Не с ней навсегда

Точка-точка-точка… Он сосредоточенно смотрел на расплывающиеся по пергаменту чернила. При таком освещении зелёный цвет казался чёрным и каким-то небезупречным. Ему всегда было трудно писать. Особенно, когда это было такой необходимостью. Отбросил перо в сторону, запустил тонкие пальцы в глубокие карманы и равнодушно прошёлся по комнате. Как хорошо, что тут холодно. И этот сыроватый воздух подземелий определённо внушает доверие…доверие и покой. Ещё пара шагов-чёрный полог кровати слегка пошевелился. Сколько бы слов он не перебирал в голове, все казались бессмысленными: «всё в порядке», «хорошо», «ладно», «спасибо», «пиши мне» … Где-то наверху хлестал дождь. Он знал это, хоть и не слышал стучащих капель. Зато тут-полная тишина...тишина, пока не нагрянул Блез. Вот бы он подольше не приходил. Или, наоборот, пришёл поскорее? Лето выдалось слишком тяжёлым для того, чтобы сейчас просто так сидеть в общей гостиной со всеми и распивать Огневиски. Слушать глупости Гойла, терпеть пальцы Пенси в своих волосах, переглядываться с Блезом и изредка протяжно говорить о Поттере, школе, министерстве. Строить планы на будущее – какая наивность… ведь уже шестой курс, пора бы определиться. С его будущим было всё решено. За дверью послышались шаги. Драко замер прислушиваясь. Мимо…Как охренительно хорошо, что мимо. Значит есть ещё время. Такие редкие теперь для него минуты в одиночестве. Атласное глубоко-зелёное одеяло было усеяно многочисленными бумагами. Возвышалось над всем расписание. Какого-то у них в этом семестре столько занятий вместе с Гриффиндором? Лучше бы тупица-Поттер не мешался в этот раз у него под ногами. А ведь он уже начал, иначе что означало это представление в поезде? Драко ведь только приехал в школу, а шрамированный герой уже устроил за ним слежку, что-то вынюхивает, выслушивает. «Чёрта с два, Поттер, я не дам тебе и малейшей возможности подозревать правду». Дело должно быть выполнено чисто, отец не зря работал с ним почти каждый вечер этого кошмарного лета. Именно на его, Дарко, плечах теперь возможность доказать верность. Но только ли в ней дело? Память тут же услужливо напомнила, как ступают башмачки по мягкому ковру в библиотеке Мэнора, как осторожно и плавно приближается к нему Нарцисса, подавая чай. Не отдав это на поручение кому-то из домовиков, а желая самой подойти, аккуратно коснуться его плеча, поставить кружку и шепнуть над головой: «Всё хорошо, Драко». Дверь резко открылась и на пороге возник смуглый, растрёпанный, чуть пошатывающийся сосед. - Эй, Драко. Не спишь ещё, друг? По непривычно-восторженным интонациям в голосе было понятно, что Забини пьян. Не убирая блаженной улыбки с беспечного лица, он, громко вздыхая, повалился на кровать и, не снимая ботинок, начал кутаться в одеяла и простыни. - А ты разве не пошёл провожать кого-нибудь из младшекурсниц до двери...или до постели? – брезгливо осведомился Драко. - Вечно ты! – Расхохотался Блез из-под вороха тканей. – Какого чёрта ты тут делал, читал что ли? Серьёзно, Малфой, я тебя не узнаю. Просидеть в комнате в такую ночь! – Он для убедительности потряс рукой в воздухе. – И Пэнси несколько раз о тебе спрашивала... - Пошла бы она. – Драко вернулся за стол и сосредоточенно вывел: «Дождливо. Добрался. Проблем не возникнет. Драко». - Ну не скажи! - Отозвался Забини. – Не у каждой девчонки слизерина её таланты...Я, конечно, не в курсе...- Поправился он, расслышав нервный выдох Малфоя. – Но уверен, ты-то уже испробовал всё. - Паркинсон только для того и годится, чтобы испробовать всё. – Ухмыльнулся Малфой, сворачивая послание в треугольник. Блез угодливо, но глухо захихикал. - Знаешь, что? – вдруг осознал он. – Если бы не эти вечера, хрен бы я вернулся сюда на этот год, вот. Отец считает, что я уже взрослый, и Хогвартс-это всё для недоразвитых Гриффиндорцев и Пуффиндуйцев. – Он резко сел и попытался освободиться от одеяльных пут. – Если бы я не уехал, он бы взял меня сейчас на задание. Тогда бы и пошло настоящее дело, не то, что тут...Что твой отец тебе говорил? Они ещё не закончили в Декейкерском поместье? - Не знаю. – Сдвинул брови Драко. – Я не спрашиваю отца о делах, если он сам не заговорит первым. - Знаешь, что отличает нас с тобой от всех них? – Блез казалось и не расслышал ответ. – То, что мы с тобой знаем, кто мы такие! Мы-чистая кровь, мы - те, кто достоин уважения. А они-...- Блез с возмущением шарахнул рукой по прикроватной тумбе. - …полукровки...- и снова откинулся на подушки, растрепав коричневые густые волосы. Драко зло усмехнулся в ответ. «Пошёл к чёрту, Блез, со своими пьяными разговорами о ценности крови. Твоя кровь точно никому не сдалась». Его уже тошнило от этой болтовни о семьях, крови и «заданиях», на которые ездили их родители. Чистокровные волшебники как простые бандиты ездили грабить и убивать – вот она, ценность. Драко понимал, что отец и мать, оба они судорожно думали о той, жизни, которая настанет потом – когда Тёмный Лорд наконец получит власть, о которой мечтает. Однако самому ему невозможно было и заикнуться об этом. Стоило хоть немного прислушаться к шёпоту посетителей и своей родни, как он слышал только одно – страх. Кромешный ужас пронизывал дом и всех пришедших. Кто-то держался развязно и нагло, кто-то был холоден на словах, но каждого из них терзало недоверие и неизвестность – что будет скоро? Что будет с их жизнями? Отец, конечно, утверждал, что чистокровным семьям Англии бояться нечего – каждый захочет иметь на своей стороне их голос. Но отчего тогда все эти летние тренировки? И эти вылазки в маггловские деревни. Отец ненавидел такие места и явно не считал, что там место его сыну. Драко постарался успокоиться, прислушиваясь к беготне за дверью. Кто-то визжал, кто-то смеялся, кто-то пел, не мечтая о том, чтобы оказаться как можно дальше от сюда. ** - С ума бы не сойти, Гермиона! Зачем ты притащила сюда учёбу! – Рон картинно всплеснул руками, пытаясь вырвать из рук девушки пергамент. - Это не учёба вообще-то, а наше расписание занятий! Что-то в этом семестре слишком много Слизерина… - Подвиньтесь-ка, голубки! – Между ними на диван плюхнулась Джинни, обдавая Рона брызгами сливочного пива. - Не много ли ты уже выпила? – Сощурился брат, не оставляя попыток отобрать бумаги у Гермионы. - Уж поменьше тебя! – парировала та. – И хватит толкаться, неуклюжий! Сейчас всё пиво будет на нас! - Я же говорил, что у меня дар убеждения! – из-за портретного проёма вывалились Дин, Симус и Гарри. – домовые эльфы-лучшее изобретение волшебников! Гермиона сурово уставилась на говорившего парня. Гарри предупредительно толкнул того в бок, пытаясь не разронять тыквенные помадки. - Да ладно тебе, Гермиона! Я же шучу. - А Гермиона сегодня шуток не понимает, - Пихая помадку в рот констатировал Рон. – У неё уже готова кипа пергаментов, вот. Не иначе как успела выпросить у Макгонагалл дополнительные занятия? Ребята шумя передавали друг другу угощения. Невилл неумело обжаривал в камине зефир кипящая карамель капала на раскалённые расчерневшиеся головёшки. Гарри сворачивал сахарные мармеладные перья, а Гермиона задумчиво глядела в окно. В стекло бросались порывы дождя, но тут его было почти не слышно- хохот и речи ребят заслоняли собой всё вокруг. Девушка взглянула на своих - таких беззаботных друзей – и подумала о войне, о том, что где-то, в этом дожде, люди зовут на помощь, а над домами взметаются чёрные метки...эти мысли заставили её поёжиться. Гриффиндорка поймала взгляд зелёных глаз – кажется, Гарри думал о чём-то похожем. Она ободряюще кивнула и положила в рот шоколадную лягушку. Дамблдор задорно подмигнул ей с карточки. - Видели этого олуха-первокурсника, который свалился с табурета под распределяющей шляпой? – Расхохотался Рон, укладывая рыжую голову на спинку кресла. – Я думал, Макгонагалл его тут же в дверную ручку превратит. Сразу видно-Пуффендуец. - Что за предубеждения? – Возмутилась Гермиона, отрывая взгляд от трепещущих языков камина. - Я сам чуть не свалился, когда на меня одели шляпу. Вот было бы чудесно – «избранный испугался распределения в первый же день в школе». – Усмехнулся Гарри и, чуть наклоняясь к подруге, добавил, - А ведь и правда испугался. Девушка довольно кивнула в ответ. Было совершенно привычно наблюдать, как он откидывает от лица смоляные волосы и совершенно просто усаживается на ковёр, поближе к огню. Столько, сколько она знала Гарри Поттера, он всегда был таким – не старался казаться смелее, чем он есть. Но многие считали его смелым. Она сама только вот перед поездкой в школу размышляла, как у друга хватает на всё это сил. В то время как ей без слёз нельзя было вспомнить о Сириусе, Ордене, войне и смертях, Гарри может вот так просто склониться и сказать про себя так, будто не он – тот, кто сражается, будто они всё ещё просто дети, затеявшие очередную проказу. Ну и конечно Рон, милый Рон, который никогда не позволяет ей впадать в серьёзные нравоучения «Ну, перестань, Гермиона. Ещё есть куча времени». Конечно, у него это не всегда получается, усмехнулась девушка про себя. - Надеюсь, они