Insight

Торопливо запрыгивая в фургон, Чонгук понял: Намджун прав. Им сейчас совершенно не до этого. В голове сейчас было лишь волнение, смешанное с жадным настроем получить награду. Намного важнее сейчас сделать макияж, причёску, поскорее надеть костюмы и безупречно выступить вживую перед тысячами зрителей. — Чонгуки, — подошёл Чимин, по привычке обнимая за плечи младшего. Можно разобраться во всём и попозже. Он опустил голову, чтобы избежать зрительного контакта, и, улыбнувшись, сделал вид, что поправляет наушники. Ему совсем скоро выходить на сцену: сольное выступление под аккомпанемент Юнги было первым в списке. Чонгук очевидно избегал Чимина, отходя за километр от старшего всякий раз, когда тот просто бросит на него взгляд. Чонгук может и смог бы вести себя адекватнее, но, увы, не сегодня. Этот вечер остался у него в памяти смутным пятном. Он нереально наслаждался выступлениями, качал и тряс головой под музыку. Он был диким, когда наблюдал за Намджуном на сцене и был опьянённым от радости, выиграв Бонсан. Чонгук наконец расслабился. Постоянный блеск и гламур заставили людей забыть о том, к чему группа стремилась всё это время. Настоящее удовлетворение от проделанной работы — слышать радостные крики Арми, когда группа наконец получила заслуженную награду. Внутри себя он молился, что в следующем году на Сеульской музыкальной премии они выиграют Дэсан. Ночь наступила быстрее, чем он ожидал. EXO-сонбэнимы завершили премию своим выступлением, и все поднялись на сцену для общей фотографии. Чонгук почувствовал лёгкое поглаживание Намджуна, когда вся группа встала. Он поправил свой костюм и со всеми направился к сцене. Он вовсе не ненавидел групповые фотографии или общение с другими айдолами, просто ему не нравилось находиться в толпе людей. Чонгук взглянул на хёнов, оживлённо приветствовавших других айдолов, и почувствовал, что внутри всё пересохло. Он, окружённый артистами, бесцельно шёл по сцене и вскоре обнаружил, что оказался на самом краю. Кажется, далековато забрёл. — Чонгук-а, — кто-то из сонбэнимов позвал его и неожиданно обнял. Он обернулся и увидел Чимина, который пристально смотрел на него. Он стоял с вытянутой рукой и звал к себе. И Чонгуку пришлось пойти, лучшего решения не нашлось. Чонгук ощутил своей грудью спину хёна, но внезапно тепло пропало, потому что Чимин повернулся. — Пойдём поближе, — предложил Чимин, когда фотограф сказал встать компактнее, чтобы все поместились на снимке. — Иди вперёд, хён. — А ты не пойдёшь? — большой палец Чимина указывал в центр, где собиралась толпа. Он улыбался, но явно терял терпение из-за отказа младшего. — Хён, иди вперёд, — повторил Чонгук. — А, вот так значит, да? — хён остановился и угрожающе посмотрел на него, но не переставая улыбаться. Чонгук усмехнулся. — Неа, — бросил он и хлопнул Чимина по спине, отворачивая от себя, чтобы прекратить допрос на глазах у всех. Оставалось только одно, что могло отвести взгляд хёна от себя, что могло удержать Чимина на месте. Чонгук обвил руками его спину. Но допрос не прекратился: Чимина разбудили вспышки камер, и он торопливо развернулся. — Да перестань ты, — Чимин шагнул вперёд, утягивая за костюм и Чонгука. Чимин так просто не отвяжется. Он наверняка принял всё на свой счёт и почувствовал, что Чонгук держится на расстоянии вытянутой руки от него. Однако дело не в этом. Чонгук просто не чувствовал необходимости попасть на фотографию. Он был очень благодарен тому, что другие айдолы могли отвлечь старшего. Поэтому Чонгук совсем не был против того, что Кен слишком близко что-то прошептал Чимину на ухо. Каким, блин, образом Чимин вообще смог его услышать в этой суматохе? Он понял, что пялился, потому что Кен заметил. — О, Чонгук-щи, — он приветливо кивнул ему, похлопав по заднице, и продолжил поиски остальных мемберов VIXX. Больше Чимин не ворчал. Чтобы хоть чуть-чуть попасть на фотографию, он высоко прыгал, однако безуспешно. Чонгук не мог точно сказать, было поведение старшего детским или же привлекательным. Обычно Чимин вёл себя мужественно и зрело. Сегодня он просто хотел внимания. Чонгук мог помочь, но решил поднять стоящего впереди Юнги, который не стал противиться. После он предпочёл держаться в стороне.

