Когда темнеет в глазах

      Дни проходили в вечных тренировках и подготовке к промежуточным. Очако выдохлась. Да, это просто усталость, но она уже потеряла несколько килограмм, да и денег нет, а кушать охота, вот и перебивается школьным питанием, если успевает.       Сейчас она стоит в планке уже четыре минуты и одновременно учит параграф. Совмещает нужное с нужным, так сказать. Но мышцы уже противно ноют, требуя отдыха, а желудок еды. Но она не двигается, по крайней мере, не двигалась, пока дверь в ее комнату не распахнулась вновь. — Круглолицая! Ты открыла в себе причуду, позволяющую питаться ничем, или что?! — Бакуго рвал и метал, готовый прибить Очако там же, где она сейчас делает упражнение. — П-привет, Бакуго-кун! — чуть хрипя произносит Урарака, — и вообще-то энергией солнца! — Заявляет девушка, падая на живот и улыбаясь. — А ну бегом вниз за едой, пока я тебе твои щеки в одно место не засунул! — громко заявил Бакуго, явно не оценивший шутки, волоча Урараку вниз. — Ты сдохнуть с голодухи решила и меня подставить или что?! Я из-за тебя, лежащей в голодном обмороке, позориться не собираюсь! — Как хорошо, что он ее партнер. Да, грубый, да, часто кричит на нее. Но все же, он заботлив. Хотя эта забота порой отзывается ей синяками. — Спасибо за еду! — едва говорит Урарака и тут же начинает есть. Катсуки не приготовил чего-то сверхъестественного, но на голодный желудок она и сырой рис с таким же яйцом за милую душу бы уплела.       Она поест и станет чуть крепче. И завтра зачёты, а послезавтра практический экзамен… Она даже не представляет что делать, ведь кроме того, чтобы просто гонять ее по тренировочной площадке как в последний раз, он так и не разучил с ней ни одного нормального совместного приема. Как они будут сдавать, Урарака решительно не понимала. Видимо, прийдется знатно так подключать фантазию… Точно… Нужно будет хорошо постараться…

***

      Сирена, такая громкая и разрывающая барабанные перепонки. Очако подскочила на кровати, сперва подумав, что тревога учебная, но, осознав, что всего четыре утра, и что никому не взбредёт в голову устраивать учения в такое время она перепугалась, нацепила что было под рукой и выскочила в коридор. Ее одноклассницы с того же этажа быстро выбежали и метнулись к лестнице, Урарака двинулась следом.       Животный ужас от неясности ситуации завладел разумом. Он противно сжимал все нутро, оставляя неприятное щекочащее чувство в животе. Страх вставал комом в горле, не давая и слова выдавить. Очако паниковала, она неслась по лестнице вниз, спотыкались и чудом удерживалась на ногах. Нужно вниз, нужно к своим. В голове больше нет мыслей, только цепляющий страх перед неизвестностью.       Айзава-сенсей был внизу. Он собирал весь класс возле себя. — Дети, все здесь? — учитель видел их напуганные лица, ему и самому было страшно. Как кто-то проник на территорию UA? Он не знал. Сейчас он должен спасти этих детей. Нет, он не станет сражаться, ему нужно увести их. Учитель пересчитал всех по головам и выдохнул. Все на месте. — Идем за мной и не отставать! — он вел их через запасной выход из общежития, как услышал грохот на втором этаже. К его удивлению, никто даже не пискнул, все молча шли за ним, одни спокойно, другие закрыв рот руками, чтобы не шуметь.       Раздалось оповещение перед началом громкой связи и в это дало всем надежду, но стоило двум секундам тишины пройти, как из динамиков раздался далеко не голос директора. — Внимание, герои! — Голос шелестел как бумага, он был знаком каждому из этого класса, — Лига злодеев захватила Японию! Но! Не стоит паниковать, ведь у вас есть выбор! Вы можете быть с нами заодно или умереть! Решайте, — Шигараки был явно воодушевлен хаосом, происходившим вокруг.       Бакуго был в бешенстве. Он скрипел зубами и хотел рвануться в битву, хотел подорвать динамик, хотел увидеть Шигараки и хорошо пройтись по нему парой десятков залпов, разорвать его в клочья и пустить ошмётки по ветру и сделать так с каждым из ублюдков, что напали на UA, но ему нельзя. Иначе их найдут и тогда все старания Айзавы провести их незаметно позади общежитий и вывести за территорию обернутся крахом.       Большинству в классе хотелось верить, что все будет как обычно при столкновении со злодеями, что никто не погибнет, что с ними справятся и максимум один-два человека сильно пострадают, но это было не так. Они поняли это, когда увидели лежащую в луже крови рыжеволосую студентку, чей хвостик, всегда завязанный набок был распущен и теперь лежал на земле, перепачканный в крови и грязи. Девушка не дышала, серо-голубые глаза были пусты. Тогда их души наполнились отчаянием