почаще будут делать этот вишнёвый пирог! – Причмокнула Джинни. – безупречно! - Смотри, чтоб мама об этом не узнала. Она то думает, что лучший десерт – это её пирог с патокой. – Подколол Рон сестру. - Я-то уж её не боюсь, не то что некоторые. – Состроила гримасу рыжеволосая. – Гермиона, передай лягушку? А вы заметили, сколько в этом году набрал Когтевран? По-моему, гораздо больше, чем обычно. Спорим, теперь Флитвик не знает, как распихать их по спальням. Полумна сказала, что у них там есть забавные личности. - Как по мне, так пирог с патокой вашей мамы – великолепен. – потягиваясь сообщил Гарри. - Ой, она тебя и так обожает. – Махнула на него сахарным пером Джинни. – Того и гляди предложит усыновить. - Или обменять на тебя Фреда и Джорджа. – Поддержал Рон. - Между прочим, - обернулся к компании один из близнецов, - не такое уж выгодное вложение. Нас хотя бы никто не пытается убить каждую минуту. - Ну так до этого недалеко, - прыснула Джинни, - вы так довели Филча в прошлом году, что спорю, он уже поклялся навести на вас сглаз. - Этот сквернейший сквиб? – Приподнял бровь то ли Фред, то ли Джордж, - да он максимум может мечтать подвесить нас в подземельях за лопатки, да и то Снегг не даст ему это сделать, там же его уютнейшие покои. - Снегг теперь не заправляет в подземельях, забыл? - Да чёрта с два он оттуда уйдёт, помяните мои слова. - Обернулся наконец второй близнец. – Это же его территория. У Слизнорта даже спальня будет рядом с учительской, а никак не там. Я уже слышал, как он выпрашивал это место у Дамблдора. - Слышал? Точнее, подслушал. – Лукаво сощурилась Джинни. На что близнецы, не менее лукаво подмигнув, одновременно отвернулись и продолжили болтовню с семикурсницами. - Даа… сложно представить, что эти двое заканчивают школу уже в этом году. – Рассеяно протянул Гарри, - Кто же потом будет устраивать проказы, и…квиддич. Гермиона посмотрела на него с лёгким сочувствием. Должно быть сложно было терять игроков из команды. Гарри ведь был самым младшим, когда его взяли ловцом, но когда-то и он уйдёт, и на его место придёт другой. А пока он вынужден каждый год прощаться с одним из своих партнёров и привыкать к новичкам. - Держу пари, они ждут не дождутся, когда это произойдёт. – Пожал плечами уже наевшийся и оплывший в кресле Рон. – Всё грезят своим магазинчиком в Хогсмиде. Они и на этот год бы не пошли, да матушка заставила. - Не могу представить, что когда-то не вернусь в нашу гостиную. А моя уютная кровать у окна на западной стороне… - Джинни уютно подобрала под себя коленки и заглянула в огонь камина, будто бы в поисках простых ответов. - А ты становись преподом, будешь каждый год учить маленьких спиногрызов, да присматривать, чтобы они не убились. - Нет уж, спасибо, братик. Это вообще не моё. Максимум, я могла бы кого-то научить играть в квиддич. Хотя я немного завидую профессорам: мимо них проходят целые поколения. Буквально сегодня: разве это не будоражит, смотреть как новые студенты распределяются на факультеты? Да уж, эта атмосфера тёплого освящённого свечами Большого зала, запахи жареной курицы и пирогов, тыквенный сок и улыбающиеся лица друзей – всё внушало доверие и защищённость. Даже привычные враги – слизеринцы, улюлюкающие при каждом новоизбранном Гриффиндорце – заставляли почувствовать: Хогвартс – их дом. Но сильнее всего Гермиону завораживали книги, сложенные в стопку у её кровати, чистые свитки пергамента и горсть разноцветных перьев. Все эти вещи напоминали, что друзья всё ещё в школе, а не на войне. И пусть впереди что-то неизведанное, пока у них есть возможность оставаться в Хогвартсе, а значит она может засиживаться допоздна, слушая истории о летних каникулах, завтра встать пораньше, чтобы умываться подольше, надеть новёхонькую школьную форму и отправиться на маггловедение. ** Драко раздражённо ударил по свеженапечатанным листам газеты, которые заслоняли миску с топлёным маслом. - Блез, ты не мог бы свалить от моего завтрака со своей грязной бумагой! - Кто-то сегодня встал не с той ноги? – Проворковал приятель насмешливо. – Это, конечно, не те роскошные завтраки, к которым ты привык в Мэноре. Драко промолчал о том, что роскошных, да хотя бы и вкусных завтраков дома он не видел уже несколько месяцев, с тех пор как любимая тётушка заняла комнату в северном крыле, а мать перестала играть вечерами на рояле. Домашних эльфов постоянно отправляли то туда, то сюда с какими-то поручениями, на хозяйские дела времени не оставалось совсем. - О Поттере летом писали все газеты Англии. Нет такого места, куда бы он не сунулся. Как думаешь, он не помешает тебе? – Блез наконец высунул смуглое лицо из-за простроченных страниц. - Поттер? Да его скудный мозг никогда не дойдёт... что за грёбаные мысли лезут за завтраком?! – вилка предательски застрекотала по бортику блюдца. – И убери эти бумажонки от сюда! – Пытаясь заткнуть разбушевавшееся волнение, блондин изящным движением откинул газету за спину. - Драако! – Протянул где-то слева Крэбб. - И вообще заткнулся бы ты, Блез. Или хочешь, чтобы вся школа узнала? - Я не упомянул ничего такого. – Насупился парень, перебирая в голове сказанные слова. - Поттер – дойная корова для нечистых на руку журналистов. Им не о чем писать больше, а тут вдруг посмотрите – мальчик-который-никак-не-сдохнет опять попал в какую-то историю. А он и рад, - тонкие губы изогнулись в брезгливой усмешке, - смотреть противно. На самом деле этот придурок-Поттер уже о чём-то догадывается. Не зря же он постоянно пытается засечь слизеринские разговоры, ещё на платформе и в поезде, и у входа в Большой Зал – Малфой заметил. Но Драко не попадётся-не дурак. Не зря отец доверил дело именно ему. Если Горбин всё правильно понял, то ещё до Рождества с заданием будет покончено, а может быть и со всем сразу. Блондин угрюмо взглянул на стол Гриффиндора. Вот и шрамированный герой – трепется о чём-то со своим рыжим убогим дружком. А ведь и правда, это тупое очкастое лицо преследовало его всё лето. Лето, которое он провёл в Мэноре. Даже тошно. Он никогда раньше не думал, что может быть так противно от этих родных стен, укрытых приглушёнными серыми обоями. Даже сейчас с содроганием вспоминается, как тётушка проводит по ним своими длинными грязными пальцами, когда идёт по коридору к обеду. Все недели каникул отец твердил ему о Поттере, и вот наконец – наш герой так близко, уплетает бекон за соседним столом. Вот только в планы Драко совсем не входит отводить от себя подозрения. Он вообще не собирается попадаться. - Пошли. Завтрак окончен. – Кивнул он приятелям, и вальяжным шагом направился к тяжёлым дверям вдоль рядов учащихся. Ему нужно вести себя как обычно. Чёртова рука... Он болезненно поморщился, когда вдруг в толпе замелькала знакомая рыжая башка. Почудилось где-то в глубине мозга, как ядовитая чернота просачивается из кончика волшебной палочки прямо в кожу, прямо в его нутро. Она оседает там, в его венах и опутывает до конца. Теперь ему уже не отвертеться, не ускользнуть. «Так будет лучше» - сказал ему отец, когда всё случилось. «Теперь ты под защитой». - Сейчас развлечемся. – Резко кивнул он Блезу. – Эй, Уизли! Тот моментально обернулся на знакомый призыв. Хорошая реакция, вшивый урод. Всё равно сейчас, ему нужно отвлечься. Вернуться к чему-то привычному и не думать. Не чувствовать, что болит. - Чего тебе нужно, Малфой? А вот и вся неразлучная троица. Просто смешно, как долго они способны не отлипать друг от друга. Сразу побросали еду. Как хорошо, что и Поттер здесь. Сегодня, прямо сейчас ему не удержаться. - Хотел поздороваться в честь начала учебного года. – Растянулся Драко в недоброй ухмылке. – Давненько не виделись. Как там твой отец? Я слышал, ему пришлось заниматься довольно опасными вещами в министерстве. Ты наверно волнуешься за него, да, малыш-Ронни? - В такое опасное время? – Картинно откликнулся Блез, привычно поддерживая начатую игру. - Будет обидно, если с ним что-то случиться. Кто же тогда будет обеспечивать вашу семью этим тряпьём, которое ты одеваешь на себя. - Ублюдок! – Рыжий кинулся вперёд, но чья-та рука его сдержала. – Не надо, Гермиона, я пришибу этого слизня прямо тут! Как раз есть шанс успокоить его на раз, хоть один год проведём в покое. - Он просто провоцирует тебя, просто провоцирует! Ничего он не знает про Министерство, Рон, успокойся. - А может знает? – Поттер шагнул вперёд, будто пытаясь вытащить из серых глаз какие-то проблески правды. «Не дождёшься, урод! Я буду смотреть, как ты барахтаешься в своих сомнениях, и пальцем не пошевелю. Никаких намёков. Герой! Ты ведь даже представить себе не можешь, на что я способен теперь». - Ребят, пошли от сюда, скоро урок. - Кажется кто-то спросил мнение смердящей грязнокровки? – Он даже не посмотрит на это поттеровское отребье. Стоит где-то внизу, прижимаясь к своим учебникам. Смешно. Драко не нужно смотреть, чтобы понять, что она, где-то там, внизу, перебирает противными пальцами по обложкам засаленных библиотечных книг и покачивает своей головой, увенчанной гнездом из перепутанных волос. - Заткнись, урод. – Зелёные