***

— Эй, в чём проблема? —войдя в фургон, Чимин сел рядом с Чонгуком, — Хён что-то сделал не так? Участники не обратили на них никакого внимания, кроме Хосока, который коротко взглянул, потому что они вырубились, едва загудел двигатель. Они слишком устали сегодня и хотели сохранить энергию для завтрашнего дня. На переднем сиденье храпел Намджун. Чимин дотронулся до подбородка. — Ты правда игнорируешь меня? Чонгук обратил внимание на Чимина, который снял пиджак, обнажив руки, и расстегнул несколько верхних пуговиц на рубашке. Они сидели близко, поэтому Чонгук смог уловить аромат парня. Не духи, потому что старший не пользовался ими. Этот аромат был лучше духов. Он сбивал с толку. — Хён, я хочу отдохнуть, — Чонгук отвернулся, пытаясь звучать недовольно, а не взволнованно. Чимин промолчал. Чонгук неясно размышлял о том, что привело их к этому. Наверное, то, что Чимин позволял младшему избегать его всё утро. А сейчас Чимин был словно бомба замедленного действия. Пытался вести себя нормально, но был готов взорваться в любой момент. И Чонгук чувствовал это напряжение. Старший полностью повернулся к нему, устроив правую руку на подголовнике перед ними. В противоположность происходящему покачивающиеся мятные волосы Юнги мирно убаюкивали. — Я начинаю злиться, — Чимин выпрямился и глубоко вдохнул, пытаясь, наверное, выглядеть больше и внушительнее. Но Чимин совсем не выглядел устрашающе, и Чонгук хихикнул. Даже захотелось обнять миниатюрного хёна. Он не стал. — Айщ, дай макне отдохнуть, — пробурчал Хосок. Чимин признал своё поражение и вяло откинулся на сиденье. — Чонгуки сегодня спит у нас. — Ладно-ладно, — согласился Хосок, одной рукой он поглаживал голову Чимина, а другой искал фотографии с сегодняшней премии. — Почему я должен спать у вас? Чимин скользнул по нему взглядом с некоторым удивлением, потому что наконец получил хоть какую-то реакцию от младшего. — Потому что я хён, и я так сказал. — Я должен поговорить о кое-чём с Рэпмон-хёном, — твёрдо ответил Чонгук, голос понизился и звучал непреклонно. Улыбка Чимина всегда заразительна, гнев — тоже. Чонгук не злился в самом начале разговора. — Ты можешь поговорить об этом и со мной, — голос старшего соответствовал эмоциям, глаза расширились, — Ты же сказал, что зайдёшь ко мне, когда я позову. — Ого, мы так классно смотримся тут, — ни с того ни с сего ляпнул Хосок, чтобы переключить их внимание. Он повернул к ним экран телефона с фотографией группы во время красной дорожки. Его комментарий был пропущен мимо ушей. Хосок решил утихомирить их более понятным языком: — Хватит ссориться, мы же только что выиграли Бонсан! Надо веселиться. И они праздновали победу за ужином. Парни были по-настоящему счастливы, получив долгожданное признание их упорных трудов над созданием музыки. Однако весь их радостный настрой испарился, стоило им прибыть в ресторан, у которого уже толпились фанаты и куча репортёров. Они просили сфотографироваться, а репортёры вообще расспрашивали их во время ужина. Все столпились вокруг парней, образовав некую засаду, и стаффу с трудом удалось разрешить ситуацию. Парни ценили такие моменты. Это показывало любовь поклонников к группе, а журналисты писали статьи, благодаря которым о BTS узнавало всё больше и больше людей. Но это был их единственный шанс повеселиться. Когда парни забрались в фургон, хотелось лишь одного — спать. Но у хёна, похоже, были другие планы. — Чонгуки сегодня спит у нас, — повторил он тоном, не терпящим возражений. Хосок спокойно вернулся на своё место. Чимина не переубедить.

