достаточно, чтобы Вону кивнул ему, поджимая губы. — Ну, а в-третьих, если ты не готов, то просто скажи мне об этом, не обязательно вести себя вот так. — Я не, — Вону выдыхает едва слышное, боясь говорить громче, потому что взгляд Мингю давит в нем любое смелое решение. — Дело не в этом. — А в чем тогда? — Мингю присаживается рядом с парнем, осторожно касаясь плеча. — Если ты не скажешь, я не пойму.        Вону не знает как о подобном следует говорить. Хоть он и чувствует безграничное доверие к Мингю, но все равно испытывает ужасный страх, если он откроется, то где гарантия, что его не бросят после? Вону помнит, как он говорил на эту тему с Джонханом, и на этот вопрос, Юн по-умному потер подбородок, мягко улыбнулся и ответил: «ее нет, Вону, в этом и суть». — Я думаю, я не готов, — Вону тушуется, выдавая первое, что приходит на ум, и Мингю не совсем верит ему, поэтому начинает злиться. — Вону, — он хрипит на ухо, пуская по позвонку парня холодок. — Если ты продолжишь врать мне, я перестану быть таким хорошим.        Вону тяжело сглатывает, не зная, как лучше сказать обо всем, и Мингю не совсем терпелив к подобным вещам, поэтому, он берет лицо Чона в свои ладони, заставляя смотреть в глаза. — Говори, — он приказывает, взглядом следя за бегающими глазами парня.        Вону жмурится, пальцами сжимая предплечье Мингю, и двигается ближе к нему, утыкаясь лбом в плечо, и тихо вздыхает, он ощущает нарастающее чувство давления и понимает, что если не начнет говорить сейчас, то ему будет больно. Мингю зарывается пальцами в его волосы, мягко играясь с прядями, чтобы создать нужную атмосферу. — Мне страшно, — шепчет Вону.        Мингю застывает на пару секунд, а после улыбается уголками губ. Ему тоже немного страшно, потому что Вону кажется ему хрупким и беззащитным, и Мингю хочет закрыть его от всего мира, спрятать и не позволять кому-либо делать ему больно. Но сейчас ясно, что Вону боится именно действий Мингю, и это не является чем-то странным, Ким знает, что он первый, кому Вону готов открыться в этом плане. — Все хорошо, малыш, — отвечает шепотом Мингю, целуя в макушку. — Я не сделаю ничего против твоей воли, помнишь? — Помню, — Вону быстро кивает.        Вону отстраняется, беря в руки листки, и кидает взгляд на Мингю, который мягко улыбается ему, сжимая ладонью бедро, подбадривая. — Я должен выбрать? — Спрашивает он, поднимая взгляд и пальцем указывая на пропуски в контракте. — Да, — кивает ему Мингю. — Это должно быть что-то, о чем ты вспомнишь в любой момент, не важно, что будет происходить. Убедись в этом. — Э-это могут быть цвета? — Интересуется Вону. — Наверное, — тянет Ким. — Почему цвета? — Не знаю, ассоциировать чувства с цветами кажется логичным, — пожимает плечами Вону. — Вот, — он говорит, склоняясь над столом и быстро вписывает слова. — Черный для остановки, а розовый для… подожди, для чего розовый? — Медленнее? — Говорит Мингю, склоняясь, чтобы глянуть в какую строку вписывает слова Чон. — Ага. Розовый, чтобы медленнее. — Чувствую себя так, словно попал в секс рабство, — Вону негромко цокает, но потом сам же и смущается. — Можно и такое устроить, — усмехается Мингю. — Не сейчас, конечно, когда ты перестанешь быть пугливым котенком, которого только привели с улицы. — Спасибо, мне и здесь неплохо, — отвечает на это Вону, смеша Кима.        Дочитав все до конца, Вону ставит свою подпись рядом с подписью Мингю и откладывает ручку. — Теперь все официально, — говорит Мингю, разглядывая подпись Вону. — Миленько. — Не могу поверить, что ты называл мою подпись миленькой.        Мингю убирает контракты и ведет себя так, словно ничего и не было. Вону хочет также быстро переключиться, но мысли все равно возвращаются к этому. Хоть Мингю и пообещал не делать ничего, но Вону все равно чувствует некий страх. И страх исходит не от того, что он боится, что Мингю сорвется, а скорее от того, что он сам сделает какую-нибудь глупость. Он соврет, если скажет, что не думает о Мингю в том самом плане еще с первой их встречи, и, может, все дело в метках, у которых работа такая, наталкивать на мысли о предназначенном.        День проходит слишком быстро, в основном, потому что они проводят его на улице. Вокруг красиво, но все еще немного холодно. Вону успевает устать, и когда они оказываются дома, он валится на диван, отказываясь двигаться. — Ты обещал, что сегодня приготовишь что-нибудь, — Мингю легонько приподнимает ноги Вону, усаживаясь на диван, и укладывая их на свои колени. — Я мертв, — мычит Вону, приоткрывая один глаз, проверяя, смотрит ли на него Мингю. — Врешь ведь, — Ким смеется, пальцами щекоча под ногой Вону, и тот вскрикивает, заливаясь смехом и пытаясь отпихнуть руки парня. — Мертвецы не смеются. — А тебе откуда знать? — Щурит глаза Вону.        