глаза неотрывно сверлили, но он не даст и малейшего повода сомневаться. – Или ты хочешь сдохнуть прямо сейчас, так и не исполнив свою роль раба Волан-де-Морта?! - Гарри! – девичья ладонь легла на голубую футболку. Как спокойно герой произнёс это имя. Даже мускул не шелохнулся. У Драко появилось острое желание обернуться, будто Тёмный Лорд стоял прямо за его спиной, и вот-вот положит на плечо свою мерзкую склизкую испачканную кровью руку. - А ты привыкай, Поттер. Скоро каждый будет называть вещи своими именами. И если твоей лахудре повезёт выжить, то каждый укажет ей на место - где-то пониже домовых эльфов. За спиной квакающе захихикал Гойл. - Можешь быть уверен, я не допущу наступления таких времён. Они останутся только в твоих больных фантазиях, Малфой. А теперь иди куда шёл, пока я не помыл твой сквернословящий рот с мылом. – Поттер засунул за пояс палочку и, прихватив кипящего рыжего придурка, пошёл к выходу из Большого Зала. - Они гораздо ближе, чем ты думаешь, Потти! – Крикнул Малфой в ненавистную спину. ** Первая неделя учёбы складывалась для Гермионы удачно, как никогда. Она сумела занять отличное место на астрономии, чтобы быть недалеко от профессора и в то же время, подальше от колонн. На Древних рунах девушка уже успела заработать для своего факультета 10 баллов, а профессор Вектор дала разрешение на то, чтобы взять «Нумерологию средневековых чародеев» в запретной секции библиотеки. И даже Снегг, казалось, не проявил на своём первом занятии должного рвения снимать с гриффиндорцев все только полученные баллы. Как будто впервые он был доволен, хоть методы преподавания его нисколько не изменились. Мрачная улыбка бывшего зельевара, однако сильно раздражала Гарри, который никак не мог смириться, что его любимая дисциплина наконец попала в лапы Северуса Снегга. - О чём думал Дамблдор, когда назначал его на это место?! – кипятился гриффиндорец по пути на Трансфигурацию. – Он вообще не собирается учить нас обороняться, он даже не как Амбридж, он хуже Амбридж, она хотя бы не была пожирателем смерти. - Гарри, прошу тебя, не кричи так громко о пожирателях в школе. – взмолилась Гермиона, ловко уворачиваясь от чьего-то летящего портфеля, – не обязательно каждому в Хогвартсе знать о твоих подозрениях. - Эй, мелюзга, я с тебя сейчас баллы сниму! – огрызнулся Рон, посылая портфель обратно в какого-то второкурсника. - Это никакие не подозрения, Гермиона. Это факты, Снегг работал на… ты поняла, и был пожирателем, как и все его школьные дружки. - Так или иначе, - она снизила голос до громкого шёпота, - теперь он в Ордене, а значит на нашей стороне. - В Ордене он только по благословению Дамблдора, а если бы не это, никто бы Снегга туда брать не стал. Ни один нормальный человек не стал бы ему доверять. Сририус… - его голос немного надломился то ли от долгого крика в шумном коридоре, то ли ещё от чего-то, - Сириус ему не доверял, я знаю. – Закончил он наконец твёрдо. Профессор Макгонагалл величественно восседала на своём стуле-троне, тщательно очёркивая имена учеников в разложенном на столе пергаменте. Говорила она негромко, но никто даже не думал перебивать её речь насмешливыми шептаниями. Строгий голос звучал ровно и чётко, будто укрывая учеников силой своей надёжности. - На весь следующий семестр до рождественских каникул вы будете выполнять очень ответственный серьёзный проект, чтобы подготовиться к экзаменам и показать, как вы усвоили материал всех предыдущих лет. Выполнять его необходимо будет в парах, и не сомневайтесь: я отслежу работу каждого ученика, так что не вздумайте отлынивать! Это и вас также касается, мистер Финиган! – Симус угрюмо поднял голову с парты. – Итак, каждой команде будут выданы свои учётные материалы для исследования. Помимо того, вы должны будете отчитаться о промежуточных результатах работы: то есть всего два отчёта, один итоговый...Мистер Уизли, перестаньте отвлекать мистера Поттера, даже и не надейтесь, что окажетесь в паре! - Я и не надеюсь...- угрюмым шёпотом заключил Рон, - Я бы рассчитывал на тебя, Гермиона… - Чтобы я делала за тебя весь проект? Вот уж нет. К тому же… - девушка опасливо посмотрела на профессора Макгонагалл... - у меня есть подозрение, что в паре будут учащиеся разных факультетов… - Что? Вы же не сделаете этого, правда профессор? – Полыхнул Рон на всю аудиторию. Профессор Макгонагалл раздражённо сжала губы и поглядела на того поверх очков: - Не знаю о чём вы, мистер Уизли, но можете не сомневаться, я так и поступлю, если вы не начнёте вести себя прилично на моих занятиях! – Слизеринские ряды приторно захихикали. - Простите, профессор, - Побагровел Рон, бросая уничтожающие взгляды в сторону Пенси Паркинсон. – Я имел ввиду, как будет происходить разделение? Внутри каждого из факультетов?...- Слизеринцы мгновенно затихли в осознании угрозы. - Если бы вы дослушали меня до конца, мне бы не пришлось ставить под сомнение ваше воспитание. – Отрезала Макгонагалл. – Распределение будет проходить внутри всего класса. Вы можете оказаться с учащимся вашего факультета, а можете и не оказаться. Всё решит распределяющий сундук. – Она махнула рукой в сторону ветхой коробочки, стоящей на учительском столе. Рон с Гарри тревожно переглянулись. Хватит ли им удачи для того, чтобы не угодить в пару со слизеринцами? - Теперь каждый напишет на пергаменте своё имя, а я... - профессор вынула из кармана стопку лиловых бумажек – помещу в сундук темы проектов. Поскорее пожалуйста. Рон быстро накарябал своё имя и заозирался вокруг: он явно размышлял о том, как бы подгадать себе гриффиндорскую пару. - Она всё равно будет ждать, пока все опустят свои имена. – Назидательным тоном заметила Гермиона. - Мне никогда не везло с такими штуками... - пожаловался с заднего ряда Невилл. – Только бы не выпала Милисента, она, кажется, до сих пор злится, что я в том году пролил на её мантию жижу бубонтюбера...- И он уныло посмотрел в сторону слизеринки с массивной челюстью. Гермиона тоже нервничала: она уже несколько раз согнула и разогнула свой пергамент. «Одно дело, если попадётся какой-то лентяй из Гриффиндора...» - Она заметила, как Лаванда с Парвати упорно о чём-то шептались над своими листочками. «Но если слизерин…я представляю себе...» - Она на минуту подумала, кто со слизерина был бы наименьшим злом… Макгонагалл начала собирать пергаменты: - Мистер Уизли, ваш как будто гиппогриф прожевал! Перепишите сейчас новый! Рон нервно зашептал Гарри о том, что это не к добру…уж он-то разбирается в магических приметах. Никто не казался девушке таким уж приемлемым вариантом. Пенси будет мерзко высмеивать её внешность и называть зубрилой, Милисента насмехаться над тем, что у Гермионы нет и никогда не будет парня, Забини отпускать сальные шуточки, Крэбб и Гойл просто загубят проект своей непроходимой тупостью, а Гринграсс начнёт доводить своим высокомерным ледяным молчанием и конечно каждый, каждый будет называть грязнокровкой. Пергаменты приятно шелестели в сундучке смешиваясь. Иногда было видно, как они стремились вырваться наружу, но Макгонагалл придерживала крышку морщинистой рукой. Наконец пергамент Теодора Нотта присоединился к вихрю прочих записок, профессор ещё раз встряхнула шкатулку, и в классе повисла волнительная тишина. - Если мне выпадет быть с Крэббом или Гойлом я не выдержу… нашлю на них Фурункулюс в первые же пять минут общения – яростно зашептал Рон, поглядывая на Гермиону. -Тс! – отмахнулась она, подаваясь всем телом вперёд. - Элоиза Миджен…- Макгонагалл достала первую бумажку, - иии…Дафна Гринграсс, с темой «Сложнейшие животные трансфигурации середины 19 века», надеюсь на ваше успешное сотрудничество, девушки. Судя по всему, девушки не были уверены в столь уж большом успехе. Дафна вовсю изображала однокурсникам сильнейшую рвоту, тогда как Элоиза готова была прямо здесь разрыдаться. «Ледяное молчание, пожалуй, было не таким уж плохим вариантом» - подумалось Гермионе. - Эта Дафна наслала гнойное проклятие на Денниса Криви прямо под носом у Снегга, так тот даже пальцем не повёл, чтобы... – Лаванда осеклась. - Лаванда Браун и… Мальколм Бэддок с темой... – Мальколм кровожадно улыбнулся Лаванде. - Я не буду с ним в паре! Не буду! – отчаянно зашептала девушка. Парвати поглаживала подругу по плечу. – Я подойду к Макгонагалл после пары и поговорю!.. Я не буду в паре с этим ублюдком!.. - Милисента Булстроуд и…Рональд Уизли с темой… - Какого чёрта?! - Не удержался Рон, вскакивая со своего места. - … «Законы трансфигурации Эрика Губчатого».. Что простите?! – Макгонагалл сурово воззрилась на Рона. – Минус пять баллов Гриффиндор, и держите себя в руках, мистер Уизли. Неужели желаете отправиться на отработку в первые недели учёбы? Рон присел на край стула, не потеряв, впрочем, запал. Гермиона искоса посмотрела на слизеринские парты: Гойл демонстрировал Милисенте какие-то не совсем приличные жесты. «Поганые...» - тут её взгляд натолкнулся на ледяную волну ненависти - Драко Малфой перехватил её попытки оценить ситуацию во вражеском лагере. Его тонкие губы скривились в противной ухмылке и беззвучно произнесли что-то очень похожее на «грязнокровка». Гермиона сузила карие глаза так, что они почти скрылись за пушистыми ресницами и гордо взмахнула коричневой гривой волос. - Успокойся, Рон. Это хотя бы не Малфой.... - убеждал друга Гарри. - Да уж на хорьке я хотя бы испытал пару своих лучших заклятий – полыхал Рон. - Нэвил Долгопупс и…Дин Томас. Ваша тема будет… - Ух ты! Вот повезло! – улыбнулся Гарри через плечо ребятам. Те, кажется, только что пережили большое потрясение, но уже активно кивали всем вокруг. Так постепенно Грегори Гойл оказался в паре с Блейзом Забини, Винсент Крэбб с Симусом Финиганом, Пэнси Паркинсон с Викки Фробишер… - Гарри Поттер и… - Гарри привстал со своего стула от волнения – Парватти Патил. - Уф...