***

Приехав в общежитие, Чонгук намеренно остался в фургоне, притворяясь, что поправляет рубашку, а потом что-то ищет в сумке. Всё это время Чимин не сводил с копающегося младшего глаз, и Чонгуку пришлось обратить на него внимание. — Хён, иди без меня, — сообщил он, снова расстегивая сумку. Хосок тяжело вздохнул и тоже остался в фургоне. — Айгу, Чимини, дай ты ему отдохнуть, — сказал он и потянул Чимина за собой. — Все устали. Тэхён уже вышел из фургона, Юнги и Сокджин были следующими, но притормозили, заметив напряжение на заднем сиденье. Рука Сокджина была на дверце фургона. Оба быстро взглянули на Хосока, успешно утянувшего Чимина за собой. Чонгук не переставал удивляться тому, как прекрасно Хосок понимает его чувства. Чимин взглянул на младшего в последний раз, надеясь, что тот всё-таки сдастся. Он не сделал этого. Свет в общежитии горел ослепительно ярко, и Чимин раздражённо хрустнул шеей, обходя Хосока. Двигался он сурово и грубо, что было сигналом того, насколько Чимин задолбался сегодня. — Да что с ним не так? — удивился Сокджин, провожая взглядом фигуру друга. — Он… — взгляд Хосока нервно бегал от того, кто задал вопрос, к тому, кто был причиной, — …просто, — слова стоили ему колоссальных усилий. Юнги сразу перестал выглядеть сонным, а Сокджин и вовсе смотрел взволнованно. Намджун продолжал храпеть. Хорошо, что менеджер утащил Тэхёна с собой за кофе. Нельзя было раздувать проблему. — Что с ним? — мягко спросил Джин, кивая парню. Хосок почесал шею и, наконец, ответил: — Чимина немного бесит, что макне игнорирует его. Сокджин поднял брови и перевёл взгляд на младшего. Всё внимание теперь было приковано к нему, поэтому Чонгук неловко почёсывал голову. В такие моменты они собирались всей группой за столом и решали возникшее недопонимание, но сегодня, когда они все устали и хотели спать, не было необходимости обсуждать это. — Да не игнорил я его, — промямлил он, не в силах поднять взгляд на хёнов. — Что с вами двумя? — вступил в разговор Юнги, во взгляде было замешательство. — Вы с утра себя так ведёте. — Да никак я себя не веду, — Чонгук начал копаться в сумке, чтобы хоть как-то занять руки. — Я хотел поговорить с Рэпмон-хёном, а он всё продолжал говорить мне, чтобы я спал у него, — рассказал всё парень, так как дело правда было не в нём. Юнги вздохнул и указал большим пальцем на лидера. — Намджун явно не в состоянии говорить с тобой, — заметил он. — Почему ты продолжаешь избегать Чимина? Юнги мастер в таком. По сравнению с попытками Чимина вытащить из Чонгука объяснения, Юнги эффективнее и быстрее загнал его в угол. — А? Что? — хрипловато спросил Намджун, повернувшись назад. Стоящая в фургоне атмосфера достигла и его сна. — Что тут происходит? Появился шанс избежать допроса. Он уже вёл себя как неопытный врун. Опаснее всего было с нависшими над ним Юнги и Сокджином. — Рэпмон-хён! — обратился Чонгук, надеясь на спасение. — Мы же собирались обсудить кое-что? Ты обещал. Поняв, что это была очередная отмазка, Юнги нахмурился, но перестал допрашивать. — Я не буду лезть в твои секреты, но поговори с Чимином. Сокджин кивнул, и Хосок в знак согласия почесал спину. — Ты знаешь, какой он, когда злится, — добавил Хосок. Да уж, он знал. Чонгук знает, как говорит и действует Чимин, когда закипает. Острый взгляд, безразличие, и рот, который норовит сказать что-нибудь грубое, как только захочешь приблизиться. — Не думаю, что он злится, — произнёс Сокджин. — Он спросил, делает ли что-то не так, — и тут Чонгук понял, что их разговор слушал весь фургон с самого начала. — Он переживает и не более того. Он ещё не дошёл до злости. — В любом случае, — перебил его Юнги и похлопал по плечу, намекая на то, чтобы старший поскорее вылез из фургона. Наверняка устал. Чонгук в студии видел его сгорбленную фигуру, создающую песни до 5 утра. — Пошлите внутрь. Тот, о ком мы говорим, даже не здесь. Чонгук простонал. — Нет, хён, — умолял он. Чонгук не мог поверить, что Юнги собирается обсудить ситуацию среди ночи. У них было правило: если что-то идёт не так, они садились и выговаривались. Делали это все вместе и находили выход всей группой. Однако сейчас Чонгук сомневался в том, что этот вопрос нужно обсуждать. Хосок, как и он, встревожился сказанным. — Эм, — пробормотал он, — может, в другой раз? Юнги взглянул на парней, заметив их странное поведение, и издал шипящий звук, который всегда показывал, что старший не настаивал. В поисках чего-то Юнги посмотрел на Сокджина, но, видимо, не нашёл ничего и пожал плечами. Сокджин же не издал ни звука. — Разберись сам, — в конце концов посоветовал Юнги, не дожидаясь ответа.

