Born To Die

      Свадьба прошла тихо и спокойно. Никто не хотел устраивать шумный вечер, приглашая сотни гостей. В общем кругу, в уютном ресторанчике, быстро расписавшись, приглашая только самых близких. Теперь уже Мины были счастливы в своей маленькой идиллии.       Но время не стоит на месте. Проходит уже примерно три года, с первой встречи, с первого поцелуя у маленького подъезда. Постепенно речь заходит о детях. Никто не молодеет. Всё как у всех. Что может быть особенного?       Чимин, как и многие, сначала плачет, боится, узнав о беременности. Долго скрывает. А Юнги почти сразу замечает выброшенный положительный тест. Ждёт долго, пока муж соберётся с мыслями и скажет, давить не хочет.       А потом долго обнимает и нежно целует. Благодарит за то, что ему досталось такое чудо. Говорит что ради него готов на всё.

***

      На последних месяцах беременности Чимин заводит важный разговор. Нужный безусловно, но уж слишком неприятный. — Юнги-я, что ты будешь делать. Если. — омега мнётся, не знает как правильно спросить и подвести. Сложно так говорить, но жизнь выбора порой не оставляет, — Если будет выбор между моей жизнью. И жизнью ребёнка?       Юнги в шоке от такого вопроса. Он понимал, что такое может случиться. Но прятал эти мысли глубоко в подсознании. Постоянно обещал себе подумать, но боялся. Но любимый времени не дает. Прямо так его забирает, ответа требует, выбор, такой сложный и непосильный просит сделать. — Тебя. Я выберу тебя в любом случае. Ребенок… Я хочу его, буду долго не находить себе места, если убью его собственными руками. Но мы сможем попробовать ещё. А если тебя не будет, не будет ни меня ни детей.       Чимин слушает. Внимательно, каждое слово впитывает, и плакать хочется. Он безумно любит. Любит и Юнги и малыша. И понимает, что муж вряд ли почувствует то же самое, что и омега, когда погибнет дитя. Не он носил малыша под сердцем девять месяцев, хотя и всегда был рядом, помогая чем мог. В омеге любовь к ребенку генами заложена. Каждый папа будет любить своё чадо самой трепетной и заботливой любовью. Альфы же начинают любить детей, когда видят их первый раз, ещё в животике пары, когда чувствую первый пиночек в ответ на прикосновение. Когда первый раз увидят и услышат первый крик. Любовь разная, хоть и очень похожая. — Нет. Ты спасёшь ребёнка. Понятно? Мин Юнги, ты слышишь меня?! Несмотря ни на что ты спасешь нашего ребенка, а не меня. Как бы больно тебе не было. Как бы сильно ты не хотел обратного. Я не переживу, если ты пожертвуешь нашим сыном ради меня.       И тишина. А что Юнги может сказать? Его накрыло будто огромным слоем воды, из-за которой все слова, просьбы и крики звучат издалека. Он погрузился в свои мысли. Попытался представить что будет, если потеряет свой лучик света, свою цель в этой жизни и свой смысл существования. Страшно даже представлять. Может Чимин и будет ненавидеть себя, проклинать всё на свете, но Мин не позволит его солнце оставить его. Никогда. Ни за что