-невольно вырвалось у него. Парватти тоже весело помахала ребятам. - Ну ты и счастливчик... - пробурчал Рон. - Тему! Тему записывайте, мистер Поттер: «Средневековые способы сведения анимагического сглаза». Кто же остался? Кажется, всех уже распределили. Гермиона тревожно заозиралась вокруг. - Драко Малфой и….- сердце сделало пару ударов – Гермиона Грейнджер. - Чего?? – Рон впервые ожил после своего собственного распределения. – Какого ещё? Макгонагалл пропустила его возгласы, потому что в тот же момент раздался хохот и свист со слизеринских трибун (особенно громко смеялся Блез Забини) и вскрик Малфоя: - Чёрта с два я буду приближаться к этой...этой… Макгонагалл в один миг оказавшись рядом угрожающе нависла над учеником, до этого она ни к кому так близко не подходила. Кажется, каждый угадал, какие слова чуть не сорвались с губ слизеринца, и меньше всего профессору хотелось слушать низкие оскорбления в своём классе. - Мистер Малфой, – Она сделала ещё один последний шаг, губы были тонки и бледны как никогда. – Вы распределены в пару к одной из лучших моих учениц, так что, если я узнаю, что вы позволяете себе сквернословить в её адрес или хоть как-то недостойно себя вести, - тяжёлый выдох. Малфой осел на своё место неожиданно опустив взгляд. – будьте уверены, за мной дело не станет. Пять баллов со Слизерина. Продолжим. Гермиона бледнея записывала тему проекта и одной рукой удерживала Рона на месте. Макгонагалл такого высокого о ней мнения? «Одна из лучших учениц»? На секунду ей показалось, что профессор хотела сказать «лучшая» - щёки девушки порозовели. Макгонагалл её защищает. В груди у неё разливалось что-то очень тёплое и податливое. Профессор, которая совсем не часто позволяла себе отмечать какого-то студента при всём классе, при слизеринцах отметила её. Да и дело даже не в том, что Макгонагалл – любимый профессор Гермионы. Иногда девушке хотелось перенять черты преподавателя: твёрдость, стойкость, беспристрастность и умение держать себя даже в таких конфликтных ситуациях. Гермионе казалось, что из Макгонагалл получился бы прекрасный лидер мракоборцев или главный министр. Но всё это не изменяло того, что ей придётся работать в паре со слизеринцем. И не просто со слизеринцем, а с самым отвратительным слизеринцем на курсе, с тем, кто больше всего на свете не может терпеть магглорождённых. ** - Нет, Рон, даже не начинай... - Она сложила себе в тарелку пару сарделек в обжаренных помидорах. В Большом Зале отсутствовало порядочно слизеринцев и гриффиндорцев: студенты атаковали Макгонагалл, как только окончился урок. Однако каждому она отвечала твёрдым «нет» - никаких перемен в парах на проекты. - Почему? Ты же её слышала! Она на твоей стороне! Просто подойди и попроси поменять партнёра? О! Идея! Давай соединим с тобой Малфоя и эту... Булстроуд! Вот пара будет, и мы с тобой! - Я не уверена, Рон, что из этого что-то получится… – Гермиона смущённо потыкала вилкой в помидор. Честно признаться, ей совсем не хотелось идти к профессору Макгонагал и как все упрашивать её поменять партнёра, особенно после того, как профессор обозначила столь высокое мнение о девушке. Это бы означало...потерю какого-то доверия, даже к самой себе. Разве она не справится с этим хорьком? Всего – то! Проект. Её могут поставить в любые условия, и она выполнит задание на отлично. Этот навык мог бы неплохо пригодиться в будущем, ведь их ожидает не просто приятная прогулка – борьба. Да, так случилось, что в пару ей выпал Малфой, но он – всего лишь волшебник, как и она сама. Девушка попыталась надавить на эту точку равенства, укрепить в себе эту мысль. Если подумать, они вообще могут не встречаться, а делать свои части отдельно, и потом… - Вот Гарри у нас по жизни везучий! – Рон размахивал куском свинины, нацепленным на вилку. - А как ты думаешь я до сих пор остаюсь в живых? - усмехнулся тот. – Но, по правде говоря, я понятия не имею, как работать с Парвати. - Да делов-то, - отмахнулся уже пустой вилкой Рон, - ты ж ей нравишься, может и проект за тебя напишет. - Сомневаюсь, что я могу ей нравится после Святочного балла, - скептически заметил Гарри. – Кроме того, из-за Квиддича, не знаю, сколько времени я смогу уделять теперь таким проектам. В команде столько изменений. Да и по другим предметов заданий хоть отбавляй. - Это тощно, - Рон уже засовывал себе в рот сдобную булочку, - Снегг аще осверел со сфоими эссе. - Может быть лучше подумаем, чем займёмся сегодня вечером? Всё-таки пятница, первая неделя прошла, а мы… так и не навестили Хагрида. - Гермиона предупредительно переменила тему, увидев в глазах Гарри яростный блеск. Он уже был готов начать поносить Снегга и его ужасное отношение к самому лучшему предмету. Но вместо негодования на его лице появилась вина и растерянность. То же самое почувствовали они все, но девушка знала, что рано или поздно эту тему придётся поднять. В другие годы они в первые же дни побежали бы чаёвничать в хижину лесничего. Но теперь всё оказалось по-другому. - Он же на нас не обиделся, правда? – замямлил Рон, выискивая глазами Хагрида за преподавательским столом. Но его там не было и быть не могло. Он не так уж часто обедал вместе со всеми в Большом зале, а тут ещё начало года, когда у преподавателей куча работы с малышами. - Мы поговорим с ним. – мрачно отозвалась девушка, - Хагрид же наш друг, нам нечего от него прятаться. Чем скорее мы это сделаем, тем лучше… - Не думал же он, что мы продолжим изучение этих…тварей… - перебил её Рон, у которого чувство вины пересилило всё остальное. - Может и думал… - тяжело вздохнул Гарри, вставая из-за стола. – Мы можем успеть заглянуть к нему сейчас, если поторопимся. Друзья понуро засеменили к выходу из Большого зала. Новая проблема тяготила каждого из них. В рассеянности Гермиона скользнула взглядом по слизеринскому столу. Он был привычно заполнен учениками в чёрно-зелёных мантиях. Предстоящий проект тут же же занял центральное место в её голове. Интересно, здесь ли сейчас Драко Малфой? И если да, то о чём думал? Наверняка обзывал её последними словами, выделываясь перед своими дружками и…может он сам сходит к Макгонагалл и попросит другого партнёра? Надежда начала ощущаться всё явственнее. Или даже к Снеггу…уж тот-то не откажет своему любимому ученику. Как же. Ненаглядного чистокровного принца поставили в пару к ужасной гриффиндорке. Даже развеселившись немного, девушка вновь вернула взгляд и тут же столкнулась с серыми яростными глазами. Малфой повёл плечами назад и брезгливо отвернулся к Забини. «Такой точно не станет работать с «грязнокровкой,»» - фыркнула про себя Гермиона, - «Вот и пусть решает проблему как ему будет угодно». ** Какого хрена он уже второй раз за сегодня сталкивается с ней взглядом? Проклятая гриффиндорская заучка. После трансфигурации он всю перемену разглагольствовал с Гойлом, Забини и Паркинсон, что пойдёт к Снеггу и тот покажет этой старухе, как распределять его в пару с грязнокровкой. Хотя теперь, когда он пообедал сочным ростбифом под яичной заправкой его уверенности поубавилось. Захочет ли Снегг заступаться за него перед Макгонагалл? Что если эти проекты - вообще идея Дамблдора или Министерский план обучения. Один раз ему уже не позволили изменить тему эссе, когда их спустили на школу сверху. Что если на эту распределяющую коробку наложено заклятие несменения... и ещё миллион причин. Но попробовать всё же стоит. Не оправдывайся, не увиливай. Уже сейчас голос Снегга где-то в голове сообщил: «Сейчас есть более важные дела, чем твои препирательства с профессорами. Тебе было велено не привлекать лишнего внимания. Это что, так сложно?». Лучше выслушать нотации от Снегга, чем работать в паре с этой зубастой подстилкой Поттера. Он посмотрел на гриффиндорский стол: как всегда, болтает со своими тупыми дружками. Вислый наверняка трепется о том, что ему не хватает кната на приличную мантию... убожество. Вот куда скатится магическое сообщество, если будет прислушиваться к таким предателям крови. Заправила прядь волос за ухо... естественно... кто ещё в школе носит такую гриву на голове? Все девчонки к шестому курсу уже научились справляться со своими волосами. Вон Паркинсон – он перевёл взгляд на слизеринку, гладкие чёрно-коричневые волосы которой упорно лезли в тыквенный сок. А одежда? Боже, кто ещё в школе кроме первокурсников носит