***

В ту ночь Намджун и Чонгук так и не поговорили. Они были измучены, а завтра их ожидало такое же загруженное расписание, поэтому Чонгук не хотел вспоминать о своей проблеме. То же самое думал и Чимин, который не обратил ни малейшего внимания на то, что Чонгук перестал его избегать. Он понял, что, избегая хёна, только усложнит всё. Чонгук думал, что не всё так плохо. Отношения с хёном улучшались, нужно просто перестать ковыряться в своей голове и снова вести себя нормально, как и было до просмотра тех самых видео. — Где Чимин-хён? — первое, что спросил Чонгук у Хосока в их выходной. Через два дня они будут участвовать в чемпионате по лёгкой атлетике среди айдолов, и Чонгук подумал, что было бы неплохо позаниматься вместе. Пострелять из лука или побегать. Ну, или ещё что-нибудь. Можно просто поиграть во что-нибудь или выпить кофе. Без разницы. Старший, что-то печатая в телефоне, сел на диван. — А, он пошёл встретиться с кем-то. Чонгук медленно повернул голову и поинтересовался: — Что? С кем? Его словно ударили кнутом. — Он не сказал, — ответил Хосок, не заметив блуждающий взгляд младшего, наполненный тревогой. — А что? Какие-то планы? — Хосок не глядя потянулся к миске с хлопьями, которую держал Чонгук. Младший уже захотел, как обычно, проворчать, но… Чимин прямо сейчас с кем-то. Средь бела дня. Получается, что, во-первых, Чимин проигнорировал совет Намджуна, несмотря на своё обещание, и во-вторых, Чонгука всё ещё это напрягало. — Нет.

ты где хён

Он знал, что Чимин не любит переписываться, поэтому не ожидал скорого ответа. Чимин вообще может ответить, когда уже приедет домой. Но Чонгук не мог слишком остро реагировать и пытаться дозвониться. Может, он не с девушкой вообще. — Что там? — Хосок придвинулся ближе в попытке взглянуть на экран мобильника, который так старательно прятал младший. Телефон пропищал, высвечивая сообщение. — А, это Чимини? — поинтересовался Хосок.

Зачем?

Типичный немногословный ответ Чимина.

Давай погуляем. Мне скучно

Хосок толкнул его локтём. — Давай погуляем, хён пойдёт с тобой, — проворковал Хосок с улыбкой, на что нельзя было сказать «нет». — Что хочешь покушать? Я угощаю. Обычно, он с радостью хватался за возможность поесть на халяву. Но мозг Чонгука работал отдельно от него. — Может найдём Чимин-хёна? — предложил он, и Хосок очевидно недопонял. Старшему потребовалось время, чтобы придумать ответ. Ответ был поддразнивающим: — Зачем? Ты что, не хочешь провести время со мной? Чонгук простонал в знак несогласия. — Не в этом дело, хён, — предложение поискать Чимина вырвались у него изо рта совершенно случайно. — Наш младшенький чересчур зациклен на Чимине, я ему больше не нужен, — Хосок в шутку уткнулся лицом в руку Чонгука. Он встревожился и почти побледнел. — Хватит, хён, ты выглядишь очень странно, — Чонгук отодвинул от себя друга. Хосок приложил руку к сердцу. — Ты разбил моё сердце! Чонгук был шокирован. — Да хватит тебе! Хосок рассмеялся и взлохматил волосы. — Эй, Чимини сказал, что будет занят сегодня, не отвлекай его. — Куда он пошёл? Хосок лишь пожал плечами и устроил голову на плече друга, не ответив на вопрос. Телефон Чонгук снова издал звук.

