blasphemy fic.

      Мысли смешивались, превращаясь в кашу. Тайлер не знал, куда ему нужно идти, и поэтому он просто ходил по замысловатым тропинкам парка. Здесь не было ни души, ведь кому придет в голову в два часа ночи бродить по чертову парку, тем более, что погода становилась все пасмурней, ветренней и холодней? Конечно, только Тайлеру Джозефу.       Хлынул дождь, ледяными каплями прожигая на коже раны, моментально делая все влажным.       Подобно этому дождю, из глаз Джозефа покатились слезы, оставляя после себя неровные дорожки на щеках, но и они долго не оставались там-вода смывала все, в том числе сущность Тайлера.       Сейчас парень чувствовал себя как никогда никчемно. Он не хотел жить, не хотел причинять ближним дискомфорт, не хотел мешать людям жить счастливо. Тайлер считал, что от одного только взгляда на него, людям хотелось забыться, сделать все, чтобы больше не вспоминать карие глаза. Да что уж скрывать, так и было! Все, кто когда-то был близок к Джозефу словно растворились, исчезли, убежали. Его бросили все-друзья, знакомые, приятели, весь мир был против одного человека, который даже не знал, что плохого он сделал этим людям… — Что?! Что я сделал плохого, Господи?!— кричал Тайлер в пустое небо,— Отец, что? Он перешел на шепот, чувствуя, что его голосовые связки разрываются, так же, как и его душа.       С его алых губ сорвался тихий всхлип, который перерос в рыдания.       Он осел на сырую землю, царапая ее, набирая в кулаки горсти грязи, со злостью швыряя их. Он старался выразить свои эмоции так, как только мог.Наконец, немного успокоившись, он начал петь, сочиняя строки песни на ходу: —Here I come, come to you in the very clothes That I killed, killed you in and now I know I'm alone…       Не зная, что делать дальше он просто пошел к театру, где проходили съемки, напевая незамысловатые строки из новой песни, которые много для него значили. Тайлер шел не спеша, обдумывая произошедшее и давая своему разуму прийти в порядок. Парень сел у самых дверей здания и просидел на всю ночь, не смыкая глаз.       Первый, кто заметил Джозефа, который сидел на грязной плитке, обхватив испачканными в засохшей глине колени был Джошуа. Он не спеша шел на работу, делал глоток за глотком горячего кофе, предвкушая новый день. Ему явно нравилось работать с актерами, хотя он и испытывал к их существу некую неприязнь. Джош отлично чувствовал фальшивость у каждого из подопечных. У всех, кроме прекрасного шатена с карими глазами. Кроме Тайлера Джозефа.Этот парень был единственным, кто действительно вкладывал все свои старания и душу, в исполнение роли. Мысли Джоша переключились на алые губы актера, на его легкую щетину.       «Ох, Джошуа, соберись! Хватит уже думать об этом парне! Ты же не гей?»— сказал внутренний голос.       Нет, Дан не может быть геем. У него есть девушка Дебби, и в конце концов, он никогда не испытывал тяги к парням. К остальным парням—нет, а к Джозефу— да. розоволосый старался отвлечься от мысли об актере, но о чем бы он не думал, тема возвращалась, словно бумеранг. Поэтому, увидев Тайлера, режиссер заметно испугался и побледнел. —Тайлер, что-то случилось?— взволнованно начал тараторить Джош, тряся Тая за плечи, пытаясь найти в сумке влажные салфетки, чтобы смыть с него грязь. Он притронулся рукой ко лбу шатена, на котором «красовалась» свежая царапина,— Ты весь горишь, Тай. Слышишь? Глаза шатена были крепко сомкнуты. Неожиданно он начал сильно кашлять. Джош так испугался за него, ведь казалось, что совсем немного и Тайлер начнет откашливать и свои легкие. —Потерпи немного, Тай. Сейчас мы будем дома, я вызову врача и все будет хорошо, -розоволосый пытался говорить успокаивающе, когда пытался найти чертов телефон и вызвать такси. Почему-то ему не пришла в голову идея позвонить родителям Тайлера и сообщить им о состоянии сына, или по крайней мере отвезти его домой начать работать. Нет, ему нельзя кидать этого парня с кроличьими глазами на произвол судьбу, он должен был ему помочь. Только по одному его внешнему виду было заметно, что он не ночевал дома.       Такси ехало предательски медленно. Но как только в поле зрения появилась машина, более или менее походившая на описанную оператором, он подхватил Тая и хотел было поспешить к ней, но понял, что актер не в силе передвинуть даже ногу, поэтому Джош подхватил Джозефа на руки, удивившись, насколько тот был легким.       Путь занял у них около пятнадцати минут. Втечение этого времени, Джош написал актерскому составу, что сегодня они могут отдыхать-режиссер неважно себя чувствует. Конечно, это было логично, что Джошуа солгал. Кому скажешь, что ты везешь грязного и больного парня к себе домой, с которым ты познакомился только вчера?