этот тупой галстук повсюду? Острые глаза прошлись по жёлто-красным полоскам… Гриффиндор… он выругался про себя. Тупой ненавистный Гриффиндор, который собрал в себе самых больших ублюдков в школе. Этого самовлюблённого избранного, тупого Долгопупса, нищебродских Уизли. Что она там ковыряет? Надеется размазать этот помидор по тарелке? Может грязнокровка представляет, что давит его, Драко Малфоя? Ну так он раздавит её первым! Его семья всегда давила и будет давить таких как она - поганых, недостойных магии, мерзких, уродливых…она подняла свой удушающий исчерна-карий взгляд. Их глаза столкнулись. Какое мерзкое ощущение! Он тут же отвернулся. Как будто что-то горячее и склизкое коснулось его души. А она всё оборачивалась и оборачивалась, уходя, как будто искала кого-то глазами, но не находила. Драко не собирается контактировать с ней даже так, а тем более работать бок о бок... Сейчас же после обеда он пойдёт к Снеггу. Но к Снеггу он не пошёл. Драко посверлил его взглядом на перемене перед зельеварением, которое теперь вёл Слизнорт. Профессор забирал какие-то склянки из своего бывшего кабинета и будто нарочно игнорировал неотрывный взгляд блондина. Сколько усилий он приложил к тому, чтобы Люциус старший мотался теперь по заданиям Лорда, а по роскошным коридорам Мэнора шныряли пожиратели, оборотни, гоблины! Драко знал точно, после неудачи его отца в Министерстве, Снегг стал любимчиком Тёмного Лорда, хотя сам же участвовал в разработке некоторых деталей плана вторжения. Но как всегда хитрый змей сумел вывернуться в последний момент, и никто не заметил его вины. А вина была, и была она огромна. Ведь никто в здравом уме не решил бы, что Снегг помогает теперь семье Малфоев просто так, о нет. Он специально сблизился с Люциусом и Нарциссой, чтобы в нужный момент нашептать, то, что выгодно. Если Снегг такой уж хороший шпион, то почему не предвидел провала в Министерстве? Ведь он явно ближе всех к Дамблдору. Нельзя было идти к нему даже с такой маленькой просьбой. Он высмеет Драко как мальчишку, как высмеивал теперь его отца. Нет, он не допустит ещё одной услуги от этого ужасного человека, который, как никто другой, умел втираться в доверие по совершенно непонятным причинам. «- Твоя беда в том, Люциус, что Тёмный Лорд не умеет ждать. Пока ты распыляешься с сыном и женой, находятся более способные приближённые». – Драко отчётливо помнил, как Снегг сказал это отцу, отказавшись от приглашения на ужин. Малфой-старший тогда был просто в ярости, но Драко понимал, как тот напуган. Северус Снегг больше не наставник Малфоя, о нет. Теперь он – ищейка Волан-де-Морта, что затаилась в крепких стенах Хогвартса и готова подловить его на любой оплошности. Драко больше не может нажаловаться ему на поганую грязнокровку, это значило бы показать слабость в такой мелочи. А Снегг ждёт его слабости. Да и чёрт бы его побрал, этот проект вместе с дурой Макгонагалл. Ему всего лишь нужно делать вид, что он продолжает учиться, главная цель – в другом. Лишь бы эти занятия не помешали его ночным вылазкам. Да и, кроме того, отец писал ему первым письмом, что договорился с Дамблдором о том, что в этом году Драко нужно будет периодически отлучаться из школы «по семейным обстоятельствам». И доверчивый старик, конечно, повёлся на эту ложь. Чего ещё можно было ожидать от такого бесполезного директора. Разве ему не очевидно, что это за «семейные обстоятельства?», разве не ясно, ЧТО Драко будут заставлять делать во время этих поездок? Любой нормальный профессор конечно же запретил бы отцу такое своевольство, но только не Дамблдор. Конечно же нет. Драко с какой-то бессмысленной злобой оттолкнул от себя стакан сливочного пива, поставленный перед ним на кофейный столик в гостиной. - Что-то то не так, Драко? – подсела к нему на диван Пенси. «Всё чертовски не так, Паркинсон. До дьявола всё не так». ** - Только не Франция! – замотала головой Парвати, откидывая в сторону перо. – Какой вообще смысл писать не про Англию, если живём мы здесь? - Про Францию мы нашли уже три книги, а про английских анимагов…- Гарри развёл руками в непонимании. Прошло уже больше недели с тех пор, как их распределили на проекты. Многие постепенно начали готовиться, да и Гермиона набрала в библиотеке кучу книг. Одно только напрягало: что делать с Малфоем? Поговорил ли он со Снеггом? Макгонагалл ничего не сообщила о смене пар. Предложить ему работать отдельно? Или они и так уже имеют негласную договорённость об этом? Завтра было очередное занятие по трансфигурации, и профессор уже не в первый раз интересовалась, как у них дела. - Рон, как вы делаете проект с Милисентой? – решила поинтересоваться Гермиона. - А? – веснушчатое лицо выглянуло из-за цветных листов газеты о Пушках Педдл. – А... никак особенно. Нуу... мы договорились, что она будет готовить первые три закона, а я остальное. Как там практическая часть, пока не загадываю… - поморщил он нос. – Будем надеяться, к тому времени большинство учеников поубивают друг друга из-за этих проектов, и мне не придётся его доделывать. - Ох... - печально вздохнула девушка - Вот бы и мне договориться… - Вы так и не... обговаривали проект с Малфоем? – подключился к разговору Гарри, игнорируя свиток, которым трясла Парвати. - Да нет ещё. - Гермиона посмотрела на стопку своих книг на прикаминном столике. - Хочешь, мы вместе это сделаем? – тут же нашёлся друг. Парвати тут же сбежала в спальню вслед за проходящей мимо Лавандой, уловив, что Гарри отвлёкся. Рон с надеждой посмотрел им в след. Сегодня гостиная была полна народу, так что особенно заниматься не получалось. Пока ещё ребята могли успешно игнорировать свои задания и развлекаться туманными вечерами. - Спасибо, Гарри, но… Это было бы уж совсем... малодушно что ли. Я имею ввиду, он меня тогда вообще за человека не посчитает. - Как будто он считает тебя за человека сейчас! – Фыркнул из-за газеты Рон. Гермиона возмущённо толкнула его коленом. – Ау! Я имею ввиду, это же слизняк Малфой! Вряд ли он считается с кем-то кроме себя самого. Девушка тяжело вздохнула. Рон был прав, но, так или иначе, нужно было начать работу. Разумнее всего было бы написать проект самой, не отвлекаясь на переговоры с Малфоем. - Гарри, тебе уже пора к Дамблдору. – решила она невзначай сменить тему - Точно же, - встрепенулся Рон, - у вас сегодня встреча. Надеюсь, ну, ты всё нам потом расскажешь. Ну, мы же вроде как в деле. Гермиона тихонько рассмеялась, внимая наивности Рона: — Это же очень важный разговор, Рон. Сомневаюсь, что каждому нужно знать подробности. - Но мы-то – не каждый. Мы вообще-то Гарри друзья, да и в прошлом году немало посодействовали…хм… - он смущённо закашлялся. - Так и есть. – улыбнулся Гарри. – Я попробую договориться, чтобы всё вам рассказывать. Мне и правда легче, когда я могу с вами этим делиться. Да это и продуктивнее. Кому ещё в голову приходят такие гениальные идеи как тебе, Гермиона. Девушка немного зарделась от неожиданной похвалы. Но она отпустила друга не с лёгким сердцем. Конечно, это замечательно, что Дамблдор наконец начал общаться с Гарри, возможно даже откроет ему какие-то важные подробности или научит ценным защитным чарам. При таком раскладе и персона Снегга не должна так сильно тревожить, ведь у Гарри будут свои индивидуальные занятия по защите самого себя. Тем не менее, её не покидало чувство тревоги за друга. Казалось, что он всё больше погружается в какие-то глубины тайн тёмного Лорда, в которых можно было погрязнуть и утонуть. Не слишком ли много Гарри уже окунался в сознание врага, связывал себя с ним. Тем не менее, безоговорочное доверие к Дамблдору победило. Пока. Потерев друг о друга озябшие руки, она подхватила увесистый фолиант и привычным движением с первого раза раскрыла на содержании. ** Он опаздывал... он опять опаздывал. Но не бежать же к этой старухе бегом. Эта дура Паркинсон подняла тревогу зря: «тебе письмо Драко, тебе письмо, Драко...». Конечно, отец не стал бы вызывать его на дело так рано. Только зря смотался с утра в эту поганую совятню. Да и посылка из «Горбина и Бэрка» не идёт, а без неё всё просто бесполезно. Ничего нельзя сделать без этих книг. Никакие идеи не шли в голову, и он уже начал было поддаваться панике. Ведь время текло так быстро, а новых способов всё не появлялось. Малфой стал торчать в библиотеке чуть ли не также часто, как поттеровская заучка, но не нашёл ни одной полезной книги, ни одного абзаца, где упоминалось бы то, что нужно. Он резко свернул за угол. Руки в карманах, белую рубашку почти закрывала школьная мантия. Что бы могла сейчас делать мать? Сидеть в пустой библиотеке с чашкой остывшего чая и ждать письма…от него...