Ты где?

Он прикусил губу и обеими руками схватил телефон, фокусируя взгляд на сообщении.

В общежитии с Хосоки хёном

Чонгук нажал «отправить», а потом на всякий случай решил добавить:

ты идёшь сюда?

Мгновенного ответа не последовало, и Чонгук занервничал. Может, Чимину просто захотелось узнать его местоположение. А сейчас он игнорирует сообщение и сосредоточил своё внимание на спутнике.

Я не один.

Хосок посмотрел на рухнувшую сразу после прочтения руку Чонгука. Младший откинулся на спинку дивана и безжизненно уставился в потолок. Иначе быть не могло. Он был с девушкой, которая ему нравится. Чонгук снова ощутил, как его грудь пронзила неприятная острая боль. Это его ранило? Пожалуй, нет. Он решил, что больше волнуется. Чимин был снаружи, да ещё и не один, которого вот-вот поймают журналисты. Он не задумывался об этом, когда Чимин только рассказал ему свой секрет. Но при виде лица Намджуна, когда Чонгук затронул тему отношений, он понял, насколько эта идея плохая.

Вторая стадия. Отрицание. Обычно отрицание своих чувств происходит из-за боязни разрушить отношения с тем самым человеком, даже те, которые были до того, как начал спрашивать себя: «Мне действительно нравится этот человек?» Сначала задняя часть головного мозга говорит тебе отказаться от себя и своих чувств, потому что хочется избежать боли. Ты не знаешь, как отреагирует тот человек.

Слова лидера вспомнились совсем не вовремя. — Что не так, Чонгук-а? — Хосок, опираясь на одну руку, попытался разгладить появившиеся на лбу Чонгука морщины другой. — Чимин-хён с кем-то, — как Чонгук ни пытался контролировать свой голос, он всё равно прозвучал слишком жалобно. — Я имею в виду, средь бела дня, — младший как никогда нуждался сейчас в одобрении. — Вдруг их кто-то увидит… — О чём ты говоришь? — спросил Хосок, очевидно, не понимая, к чему Чонгук клонит. Он ведь не знал, что у того в голове. А должен ли Чонгук рассказать? Была ли эта ситуация той самой и серьёзной настолько, чтобы нужно было открыть тайну Чимина? Он ещё больше запаниковал, но всё же старался не показывать это в своём лице. Хотелось лишь попросить о помощи. — Чимин-хён сказал, что ему кто-то нравится. Они могут быть сейчас вместе, — виноватым шёпотом поведал Чонгук, как можно больше понизив голос, чтобы Хосок не услышал. Не так давно он сказал себе не думать об этом. Он действительно старался, но действие разворачивалось прямо перед носом. Оба молчали до тех пор, пока Чонгук не отвёл глаза от потолка и не посмотрел на друга. Он не знал, что ожидал увидеть в его глазах. Удивление? Замешательство? Тревогу? Хосок вздохнул, как будто бы, наконец, поняв, о чём идёт речь. Хосок всё знал. Единственное разумное объяснение. Разве Чимин не говорил, что Чонгук — единственный, кому он всё рассказал? Не считая Намджуна. — Насчёт этого… — Хосок погладил его по руке, — тебе не стоит переживать. Чонгук нахмурился. Друг не просто был в курсе, он знал намного больше Чонгука. — Почему? Хосок облизнул губы, тщательно подбирая слова. Он был так же осторожен как Чимин, рассказавший о девушке, которая ему нравится. — Чимини никогда не сделает чего-то, что плохо повлияет на группу. Поверь ему. Ну, он верил своему хёну. Но его беспокойство было вызвано другой причиной. Хосок покачал головой. — Если всё ещё волнуешься, просто напиши ему, что скучаешь и что хочешь, чтобы он поскорее вернулся домой. Он указал рукой на лежащий возле бедра младшего телефон. Не дождавшись действий Чонгука, Хосок сам взял телефон и засунул ему в руку. Чонгук сделал гримасу. Обычно такие вещи работали, но хён был не один…

Хён

Сообщение появилось в их диалоге, после того, как Чонгук нажал «отправить».

Я скучаю по тебе.

Конечно не сработает. Хосок скользнул по нему взглядом, когда Чонгук начал стирать слова.

Что?