Мингю легонько тянет ноги Вону на себя, раздвигая их, и нависая над парнем. Чон пихается коленкой по животу, устраивая свои длинные конечности удобнее и притягивая Мингю ближе, заставляя лечь головой на свою грудь. — Мы спим, — говорит Вону, закрывая глаза. — Не правда, — отвечает на это Мингю. — Правда, — шикает на него Вону. — Видишь? Мингю спит, не разбуди. — Господи, ты такой дурашка, — смеется Ким, ерзая на своем месте, устраиваясь удобнее и прикрывая глаза.        Мингю засыпает раньше Вону, поэтому последний еще недолго играется с его волосами, напевая песню из рекламы для кошачьего корма, и чувствует себя виноватым перед Принцессой, которую оставил на Сынчоля, наверное Чхве сейчас насыпет больше корма, чем следует, и придется Вону снова тащить кошку к ветеринару. Однажды, Принцесса переела так, что ее рвало два дня, поэтому теперь Вону следит за ее питанием строже, чем за своим.        Мингю негромко сопит, усыпляя этим, Вону чувствует, как веки тяжелеют, поэтому закрывает глаза, губами прижимаясь к макушке Кима, а затем засыпает сам. — Хэй, — Мингю шепчет очень тихо, легко ведя носом по коже на шее, и мягко целуя у открытых ключиц. — Вону-я, просыпайся. — М, — Вону тянет, хмурясь и приоткрывая глаза. — Разожми свои пальцы, — просит Ким, и Вону хмурится еще сильнее, на рефлексах разжимая пальцы на футболке Мингю. — Я пытался убрать твою руку, не будя тебя, но ты не давал мне двигаться. — Зачем ты будишь меня? — Спрашивает Вону, вытягивая шею, чтобы избежать горячего дыхания на коже, но Мингю специально придвигается ближе, покрывая только открывшиеся участки кожи поцелуями. — Н-н-н, — Вону жмурит глаза, снова пальцами сжимая футболку Кима и тяжело вздыхая. — Чтобы уложить тебя спать на кровать, — шепчет Мингю, прикусывая плечо, выбивая этим из груди Вону негромкий скулеж. — Давай, малыш, пошли, — он мягко отстраняется, но Вону сжимает пальцы на его футболке сильнее, притягивая обратно. — Вону-я, не капризничай. — Не уходи, — просит Чон, боясь открыть глаза. — Пожалуйста. — Хэй, — Мингю снова придвигается ближе, целуя в щеку, затем в нос, в другую щеку, в лоб и мягко касается губ, слегка отстраняясь. — Я здесь.        Вону не совсем понимает, что происходит, его сознание еще наполовину во сне, а та часть, что в реальности, отчаянно не хочет отпускать Мингю, поэтому он тянется к ласке почти на инстинктах, цепляясь пальцами, жмуря глаза и тяжело дыша. — Открой глаза, малыш, — Мингю шепчет в самые губы, чувствуя как пальцы одной руки разжались на его футболке, но в следующую секунду сжали пряди волос на затылке. — Ты не исчезнешь? — Выдыхает Вону. — Нет. — Обещаешь? — Обещаю.        Вону медленно открывает глаза, встречаясь с глазами Мингю, и тихо всхлипывает, шепча на выдохе: «ты здесь». Это пугает Мингю чертовски сильно, потому что Вону никогда еще не вел себя так, и видеть его таким кажется непривычным. Возможно, Вону хранит в себе больше боли, чем пытается показать, и нагружает себя работой только для того, чтобы не думать. Мингю легонько прижимается своим лбом ко лбу Вону, пальцами поглаживая его щеки, чтобы успокоить. Ему требуется несколько минут, чтобы успокоиться и прийти в себя. — Помнишь, я сказал, что ты первый, кому я доверюсь? — Шепот Вону дрожит, и Мингю кивает. — Я соврал. В старшей школе, была одна девушка, она мне очень нравилась, и она заметила это, поэтому пригласила меня на свидание, — рассказывает Вону. — Я был в любви, господи, мне казалось, я не смогу полюбить кого-то также сильно, как любил ее, — Вону вырывает слова из самого сердца, Мингю чувствует его боль почти физически. — Она сказала, что не оставит меня, даже если наши метки не подходили друг другу. А потом она исчезла. — Мне жаль, Вону-я, — отвечает Мингю, целуя парня в лоб. — Она не просто ушла, Мингю, она исчезла, — говорит Вону, пытаясь донести смысл слов.        Ким перестает дышать, когда осознает, о чем говорит ему Вону. Он не хочет говорить: «она умерла», словно если он произнесет это вслух, все станет реальным и станет больнее, чем просто в мыслях. — Вону, малыш, посмотри на меня, — Мингю говорит совсем тихо, но этого достаточно, чтобы Вону поднял взгляд, наполненный слезами. — Я здесь, слышишь? И я не исчезну. — Пожалуйста, — Вону всхлипывает, усиливая хватку. — Я не хочу снова переживать все это, Мингю, пожалуйста, не уходи. — Я не уйду, Вону, я никогда не уйду, — уверяет Мингю, втягивая в поцелуй раньше, чем в Вону родятся сомнения.        Внутри Вону все, наконец-то, успокаивается и мысли приобретают четкость. Он неловко отвечает на поцелуй, растворяясь в чувствах к Мингю.