или от отца. Вся такая худая, измождённая, почти недвижная. И он мог бы оправдать её ожидания. Мог бы написать всего пару строк. Коридоры были уже почти пустые. Дверь кабинета закрыта. Будет отчитывать? Наплевать. Если бы не отец, он бы вообще не вернулся в эту никчёмную школу. Всего пару строчек, но как же тяжело они давались ему каждый раз, в этом году ещё сложнее. - Мистер Малфой? Вы всё-таки решили почтить нас своим присутствием? Он поднял глаза. И первое что увидел-разочарованный взгляд грязнокровки. А уже потом то, что все расселись по парам, а в центре аудитории свободное от парт место. - Присаживайтесь к мисс Грейнджер. Сегодня у нас первое общее собеседование по вашим проектам. – У него свело скулы от всего происходящего. Как же ему не везёт! Прошёлся мимо бесшумно гогочущего Забини, по пути отвесив ему неловкий подзатыльник. Сел на край стула, стараясь не оборачиваться в сторону Грейнджер, да и она на него не особенно смотрела. - Мисс Грейнджер, будьте добры, введите мистера Малфоя в курс дела. – И ушла куда-то к Парвати с Поттером оставляя их совершенно наедине. Нет, тут же осёкся он. Не совершенно, тут же ещё куча учеников. Но почему-то подобная близость гриффиндорки будто накрывала его куполом из тишины и липкого напряжения. - В общем, сегодня нам нужно разработать план из четырёх пунктов для нашей дальнейшей работы. – Тихо, но уверенно заговорила Грейнджер. – Я уже набросала основные тезисы и то, как мне кажется, лучше работать. После того, как все закончат… - Слушай, - Оборвал её Драко раздражённо подняв руку, но конечно не взгляд- мне плевать на твои планы и этот никчёмный проект. Ты можешь просто заткнуться и не дышать на меня своим грязным дыханием? А то меня сейчас просто стошнит. – с этими словами он достал свой пергамент и стал делать вид, что что-то в нём пишет. «Вот так. Надеюсь, теперь эта тварь замолкнет. Нет сил выслушивать её самодовольные нотации». Он мог бы придумать письмо для Нарциссы прямо сейчас, почему нет. Хоть какое-то дело в этом театре абсурда. Но что же писать? Ничего в голову не приходит. «Привет, мам. Представляешь, меня поставили в пару по проекту с самой грязной девчонкой в этой школе. Если бы Хогвартс имел в директорах порядочного волшебника, профессора удосуживались бы учитывать мнение чистокровных магов. Если бы отец не был в той группе неудачников-пожирателей, которые проводили рейд в Министерство, я бы сейчас сидел около тебя, а не здесь, на твёрдом краю неудобного школьного стула». Чернила медленно скатились по острию пера. Крупная капля пронзила пустоту пергамента. - Самодовольные слизеринские чистокровки делают только то что хотят, верно? – Ядовито произнесла она где-то за его плечом. – Ничего неожиданного. Я и не думала, что ты способен хоть как-то преодолеть свои детские принципы и заняться делом. Не стоило ей открывать свой поганый грязный рот! Драко резко развернулся, бесшумно прихлопнул ладонью парту и выплюнул: - Смотрите, кто решил показать зубки. Поттеровская шестёрка. Так хочешь проект, Грейнджер? Со мной? Что ж, получай! Могу поклясться, это будет худшее, что произойдёт в твоей жизни! Круциатус покажется тебе праздником… - Только обещаешь, Малфой! – Она яростно усмехнулась ему в ответ. – Грязные словечки – твоя единственная сила. И с чего ты взял, что меня интересует твоё участие в проекте? Он придвинул лицо к ней почти вплотную, коснувшись столешницы грудью. Макгонагалл не должна услышать его. Коричневые глаза смотрели надменно и почти бесстрашно. Только где-то в их глубине мерцали вспышки волнения. - Увидишь. Я выверну твоё гнилое нутро, чтобы все увидели, какая ты мерзкая! – Прошептал он почти беззвучно. – И твои гриффиндорские свиньи тебя не спасут. - С тобой я и одна справлюсь. – С этими словами она достала из сумки новёхонькое серое перо и невозмутимо начала делать пометки в пергаменте. «Тупая заносчивая мразь!» – выругался про себя Драко и отпрянул в ядовитой ярости. Не зря она дружит со святым Поттером. Ему явно по душе такое. «Ну ничего, маленькая грязнокровка, я превращу твою жизнь в кошмар. У меня сейчас дел по горло, но для тебя найду пару минут». Зря он так и не пошёл к Снеггу. Будь проклято это всё, пусть бы смеялся над ним, обзывал мальчишкой, но только убедил Макгонагалл убрать от него эту девицу. Даже не девицу, нет, бесполое существо. Разве девушки обычно такие? Они накрашенные, приглаженные, приятно пахнут. Даже остальные гриффиндорки, даже пуффендуйки. А это – сплошное бесполое недоразумение, зарывшееся в пергаменты лохматой башкой. Но теперь-когда уже сказано…когда он пообещал выволочь всю её поганую натуру, всё, что так ему претило и вызывало такую яркую ненависть. Теперь ему показалось на мгновение, что ни к одной другой он не испытывал такого лютого отвращения, как к Грейнджер. Ни к другим гриффиндоркам, ни к тем маггловским отродьям, которые ползали у него в ногах…Он встряхнул головой, пытаясь отогнать ненужные сейчас мысли. Есть только Грейнджер, которой он покажет, что значит держать свой язычок за зубами. За своими кривыми зубами, так. Тут Драко почувствовал, как кто-то сверлит его взглядом-оглянулся, ну конечно же Поттер. Чёртов защитничек. Что ж, довести поттеровскую грязнокровку-двойное наслаждение. Ведь тебе от этого тоже будет больно, не так ли? - С каким удовольствием я буду смотреть на твои рыдания! – Причмокнул он языком. - И знаешь, я выучил парочку таких интересных заклятий…может быть ты захочешь...испытать их на себе? Это будет очень интересная для тебя практика, ведь ты же любишь учиться новому... – Гермиона вздрогнула и неосознанно взглянула на его левое запястье. От этого взгляда Драко на секунду показалось, что рукав его рубашки шевелится, отодвигаясь всё дальше, оголяя всё больше белой кожи. Подавив это неприятное ощущение, он хищно улыбнулся и взглянул на Поттера ещё раз. Тот уже привстал со стула и угрожающе придерживал палочку. - Так, как ваши успехи, мистер Малфой, мисс Грейнджер? – сзади подошла Макгонагалл. Грязнокровка начала что-то спешно ей объяснять («Профессор, подскажите пожалуйста, я не могу здесь до конца разобраться…»), а Драко всё ещё смотрел на Поттера: «Я нашёл твоё слабое место, а? Герой...» ** - Чего он хотел? – Друзья перехватили Гермиону сразу после Трансфигурации. - Как всегда. – Безнадёжно покачала она головой. – «Грязнокровка». - Не произноси это слово, - Поморщился Рон. – Не надо вводить его в лексикон, чтобы всякие хорьки пользовались им, будто это нормально. - Я ведь не пытаюсь им кого-нибудь оскорбить… - Нет, Рон прав. – Вступился Гарри. – Оно напоминает всем о том, что идёт война и о том, на чьей мы стороне. - Мы никогда не будем с Малфоем на одной стороне, - Возразила она. – Даже если войны бы не было. - Может быть. – Кивнул парень. – Но лучше не надо…так кажется, что ты и сама себя таковой считаешь. И поддерживаешь эту людоедскую идею разделения волшебников на «правильных» и «неправильных». - Я не стыжусь своего происхождения. – ласково улыбнулась Гермиона в ответ на заботу парней. Они уже почти дошли до теплиц. - Ты вообще не должна задумываться об этом в таком ключе. – Неожиданно серьёзно заметил Рон. – А если хорёк будет напоминать, так у тебя же есть пара-тройка приятелей, которые могут напомнить ЕМУ о происхождении. - И все втроём полезли во влажную теплоту оранжереи. Там их перехватили Невилл с Симусом. - Сегодня будет нечто! – Светился от радости Невилл. – Профессор Стебель сказала мне, что в Хогвартс доставили китайскую жующую капусту! Это впервые за последние 5 лет. Вы же знаете, как её трудно достать сейчас! - Да уж, Невилл...потрясающе. – Состроил кислую рожу Рон. Ученики выстроились вдоль грядок, по которым странным образом скакали лохматые кочаны. Гермиона озабоченно пролистала «Тысячу магических растений и грибов». - Красные кончики листа...- И сделала пометку в пергаменте. - Бога ради, Гермиона! Урок ещё не начался! – Взмолился Рон, натягивая измазанный в глине фартук. - Это особый вид капусты, Рон! У неё красное обрамление листа, а это может означать только одно! Хогвартс выводит новый вид растения, возможно, с усиленными свойствами...Не удивлюсь, если Снегг и Слизнорт тоже принимают в этом участие. - Красные края должны ослабить болевые эффекты при применении костероста в дальнейшем! – Закивал головой Невилл, уже облачившийся в фартук, защитную маску и перчатки не по размеру. - Это здорово, Невилл, правда! – Закивал Гарри. Должно быть вспомнил, как ему пришлось испытывать действие костероста на себе. - Да Мерлин с ним, мы говорили о Малфое! - Умоляю, Рон. Я не хочу теперь весь день ходить с мыслями об этом хорьке, разбирая и анализируя, что он обо мне думает. – С этими словами Гермиона горделиво отвернулась в сторону вошедшей профессор Стебель. Однако высказать свои убеждения Рону и притворить их в жизнь-совершенно разные вещи. Противный Малфой не выходил из головы, пока девушка умело подрезала трепещущие листья. С какой ненавистью он вечно произносит своё «грязнокровка», будто его трясёт от одной мысли о ней. При том что за самим Малфоем не стояло нечего кроме семьи. «Мой отец узнает об этом!» - Гермиона вспомнила, как он выкрикивал это ребёнком и усмехнулась про себя. Много ли изменилось? Теперь Люциус Малфой представлялся не просто отцом школьного задиры, но врагом, убийцей. А Драко Малфой – сын убийцы, или… Она посмотрела на раскрасневшегося Гарри: парень со сдерживаемой растерянностью тыкал ножницами в растение, то ловко сворачивалось клубком. Если друг