Получатель ответил в этот раз быстрее. Он желал знать, видит ли Чимин то, что младший печатает. — Айщ, — Хосок толкнул его. — Макне полный ноль в отношениях. Если волнуешься за него, так и скажи. Чимини любит внимание. Чонгук попытался увернуться от руки, которая продолжала взъерошивать ему волосы.

Пж приди домой хосоки хён скучный.

У Хосока челюсть отвисла, когда он увидел сообщение. — Айщ, ты! И Чонгук буквально мог представить себе хихиканье Чимина, когда он откинет голову назад после прочтения сообщения. — Шучу, хён. Я люблю тебя, — Так-то лучше! Уже устроившись поудобнее на диване, оба поняли, что поход в ресторан за счёт Хосока отменяется. А Хосок вообще начал дремать, продолжая листать ленту телефона. — Хён, что ты сказал Чимину, когда он всё рассказал? — попытался завести разговор Чонгук. Хосок широко зевнул, но всё же заставил себя задуматься. Снова на некоторое время вопрос повис в воздухе. Когда старший заговорил, его уголки рта были опущены, что намекало на серьёзность предстоящего разговора: — Я сказал ему остановиться. Он пугал того человека, — просто ответил Хосок. — Пугал? Вот это новость. — С чего бы ей бояться? Временами Чимин повышал голос и вёл себя чересчур демонстративно, когда того хотел. Такие моменты его озадачивали, но он никак не мог представить, что Чимин на самом деле мог кого-то запугать этим. Он добрый и заботливый. Чимин угощает его ужинами, всегда чувствует настроение младшего и лучше всех слушает, когда становится плохо. Ему захотелось встретиться с ней и расспросить. Она определённо ещё не успела повстречаться с лучшей стороной хёна. — Эм, — Хосок задумчиво дотронулся до носа. — Например, недавний случай в фургоне… разве ты не был тогда напуган, что он загонял тебя в угол? Порой он перебарщивает. Чонгук попытался вспомнить свои чувства в тот момент. Тогда он лишь старался не показывать своё волнение в голосе, потому что хён был слишком близко. Хён не давал ему места подумать. — Все начинают нервничать, когда Чимин не в духе, — заметил он. Но он сомневался, что Чимин бы сразу стал показывать свой гнев девушке, которая ему нравится. — А что насчёт того, когда он начинает слишком много трогать? — задал вопрос Хосок и показательно провёл пальцами по чёрным прядям младшего. Чонгук вскочил. — Что? Разве мы не должны их остановить? Хосок усадил его обратно. — Я про тебя говорю. Когда он трогает тебя. Чонгук нахмурился. При чём тут он? Чувствует ли он страх, когда Чимин к нему прикасается? — Нет. С чего бояться? — и запоздало добавил: — Чимин-хён уверен, что она напугана, а не встревожена? Если встревожена, то это хороший знак, разве не так? Он не понимал, почему продолжает эту тему. — Так ты не боишься, — повторил старший. — Совсем? — его голос был скептическим. Чонгук слегка сжал руку друга, чтобы до того наконец дошло. — Зачем я должен бояться? Когда Чимини-хён прикасается к тебе, ты пугаешься? Чонгук вообще не понимал тему разговора. Их с хёном отношения другие. Чимин обнимает его, делает массаж, спит с ним. Каким образом необходимо дотрагиваться до девушки, чтобы вызвать у нее страх? Это же не то, что он перечислил? — Ты прав, — согласился друг. Чонгук решил, что это Хосок спросил такое лишь из-за своего воображения. Как он уже говорил, Чимин не подставит группу. Он бы не стал делать ничего такого ради ещё не начавшихся отношений. Если слова Чимина о том, что их отношения платонические, правдивы, то так и есть. Больше нечего сказать. Чимин соврал, а Хосок задавал неуместные вопросы. Оба парня снова уткнулись в экраны телефонов, Чонгук продолжал не замечать того, что Чимин игнорирует его сообщения, но получалось слабовато. Чимин имеет право проводить своё свободное время, как ему захочется. И на нём нет никакой обязанности таскать с собой Чимина. В любом случае, он может просто пойти в студию и попрактиковать танец. Пойти на V LIVE и стать гостем на Hope on Street(1). Почему на выходных он всегда остаётся один? Грустная реальность. Ему на самом деле стоит завести друзей. Словно по сигналу, Хосок захрапел, его руки обвивали грудь, а голова упала. Чонгуку пришлось покинуть удобное местечко, чтобы принести из своей спальни подушку. Он оставил её на краю дивана и осторожно уложил на неё голову хёна. Хосок выглядел устало, но умиротворённо. А вот Чонгук чувствовал себя иначе. Нужно было что-то предпринять. Его взгляд упал на телефон, но какая-то часть его души требовала оставаться на месте, напоминая о словах лидера. Он может и подождать, есть вещи и поважнее: танцевальные практики и камбеки. Но он был слишком взбудоражен и не имел никакого плана в голове. И в эту секунду его ненужная энергия приступила к действиям, и Чонгук заметил, что пишет сообщение, когда было уже слишком поздно.

