Найди меня, если сможешь ("Тень огня" часть 1)

//не бечено Решив использовать свою, ненароком обретённую напарницу, по полной программе, Какаши дал ей задание пообщаться с Сузу Марано, а сам взял на себя разговор с двумя, куда более перспективными особами: подругой детства и сводной сестрой. Найти Эйко Такаяши оказалось проще простого: она жила буквально в двух кварталах от родителей пропавшей девушки. Домик семейства Такаяши мало отличался от того, который они уже видели вчера, та же чопорность, та же жажда показать свою исключительность и идеальность. Какаши шел по тротуару и рассматривал окружающий пейзаж, это так не походило на то место, где вырос он, где бегающие по улице и кричащие на все голоса дети? Он вспомнил все проказы, которые они затевали с одноклассниками в детстве и усмехнулся. Нет, он не был отпетым хулиганом, но всё же отцу доставалось и время от времени ему приходилось объясняться с родителями соседских ребят, например когда они с Обито Учихой вдвоём поколотили троих старшеклассников, за то, что те вымогали деньги у младших школьников, полагая, что среди них не найдётся ни одного, способного дать им отпор. Но как это часто и бывает тот, кто привык брать страхом и количеством, не способен противостоять не то, что сильному, а даже просто тем, кто окажется чуть смелее остальных. Жаль, их с Обито пути разошлись и он даже не знает жив ли товарищ его детских игр. Единственный ребёнок, которого он встретил, шел, держа за руку мать - молодую женщину с потухшим взглядом и опущенными плечами, мальчик лет шести - семи, походил на мать не только лицом, но и точно таким же потухшим взглядом и походкой, он походил скорее на маленького старичка, согнувшегося под грузом многих лет и пережитого. Счастливые дети так не ходят, да и счастливые в семейной жизни женщины тоже. Мимо него прошли быстрым шагом две молодые девушки, весело щебеча и смеясь, на них неодобрительно покосилась пожилая женщина, шедшая по противоположной стороне дороги, Какаши даже показалось, что он слышит её недовольное бормотание в духе "а в наше время девушки так себя не вели". Он не спрашивал, но почему-то ему казалось, что и мать, и отец Ран Таабаши родились и выросли где-то тут в этом мире лжи и притворства. Почему-то вспомнилась молодая Харуно, он уже успел собрать кое-какие данные о ней, единственная дочь в семье владельца аптеки и его супруги, одна из тройки лучших учеников на момент окончания школы, отличается трезвым умом и аналитическими способностями, но вот сдержанности ей не хватает, слишком импульсивна, слишком эмоциональна. Трудно ей будет в их работе. Но ещё труднее было ему просто даже представить её здесь, среди этих мрачных внутри и улыбающимся на людях, улыбкой, фальшивой до оскомины. Сакура была рождена для другого мира, она до сих пор верила в справедливость и в воздаяние по заслугам. Наивный ребёнок. Какаши сверил номер дома с тем, что был написан у него на листочке и убедился, что пришел по адресу. К дому вела дорожка, засыпанная гравием и песком, с обеих сторон от неё зеленела подстриженная как у всех соседей лужайка. Впечатление такое, что они договариваются всей улицей и в один и тот же день стригут лужайку на одном и том же уровне, по крайней мере объяснить по другому как они умудряются поддерживать все лужайки в абсолютно одинаковом состоянии, он не мог. Заслышав его шаги, в доме залаяла собачонка, даже по голосу было слышно, что там нечто размером с крупную крысу. Кто-то приоткрыл занавеску, рассматривая его, но при этом оставаясь совершенно невидимым для него самого, мужчина постарался принять как можно более раскрепощённый вид. В его интересах было, чтобы те, кто разглядывает его из-за полуприкрытого окна, открыл дверь, а ещё лучше, чтобы не выставили на улицу сразу, а согласились ответить на пару-тройку десятков вопросов. Дверь осторожно приоткрылась. - Кто вы? Без предисловий и приветствия спросил женский голос, разглядеть его обладательницу не представлялось возможным. - Меня зовут Какаши Хатаке, я пришел поговорить с Эйко Такаяши. У меня всего лишь несколько вопросов по поводу одной её знакомой. Дверь распахнулась и теперь Какаши видел молодую женщину со строгим лицом, плотно поджатыми губами и глазами, отливавшими серой сталью. На руках женщина держала спелёнатого и мирно сопящего младенца. - По поводу какой такой знакомой? Не припомню, чтобы я вас знала. - женщина надменно наморщилась. - Можно я войду? - Какаши решил действовать наверняка. - Входите. Скоро вернётся с работы мой муж, было бы желательно, чтобы вам не пришлось объясняться ему кто вы такой и что тут делаете, так, что в ваших интересах поторопиться. Мужчина прошел в дом, ему жестом указали на стул, в голове мелькнуло, что как только он уйдёт этот несчастный стул подвергнется тщательной чистке и обработке. Усевшись на неудобном стуле и закинув ногу на ногу он представился ещё раз. - Хатаке Какаши, занимаюсь кое-какими делами семьи Таабаши. Не могли бы вы рассказать о вашей подруге Ран Таабаши. - Подруге? Подруге??? Ран-тян не подруга, она редкостная змея, никогда не знаешь когда укусит. Ещё в детстве она развлекалась тем, что наушничала учителям на всех подряд. С возрастом привычки остались, только масштабы поменялись. - казалось, молодую женщину сейчас перекосит от гнева. - Однако, некоторое время назад вы ещё общались. - А с кем тут ещё общаться? С чопорными старухами? Да, я тоже молодая, я хочу жить, не тухнуть в этом болоте. Удивительно, правда? - Ну почему же? Нормальное желание, однако, несколько не сопоставляется с ребёнком, что спит у вас на руках. - Какаши был максимально серьёзен, кажется, юная Ран Таабаши скрывала несколько больше скелетов в шкафу, чем просто любовь к эротичным трусикам. - Забеременела, вышла замуж, родила. В конце концов мне не шестнадцать, а двадцать, я не думаю, что рождение ребёнка в таком возрасте это что-то из ряда вон выходящее. Девушка явно напряглась, а значит, разговор зашел не в то русло, а точнее ему случайно удалось нащупать больную точку. Ребёнок явно не был планированным, да и вообще не было похоже, что Эйко-тян вообще хотела ребёнка да и замуж. - Нет конечно, так всё же, что привело к вашей размолвке с Ран Таабаши? - Её наглость и ни с чем не сравнимая жажда денег. - скривилась женщина и отвернулась. Так, а вот это уже интересно, - подумал Хатаке. - А поточнее нельзя? - Нет, нельзя. Думаете она такая, как говорят о неё её родители? Только и слышно "наша Ран", не обольщайтесь, Ран меркантильна, хитра и беспринципна. В ней нет ни жалости, ни сострадания, ни каких-то понятий о чести. Она всегда найдёт где и на чём заработать, я даже не знаю откуда это в ней, вроде в детстве она не бедствовала, а вот смотри же ты - не смотря на достаток, любовь родителей и образование, выросла такая мразь. Ладно, на этом окончим, дальше решайте все ваши дела без меня. Женщина явно дала понять, что на этом аудиенция окончена, Какаши встал и пошел к выходу, только на улице он ощутил как там легче дышится чем в этом доме, где скрывается в четырёх стенах молодая женщина, полная ненависти к миру, себе, бывшей подруге, да и вообще ко всему. Он вдохнул полной грудью и... и раздался телефонный звонок. Достав из кармана телефон он увидел на экране номер телефона Цунаде. Это был тот редкий случай, когда он был даже рад её звонку. Всё же внучатая племянница практически легендарного в определённых кругах Тобирамы Сенджу и родная внучка ещё более легендарного Хаширамы Сенджу, обладала двумя ни с чем не сравнимыми способностями, она была паталогически азартна и так же паталогически неудачлива, но при этом она могла раздобыть практически любую информацию. И, хотя, она сама не занималась расследованиями, но помогала своим детективам тем, что собирала необходимую информацию. - Алло. - Что такой кислый голос? Я тебе подкинула очаровательную да ещё и умную девчонку, а ты говоришь таким голосом, словно только что котлован выкопал при чём в одиночку. Ты должен быть уверенным в себе, интересным собеседником и... - Цунаде-сан, вы женить меня решили или мы продолжаем расследование? - Не кипятись, значит так я нашла адрес этой твоей Хидеко, вот только она давно не Таабаши, а Цукима, в восемнадцать вышла замуж, в девятнадцать развелась, оставила фамилию мужа, по тому ты и не смог её найти. И ты знаешь, информация о ней довольно интересная. Значит так, завтра к пяти оба идёте ко мне, там я всё вам и расскажу. - телефон противно запищал. - Ну что за привычка отключаться не попрощавшись? - буркнул он, глядя на телефон так, словно тот в чём-то был виноват.