прав, то вся семейка чистокровных ступила на этот путь. Пусть слизеринский хорёк заносчивый, противный и бездушный, как ей теперь принять то, что дети стали убийцами? ОНИ стали убийцами? - И оборачиваете усики вокруг стебля, вот так, Лаванда, хорошо. За плечом возникла профессор Стебель. «Разве мы можем вот так…ходить на уроки, дразнить друг друга... а потом встретиться на поле битвы лицом к лицу и произнести страшное смертельное заклинание?». О чём тут думать? Только что Малфой буквально угрожал ей как минимум пытками, а она сомневается в том, что ему хватит смелости убить её, спрятав лицо под маской пожирателя. И всё же она не верила. Как бы яростно не отстаивал Гарри свою теорию о том, что младший Малфой тоже стал пожирателем, невозможно было такое принять. Девушка видела, что не до конца уверен и Рон. Ведь зачем Волан-да-Морту втягивать в свои игры школьника? Ещё по сути ребёнка. Что полезного может сделать для него Драко Малфой? Он только и может, что задираться и творить мелкие пакости. Убить? Нет, он не сможет. - Мистер Уизли, осторожно! – профессор кинулась к Рону, пока тот, чертыхаясь, пытался поймать свою укатывающуюся по деревянному полу капусту. ** Макгонагалл поймала его, когда Драко шёл отправить очередное письмо отцу. Если тот не поторопит Горбина, то всему делу конец. Срочно ему нужны эти книги, а слизеринец знает, что они есть у этого хитрого старика. Все эти пляски с зельями, которые он привёз из дома, ни к чему не приводят – никакого прогресса, просто жалкая трата времени. Как вообще можно было надеяться, что простые хозяйственные зелья помогут в такой сложной ситуации? Но мать заставила взять на всякий случай. Он в бессильном раздражении сдавил рукой левое запястье. Лучше поскорее перейти к каким-то серьёзным заклятиям. Эти еженедельные письменные отчёты перед отцом раздражали ещё и потому, что он должен был нервничать теперь из-за каждого, искать нужные слова, которые не вызовут подозрений, если вдруг послания учеников просматривают. Лучше бы ему найти пару фраз и для матери, а не ограничиваться деловыми отписками. Впрочем, Люциус объяснит ей, что у сына всё нормально. Просто сейчас столько дел. И голова совершенно пустая. Когда-нибудь он придумает, что хочет сказать матери. Когда-нибудь позже. Тишина небольшого кабинета профессора трансфигурации, в который его затащили, действовала не лучшим образом – в голове тут же скапливались мысли, которые лучше было держать в узде. Иначе подступала такая манящая паника. В неё хотелось опрокинуться с головой, потеряв полный контроль над ситуацией. Просто расслабиться и признать, что мир катится в бездну, а Драко Малфой вместе с ним, и ничего исправить уже невозможно. Старуха молчит. Разбирает какие-то бумаги, но Малфой знает: Макгонагалл уже в курсе того, что он совсем не занимается проектом с её любимейшей заучкой. Но он вывернется. Только бы не зашла речь о Снегге. Разбираться со своим деканом сейчас не было никакого желания. Нужно держаться от него подальше, не доставлять неудобств, стать незаметным настолько, насколько возможно. Подумать только, пару дней назад Снегг предлагал ему свою помощь, спрашивал, когда они продолжат занятия по окклюменции. Захотелось выругаться прямо здесь. Неужели он думает, что Драко настолько глуп, чтобы давать шпиону проникать в своё сознание? О нет, он больше не так глуп. Больше нет веры в эту хвалёную дружбу с отцом. Удивительно, как сложно было привыкнуть к тому, что профессор не придёт каждую минуту на помощь. По привычке думалось: «Скажу Снеггу», но тут же одёргивал себя: всё изменилось, лучше не связываться. Если Макгонагалл хотела его отчитать, то чего тянет? «Мистер Малфой, как удачно, что я вас встретила. Идёмте, есть важной дело». И теперь эта безликая непритязательная строгая комнатушка, подстать сухой обитательнице взирает на него грубым осуждающим взглядом. Казалось, на искривившейся полке нет ни одной яркой обложки, только многотомные серьёзные издания, стоят ровно один к одному и не единой пылинки. В дверь постучались: - Профессор, можно? - А, вот и вы. Да, проходите-присаживайтесь. – Макгонагалл кивнула вошедшим студентам. Среди них была гриффиндорская грязнокровка и пара человек с Пуффендуя и девчонка из Когтеврана – старосты. Так-так, значит речь пойдёт не о проектах? - А где же мистер Уизли? Губы Малфоя почти невольно исказились презрительной усмешкой. Оборванец Уизли-староста. - Рон… не смог подойти. – Замялась Грейнджер. Не может найтись, как прикрыть своего бестолкового дружка. Это уж совсем развеселило слизеринца. Как же показательно, что Гриффиндор выбрал в свои старосты презираемого предателя крови и, собственно, грязнокровку. Отличный пример, до чего доводит распущенность Дамблдора и прочих магглолюбов. - Ну что ж. Мы можем начинать. Декан Гриффиндора выдала каждому по небольшому пергаменту, расчерченному на квадраты с именами и цифрами. - С сегодняшнего дня для осуществления вашей работы по проектам директор выделил несколько кабинетов, чтобы вы смогли работать в парах после занятий. Так как в проектах есть практическая часть, вы найдёте это весьма полезным. На такой площадке будет всё, что может понадобиться. Вы держите в руках ваши графики работ по дням. Например, ваше время, мисс Грейнджер и мистер Малфой, через день в восемь вечера в старом кабинете чар на третьем этаже. Это самое позднее время, так что вы сможете заниматься там до отбоя, если понадобится. Остальные разбиты по два часа в соответствующих квадратиках, обратите внимание. Графики необходимо вывесить в общих гостиных, оповестить других учеников. Грейнджер подалась вперёд, чуть задев кончик его пергамента. Драко тут же брезгливо одёрнул его, но грязнокровка даже не заметила. Аудитории для занятий? Серьёзно? Как вообще это можно себе представить? Он мирно учится в кабинете на пару с грязнокровкой-смешно. Драко отодвинулся ещё дальше, заставив наконец порозоветь её щёки. У него уже есть кабинет для экспериментов, в нём имеется всё, что угодно, но нет необходимого. Нет решения его проблемы. Может быть, грязнокровка могла бы найти его? Раз уж так хочет продемонстрировать свои хвалёные гномьи мозги. - Это всё. Мистер Малфой, мисс Грейнджер, идёмте, сейчас как раз ваше время – я покажу вам аудиторию и оборудование. Малфой тут же почувствовал в этом какой-то подвох. Это что, попытка провести с ними воспитательную беседу? Он, конечно, пообещал тогда вывернуть Грейнджер нутро, но серьёзных попыток пока не предпринимал. Не могла же она нажаловаться Макгонагалл. В ответ на эти мысли он по-волчьи осклабился. Нет, грязнокровочка не захочет быть ябедой. В напряжённой тишине они дошли до нужного кабинета. Тупая Грейнджер всё время сворачивала и разворачивала пергамент с графиком, чем невероятно раздражала. Что она надеется там разглядеть? Нового партнёра по проектам? — Вот, этот кабинет будет открыт для вас с восьми вечера и до отбоя. Мистер Филч обо всё предупреждён, поэтому после одиннадцати часов сам будет его закрывать. – Макгонагалл распахнула перед ними двери небольшого, но достаточно просторного кабинета. Парты оставались на своём законном месте, пыль почти не покрыла их исчерченные линиями крышки. Мог ли тут кто-то прибираться? Быть может эльфы? Вдоль стен громоздились шкафы со свёртками, книгами, перьями, сушёными травами. Пробирки, горелки, трубки, змеевики, пожертвованные Слизнортом и Снеггом занимали большую часть учительского стола. В темноте за высокими окнами мелькали огоньки убогой хижины Хогвартского лесничего. - …ваша тема не требует применения каких-то сложных веществ, однако травы могут понадобиться. Всю нужную литературу вы наверняка нашли в библиотеке (Грейнджер как собачка закивала послушной лохматой головой), но здесь есть некоторые старые издания. Также прошу оставлять кабинет в чистоте, так как кроме вас, в нём будут заниматься и другие студенты. А теперь, - она выдержала некоторую паузу, - я бы хотела попросить вас о продуктивном сотрудничестве. Мне понятно, что такой союз (Драко заметно передёрнуло) как ваш, весьма необычен, однако без эффективного взаимодействия вам не получить положительной оценки за курс. Это касается в первую очередь вас, мистер Малфой. Если для того, чтобы вы включились в проект необходим разговор с профессором Снеггом… - Нет. – встрепенулся Драко, подавляя нахлынувшее раздражение. – Не надо, он в курсе всего. Я… буду работать. Как же сложно даются эти слова. Но что он может сделать? Старуха и грязнокровка припёрли его к стене, и он вынужден согласиться. - Отлично. Надеюсь, мне не придётся повторять эту встречу. – Сдержано кивнула преподаватель. – Тогда оставляю вас. Не забудьте вывесить график и проследить, чтобы все студенты были осведомлены о своём времени. Увидимся на занятии. И ушла, сгребая дохлых сухих жуков подолом зелёной мантии. «Как странно, ведь зелёный-цвет слизерина» - пришла в голову глупая мысль. Как только захлопнулась дверь, Драко сразу почувствовал обречённый вздох за спиной. Мысль о том, что придётся проводить с грязнокровкой время на этих дополнительных