Хён, ты где?

Нет, это он уже писал. Он стёр и попробовал ещё раз.

Хён вернись домой

Это тоже звучало как-то неверно. Недостаточно для того, чтобы получить ответ от Чимина. Нужно кое-что посильнее.

Хён я соскучился пжлст вернись домой

Возможно, Хосок прав. Нужно воспользоваться преимуществом макне. Всегда действует. Рука угрожающе зависла над кнопкой «отправить». Это ничего не значит, они постоянно пишут подобные вещи друг другу (Тэхён пишет). Тем более если пишет Чонгук. Молодые люди часто избалованные. Правда? Когда Чонгук перечитал написанное, сердце бешено забилось в груди. До того, как Чонгук смог бы удалить свои слова, экран загорелся, показывая входящее сообщение.

Я вернусь домой позже. Позвони Тэтэ.

Чонгук, пробежавшись глазами по сообщению, опустился на пол рядом со спящим другом, прижавшим ноги к груди. Он редко сталкивался с отказом Чимина, поэтому боль горько начала заполнять его сердце.

Затем наступает третья стадия — печаль. Отрицание превращается в привычку и ранит. Тогда чувства становятся настоящими.

— Я свихнулся, — пробормотал он и отбросил телефон подальше от себя. Он отлетел почти на метр. Он уставился на маленький гаджет. Он не посмеет. Пять секунд, и Чонгук дополз, схватил и напечатал:

хён я скучаю по тебе просто вернись домой

И в этот раз это было действительно так. Нажав «отправить», он закрыл голову руками и спросил себя, когда обычный, ничего не предвещающий день стал таким драматичным. Он позволил себе упасть боком на пол, постукивая телефоном прямо перед головой. И начал ждать. Ждал. Без ответа. Через пару минут он разблокировал телефон и, обнаружив, что ответа по-прежнему нет, начал грызть ногти. — Я сумасшедший, — он прикрыл глаза ладонью, словно надеясь, что этим действием положит конец театральному представлению, в котором оказался. Снова взглянул на телефон. Почему хён такая черепаха, когда дело доходит до сообщений? Сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда по всей комнате разнёсся рингтон его телефона. Он как попало взъерошил волосы и уткнулся лицом в пол, потому что хотел, блин, получить ответ, а не звонок. Но делать нечего. Он приложил динамик к уху и услышал голос Чимина. — Что случилось? — Чимин звучал напряжённо. — Хён, — дрожаще выдохнул младший, забыв остальные существующие слова и вопросы. Небольшая пауза, во время которой слышался негромкий разговор. Тут же тело Чонгука напряглось. И Чимина, кажется, тоже. — Я тут просто гуляю, — сказал старший. — Где Хосоки-хён? Чонгук обернулся и увидел Хосока, неподвижного как камень. — Спит, — ответил он и наконец вспомнил, что хотел спросить. — Можно я приду к тебе? Если Чимин и вправду сейчас с девушкой, которую любит, Чонгук хочет встретиться с ней хотя бы раз. Зачем? Поймёт, когда будет на месте. Его вопрос был встречен молчанием, и Чонгук уже не сомневался, что ответ Чимина будет отрицательным. По телу разлилось облегчение, когда он услышал не слишком поздний ответ: — И почему я не могу сказать тебе «нет»? Встретимся у Хонгика (2). Надень кепку. Он не нуждался в напоминании. __________________________ (1) «Hope on Street» — шоу, придуманное Хосоком. В нём он показывает уличные танцы и иногда приводит с собой гостя. (2) Хонгик — университет в Южной Корее.