***

Что Какаши ненавидел больше всего так это телефонные звонки среди ночи, то, что человек, надумавший позвонить тебе в три ночи не скажет ничего хорошего, это было гарантированно и без вариантов, тут и гадалкой быть не надо, чтобы догадаться. Отчаянно мысленно матерясь, Какаши встал с кровати, запнулся об им же оставленный по среди комнаты тапок и чертыхнулся. Взяв телефонную трубку, Какаши отметил, что это опять была Цунаде. Ну и что ей понадобилось среди ночи? - подумал он и нажал кнопку. - Спишь? - без предисловий и приветствий спросила она. - Уже нет, проснулся ровно минуту назад, но конечно же ты тут совершенно не при чём, - сердито проворчал он в ответ. - Не бурчи, её нашли. - Кого? - У тебя мозги отшибло? -Три ночи! - взвыл Какаши. - Ран Таабаши. Тело было чуть прикопано, нашли случайно в лесу в пятнадцати километрах от Токио. Вскрытие ещё не окончено, но сам понимаешь - три месяца там пролежало тело, установить причину смерти точно будет сложно, говорят на теле много ран, но это пока не точно. В горле пересохло, нет он конечно догадывался, что в этом деле всё может оказаться куда хуже, чем кажется на первый взгляд, но всё равно видимо где-то внутри жила надежда, что девчонка жива, просто от кого-то скрывается. - Кто ещё знает? - Пока только оперативная группа, судмедэксперт и десяток полицейских, которые обследуют место обнаружения трупа. Родителям ещё не сообщали, Сакуре сам скажешь. - А это... это точно она? - Хатаке, тебе сколько лет? Три месяца. Три летних месяца. Тело, скажем так, немного не свеженькое. Пока ориентируются на найденные в сумочке документы, да сумочка была брошена там же. Точно скажет после вскрытия и когда будут лабораторные данные и то если повезёт. Всё же три месяца это слишком много. Ладно. Завтра всё равно жду вас обоих, пока можешь ложиться спать. Цунаде положила трубку, как всегда без многословных прощаний и отступлений. Услышав в трубке короткие гудки, Какаши чертыхаясь, поставил трубку на базу. - Спать. Спать, говоришь ложиться? Он встряхнул волосами, подошел к холодильнику, достал от туда бутылку холодного пива и не задумываясь - открыл. Может легче и не станет, но хоть в голове не будет гудеть как от звука набата.