занятиях засела где-то в подсознании, но сейчас ему необходимо было добраться до совятни, пока Филч не начал разгонять учеников по спальням, он ведь начинает это делать уже с десяти часов. А потом бы ещё успеть заглянуть на восьмой этаж, хоть минут на сорок. Дольше нельзя. В то же время, нельзя вызывать лишние подозрения – если он будет продолжать упираться, Макгонагалл доложит Снеггу, а тот скажет, что Драко привлекает к себе лишнее внимание и круг нравоучений замкнётся. Чёртова учёба. Меньше всего ему сейчас хотелось проявлять благотворительность и разговаривать с этой зубастой поттеровской уродиной. Как вообще можно с таким упорством рассматривать какие-то сухие коренья, когда... - Что ты пытаешься там увидеть, своё спасение от грязнокровия? - Попытался, чтобы слова прозвучали как можно непринуждённее. Гриффиндорка никак не отреагировала, только сильнее выпрямила спину, значит слышит. – Давай разъясним, Грейнджер. Я бы предпочёл проводить время где угодно, только не здесь, и уж тем более не с тобой. - Не сомневаюсь. – Она наконец повернула раздражённой лицо и вперилась взглядом в глаза Драко. – Тем не менее, нам обоим нужен этот зачёт, так что предлагаю работать без лишних…хм.. комментариев. Это она ему будет условия ставить? Даже смешно с каким упорством пытается показать, что ничуть не хуже его, не ниже, не…грязнее. - Принято, грязнокровка. - Прекрати меня так называть! – Вскинулась девушка. - Ух ты. Я думал, ты умеешь говорить только «Гарри-Гарри, пошли от сюда. Он тебя просто провоцирует». – Как похоже у него получилось изобразить её настырный голос. – Но с этим уже ничего не поделаешь, Грейнджер. Потому что я считаю тебя поганой, мерзкой, уродливой осквернительницей волшебной палочки. – Он попробовал сопроводить свои слова милейшей улыбкой. Как же приятно и правильно эти сова перекатывались у него на языке. - Можешь не сомневаться, Малфой, что я о тебе не лучшего мнения. А разговоры о наших взаимоотношениях-лишняя трата времени. Карие глаза сузились, почти скрываясь за длинными ресницами. По выступившим веснушкам и раскрасневшимся щекам можно было понять, он вывел её из себя, но этого было мало. Драко ощутил своим нутром яростно-весёлое настроение и злобу на всех вокруг, всех, кто заставлял его подчиняться, а в особенности на эту лохматую девчонку, установившую руки на талии. - Взаимоотношениях? Грейнджер, у меня не может быть никаких взаимоотношений с грязнокровой тварью! Тебе этого, боюсь, не понять. Ты стоишь у меня где-то пониже… - Эльфа-домовика! Я помню. – Яростно кинула свою сумку на крышку стола. – Не помню только, что интересовалась твоим мнением о себе. А ты видимо решил воспользоваться ситуацией и продемонстрировать своё хвалёное красноречие. Встряхнув волосами, она направилась к книжным полкам и начала сгребать в охапку фолианты, чихая от накатывающих пыльных волн. Одна за другой книги заполняли столешницы, заставляя парты поскрипывать. - Какая тема? – Нарушил молчание Драко, присев на стул за ближайшей партой. - «Трансфигурация неодушевлённых предметов в истории английского магического сообщества». – Отчеканила не оборачиваясь. Неодушевлённых предметов? Трансфигурация? Осознание пришло не сразу. А ведь это…может помочь? Трансфигурационные заклятия, если их применить правильно, могли бы починить всё, что угодно, только можно было бы склонить тему проекта в нужную сторону. Трансфигурация, да, только в лучшую сторону, в нужную ему сторону. Если признаться самому себе, то грязнокровка, пожалуй, знает побольше заклинаний и всяких мудрёных магических тем. Конечно, это никогда не заменит волшебную кровь. А зазубривание предметов-не признак большого ума. Он лично никогда не считал Грейнджер одарённой. Просто её лохматая голова набита всякими бессмысленными фактами из древних времён и редких книг. А как раздражали эти хвалебные оды учителей магглорождённой! - Трансфигурация в другие предметы? – небрежно спросил он, стараясь не показывать перемену в настроении. - Не только. – Жёсткая осанка даже не дрогнула. Я же знаю, Грейнджер, что обычно ты пригибаешь свои плечи к парте. Хочешь впечатлить своей стойкостью? Ну-ну. - Во что же ещё? – будто бы раздражённо попытался втолковать Драко. – Раз трансфигурация, значит из одной вещи в другую. - Можно и в ту же самую, но с другими свойствами или из другого времени. Состаренную. На этом я и хотела построить план, если бы ты слушал… - напряжённо подёрнулась, но будто бы наконец не так жёстко. Разговоры о деле заставляют нашу «мисс заучку» отвлекаться от злости. - Не кипятись, Грейнджер, всё я слушал. «Чёрт бы побрал, если бы действительно слушал… может быть уже узнал бы больше о деле. – выругался он про себя, - а ведь если подумать, многих нужных мне книг не оказалось в библиотеке, потому что она их уже взяла. Вот ведь…мразь гриффиндорская». Нельзя было отвлекаться. Учёба оказалась не причём – до Рождества ему нужно доделать дело, тогда все эти занятия и напряжённая спина грязнокровки останутся позади. Теперь ему придётся ходить на эту подготовку проекта, но не раде оценки, конечно. Вот Грейнджер удивится его резкой перемене. Пусть думает, что угрозу Макгонагалл на него подействовали. Но лишние подозрения всё равно не нужны. А вот то, что нужно - это повод. Может быть, Горбин ещё пришлёт ему нужные материалы? Дьявол, она совершенно забыл про письмо отцу. Нужно было идти. ** - Что ты тут делаешь? Гермиона вскинула задумчивый взгляд и столкнулась с Роном, нервно топчущим пол гостиной. Большинство учеников уже разошлись по спальням, и парень выглядел одиноко, если не сказать смущённо. Он попытался улыбнуться, но глядя на его зеленоватое лицо, девушка поняла, что не самый простор разговор заставил его задержаться сегодня допоздна. - Привет... – Как будто они не виделись сегодня промямлил приятель. – да я вот...пытался сделать реферат по зельям… Всё понятно. Завтра нужно было сдавать задание, а Рон всё ещё не нашёл, у кого можно его скатать. Странно, что Гарри ему не помог. Ушёл ведь уже спать. Или задержался сегодня с Дамблдором? Упорно не вспоминалось, какой день недели. Однако настроение на удивление было приподнятым. Даром, что пришлось проторчать с Малфоем последний час – он ведь ей почти не мешал, можно сказать, даже пытался помочь. Хотя его странные вопросы не то, чтобы помогали. Неужели угроза Снеггом так на него подействовала? Может хорёк ещё не окончательно наплевал на учёбу? Хотя, конечно, уже спит и видит, как отец пристроит его на какое-нибудь безопасное денежное местечко. Но...будут ли такие вообще, когда всё изменится? Она оглянулась вокруг, но не увидела никаких бумаг. Он что, даже не принёс пергаменты? - Эмм…ну давай, попробуем что-нибудь сделать? – Предложила она, устало присаживаясь на подлокотник кресла. - На самом деле нет, Гермиона. Мне не нужно списывать… я… пожалуй пойду к Гарри. То есть... он даст мне списать, да… И запинаясь о ковёр, Рон взбежал по лестнице наверх в спальни, оставив недоумевающую девушку в одиночестве. Камин приятно грел, так что она села ближе и задумалась. На столике лежала книга по зельеварению. Протянула руку – чистые поля, значит это не учебник Принца-полукровки. Что за странное прозвище? Разве принц может быть полукровкой? Обычно волшебники кичились чистотой крови, но уж никак ни однобокостью. Кто мог быть полукровкой? Гарри полукровка, Рон- чистокровный волшебник. Занятная мысль, учитывая, что сама она -… мозг споткнулся на этой фразе и прокричал голосом Драко Малфоя. «Магглорождённая» - поправила сама себя гриффиндорка. Разгоралась война, и они с друзьями стояли на самом её пороге. Тревога из-за Гарри смешивалась со страхом прочитать в «Ежедневном Пророке» знакомые имена...имена...родителей. В этот август, уезжая из дома, она не чувствовала обычного: ехать в Хогвартс – значит быть в безопасности. Она чувствовала, что предаёт родителей: оставляет их в совершенно незащищённом маггловском мире, в доме, который не скрыт от обнаружения, остаётся без помощи. Гарри и Рон были её семьёй тоже, и никто не заставлял выбирать этот самый путь – помогать мальчику, который выжил. Но бросить всё теперь у неё бы не получилось. Это была не только война Гарри. Это была и её война. Потому что, если Волан-де-Морт победит, таких как она не должно остаться. И как не вовремя попался именно этот учебник, книга, к которой друг прислушался уже несколько раз, при этом отказываясь внимать к её доводам. Ассоциации с дневником, завладевшим Джинни, приходили непроизвольно. Однако гордость мешала девушке попросить у друга учебник для более подробного изучения. Да он бы и не отдал свой ценный трофей. Опять же, с самого первого сентября, с самой поездки в Хогвартс-экспрессе, Гарри начал выдвигать мысль о том, что Малфой – пожиратель смерти. И какими такими судьбами было уготовано, чтобы Малфой стал именно её напарником по проекту? Может быть, это был шанс опровергнуть или подтвердить догадку. Если она окажется достаточно внимательной… у неё может появиться доказательство. Но пока что Малфой вёл себя как обычно, а именно, был невыносим.