Часть 6
27 сентября 2018 г., 07:15
На работу Марина с Антоном пришли вместе.
С Колей столкнулись на улице у входа в приёмное отделение.
Поздоровался он очень уж ехидно и комплимент сделал, что выглядит Марина Викторовна сегодня как никогда свежо.
Правда, от истины далёк он не был. За долгое время Марина первый раз выспалась по-настоящему. Только вот Николай явно в свои слова смысл совсем другой вкладывал.
Антон его взглядом смерил и процедил сквозь зубы ответное приветствие.
А по отделению поползли слухи. Вот кто во что горазд наяривал, приписывая мыслимые и немыслимые грехи Марине Викторовне и новому заву. А ещё находились доброжелатели, готовые выслужиться, и несли все слухи и домыслы прямо заведующему — авось похвалит и личным доносчиком сделает. И он сделал: процедурную сестру в постовые перевёл, а дневную в ночную смену поставил.
Разговоры прекратились. Приглядываться и домысливать, конечно, не перестали. Но вслух не произносили. Решили все, что с «новым» шутки плохи.
Процедурная по старой памяти вылила все свои обиды и подозрения бывшему исполняющему обязанности — Николаю. И не просто так вылила, а пожалела его лысеющую голову. Так как именно она (голова его) — на очереди у нового зава на увольнение. Он Коле отношений с Мариной не простит. Вот так и сказала.
Коля думал…
Думал со вчерашнего дня. Сразу, как узнал, кем Поляков Марине приходится. И сам себе он не завидовал. Мало того, что терял Марину, к которой испытывал далеко не дружеские чувства. Так тут и работы почти лишился. Решился спросить прямо. А что в неведении сидеть? У него семья, дети. Работа для него важна и нужна.
Ближе к четырём зашёл Коля в кабинет Антона. И прямо с порога свою речь начал:
— Антон Сергеевич, давайте начистоту. Мне работу искать?
— Откуда такие мысли?
— Я думал, что я вас не устраиваю.
— В деле я вас ещё не видел, а по отзывам пациентов и вашим докладам у вас всё в порядке.
— Я про отношения с Мариной.
— Я думаю, что Марина Викторовна взрослый человек, и про отношения с ней вы будете говорить с ней самой. Мы в официальном разводе и уже давно.
— Но у вас на неё планы!..
— Я их тоже буду обсуждать с ней, а не с вами. У вас всё? Если всё, то идите.
Коля вышел из кабинета, машинально почёсывая в затылке. Ситуация не прояснялась. А тут ещё Козловский из третьей терапии вспомнил, что этот Антон Сергеевич бывал у них в клинике неоднократно, лет пять-шесть назад, так как руководителем его профессор Ивлева значилась. А потом случился скандал у него с профессоршей, как раз по поводу её дочери. Вот тогда Марина и укатила в Москву. Потом вернулась и пришла в отделение накануне ухода матери.
Посплетничали они с Козловским, тот его по плечу похлопал, просил не расстраиваться, но работу искать, так, на всякий случай. Потому как «новая метла» да ещё из центра.
***
Тем временем Марина тоже собиралась домой. Всё хотела с Антоном переговорить, но никак не получалось. За весь день она видела Антона не раз: в коридоре, в операционной за соседними столами стояли, но словом не перекинулись. Всё дела какие-то неотложные. Вот как пришли на работу и разошлись каждый к себе, так и закрутилось. Ещё Коля с ней решил не разговаривать. Но сейчас Коля — наименьшая проблема. А вот Антон… Марина уже плащ надела и сапоги, к дверям ординаторской подошла, как он сам двери отворил, чуть не зашиб её. Подхватил за руку, успел. — Не пострадала? — Напугал! — Извини, не хотел. Торопился, боялся, что ушла. Марин, я к тебе с просьбой. — Говори. — Сдай мне угол. — Что? — Я серьёзно, — серьёзно у Антона не получилось, смешливые искорки в глазах так и прыгали. — Ты хочешь снять жильё? — Да. У тебя, в твоей квартире. — Зачем? — Давай ко мне в кабинет зайдём, и я объясню. Пока до кабинета заведующего добирались, Марина успела себя накрутить до предела — нервы в последнее время ни к чёрту. И на Антона смотрела не особо дружелюбно. А тот всё загадочно улыбался. — Во-первых, я смогу помочь тебе с мамой. Ты будешь высыпаться, а у меня будет нормальный адекватный врач в отделении. Согласись, что аргумент. — А во-вторых? Антон, на что ты рассчитываешь? — На всё. Я приехал к тебе. — Нахал. — Я знаю. Диван в гостиной свободен, он мне как раз подойдёт. — Слов нет. — Переходим к цене? Мариша, у меня вещи в гостинице, возвращаться туда неохота. Ну так как? — Хорошо, но я хочу тебя предупредить. Я пущу тебя в свой дом как друга. Просто потому, что мне слишком херово одной. А так будет живой здравомыслящий человек под боком. Это первое. И второе: мы не говорим о семье, о нас бывших, и о сыне. Я отведу тебя на его могилку только один раз. Ты прав, я уже давно забыла, как это — нормально спать по ночам. Как раз вспомню. Вот цена сделки. — Согласен. — Тогда забирай вещи из гостиницы и приезжай.***
Тётя Валя решила сегодня остаться попозже, помочь освободить место в шкафах. Постельное бельё подготовить. Полы помыть. Но самое главное, ей безумно хотелось взглянуть на Антона. А может быть, и поговорить с ним. Она в семье Марины и Татьяны давно не чужая. С Таней всю жизнь проработала. Нет, не дружила, но уважала её как специалиста, а Маринку любила. Своих детей у Валентины не было, а девчонка так часто с матерью на работе бывала. Татьяна жёсткая, дочь только строила, а ребёнку-то ласка нужна. Так, по крайней мере, считала Валентина. Марина платила ей искренней привязанностью. А потому, как только Марина попросила помочь, Валентина бросила работу. И осталась с ними. Домой только на ночь уходила. Антона помнила, но как-то не очень. Шесть лет прошло. Он тогда молодой ещё был, очень амбициозный, под стать Татьяне. Но талантливый. Что произошло у них с Мариной и почему они расстались, Валентина не знала. Хорошо ли, что вернулся? Для неё был открытый вопрос. А тут ещё и жить его к себе в дом Марина пустила. А это ж не только в дом, но и в душу. Пришёл ли он, чтобы остаться? Или временно? Маринка-то почти родная и счастья ей хочется. Девчулька-то летает по квартире, просто светится вся, так ждёт… Такой счастливой со студенческих лет не была.
